Исчезни

Солнце уже взошло, когда Элен закончила свой туалет и отдохнула. Проходя мимо больших зеркал в зале, она взметнула подол бархатного платья, и он заструился темно-голубыми волнами. Любуясь на стройную фигуру в зеркалах, размножавших ее отражение, девушка завертелась на месте, раздула платье колоколом и опустилась на пол, заставив подол лечь вокруг нее диковинным цветком. Элен опустила голову, прикрыла глаза и зашевелила губами, будто вспоминая что-то. Посидев так немного, девушка встала, выпрямилась и запела, запела во всю мощь своих легких, удивительно чистым и сильным голосом. Она пела случайные слова, фразы, подбирала на ходу мелодию, ту, которой дышала ее душа, и эхо от ее голоса отражалось от зеркал на стене, от высокого сводчатого потолка пещеры и возвращалось к Элен с удвоенной силой. Девушка раскинула руки и будто ловила это эхо. Пение было любимым занятием Элен. Не было дня, когда она не посвящала какое-то время вокальному искусству. Песни будто уносили ее в мир грез и мечтаний, она словно видела сны наяву. Представляла, как бежит по росистой траве и встречает первые рассветные лучи солнца… Девушка оборвала песню на полуфразе, вздохнула, вышла из залы и толкнула соседнюю дверь. Та с уютным скрипом приоткрылась. Мягкое пульсирующее сияние со стен пещерки-прихожей, на которых светились улитки, проникало за дверь и освещало длинные полки, уходящие вверх, в темноту. Элен чиркнула спичкой, зажгла свечу и медленно вошла в свою любимую комнату. Колеблющийся свет свечи освещал ровные ряды книг в богатых переплетах. Девушка прошла между рядами, оглядывая свою сокровищницу знаний, дошла до конца полок и зажгла еще несколько свечей в большом подсвечнике. Таинственная комната тут же осветилась мягким дрожащим светом и стала очень уютной. У стены стоял роскошный длинный диван, рядом были разбросаны круглые подушки. Элен подставила к одной из полок хрупкую лестницу и осторожно забралась под самый потолок. Проведя пальчиком по полустертым позолоченным названиям, девушка выбрала толстую книгу и осторожно, чтобы не наступить на подол платья, спустилась вниз. Она устроилась в углу дивана, подтащила к себе подушку, на которой была нарисована кошачья мордочка, и углубилась в чтение. Книги были страстью Элен. За доступ ко всем книгам мира она не задумываясь отдала бы душу… С самых ранних лет ей никогда не было скучно, если рядом была книга. Элен читала всё, от художественных книг до энциклопедий, от триллеров до автобиографий. Ее коллекция книг месяц от месяца пополнялась, и за те полгода, которые прошли с момента пробуждения вампирши, ее персону успели запомнить во всех крупных книжных магазинах Санкт-Петербурга. Книги и платья были почти главными статьями расходов Элен. Казалось бы, у неработающей девушки не должно было быть денег, но вампирша умеючи выбирала себе жертв с толстыми кошельками. Правда, молодые деревенские девушки, ее любимое лакомство, кошельков при себе не носили, так что иногда Элен приходилось перебиваться кровью пожилых бизнесменов, ездивших по дороге вдоль леса. Насколько знала Элен, за лесом находился какой-то завод, и туда часто наведывались городские. Вот только дорогу вдоль леса, хоть и самую короткую, они не любили. Обрамленная темными деревьями, просека с пыльными колеями, на которую никогда не падал свет, и раньше обладала дурной славой. А после того, как на ней стали пропадать люди, по этой дороге продолжили ездить лишь безразличные ко всему и полагающиеся на своих телохранителей денежные мешки, которым надо было срочно попасть на завод. Они и не предполагали, что силы «ночного кошмара» хватит, чтобы прыгнуть на крышу машины и парализовать сначала охранника, а потом и водителя нажатием на точку в районе переносицы. Затем вампирша вытаскивала ключ зажигания, и машина с до смерти перепуганной жертвой останавливалась. Когда сытая Элен уходила с места трапезы, унося с собой чужой бумажник, она думала о том, как сейчас доберется до дома и будет петь. Или мечтала о новой книге. Или пересчитывала деньги, досадуя на пластиковые карточки, которые, как она понимала, были чем-то ценным, но купить на них вампирша ничего не могла. Не зная, как пользоваться кредиткой, Элен опасалась доставать ее, когда расплачивалась в магазинах, чтобы не показать, что она ещё не до конца знакома с современным миром. Позже, наблюдая за другими людьми, вампирша поняла, что для использования карточки нужен какой-то код, которого она не знала. И поэтому девушка сразу выбрасывала бесполезные пластиковые кусочки. Но никогда вампиршу не посещали мысли о совершенном убийстве. Она не думала о том, что дома этого бизнесмена ждет семья и что, отгородившись от рабочих дел, он становился любящим отцом, мужем и сыном. Ему всего лишь не повезло проехать по пустынной дороге под вечер, в тот час, когда