Заставь меня поверить

      Утро. На маленькой кроватке, под тонким одеялом, мирно посапывал солнечный комочек. Первые маленькие лучики солнца путались в золотистых волосах. Милое личико хмурилось при попадании на лицо ярких капелек солнца, которые так и норовили разбудить это крохотное чудо. Сладко зевнув, блондинистый паренек нехотя разлепил сонные глазки и, смешно сморщив носик, чихнул.       Его туманному взору голубых глаз открылась печальная, но родная картина: маленькая комнатушка, вмещавшая в себя крохотный столик для чаепития — на котором молодой омега делал уроки — небольшой комод, с потертыми, старенькими вещами, и старую полутораспальную кровать. Простой деревянный пол и одинокий маленький ковер с большой спиралью в центре, стены бледно-молочного цвета. Вся комнатка была вполне уютна, чисто прибрана, но так и кричала об одиночестве и чистоплотности хозяина.       Он медленно поднялся с кровати, потянулся. Еще сонной походкой паренёк поплелся в крошечную ванную, где был только унитаз, небольшой, старенький, но чистый душ и раковина, также блиставшая чистотой. Ополоснув ещё чуть припухшее лицо, Наруто взглянул на себя в зеркало. Оно отражало немного сонное, но милое загорелое личико с большими лазурными глазами, обрамленными густыми ресничками, маленький аккуратненький носик, пухлые нежно-розовые губки. Растрепанные золотистые волосы, аккуратные пряди красиво обрамляли по-детски пухловатое личико. У него была медового цвета кожа, слегка красновата от сна. Наруто был одет в пижаму, которая явно ему была большая, и поэтому футболка обнажала хрупкое плечико.       Омега слегка взъерошил копну золотистых волос. Взяв расчёску, Наруто начал приводить в порядок волосы, но большинство попыток остались тщетными: кокон на его голове не хотел расплетаться. Спустя несколько минут волосы были кое-как расчесаны.       Вернувшись в комнату, блондин стал прибираться. Заправив кровать, он уложил учебники в сумку. Ах, если бы у него хоть кто-то был! Да хоть домашняя зверюшка! Ему бы было не так одиноко, чувство потерянности не так сильно грызло бы изнутри... Ведь ему не так много надо для счастья, всего лишь чуть-чуть, хоть капельку внимания. Нет, не насмешек, не противных ругательств, не ненавистных взглядов. Простого человеческого слова, чтобы в нем не было ни гнева, ни ядовитых нот, ни безразличия. Наруто мечтал о простом слове, в котором была лишь забота о нем, о всеми брошенном.       "Ну, ладно, хватит себя жалеть!" — приказал себе Удзумаки и подошел к шкафу. Наруто надел футболку со спиралью, которая была больше размера на два, оранжевые брюки и мастерку с синими вставками. Простые синие сандалии, которые чуть ли не соскальзывали с хрупких ног омеги.       Наруто пошёл в прихожую, и бросил сумку возле входа, а сам поплелся на кухню, чтобы съесть свою любимую лапшу. Даже зная все вредные стороны любимой еды, он ничего не мог с собой поделать. Да и на здоровое питание тех денег, которые ему всё-таки давал глава Конохи, для отвода глаз, не хватало. Вот и пришлось привыкать. Поставив чайник, Наруто достал упаковку рамена и открыл ее. Подождав, пока чайник вскипятится, Наруто осторожно взял за ручку чайника, чтобы не обжечься, и налил дымящуюся жидкость в тарелку с лапшой. Спустя несколько минут завтрак был готов.       Медленно, в звенящей тишине, омега поглощал лапшу и думал о сегодняшнем дне, о том, когда же закончатся все ненавистные насмешки, когда закончатся издевательства и бесконечные драки.       Расправившись со скудным завтраком, парень вышел в прихожую, поднял сумку и направился в школу. Проходя через менее многолюдные улицы, Наруто планировал своё будущее, ведь однажды он станет великим человеком, но только не здесь. Однако... сначала нужно получить образование и иметь какой-нибудь талант, чтобы зарабатывать на жизнь. За тяжелыми думами он даже не заметил, как дошёл до местной школы, "Ада" на земле.       Здесь даже учителя не уважали омегу. Он всегда давал полноценные ответы на вопросы, которые иногда даже опытные знатоки плохо могли бы объяснить. Но ему всегда незаслуженно занижали оценку да минимума, и поэтому в дневнике никогда не было отметки выше двойки, хотя была одна тройка, и то учитель был по рисованию, а Наруто нарисовал портрет Хокаге.       Как только омега зашёл, все взгляды сразу приковались к нему, но Наруто настолько увлёкся планом будущей, счастливой жизни, что даже не заметил, как нему подошёл какой-то альфа и пнул в живот. Толпа, окружавшая их, перешептывалась и гадко хихикала. Наруто вышел из раздумий и посмотрел на обидчика гневным взглядом, но неожиданно схватился руками за живот. Нанесенный альфой удар был довольно-таки сильный, и поэтому Наруто еле стоял на ногах. Только альфа занес ногу для последующего удара, как омега схватил его и надавил на несколько болевых точек. Теперь забияка в ближайшее время сможет только ползать, не зря же Наруто изучал медицину для самозащиты!       Омега медленно перевёл разгневанный взгляд в сторону толпы, от чего та невольно поёжилась. Люди кинули презренные взгляды на омегу, послышались и гневные возгласы, о том, что Наруто ошибка природы, полный урод. Но омега, проигнорировав какие-то либо насмешки в свой адрес, спокойно вошёл в школу.       Первым уроком будет литература, которую Наруто терпеть не мог. Учитель был очень придирчив, и если он был не в настроении, а это состояние у преподавателя практически каждый урок, отдувался за весь класс один Наруто.       Урок проходил довольно-таки странно, учитель ни разу не повысил голос, ни разу не крикнул... В классе было тихо и спокойно, впервые за столько лет, Яшино–сан ни разу не спросил Наруто за этот урок. Да и оставшийся день прошёл более чем странно. Никто из учителей не обращал внимания на блондина, даже учитель по математике — Изао-сенсей ни разу не вызвал к доске омегу. Наруто заподозрил неладное, но сомнения терзали его разум.