Исчезни

Наконец поезд, гремя колесами по рельсам, остановился и со стуком раскрыл перед девушкой двери. Элен представляла, что ей предстоит долгий путь, тот магазин, куда она намеревалась пойти, был в центре города, поэтому вампирша, красиво подобрав платье, устроилась на сиденье. В этот поздний час в вагоне почти никого не было, только она и парень с девушкой. От нечего делать Элен стала наблюдать за ними. Те тихонько переговаривались, сидя на другом конце вагона, и из-за шума поезда вампирша не слышала, что они говорят. Парень чуть приобнял девушку за талию, она доверчиво прижалась к нему и улыбнулась. Поезд остановился, двери вагона раскрылись, парень и девушка направились к выходу. Голос откуда-то с потолка объявил следующую станцию, и Элен вздохнула. Она ненавидела ждать, а сейчас, когда ее мечта жить в городе была уже на пути исполнения, ожидание становилось совсем невыносимым. Когда объявили ее станцию, девушка радостно соскочила с места и чуть ли не бегом устремилась к эскалатору, к выходу наружу, туда, где свежий воздух. Выйдя на улицу, Элен прикрыла глаза руками от сияния многих реклам и витрин вокруг. Немного привыкнув к свету, вампирша уверенно направилась к магазину, сверкающему красивыми надписями на иностранном языке. Девушка знала, что до закрытия магазина оставалось совсем немного времени, поэтому быстро выбрала среди сияющего великолепия симпатичную сумочку, заплатила какую-то баснословную цену и, радостно помахивая покупкой, пошла в тень домов. Ей нужно было снова свериться с картой, чтобы не потеряться по пути в квартиру, о сдаче которой она прочитала в газете. Элен переложила все деньги и карту из корсажа в сумочку, после чего он перестал неприлично оттопыриваться, и вздохнула спокойно. Теперь она была уверена, что похожа на среднестатистическую горожанку. Девушка думала, что ее длинное голубое бархатное платье, дорогая фирменная сумочка и туфли не привлекут внимания питерцев, и шла к своей цели с гордо поднятой головой. Метро уже не работало, до квартиры оставалось полчаса ходьбы, и Элен с удовольствием рассматривала красивые старинные и современные здания, витрины бутиков, закрытых и ещё нет, темные стекла окон в жилых домах… Санкт-Петербург был городом, в который она влюбилась с первого взгляда. Она помнила многие города южной России, помнила описания других больших и маленьких городов из книг, но считала, что Питер – самый интересный и красивый город на Земле. Девушка вертела головой по сторонам и для других людей выглядела весьма странно. Редкие ночные прохожие оглядывались на нее, а она, ничего не замечая, шла, разглядывая названия улиц, чтобы успеть вовремя повернуть на нужную. Когда фонари стали реже, Элен смогла шире открыть раздраженные ярким светом глаза. Пообещав себе пореже бывать на освещенных улицах, вампирша остановилась перед высоким домом, в котором было не меньше десяти этажей. Девушка еще раз сверилась с картой, вздохнула и потянула на себя тяжелую металлическую дверь подъезда. Элен и представить не могла, что заявившаяся в такое позднее время гостья может вызвать, по меньшей мере, подозрение. Вампирша попросту забыла о том, что ночью все нормальные люди спят. Не зная о наличии такого изобретения человечества, как лифт, Элен поднялась на восьмой этаж. Девушка долго не могла выровнять дыхание, стоя согнувшись на лестничной площадке. Проклиная высокие дома, людей, лестницы, город и себя саму, вампирша подняла чуть дрожащую руку и нажала на маленькую кнопку звонка. В глубине квартиры раздался мелодичный перезвон. Элен осмотрелась, нашла себя вполне привлекательной и прилично выглядящей, чуть улыбнулась и стала ждать, когда ей откроют. Через минуту молчания в душу девушки закралось недоумение. Она нажала на звонок ещё раз, потом ещё и ещё. Электронная трель стала громче, казалось, она заполнила всю квартиру. Наконец, из-за двери послышалось недовольное ворчание, какие-то невнятные слова, и дверь распахнулась. Элен испугалась такой резкости и отшатнулась от дверного проема, хорошо различая в темноте фигуру человека, молодого парня, опирающегося на косяк двери и пытающегося что-то рассмотреть в кромешной тьме. — Здравствуйте... — Вампирша, видя, что парень