Keep holding on

Zara Larsson – Uncover

— Л-луи? - пробормотал Гарри, что было чуть слышно, но Томлинсон услышал, потому что он привык прислушиваться к тем, кого любит. Они молчали. Неизвестно, сколько времени прошло, пока они просто стояли, и никто не мог молвить и слова. Потому что им было комфортно молчать. А если у вас есть человек, с которым комфортно даже молчать, берегите его, это многого стоит. Если вы можете обойтись без каких-то лишних слов, потому что взгляды и улыбки могут сказать больше. Луи старался сдерживать улыбку, видимо, ему казалось веселым то, что перед ним стоит Гарри, который волновался и поэтому молчал. А Стайлс просто не знал, что делать. Когда перед нами стоит тот, кого мы любим, мы становимся сущими дураками, да ведь? Хаз был ошеломлен. Он думал, он очень много думал, и в этом была его проблема, ведь порой надо приказать своему мозгу перестать работать на некоторое время, потому что это это чертовски мешает. В голове бурлила лава, которая должна была вот-вот выйти наружу. И она вышла. После долгих минут молчания Стайлс подошел ближе и, не думая о том, что будет дальше, прикоснулся своими губами к губам Томлинсона. И не было того, чего Хаз ожидал, что Лу оттолкнет его и снова станет говорить гадости. Но где-то в глубине души, в самом тайном уголке, он хотел, чтобы Луи не прервал поцелуй. Он поддался этому наваждению, этому желанию почувствовать хоть что-то хорошее после лет, когда он чувствовал лишь тошноту, вкус алкоголя и жжение в горле. Он почувствовал нечто новое. Но все новое - хорошо забытое старое. Он почувствовал то, что было раньше, то, с чего все началось. Они оба почувствовали. Гарри и Луи словно вернулись в тем времена, когда они могли называть друг друга Хаз и Бу, когда захотят. И они целовались еще долго. И это нельзя было назвать "сосались", как говорят многие люди, которые никогда не любили. Они целовались. Они делились своей любовью друг к другу. Можно любить маму, подругу, папу и сестру с братом, но это совершенно разная любовь. И нельзя сказать, кого ты любишь больше, потому что это звучит, как вопрос, мол, что ты любишь больше левый носок или зимнюю шапку? Это совершенно разные вещи, образующие единое целое. И стояли они по-разные стороны порога, на разных сторонах. Говорят, что нельзя передавать что-то, не перейдя порог, это к неудаче. Видимо, не в нашем случае. Остановиться их заставил чей-то крик, называющий Гарри и Луи геями, только в более грубой форме. В ответ на это парни посмеялись и показали тому остроумному человеку неприличный жест. Им было действительно плевать на все, что сейчас о них скажут. Они были счастливы. А когда ты счастлив, наслаждайся моментом, а не думай о придурках. Придурков будет много, и всегда можно увидеть, а счастливые моменты всегда разные и неожиданные, так что дорожи ими. Гарри и Луи еще час держались за руки, говорили о том, что произошло за то время, когда они были не вместе. Они решили называть этот период "не вместе", потому что это не оказалось расставанием, как таковым. Луи рассказал о доме в Лондоне, о котором Гарри, наверно, забыл. И пока Томлинсон рассказывал, Стайлс смотрел на него, как на самое дорогое, что когда-либо было в его жизни. И это было чертовски мило. Стайлс рассказал о том, как ему в голову пришла сумасшедшая идея о воскрешении группы, Луи пытался заставить Гарри больше говорить, потому что, во-первых, он вел ужасный образ жизни, за который ему очень стыдно, во-вторых, он хотел слушать кудрявого, наслаждаться его голосом. Бывает, что ты не делал чего-то, что раньше было для тебя кислородом, а спустя время ты получаешь это что-то, становится легче дышать, и ты просто чувствуешь, что все в порядке. Такого было состояние Луи сейчас. А Гарри просто нравилось, что Лу лежит у него на коленках, а их руки переплетены. Ему нравилось, что он может посмеяться над ним. Любоваться им. Поцеловать его. Он может любить его взаимно.

