Запретный плод

Комната, слегка освещённая несколькими свечами. Тишина лишь дождь стучит в окно. На подоконнике сидит девушка, держа в руках чёрную розу. Тихо что-то шепча, она внимательно рассматривала прекрасный цветок. Рядом с ней как тень стоял парень. Её слуга. Тот смотрел то на свою госпожу, то на молнии, которые освещали серое небо довольно часто. Презрительно скривив губу, юная госпожа бросила цветок на пол и сползла с подоконника, наступив прямо на розу. - Не то … - тихо пробормотала она, смотря на ноги и на лепестки от чёрной розы. Её слуга стоял рядом всё это время, ожидая новых приказаний. Он давно привык к тому, что он её слуга и служить ей было в радость. Девушка молча смотрела на слугу и слегка усмехнувшись, наконец, отвела взгляд ярко-фиолетовых глаз. - Хм … - начала она и ненадолго замолчала – что ты здесь делаешь? … к твоему сведению ты уже должен искать другую розу … Голос девушки был холоден и очень спокоен. - Да конечно … вот – почти сразу же ответил парень и протянул госпоже новую розу. Почти в точности такую же что и была у неё до этого, но немного отличающиеся. С оттенком синего и может даже тёмно зелёного. Он привык к её холоду заносчивости и капризам уже давно. Тихо хмыкнув, девушка взяла розу и стала придирчиво смотреть на неё. - Ладно, сойдёт … - тихо вздохнув, ответила госпожа. - Что-то ещё моя госпожа? – тихо спросил слуга. Девушка вновь посмотрела на парня. Но в этот раз в её глазах был не только холод, но ещё и злость. Она смотрела на него с высока с ненавистью, что получалось довольно хорошо с её внешностью. Даже сейчас она была прекрасна. Тёмные длинные волосы были завязаны в конский хвост и перетянуты тёмно фиолетовой длинной лентой. Волосы, которые не влезли в него, обрамляли бледное аристократичное лицо. Милое личико пухлые губки, но ярко-фиолетовые глаза выражали никаких добрых чувств. Хрупкая прекрасная фигурка. На неё было длинное бальное платье фиолетового цвета с чёрным корсетом. - Что пожелаете моя госпожа? – повторил парень громче и чётче чем в первый раз. Он не боялся её гнева. Наоборот он любил, когда она злилась, когда она ненавидела его. Хоть он и знал, кто она такая и чем может сулить её гнев ему. - Так намного лучше … - тихо пробормотала девушка, чтобы слуга её не услышал. И подошла вплотную к парню. Долгое мучительное молчание юная госпожа просто смотрела прямо в глаза слуге, ожидая от него хоть каких то действий. Желая узнать, что у него на уме и на душе. Хотя дать ему свободу на время, чтобы эту свободу забрать. Слуга лишь вздохнул и стал тонуть в её бездонных глазах. Снова, опять это чувство … Страсть, которую стало подавлять с каждым разом всё труднее и труднее. А куда? Нет … Что делать? Он не имел никакого права любить её. … Хотеть её. Но желание оно всегда было сильнее и сегодня оно его пересилило. Девушке явно не нравилось то, что получалось. Она хотела чего-то другого, но чего? Сама не знает. Она сняла перчатку с одной руки. Бледная кожа намного бледнее, чем у обычного человека. После снова вернула взгляд на лицо парня, и провела рукой по его щеке, оставляя ногтями не глубокие порезы, по которым сразу стала стекать кровь. Он лишь молча стерпел эту боль, это было не впервые. Он уже привык. Она часто била его, унижала, избивала до полу смерти. Сейчас ему это уже нравилось. И вдруг нахлынувшая страсть. Это чувство. Мгновение и он уже жадно впился в её губы, не смотря ни на что. Девушка довольно улыбнулась. Снова она добилась того, чего хотела, но через пару минут она закрыла глаза и сжала