молчит, решила взять инициативу в свои руки. — Я по поводу Вашего объявления в газете, про сдачу квартиры. — А попозже ты прийти не могла? — в голосе парня звучал неприкрытый сарказм. Он отошел от двери, провел рукой по стене, ища выключатель, и включил неяркий свет. У юноши были светлые взлохмаченные волосы, заспанные темно-серые глаза, в левом ухе блестела сережка-колечко. — Я пришла, когда мне было удобно, — с чувством собственного достоинства ответила Элен, прищурившись. Глаза, привыкшие к темноте, не желали открываться шире. Она незаметно окинула блондина оценивающим взглядом. Отметив упрямый подбородок и выгнутые вверх игривые уголки губ, вампирша удовлетворенно хмыкнула. Она любила развлекаться с чувствами таких мальчиков. — Ах, вот как, — парень сделал картинный жест, приглашая девушку в квартиру. – Ну, проходите, мадемуазель. Элен внимательно рассматривала квартиру. Она ещё не бывала в месте обитания современных людей, и сейчас находила его вполне уютным. Юноша провел вампиршу в комнату, где стояла разная мягкая мебель и некое устройство, которое было смутно знакомо Элен. Порывшись в своей памяти, та поняла, что перед ней был плоский телевизор. Изредка девушка покупала вместе со своими любимыми старыми романами современные книги каких-то модных молодежных писателей, и была отчасти осведомлена о жизни людей двадцать первого века. Парень усадил Элен на диван и ушел в комнату, соседнюю с гостиной. Оттуда раздался грохот посуды и тихое чертыхание. Вампирша вскочила с дивана и выглянула из-за двери. — Может, чем-то помочь? — девушка чувствовала себя немного виноватой, разбудив этого парня среди ночи. — Пойти и сесть на место. Этим ты мне поможешь, — у сонного юноши было отвратительное настроение. — Ты кофе будешь? — он всё же решил смягчить резкую фразу. Вампирша знала, что отказываться от всего в таких случаях — верх невежества, поэтому согласилась, хоть и знала, что кофе для ее организма абсолютно бесполезно и бессмысленно. Еще немного понаблюдав, как парень включает плиту и ставит на нее турку, Элен вернулась на диван. Постепенно позволяя своим глазам привыкнуть к электрическому свету лампы, выглядящей, как старинная люстра с подсвечниками, девушка осматривала комнату. Гостиная была вся выполнена в бежевых тонах, было заметно, что она совсем недавно отремонтирована. На стенах висело несколько картин, на которых были изображены какие-то пастельные разводы. Окончательно убедившись, что у хозяина квартиры весьма неплохой вкус, Элен увидела его самого, несущего две кружки кофе. Одну он вручил девушке, и, усевшись на кресло рядом с диваном, изобразил на лице внимательность. — Ну-с, юная леди, повторите ещё раз, с чем пожаловали в столь поздний час? Его издевательский тон уже начинал раздражать Элен, она приняла гордый вид и решила не обращать внимания на подкалывания парня. — Я уже говорила Вам, что пришла осведомиться насчет квартиры, которую хочу снять. Она ведь тоже в этом доме? — Именно, и на этом этаже. Соседняя дверь, — юноша стал выглядеть более благодушным, когда в его руках очутилась горячая кружка с кофе. Элен со вздохом подумала о сотне ступенек, которые придется преодолевать всегда, когда ей захочется оказаться дома. — Прелестно. Плата такая, как указано в газете? У меня есть столько наличными, я хочу оказаться в этой квартире прямо сейчас... — Элен была довольна тем, какие умные и современные слова она говорила. Юноша выпучил глаза: — Прямо сейчас? Я не против, конечно, но как же формальности... Мы даже не знакомы! — Нет проблем, — Элен протянула изящную руку. — Я Э... Елена, — вампирша вспомнила, что любимый вариант ее имени сейчас совсем не распространен в России, и предпочла назваться скучнее, но привычнее для парня. Тот пожал ее руку: — Алексей, — он поставил пустую кружку на столик перед диваном. Элен, не дожидаясь его упоминания, что ее кофе сейчас остынет, отпила из своей кружки горячий напиток, который даже показался ей вкусным. — Вот мы и знакомы. А теперь можно посмотреть квартиру? — девушка состроила Леше милые глазки. Парень вздохнул, грустно посмотрел на часы, наблюдая там неутешительную констатацию того, что ему через пять часов вставать на работу, и поднялся с кресла.