ххх

День следующего дня. Кафе, с которым многое связано.

Еще вчера вечером Гарри позвонил Найлу, чтобы сказать, что нужно собраться в кафе, подробнее обсудить переезд в Лондон. Найлу показалось странным, что Гарри был таким веселым. Нет, он, конечно, был рад, но что-то дрогнуло в его шипперском сердечке. И не зря. Когда Томлинсон и Стайлс зашли в кафе, держась за руки, Найл начал кричать: — Да! Я знал! Я чертовски был уверен в этом. Лиам, с тебя десятка. — Десятка? - приподнял Гарри брови, когда садился за столик. Главное, что он пропустил Луи перед собой, не отпуская руки, и это было чертовски мило. — Из-за вас я должен Хорану десять фунтов стерлингов. Молодцы, - фыркнул Пейн. — Знаете, я себя сейчас очень неловко чувствую, - сказал вдруг Найл. — Из-за того, что развел своего великолепного друга на деньги? - усмехнулся Лиам. — Из-за того, что вы сейчас сидите здесь парочками, а я такой одинокий ирландский чайник.* Все парни посмотрели на Найла с состраданием, старались помочь и подбодрить. В общем, парни начали обсуждать свой переезд. Что, когда, зачем, куда. Гарри сказал, что все его вещи уже очень давно собраны. Лиам, Найл и Зейн признались, что собрали свои вещи давно, только не решались сказать. Все посмотри на Луи, который лишь невинно улыбался. Было принято решение, что нужно помочь собрать его вещи. И пятеро парней пошли в дом к Лу.

ххх

— Мам, я дома, - крикнул Луи, когда пересек порог. Джоанна выглянула из-за угла, а ее глаза округлились. Парней рассмешила такая реакция, даже очень. Пришлось просто сесть и рассказать все маме Луи. Она долго слушала, а в конце концов просто сказала: — Так что же ты сразу не сказал? Иди собирай вещи, засранец, - женщина улыбнулась. - Гарри, ты можешь остаться на минуту? Стайлс немного испугался. — У вас с Луи все хорошо? Я имею в виду, что... — Я знаю, не утруждайтесь. Да, все отлично, - подмигнул Гарри. Стайлс был очень добрым и понимающим человеком. Он никогда не заставлял кого-то делать что-то или говорить, если это дается человеку трудно. Ему было проще помочь сказать то, что не в силах сказать другой. И это было одно из множества его отменных качеств. Когда Гарри зашел в комнату к Лу, парни уже разгромили все. — Я говорил вам, что вы идиоты? - поинтересовался Стайлс. — Гарри, - замычал Лу, - я сказал им, что нужно все сделать аккуратно, тем более, не буду же я все забирать, правильно? А они. — А что мы такого сделали? - спросил Найл, лежа на кровати Лу. Парни фыркнули. Очень много работы было сделано за весь вечер. Конечно, они не собирались собрать все вещи Луи и отправиться в путь сразу же, нет. Но просто хотелось доделать все сразу. Потому что когда ты начинаешь что-то делать, то энтузиазма больше и желания тоже. Потом все это угасает. Потом возрождается и ты работаешь с тем же успехом, что и в начале. Все проходит. Все плохие времена проходят. И все вертится по кругу. И не надо думать, что ты застрял, потому что это не так. Парни нашли очень много интересных вещиц, пока разбирали хлам Луи. Эти вещи были очень интересными, но была заключена договоренность, что посмотрят они все эти вещи подробно, лишь когда будут в Лондоне, в доме. Каждый сейчас чувствовал себя таким уставшим, но эта усталость была с нотками счастья. Или это было счастье с нотками усталости? Вот они все. Парни, знакомые очень давно, пережившие разлад и ссоры. Они снова вместе. Собирают вещи, чтобы снова поехать в Лондон. Чтобы снова добиться успеха. Они верили в друг друга. И это вера поможет преодолеть все.