руку, довольно сильно укусив его за губу. Но ей так не хотелось, чтобы он уходил, но проиграть и сказать, что он ей нравится, тоже не хотелось. Не в её вкусе проигрывать … Особенно ему. Слуга лишь зажмурился, но отпускать госпожу он не желал, и, углубив поцелуй, довольно грубо прижал к стене. В сердце что-то сладко замирало. Он решил для себя, что если так. Даже если она выгонит его. Он получит её. До капли. Насытиться ею … до конца. Девушка удивлёно открыла глаза. Что такое? Противится? Её любимая игрушка пошла против её правил? Девушке было приятно, но признать этого не собиралась, именно по этому она молча смотрела на него. Как будто прожигая насквозь своим ледяным взглядом. Решая как лучше поступить, что бы сделать ему как можно больнее. «- За не послушание нужно платить Джек. – Промелькнула мысль в голове девушки». Он не видел её глаз. Потому что с каждым разом тонул в её взгляде всё глубже и глубже. Он закрыл их и наслаждался ею. Руки, действуя, самостоятельно не подчиняясь здравому смыслу, стали срывать платье с госпожи, как будто это была простая бумага. Это было последней каплей терпения девушки. Взяв, что-то со стола находившегося рядом она со всей силы ударила его, а второй рукой схватила за горло. Джек понял, что его задумке не совершиться и вылетит он быстрее, чем получит свой желанный запретный плод. Но как говориться. Чем труднее его достать, тем он слаще. Девушка всё сильнее и сильнее сжимала горло слуги. Лицо не выражало ничего кроме злости, но глаза оставались спокойными, холодными на этот раз немного по-другому смотрели на Джека как-то теплее, нежнее, добрее. Не важно. Сейчас не об этом. - Что это было? – тихо и злобно прошептала его госпожа. Её голос был похож на шипение. Джек, понимая, что это уже конец. Что он сейчас задохнётся или того хуже захлебнётся в своей крови накатившей от лёгких, прохрипел лишь те три заветных слова: - Я тебя люблю … Плечи девушки слегка вздрогнули, и она отпустила шею парня, немного поморгав, она мотнула головой, пытаясь понять, что произошло, правда ли … Молча, пройдя к своему излюбленному месту пребывания. Подоконнику девушка схватила розу и кинула её в Джека. Парень, упав на колени, терял сознание, а изо рта хлестала кровь, старая рана открылась. Его кровь орошала её босые ножки и заливала дорогой паркет. - Джек – Хиён слегка скривила губу и, взяв парня за руку, потянула на себя. Ей уже было всё ровно. Было наплевать, но та боль которую он испытывал сейчас была такой притягательной так же как и алая жидкость пахнущая металлом. Он лишь вновь посмотрел в её бездонные глаза, и устало улыбнулся. - Я люблю тебя. … Любил всегда, … и буду любить вечность … Госпожа Хиён. – шептал как будто себе Джек, закрывая глаза боясь, что это сон. Хиён не долго думая, коснулась его губ. Слизнув кровь, после поцеловала более увереннее укусив за нижнюю губу и сжимая его предплечье сильнее. Джек улыбнулся, углубив поцелуй. Этот поцелуй с привкусом крови. Поцелуй смерти. Он любил её и готов был делать все, что она пожелает, захочет, прикажет, и даже любил бы ее, если бы она убила его. Хиён любила боль. Любила кровь. Сейчас исполнялось то, что ей всегда снилось. Джек. Поцелуй. Ночь. Точно так же и так приятно первый поцелуй и привкус крови совсем не мешал, наоборот притягивал продолжать этот сладкий поцелуй. Юноша, оправляясь от боли, медленно прижимал госпожу к себе. Он хотел быть с ней. Всегда, всю жизнь. Да он подарок. Лишь дорогая игрушка и то на время. Но он желал её. Те чувства, что назывались преданностью, переросли в