Исчезни

Кто бы мог подумать, что в темных переулках центра Питера так легко спрятаться. Любая тень, любой блик на стекле машины, любой бредущий куда-то в ночи человек – всё это создает такую маскировку, что даже самый чуткий человек не сразу поймет, что за ним идут. Алиса сама не знала, почему она преследует Элен. Просто… Поддалась какому-то инстинкту. Будто что-то внутри дернуло – и, дождавшись, когда шаги Элен затихнут на лестнице, Алиса спустилась на лифте вниз. Забежала в подвал – благо, он был открыт – и дождалась, когда легкие шаги Элен проследуют к двери. Девушка действительно была босиком. Впрочем, на фоне всех ее странностей эта была самой безобидной. На улице ее было видно издалека. Необычная, слишком, как сейчас бы сказали, модельная походка, слишком короткое платье, слишком ухоженные волосы… Всё в ней было «слишком». И Алису эта ее особенность подцепляла, как крюком под ребра. Алиса, которая всегда была скромнее некуда… Девушки миновали одну из улочек, и Алиса вспомнила, что улица с таким же названием была в ее родном городе. Погоня была осторожной и размеренной, поэтому в свободную голову Алисы лезли воспоминания. Именно по такой улочке она ходила в школу... В конце этой улочки она провожала на автобус свою дорогую подругу. Юля была младше на год, имела совершенно кукольную внешность и искорку во взгляде, прятала руки в большие пушистые рукава пальто, а ее рыжие волосы были усыпаны снежными звездами, когда Алиса впервые поцеловала ее. Ее сердце тогда чуть не выпрыгнуло из груди, а сам поцелуй получился недолгим и смазанным, но после они с Юлей долго стояли, глупо улыбаясь и держась за замерзшие руки. Спустя полгода Юля уехала поступать в университет в другой город, и больше Алиса ее не видела. Тогда она была уверена, что любит ее, но за время разлуки даже сетевое общение с ней сошло на нет. Кажется, у Юли даже уже есть жених… Алиса вздохнула, проводя рукой по царапинам на штукатурке одного из домов. Откуда они здесь? Будто большая кошка поцарапала. Хотя наверняка просто какой-нибудь трактор ковшом притерся к стене. В какой-то момент Алисе показалось, что она потеряла Элен – но стоило ускорить шаг, как из-за угла снова показались черные волосы и слишком короткое платье. Сердце снова трепыхнулось в груди, заставляя дыхание сбиться. Элен как будто не из этой вселенной – ходит босиком, не боясь стекол и городской грязи, одевается несоответственно погоде, обстановке… Гуляет то рано утром, то поздно вечером. С паспортом еще эта история! Может, она действительно из секты? Алиса смотрела фильм про что-то похожее. Про хиппи… Нет, это точно не подходит. Элен для хиппи слишком элегантная, слишком начитанная. А если секта – то чему они молятся? За эти несколько дней знакомства – ощущение, будто прошло несколько недель! – Алиса так и не поняла, во что верит Элен, о чем она вообще думает. Игра в правду и ложь толком ничего не дала – как был миллион секретов, так и остался. Зато Алиса узнала, что Элен одно время жила в лесу, лазила по пещерам, увлекается дореволюционной историей и ничего не знает про новую… Алиса фыркнула себе под нос. Элен просила не пытаться узнать ее «анкетные данные», вроде возраста, фамилии… Но почему? Должна же быть причина, почему она позволяет Алисе так много, но не рассказывает ничего? Алиса остановилась. А вдруг Элен в розыске? Вдруг она совершила преступление? Думать об этом не хотелось, но мысли полезли в голову. Неужели можно было совершить что-то такое, из-за чего пришлось бы так скрываться?.. Но ведь она и не скрывается. Разгуливает по городу – почему-то только пешком – общается с людьми, в библиотеку вот собиралась. Кофе в кафешках пьет. Что-то не вяжется! От напряженных мыслей у Алисы разболелась голова. Она просто сумасшедшая – времени два часа ночи, а она бредет где-то между Площадью Ленина и Чернышевской, тайно провожая до дома какую-то едва знакомую девушку, с которой Алису угораздило поцеловаться пару раз. Чушь, да и только. Алиса уже думала развернуться и уйти, когда увидела, как с Элен поравнялась мужская фигура. Парень просто шел рядом с девушкой, и Алиса слышала, что они о чем-то говорят, но не могла разобрать слов. И тут ее сердце сделало кульбит: парень попытался взять Элен под руку, и та дернулась, высвобождаясь. Робкая надежда на то, что это ее знакомый, и они просто мило болтают, рассыпалась прахом. Алиса заметалась, оглядываясь. Звать на помощь? Кого? Улица совершенно пустая, горит лишь пара окон. Да и когда людям в домах было дело до криков на улице? Тем временем голос парня стал