Перекрёстки жизни

      Будильник, стоявший на тумбочке, сообщал о новом дне, причем самым неприятным на то образом. Лучи солнца, проникавшие через занавеску, будили, давая понять, что день пройдёт в хорошем настроении. Хотя бы это радовало, ведь за эти несколько месяцев я только и делала, что думала об Учихе. Он слишком много места занял в моей голове. Это неприемлемо в моём положении, ведь, как сообщила мне Конан, он ещё тот экземпляр, с которым мне по известным новостям придётся делить семейное ложе. От таких мыслей меня бросило в дрожь, и я тут же отложила эту мысль подальше. Встав с кровати, я распахнула занавески, давая солнцу проникнуть в комнату. Вот бы всегда иметь при себе такое маленькое солнышко, а не мрачные тучи. Ведь именно с этим у меня ассоциировался Учиха. Он был для меня как мрачное темное небо, окутанное страхом и ложью. Ну вот, опять я перешла к нему. Хватит, я должна забыть его хотя бы на эти несколько дней.       Выглянув из комнаты, я поняла, что Конан ещё дремала сладким сном. Пройдя на кухню, заварила себе чашку кофе и, включив телевизор, следила за новостями. Так и не найдя ничего путного, отключила телевизор и, облокотившись на руку, снова окунулась в свои мысли. Вчера мы с Конан обсуждали все возможные варианты справить мой последний день, но остановились на проклятом для меня клубе, который я посетила в первый день пребывания здесь. От воспоминаний я слегка улыбнулась, не заметив проснувшуюся подругу, что-то тщательно искавшую на кухне.       — Что ты делаешь? — интересующимся голосом спросила я, всё ещё не меняя позы, но следя глазами за её действиями.       — Пытаюсь найти что-нибудь вкусное, — пробормотала невнятно она, — мне так охота есть.       — Ты же вроде на диете? — вопросительно сказала я, немного усмехнувшись над её глупыми попытками найти что-нибудь. Она сама рассказывала мне, что дома, кроме овощей, у неё ничего не было.       — А, ну и чёрт с ним, обойдусь, — промямлила она, выругавшись всеми знающими словами, проклиная свою слабость. Она заварила себе кофе и, присев напротив меня, завела разговор. — Ну так что, Хината, — коварно улыбнулась она, — идём сегодня в клуб?       — Может, не стоит? С последнего раза моя память так и не вернулась, — умоляюще простонала я, пытаясь образумить её. Не была это идея хорошей, и Накамура это прекрасно понимала.       — Нет, мы пойдём именно туда, тем более я уже договорилась на шесть часов. — Отпив из кружки напиток, она снова посмотрела на меня хитрым взглядом, отчего по телу прошлись мурашки. — Этот день ты должна запомнить на всю жизнь.       — Можно и в другое место пойти.       — Но мы пойдём именно туда, — фыркнула она, снова отпив из кружки. — Хината, это твой день, последний день свободы.       — Ты так говоришь, как будто меня завтра убьют. — Отвернувшись, я посмотрела в окно.       — Не убьют, но жизни нормальной точно у тебя не будет, — сказала она.       — А разница есть? — задала ей вопрос только ради поддержания беседы.       — Так, а ну хватит тут кислую мину строить, нам надо готовиться. У нас много дел и мало времени. — Глянув на часы, висевшие на стене, она перевела взгляд на меня. На циферблате красовались два часа.       Конечно, я успела бы за это время привести себя в порядок, но Конан собиралась очень медленно, чем крайне меня раздражала. Допив напиток, она отправилась в ванную, и по моим примеркам это затянется часа на два. Пока у меня было время, я хотела обдумать, что буду делать, когда вернусь обратно в Японию. Смогу ли я полюбить этого холодного человека? Возможно ли, что между нами появится искра надежды на счастливое будущее? На это я не могла ответить, так как плохо знала Учиху, но догадывалась о его характере. Глаза человека могут показать настоящую его сущность, и по его глазам было ясно видно одиночество, непонимание, но он тщательно это скрывал под маской, которая уже приросла к его лицу. Я ненавидела его глаза именно потому, что в них я видела глаза Хиаши. Ничего не изменилось: что я жила с отцом, что буду жить с ним — ведь повсюду эта аура мрачности.       Как бы хотелось родиться обычной девушкой, а не наследницей великого клана. Я бы душу продала, будь такая возможность, но таковой нет. Решив пока отбросить мысли, я залезла в чемодан, ища платье для клуба. Первым мне попалось черное платье с эффектом жатости. Оригинальный бант на спинке, а также круглый вырез спереди. На ноги я решила надеть черные туфли на большом каблуке с открытым мыском. Они смотрелись очень элегантно, украшены бантом. Наконец-то закончив с выбором наряда, я слегка подвела глаза и подкрасила тушью ресницы. На губы я нанесла нежно-розовый блеск. Волосы я оставила распущенными, слегка завив их. На всё это у меня ушло два часа, ну а Конан к этому времени только накрасилась.       — Хината, ты что, уже готова? — удивленно спросила она.       — Да, а тебе бы я посоветовала поторопиться, — сидя на кровати и просматривая вещи, которые она поочерёдно вынимала из шкафа, сказала я.       