желание. Страсть и, наконец, любовь. Хиён отстранилась и приблизилась к его уху, перед этим облизав губы насладившись вкусом его крови. - Оставайся со мной … навечно – закрыв глаза, прошептала она. Голос так и остался холодным и спокойным, но говорила она искренне от всего сердца, которое все считали ледяным. Парень лишь улыбнулся и стал медленно наваливаться на девушку, прижимая её к себе. Она молча посмотрела в его глаза после на улыбку. Отойдя от него, она взяла его за руку, сжав её намного сильнее, чем надо было положила на кровать. Подойдя к двери, она закрыла её на ключ и забросила куда подальше. Джек не в состоянии пошевельнутся, просто лежал на кровати как забытая кукла, пачкая простыни своей кровью. Он ждал. Он хотел узнать, что задумала его госпожа. «-Что она хочет? Может это вновь игра? – проскользнула мысль в голове парня». Подойдя к нему, она наклонилась и вновь коснулась его губ, сжав предплечье. - Не бойся – тихо стала шептать она – это не игра … я позволяю тебе, делать всё что хочешь … - на её губах промелькнула улыбка – но смотри, чтобы мне это понравилось иначе тебе же хуже. Хиён вновь припала к губам слуги, наслаждаясь тем же поцелуем. Жадным с кровью и болью такой приятный и притягательный одновременно. Доводящий до верха блаженства. Юноша был в эйфории. Предвкушая предстоящую ночь. Предвкушая любовь со вкусом крови. Он медленно обнял свою госпожу, нетерпеливо срывая с неё остатки платья, рвя его в клочья. Откуда брались силы? Или же его окрыляло желание? Слегка улыбаясь, юная аристократка смотрела на реакцию того, кто был всегда рядом. Продолжая поцелуй, девушка убрала свои руки на его плечи, пока не принимая никаких мер. Может быть, это была игра? Может, нет, … Она знала, чего хотела и знала, что получит то, чего хочет … как всегда. Не зная правил, Джек сорвал с госпожи всё, что мешало ему. Но поцелуй слишком затянулся, не давая ему вздохнуть. Он начал царапать изящное бледное тело своей госпожи. Такое утончённое, такое хрупкое. Девушка сразу же отпрянула и посмотрела на него. Мысль дать ему свободу на это время ей казалась самой лучшей. Но почему-то было что-то не так. Что-то не нравилось ей. Поэтому Хиён поцарапал ему плечо, смотря на его лицо холодным как будто ледяным, но одновременно прожигающим на сквозь взглядом. Джек вновь стерпел боль. Он ждал. Когда же она захочет утонуть в страсти, как хотел этого он. Девушка продолжала молча смотреть на него. После чего сползла с него и отошла подальше. То, что он делал, совсем ей не понравилось. Поправив волосы, она слизнула с ногтей кровь и стала смотреть в окно. Может, просто наскучил? … Джек же остался сидеть на кровати. По телу текли струйки крови. По его телу струилась алая жидкость. Такая тёмная, с запахом и вкусом металла, слегка горчила, как вино. Хиён молча смотрела вниз. Тихо вздохнув, она вновь посмотрела на возлюбленного. - Скучно – по-детски простонала она умоляюще. – Развесели меня. На её теле то на руках, то на плечах, то на талии были порезы, которые ярко выделялись на бледном хрупком тельце его юной госпожи. Джек быстро появился перед юной аристократкой, начиная медленно и властно целовать её. Сейчас он хотел почувствовать над ней власть. Которую давно мечтал получить. Девушка молча опустила руки, в какой то степени изображая фарфоровую куклу, но она была живая, у неё было желание заполучить его всего без остатка, что бы он подчинялся только ей. Наконец первое желание исполнилось. Он отдался эмоциям. Желанию. Он делает то, что хочет, но пока не время забирать эту его