Я теперь буду вместо неё

      — Наконец-то ты очнулась, Саша, — улыбнулся мне парень, чуть наклонившись. Чего?! Какая ещё Саша?!       Я снова обвела комнату взглядом, чтобы убедиться, что он говорит именно мне. Он действительно говорит мне.       — Сашенька, что случилось? Ты меня не узнаёшь? — он говорит так мягко, словно боится меня напугать.       Почему он так на меня смотрит? Почему я не могу пошевелить даже пальцем?! Пытаюсь сказать, что всё не так, что я его даже не знаю, но слышно лишь глухое мычание из горла. Чувствую себя ущербной.       — Что с ней? — парень разворачивается к медсестре. Видимо, он тут единственный держит себя в руках. Женщина у моей кровати плачет в платочек и сжимает мою руку, но я не чувствую прикосновений. Кстати о руке — это не моя. У меня не такие длинные пальцы и уж точно не такая бледная кожа. Может, мне всё это лишь кажется? Хотя нет, я уже убедилась, что это не сон, только если очень реалистичный сон.       — Она же только что вышла из комы, да ещё и клиническая смерть. Это нормально, хотя, — медсестра подошла ко мне, остановившись на полуслове. Она поводила фонариком у меня перед глазами, пощёлкала возле ушей.       — Она в норме, только не понимаю, почему не может говорить. Надеюсь, ничего не нарушено, — девушка вышла из палаты, надеюсь, что за врачом. Я проводила её взглядом и увидела возле самой двери зеркало. Точно! Может, у меня что-то с лицом? Может, меня тогда ранили, и теперь у меня шрам от уха до уха, и потому я не могу отчётливо говорить?       Я начала мычать что-то и пытаться указать головой на висящее зеркало. Ну догадайтесь же вы! С минуту на меня смотрели женщина и парень, и только потом они догадались проследить за моим взглядом.       — Тебе охота посмотреть в зеркало? Не волнуйся, в аварии твоё лицо не пострадало, — авария? Какая ещё авария? Я уже год не ездила на машине, если не считать полицейский «бобик».       В это время мой «спаситель» принёс мне со стены зеркало, оно было не большим, но и не маленьким. Парень развернул его ко мне, и я в ужасе шарахнулась назад. Из зеркала на меня смотрела та девчонка! Она тоже лежала на кровати и изучала меня испуганными глазами. Да что же за проклятье! И тут она! Я слышала, что призраки являются через зеркала, но я-то тут при чём?! Она, также как и я, вжалась в больничную подушку. Я мотнула головой в сторону, чтобы прогнать это видение, но она сделала то же самое. Наблюдатели удивлённо смотрели на мою «игру» с зеркалом. Неужели они не видят её? У меня сейчас паника начнётся.       Но вдруг до меня начал доходить ужас происходящего. Я ещё раз перевела взгляд на зеркало и приоткрыла рот, она сделала то же самое. Либо она издевается, либо…       Я закричала, точнее хотела закричать, но издала лишь долгое протяжное мычание. Лицо девушки в зеркале исказилось и тоже закричало, нет, это же я кричу! Это моё лицо! Нет, у меня её лицо! Какого чёрта?!       — Успокоительное, доктор! — крикнула вбежавшая в палату медсестра. Тут же мне что-то вкололи. Я не способна сопротивляться, ведь не могу двигаться. Постепенно я начала чувствовать тяжесть и дремоту, глаза начали закрываться, и последнее, что я увидела, было то, как люди прикрепляют зеркало на место.       — Рита, Рита, ты пришла. Почему ты здесь? Ты не приняла своё тело? — откуда этот голос? Такой знакомый голос. Открыв глаза, я увидела перед собой ту девчонку, Сашу. Вокруг нас пустота, чернота, только мы две стоим в белых больничных халатах.       — Что? Тело? Так это не галлюцинации?! Что ты сделала?! Верни меня в моё тело! — закричала я. Как же я соскучилась по своему голосу и движениям! Эти несколько минут в больнице меня ужасно напугали.       — В тело? Тебе уже некуда возвращаться. Завтра тебя похоронят, а причина смерти — убийство по неосторожности. Пулевое ранение скрыть не удалось, а твоего убийцу всего лишь оштрафовали, — девочка пыталась говорить серьёзно, но была видна её ранимая натура.       — Чего ты хочешь от меня? Я даже говорить не могу! Лучше смерть, чем жизнь инвалидом, да тем более в чужой оболочке, — выдохнула я. Надоело с ней разговаривать, ладно, хоть я ещё не верю в произошедшее, а то давно бы с ума сошла.       — Я хочу, чтобы ты продолжила жить! Моим родным тяжело без меня. Побудь с ними. И ещё, это же шанс найти твоего убийцу! — неужели она пытается меня убедить? Странная девочка.       — И как я должна это сделать, если не могу пошевелиться? — фыркнула я. Какое настойчивое ведение, что же мне вкололи?       — Ты просто не принимаешь меня, прими своё тело, пойми, что ты теперь с ним едина. Я знаю, о чём говорю, лет с десяти увлекаюсь сверхъестественными вещами, дома вся комната в подобной литературе, — гордо произнесла она. Так я и знала. Книжный червь, а потому такая бледная кожа и длинные пальцы. Наверное, редко выходит на улицу.       — Зашибись! Хоть ты и пытаешься выглядеть самой умной и уверенной, я же вижу, что ты мягкотелая и слабая. Тебе меня не уговорить, но я и сама хочу за себя отомстить. Так что я использую тебя и твоё тело, а ты расскажешь мне об этом теле и о твоём окружении, — уверенно заявила я. Интересно, она расстроится или нет? Хотя ей наверное всё равно, ведь она уже мертва.       — Хорошо. В палате мои мама и брат. Маму зовут Марина, а брата — Дима. В коридоре мой отец, он Паша. Я хожу в школу, заканчиваю одиннадцатый класс. Живём мы в доме, хотя, скорее, это коттедж. Отец много зарабатывает, и мы можем себе это позволить. С детства у меня было плохое здоровье, так что меня, а точнее уже тебя, будут постоянно опекать. В школе я не в почёте, так что… — какая самокритичная. Хм, тяжёлый случай, я сама таких, как она, постоянно задирала.       — Ясно, значит, Дима, а я думала это твой, точнее мой, парень, — почему-то, идея с этим телом перестала казаться мне такой уж бредовой. Хотя, может это из-за укола?       — Нет, парня у меня нет, — смущённо сказала девушка. Мда, с такой-то рожей и не мудрено. Объясню точнее, я — Маргарита — была жгучей брюнеткой с серыми глазами. Я была высокого роста, где-то сто восемьдесят сантиметров. Но, судя по стоящей передо мной девушке, теперь я буду блондинкой со слабыми волосами, голубыми глазами и ростом под метр семьдесят с кепкой. Она вся такая щупленькая, хиленькая и ссутуленная. Как-то так я представляла себе запуганных детей. Я же была всегда бойкая, жизнь вынуждала. Ну ничего, я приведу это тело в порядок, хочет она того или нет.       — Хм, а ты уже с кем-нибудь спала? — спросила я так, на всякий случай, мало ли куда жизнь меня заведёт. Стоп, я что, уже думаю так, как будто буду жить в этом теле?!       — Нет, конечно! Я ещё девственница, — смущённо пробормотала она, чем вызвала у меня внутренний смех. Хотя, судя по ней, девственницей она была бы до конца своей жизни. Собственно, так и случилось.       — Только не выдай себя! Прошу, не причиняй им боль! Я люблю своих родных! Ради них я дала тебе второй шанс! — закричала она. Я не поняла, почему она вдруг сорвалась на крик, но темнота вокруг стала растворяться, и мы вместе с ней.       — Она пришла в себя. Сашенька, слышишь меня? — снова этот парень. Дима, да? Так, сейчас главное убедить себя, что тело моё. Вот моя рука, вот моя , нога, это моя голова и тело моё. Я глубоко вздохнула и произнесла на выдохе.       — Да, брат, — моё лицо озарила улыбка. Я сделала это! Сделала! Но меня терзают сомненья, может, стоило отказаться?       Парень бережно обнял меня, а потом мама, а потом ещё и мужчина, который, видимо, мой отец. Новая жизнь начинается отсюда, с этой больничной койки. Я отомщу за свою смерть.