С нарядом у нас были огромные нервы, так как, что бы я ни выбрала, она критиковала это тем, что оно её полнит либо не подходит к её макияжу. И всё же через час мучений и ссор мы остановились на выборе темно-красного платья с экстравагантными складками спереди и круглым вырезом на спине. Обувь мы выбирали уже более спокойно, а точнее, мы выбрали полусапожки черного цвета на высоком каблуке. Открытый носик, на шнурках и молнии. Закончили мы ровно в шесть часов и, вызвав такси, направились в клуб. Всю дорогу мы болтали без умолку, иногда следя за временем, которое очень быстро шло. Когда мы всё же наконец приехали в злополучное место, то прошли ко входу, где нас встретили две на вид симпатичные девушки.       — Познакомься, это Мисаки Ханако, — указала она на девушку. У неё были длинные шоколадного цвета волосы и очень красивые глаза серо-голубого цвета.       — Очень приятно, — улыбнулась я, пожимая ей руку. Вторая девушка по виду была очень жизнерадостной и чем-то схожей с Накамура. У неё были светлые волосы до плеч и темно-зеленые глаза. Она перебила Конан и, подбежав ко мне, стала рассматривать меня, после чего протянула мне руку.       — Меня зовут Юми Ёсико, приятно познакомиться, — улыбнулась она широкой улыбкой, отчего создавалось хорошее впечатление об этом человеке.       — Взаимно, — пожимая протянутую руку, проговорила я.       — Девчонки, это Хината Хьюга, — перебив Юми, сказала Конан, — и сегодня у неё последний день, ведь скоро она выйдет замуж за Учиху Саске.       — Неужели за него? — удивленно проговорила Юми, не веря своим ушам. — Он же ещё тот урод.       Видимо, в кругу Конан присутствовали только ненавистницы Учих, а не его заядлые поклонницы.       — Хм, не везёт, значит, нам предстоит сделать этот день незабываемым, — подала голос Мисаки, после чего в её глазах заиграли чертики.       — Тогда пора уже начинать, — нетерпеливо проговорила Накамура. Юми взяла меня за руку и потащила в клуб. Когда мы вошли, то атмосфера была очень шумной, отчего мне стало не по себе. Мы быстро дошли до барной стойки, куда Конан с самого начала собиралась, чтобы заранее споить меня. К моему удивлению, мы встретили Яхико и ещё двух парней. Видимо, все присутствующие знали друг друга.       — Яхико, что вы тут забыли? — недовольно фыркнула Конан.       — Аналогичный вопрос: что вы тут забыли? — посмотрел Яхико на меня. — Хината, когда ты успела приехать?       Я была очень рада видеть его и, подбежав к нему, крепко обняла.       — Яхико, я так рада тебя видеть! — прокричала я, но из-за музыки меня было еле слышно.       — Яхико, не хочешь нас познакомить с этой прекрасной девушкой? — сказал парень, стоявший сзади.       — Да, точно, Хината, познакомься, это Акасуна Сасори, — указал он на красноволосого парня, который, улыбнувшись мне, поцеловал руку.       — Про меня, надеюсь, никто не забыл, — уточнил ещё один парень.       — Конечно нет, — улыбнулся Яхико. — Хината, это Нагато.       — Очень приятно, — улыбнулся тот, оттолкнув Сасори.       — Мне тоже, — сказала я. Конан испепеляла взглядом Яхико, но тот, видимо, не замечал этого. Заказав напитки, они быстро выпили их, после чего направились на танцпол. Я всё еще не решалась выпить коктейль, так как знала, что потом произойдёт.       — Хината, ну скажи, зачем ты сюда пришла? — с волнением проговорил Яхико, заказывая виски. — Что-то случилось?       — Да, я выхожу замуж за Учиху Саске, — иронично проронила я, крутя в руках трубочку.       — Видимо, твой отец все-таки настоял на этом. — Да, он был в курсе об этом ещё давно. Я рассказал им, ведь мне так хотелось поделиться с кем-нибудь.       — Да, и это не обсуждается. — Но тут я снова подняла на него глаза и мило улыбнулась: — Надеюсь, ты придёшь на мою свадьбу?       — Несомненно, — он также улыбнулся мне, после чего поставил стакан и направился к ребятам, — повеселись сегодня.       После его слов я резко выпила коктейль, и дальше всё было как в тумане.       Утро       Голова раскалывалась на маленькие осколки. Из-за будильника, как будто сам дьявол поставил его, решив тем самым поиздеваться надо мной. Моя голова заболела в два раза сильнее. Я кинула его в сторону, и, к моему счастью, он заглох. Конечно, как и предполагалось, я переборщила с выпивкой, снова потеряв контроль. Мне бы научиться пить, а лучше — больше никогда не притрагиваться к алкоголю. Естественно, моя память отказала мне сегодня, и поэтому я просто лежала, пытаясь вспомнить хотя бы что-то. Ничего не выходило, но одно все же всплыло в моем сознании, отчего по моему телу разбежалось приятное чувство. Я вспомнила парня, которого встретила в клубе, но запомнила лишь его синие, отливающие немного голубым цветом глаза и золотые, как солнце, волосы. Во взгляде его я читала доброту и нежность. Но больше не смогла увидеть. Мне бы хотелось узнать об этой неизведанной личности больше, поэтому я решила: как только Конан проснётся, по полной расспрошу её об этом парне.