власть. Надо дать ему возможность почувствовать себя победителем в этой маленькой сватке. В сватке госпожи и вечного слуги. Слуга жадно целует губы госпожи, её плечи, её белоснежную грудь. Наслаждается каждым прикосновением к её телу. Желание и страсть заполнили его до конца, до последней капли. Заставляя содрогаться. Заставляя прижимать её к стене, властно целовать и впиваться с новой силой в её алые губы. Оказавшись снова между ним и стеной, она слегка улыбнулась. Поверил? Да, нет. Не важно. Главное он делает то, что душе угодно. И то чего хочет она сама. Его желание передалось ей, а страсть выросла и накрыла с головой. С наслаждением, отвечая на поцелуи слуги, Хиён продолжала чувствовать остатки крови. Но ей было этого слишком мало, ей хотелось большего. Джек медленно возбуждался, касался её. Изучал её тело. Каждый изгиб. Ещё мгновение и он завёл её руки на вверх. Теперь ему ничто не мешает быть с госпожой. Любить только её. Целовать только её, наполнить её до краёв своей страстью. Аристократка слегка прикусила губу и отвернулась от его лица, недовольно простонав, девушка, молчала, ноги слегка дрожали, а руки она пыталась освободить из пут. Но бесполезно. Страсть желание чего-то большего, чем просто поцелуй. Чем просто одно ночь этого сладкого удовольствия, она не знала, к чему это ведет, но хотела этого. Джек лишь углубил поцелуй. Желая, что бы она разорвала всё. Всё что мешало им быть вместе. Любить друг друга и быть единым целым. Хиён лишь молчала, претворяясь куклой. Если уж он её мучает, не делая того, чего желает она то и она не будет. Но. Ведь она сама дала ему свободу. Глупо. Только сейчас она поняла как глупо. Поддавшись вперёд, аристократка жадно впилась в его губы, передавая всю страсть всё желание, на этот раз, смешивая со своей кровью. Джек сорвал с себя вещи и бросил девушку на кровать. Им окончательно овладела страсть и желание. По его хилому и измазанному кровью телу струились новые капли крови. Подавив стон наслаждения, почувствовав пульсирующую боль в затылке, Хиён наблюдала за этим зрелищем. Её слуга быстро появился перед ней. Властно прикоснувшись к её губам, он утонул в ещё одном жадном поцелуе. Аристократка, немного не понимая происходящего, обняла его за шею, медленно отвечая на поцелуй. Сжимая руки в кулаки и слегка кусая его за губу. Нависнув над юной госпожой, юноша медленно касался её обнаженного тела. Слегка нахмурившись, девушка отстранилась. - Джек – тихо немного хрипло позвала она юношу. Но тот её уже не слышал. Его ослепила страсть. Сейчас он хотел лишь её. Её одну. Без остатка. Опустив руки на бёдра госпожи, он резко вошёл в неё. Не в силах держать в себя в руках. Сдерживаться теперь. Раскрыв глаза от шока. От боли. Насколько это было возможно, девушка выгнулась дугой. Мысли беспорядком бродили по голове. Девушка открыла рот и вместо крика, получился стон удовольствия. Это музыка. Агония любви. Эти стоны. Он хочет слушать их всё больше и больше. Всё сильнее, всё громче. Он тяжело дышит от напряжения. От того, что он ещё сдерживает себя. Терпит, заставляет остановиться. Слегка улыбнувшись, она закрыла глаза, на которых появились слёзы. Девушка провела рукой по плечу слуги до груди после уже ногтями. Другой рукой, взяв его за плечо, поднялась и мимолётно поцеловала в губы, слегка поддавшись бёдрами навстречу желая продолжения. Желая боли, страсти, любви. Желая его, желая исчезнуть в нём. Джек лишь тяжело вздохнул, и слегка простонав, резко поддался вперёд. Входя глубже, глубже и глубже. Он желал её. Желал получить без