Элен почувствовала голод и вышла на охоту. Для вампирши люди были только пищей, стадом, от которого не убудет, если зарезать одну особь. Но в то же время люди были ее божествами, ее идеалом, представителями другого, прекрасного вида. Пусть их жизни и были в десятки раз короче жизней вампиров, пусть их тела были слабыми, требовали ежедневного питания и сна, но они могли жить на своей планете, будто созданной для них, и ни о чем не задумываться. Они могли наслаждаться теплом и светом небесного диска, без которого их существование невозможно. Они могли продолжать свой род, иметь множество детей, когда же пара вампиров была способна завести лишь одного-двух детей за всю долгую жизнь. Люди гармонировали с природой, с окружающим миром, этот мир был Их местом. Вампиры же были всего лишь паразитами, существами, слегка уменьшающими всё время растущую численность человеческих особей. Вампиры не знали, когда появились, но предполагали, что это произошло в одно время с людьми. Но разумными эти жители подземелий стали гораздо позже. «Кто мы», «зачем мы» – вот вечные вопросы, которые задавала себе раса вампиров. Не имея своего языка, культуры, традиций, они всё заимствовали у людей, тех, на территории которых они жили. Даже клановая система управления была когда-то давно взята у людей, и с тех пор оставалась неизменной, как самая удобная. Элен переворачивала страницу за страницей, уносясь в мир викторианской Англии вместе с персонажами одной из своих самых любимых книг, «Джейн Эйр». Одна из героинь носила то же имя, что и вампирша – Элен, и поэтому привлекала ее даже больше главной героини книги. На моменте ее смерти глаза девушки непроизвольно становились мокрыми, хоть Элен и перечитывала книгу не в первый раз. Искренне переживая за персонажей, вампирша не заметила, как пролетело несколько часов. Осторожно закрыв книгу, душой всё ещё оставаясь с Джейн, которую Элен очень уважала за сильный и независимый характер, девушка долго смотрела на дрожащий огонек свечи, которая была самой длинной и только поэтому ещё не потухла. Когда фитиль свечи согнулся и расплавленный воск задушил последний огонек на нем, вампирша встала с дивана и, медленно поднявшись по лесенке, поставила книгу на место. Элен не нуждалась в свете так, как люди, и жгла свечи лишь по привычке, привитой ей во дворце правительницы клана. Девушка, тихонько ступая по одной, только ее воображению видимой линии, прошла до двери и манерным жестом открыла ее. Она любила представлять себя то моделью, то принцессой, то героиней какой-либо книги и часто играла сама с собой, поступая так, как диктовала ей неуемная фантазия. Элен посмотрела на висящие на стене старинные часы и удовлетворенно хмыкнула: совсем скоро должно было зайти солнце, и вампирша смогла бы отправиться на прогулку. Девушка вошла в свою спальню и заглянула за одну из ширм, стоявших у стены. Пискнув, она закрыла глаза рукой и вытерла внезапно выступившие слезы. За ширмой была небольшая дыра в стене, почти под самым потолком пещеры, и в закатные часы сквозь нее проникали последние лучи солнца. Элен, медленно убирая пальцы от глаз, позволила зрачкам привыкнуть к слепящему свету и села на пол так, чтобы видеть тонкий лучик, падающий на внутреннюю поверхность ширмы. Вскоре он стал ещё тоньше, бледнее, а в конце концов совсем угас. Потерев глаза, чтобы прогнать прыгавшие в них солнечные зайчики, Элен встала с пола, подошла к зеркалу, обернулась вокруг себя и, найдя свою персону великолепной, направилась к выходу. Она собиралась привести в действие свой план: за ночь успеть добраться до Питера, купить там в ночном ларьке газету и подыскать себе жилье в городе. В каком-нибудь темном месте и как можно ближе к библиотеке. Вампирше уже до жути надоела жизнь в лесу, без благ цивилизации, без общения, и она была готова общаться даже с людьми, которых раньше считала всего лишь пищей. Еще одной причиной ее резкого желания перебраться в город было то, что у нее в личной библиотеке закончились непрочитанные книги… Она знала, что на пару месяцев спокойного житья в городе на съемной квартире ее денег хватит. И в тайне даже от себя самой она вынашивала мысль устроиться на какую-нибудь ночную работу, чтобы та занимала не всю ночь, а лишь несколько часов и так короткого времени суток, в которые вампирша может находиться под открытым небом. И чтобы приносила хорошие деньги. Элен была отчасти осведомлена в хорошооплачиваемых ночных профессиях и представляла, на что она хочет себя обречь. И вампиршу вполне устраивала ее жизнь, которую она обрисовала себе в мечтах. Выйдя на поляну, Элен вздохнула, впуская в легкие свежий вечерний воздух, и быстро зашагала по направлению к дороге. Она отлично знала, что редкий водитель откажется подвезти до города красивую девушку, в одиночестве голосующую на обочине.