Средь белых роз

Светлая ночь, лишь слышен стрекот сверчков и жужжанье светлячков. Луна озаряет озеро, возле которого я расположился. Я помню этот момент. Катон ранил меня в ногу, после того как я помог Китнисс сбежать невредимой, я истекал кровью, но не мог ничего поделать. Хейтмич не присылал мне подарков, и возможности найти какую-нибудь целебную траву у меня не было. Всё что я сделал, это замаскировался среди камней. Но вот я слышу объявление от Цезаря, что могут вернуться с арены двое, если они из одного дистрикта. Я воодушевился, ведь только одна пара осталась, это были я и Китнисс. Только весёлость моего духа вмиг исчезла, я вспомнил, что был не нужен ей и противен, потому что предал и был в компании Катона. Для меня было выходом умереть, облегчить жизнь Китнисс, чтобы ей не пришлось меня убивать. А потом на утро она пришла ко мне и спасла. Здесь и началась череда, когда Китнисс только и делала, что спасала мою шкуру. Но что я вижу на экране? Китнисс нашла меня, но не стала мне помогать. Я ползу от неё прочь, вновь спасаюсь. Как жалкий червь, но она наступает всё решительнее, на её лице нет ни капли сострадания и жалости ко мне. Она превосходит меня в тысячу раз, ей просто меня убить, и Китнисс делает решающий шаг. Вот я уже не в силах двигаться дальше. А этот великан, львица, которая нашла свою добычу, поднимает вверх нож, и он вонзается мне в плечо. А здесь в камере я почувствовал небольшую боль в том самом плече. Она была не такая сильная, как в прошлый раз. Да и я совсем не сомневаюсь, что это видео липа. Видимо, врач знал, что делал. Яд подействовал не совсем так, чтобы затемнить мой рассудок. Как же я забыл?! Мне нужно играть, делать вид, что мне больно, и что я всему верю. Ну-ка, Пит, соберись. Будь настоящим актером, порази Сноу мастерством перевоплощения. А мне нравится. Я начинаю стонать от боли, которой не испытываю, дергаться на стуле, кричать в конце концов. Я даже умудрился перевернуть стул, на котором сидел. Да я просто шикарен в этой роли! Делаю вид, что отключился, и через несколько минут видео выключается, и в мою камеру заходят миротворцы. Они поднимают меня с пола и кладут на койку. Правильно, после такой игры можно и отдохнуть. И я засыпаю. Я проспал, наверно, часа полтора, набрался сил и готов к новой игре. Но открыв глаза, я вижу перед собой восседающего в кресле президента Сноу. Неужели он решил лично проверить, правда ли мне было так плохо. Опять играть… Ладно, я готов. Я еле-еле открываю глаза, делаю страдальческое выражение лица и … -Ну хватит вам дурачиться, Пит. Вот чёрт. -Я прекрасно знаю, что вы сговорились с доктором, и он вам дал совсем малую часть того яда, что должен был. За что он получил заслуженное наказание. Ну что за дела?! А я только было вошёл в роль. Даже жалко с ней расставаться, а ещё сильнее мне жаль того врача. Ведь он действительно мне помог, хоть попытался. -Думаю, что вы тоже должны понести наказание. – С той же злорадной улыбкой произносит Сноу, что меня аж передёргивает. Как я хочу ему въехать по этой наглой и самодовольной роже! -И каково моё наказание? – спрашиваю я с надеждой услышать что-нибудь менее плохое. - Я могу предложить вам только двойную дозу яда. – Сукин ты сын, я вспомнил, как мне было хреново от одной дозы, а тут сразу две. Я точно отправлюсь на тот свет. Теперь я могу навсегда забыть о том, что должен спасти Китнисс, Панем и кого-то ещё. Ведь от такого меня нет ни малейшей пользы, я стану лишь обузой. Сноу уходит. Заходят миротворцы и новый доктор, они вводят мне яд. Включается монитор. Но я ничего не слышу и не вижу, лишь слёзы стекают по моим щекам. Я потерял единственное, что у меня было - надежду. Боль. Снова боль. Опять боль. Помутнело в глазах, уши заложило. Время от времени я поднимаю голову на экран, вижу как Китнисс убивает меня раз за разом всё чаще и всё жёстче. Мои смерти становятся всё изысканнее что ли, всё изощрённей она пытается меня убивать, причиняя по максимуму боли. И я её чувствую, взглянув на себя, я вижу своё тело в крови, порезах и ссадинах. Не могу всё это терпеть. Пытаюсь отключиться, но этот новый врач не даёт мне этого сделать. И я должен смотреть, должен запоминать, должен забыть кто я есть на самом деле. В отчаянии я лишь, изнемогая от боли, кричу : -Китнисс, остановись! Я ведь люблю тебя! Но мне никто не отвечает, и кажется, что я слышу смех Сноу за стеной. Он радуется над тем, что победил меня. Да, я сломлен, и я не знаю, кем очнусь завтра. Буду ли я тем самым Питом из дистрикта-12, или стану убийцей из Капитолия. И вот, наконец, мрак накрывает меня с головой. Я падаю в эту пропасть, у которой нет дна. И у меня нет в свою очередь сил сопротивляться.