остатка и получит. Он начал торопливо покрывать её тело, поцелуями иногда оставляя следы от зубов. Снова слегка выгибаясь дугой, девушка тихо стонала, но с каждым разом всё громче и громче. Она обожала эту боль. Каждое его прикосновение, каждый его поцелуй, действие отдавалось сладкой негой по всему телу. Немного дрожа от наслаждения, девушка сжимала в руках простынь, наслаждаясь этой мукой. Он лишь доставлял ей удовольствие. Боясь поранить её хрупкое тело. Боясь навредить ей, но, уже отдавшись страсти найти дороги назад почти не возможно. С того момента как он понял, что любит её. Аристократка ещё раз глубоко вздохнула. - Я тоже … - тихо еле слышно через силу прошептала она, сжав его руку сильнее и приоткрыв глаза. Джек не слышал её. И она это понимала. Им овладело желание, цель доставить госпоже удовольствие, довести её до пика. Пика этого счастья, удовольствия, этой страсти. Хиён снова тихо вздохнула. Как жаль, что он её не слышит, но гордость просто не позволит ей не закончить это признание. - Люблю – произнесла она и снова закрыла глаза, закусив губу, так как уже не могла терпеть эту сладкую пытку. Юноша продолжал. С каждым толчком, рывком. Он сильнее наслаждался ею. Её стонами, криками и слезами. А что будет потом? Он не думал. Хотя нет. Он просто не мог думать сейчас. Он столько мечтал об этой ночи. Всю жизнь мечтал о ней и вот, она наступила. Он получил её. Она любит его, как и он любит её. Выгнувшись, юная госпожа закричала. Больше просто не было сил терпеть эту сладкую пытку руки яростно, нервно сжимали простыни, что там образовались новые свежие пятна крови. Девушка глубоко дышала. Её слуга, остановившись, тяжело дышал. Плечи аристократки слегка подрагивали. Всё вокруг сливалось. Девушка закрыла глаза и глубоко вздохнула, задержав дыхание. Слишком долго по меркам людей. Джек нежно поцеловал девушку в губы, сжав её руки, он кончил. В это же время из его груди вырвался крик и стон. Сладко, тепло, горько. Мысли спутались. Она не давала отчёт действиям, голос сорвался на последнем крике окончательно. Девушке оставалось, только молча наслаждаться последними моментами с ним. При этой мысли, что он уйдёт. Что он не сможет остаться с ней. Её сердце сжалось внутри, а внутри всё похолодело. Слуга обессилено упал рядом со своей госпожой. Тяжело дыша и пытаясь перевести дух. Пытаясь, успокоится. Она молча смотрела в потолок, по щекам текли слёзы, но лицо оставалось таким же спокойным не проницаемым. Хиён никогда не плакала и не знала что такое слёзы. Солёные капли медленно стекали по белоснежным щекам юной аристократки. По кукольно красивой. Холодной как лёд и с тёмной душой. Резко сев она посмотрела на пол. Джек же мирно спал, уткнувшись в подушку и было слышно тихое по посапывание. - А он уже спит – тихо сказала девушка, грустно усмехнувшись. Поднявшись Хиён одела простую ночную рубашку и вышла из комнаты хлопнув дверью. Она не знала, нужна ли она ему. Он получил всё что хотел. Она тоже. Но что-то осталось не до сказанным и это сжимало ей сердце. Её слуга же спал. Спал, погрузившись в свои мечты. В свои мысли. Он будет любить её до скончания веков. Их веков. Хиён уже дошла до ванной и сев на пол около двери девушка посмотрела на руку. Укус после шла длинная царапина кровь ещё не запеклась, слегка улыбнувшись, девушка вздохнула и откинула голову назад. Уже не хотелось. Ничего не хотелось. Совершенно. Просто лечь где-нибудь. Далеко подальше ото всех и забыться во сне. Но этого ей никогда не получится. Юная аристократка легла на пол и закрыла глаза уснув.