громче. Он уговаривал Элен прогуляться с ним и неуклонно теснил ее к повороту за угол дома, туда, куда не падал свет фонаря. Алиса взвыла внутри себя, ругая себя последними словами за то, что не взяла из дома сумку, которой хотя бы по голове можно огреть… Зато у нее есть ключи. Да, точно. Зажав в кулачке связку ключей так, чтобы торчал один, самый массивный, Алиса бросилась к парню, который уже явно тянул Элен за руку, пусть и с большими трудностями. В голове Алисы успело промелькнуть удивление – Элен казалась слишком хрупкой, чтобы так сопротивляться – но уже через секунду она оказалась рядом с парнем и резко оттолкнула его свободной рукой. Сердце билось где-то в горле, в ушах набатом билась кровь, мыслей вообще не было. Алиса просто дернула Элен себе за спину и встала, пытаясь казаться выше и шире. - А ну иди отсюда! Голос предательски сорвался на последнем слове, но парень уже слегка стушевался, отступая на шаг. Две девчонки – это не одна, орать будут в два раза громче… Алиса яростно смотрела на него. Она почувствовала, как Элен мягко гладит и разжимает ее пальцы, и адреналин немного схлынул. У парня было обычное лицо. Таких в метро встретишь десяток, просто окинув взглядом толпу. Это и было страшно… Что таких ходят среди безобидных людей. Напоследок выплюнув грязное ругательство в сторону девушек, парень развернулся и быстрым шагом ушел в тень, в переулок. Алиса только сейчас поняла, что вдохнула слишком много воздуха, и голова начинает кружиться. Она еще никогда так не бросалась ни на чью защиту, да и вообще старалась не вмешиваться в разборки еще со школьных времен. Девушка выдохнула, чувствуя, как вместе со смелостью ее покидают силы, и повернулась к Элен, которая имела совершенно безмятежный вид. Она уже хотела что-то сказать, но Алиса перебила: - Так, знаешь что. Я не стану объяснять, как я тут оказалась и шла ли за тобой всё это время, это – неважно. Но если ты планируешь общаться со мной и вот так подставляться, гуляя почти без одежды ночью по злачным местам, где и мужикам ходить опасно, то ты… то я… Теплый палец коснулся ее губ, и Алиса не нашла в себе сил продолжать. Элен по-прежнему спокойно смотрела на нее и чуть улыбалась. - Я благодарна тебе. По-настоящему благодарна. Но я могу позаботиться о себе сама. Мне ничто не угрожало… Я знаю пару… приемов, - она усмехнулась и продолжила: - А вот ты, - ее палец с губ переместился на кончик носа Алисы. – Ты могла оказаться в опасности, преследуя меня. Я этого не хочу. Я редко так говорю, но ты… почему-то мне нравишься… Элен на мгновение задумалась, а Алисино сердце подскочило и рассыпалось стайкой бабочек. Она сказала «нравишься». Она так сказала! Да важно ли всё, о чем Алиса думала? Девушка, которая заставляет Алису чувствовать себя невероятно живой и счастливой, глупой и смешной, влюбленной и совершенно обезоруженной – она сказала «нравишься». О, боже. По лицу Алисы расплылась совершенно идиотская улыбка. Она поймала палец Элен, развернула ее руку и поцеловала в центр ладони. В запястье… три поцелуя – выше по предплечью. Элен тихо засмеялась, притягивая Алису к себе и обнимая. По другой стороне улицы прошла какая-то пьяная компания, воздух разрезал свист и смех. Было плевать. Эти люди видят, как Алиса счастлива в объятиях Элен, поэтому и свистят. Спустя вечность Элен продолжила свою мысль: - Так вот… Если ты хотела узнать, где я живу, ты могла просто спросить. Если ты хотела в гости, я могла бы пригласить, - она улыбнулась, отступая от Алисы и заглядывая ей в глаза. Сейчас, босиком, она была чуть ниже Алисы, и ее взгляд снизу вверх был невинным, как у ангелочка с рождественской елки. – Но сейчас я приглашу тебя насильно, и если у тебя нет машины, на которой ты безопасно сможешь уехать, то ночевать ты тоже будешь у меня. Мы пришли к соглашению? Алиса кивнула, пытаясь – безуспешно – притушить улыбку, чтобы не сиять, как полуденное солнце. Элен иногда так говорила… так, будто человеческой речи она училась по книжкам. Впрочем, Алиса за время этой прогулки столько раз думала фразу «а может быть, так и было», что сейчас ее вообще не удивила эта мысль. Может быть, Элен из секты. Может быть, ее учили говорить по старым книгам. Может быть, где-то в России еще существуют деревни, куда не дошло стандартное школьное образование, и детей всё еще учат дома, прививая им странный характер и привычки. Всё может быть… Но важно ли это, когда теплая рука Элен сжимает руку Алисы, и девушка уверенно ведет ее по дворам к одному из домов, точно таких же, как остальные, но к особенному: ведь это ее дом…