Нужный враг

«Войди, войди в мой темный дом, Зажги свечу, что на окне, Пусть этот мир горит огнем, Мы не сгорим в его огне. Дай мне познать другую боль, Пусть это даже смертный грех, Позволь хоть миг побыть с тобой, Забыв, что я не человек, Забыв, что я могла летать, Что неба краски так ярки, И как приятно убивать, Одним движением руки.» (1)

Лексий открыл глаза и потянулся, удивленно отметив, что мышцы не болят, хотя должны. Странно, что удалось уснуть и какой был сон… Оборотень зажмурился и улыбнулся. Искра… Жаль, что лишь сон, хоть и такой реалистичный. Распахнув дверь, Лексий замер. Искра еще не проснулась, а оборотень не смог себе отказать в удовольствии на нее посмотреть. Да и сон еще вспоминался ему. Рыжая ведьма безмятежно спала, свесив с кровати правую руку на запястье которой отчетливо виднелись свежие синяки. Стоп. Синяки?! Свежие?! Лексий мысленно взвыл от осенившей его догадки. Значит… «Светлая Ария, где был мой разум?!» Догадки подтвердила и валявшаяся на лавке рубашка, разодранная почти пополам. «Синяки, рубашка… Значит не по доброй воле, значит я…» «Зверь и сволочь» — подсказал внутренний голос. «Да, зверь и сволочь» — согласился Лексий, — «но в глаза ей как теперь смотреть?!» «Сам влип — сам и выкручивайся» — припечатало подсознание.

* * *

М-м-м, утро, как ты не вовремя! Вчера сил у меня хватило только на то, чтоб переодеться и рухнуть спать. Синяки и прочие следы бешеной страсти залечивать придется сегодня и прямо сейчас, чтобы Лексий не увидел. Не надо, лишнее это. Кстати, оборотень явно проснулся и пакует сумки, судя по звукам. Надо вставать, тем более, до ближайшей деревни придется топать пешком — лошадь-то одна теперь. Синяки я залечила, много времени на это не нужно, и, наскоро одевшись, вылезла во двор, прямо через окно. Ну не хочу я раньше времени на оборотня любоваться! Мне и так с ним весь день рядом быть. И не один день. Хорошо, что Тиш вернулся. Лексий и вправду собирался. — Доброе утро! Оборотень вздрогнул и обернулся. Ма-а-ать моя женщина! Я, что, стала приведением? Зачем на меня ТАК смотреть? — Доброе. Искра, собирайся, нам пора. А в глаза не смотрит. Неужели помнит?! Да нет, не должен. Собраться — дело нехитрое. Особенно, если и собирать особо нечего. Лексий уже вывел Василька, а Тиш, очередной раз трансформировавшись, помогал ему закреплять сумки.  Хм. Я смотрю, эта парочка вообще спелась. — Всё? — Почти. Есть такое простенькое заклинание, Лер мне его показал одним из первых, наверное. Суть в том, что человека с дурными мыслями оно не пропустит. Полезная штука, которую я на дверь и повесила. От греха подальше. — Теперь всё. Лексий кивнул и потянул Василька. Да что с ним такое?! С оборотнем, а не с конем, конечно. Топать гробовом молчании — удовольствие ниже среднего, я вам скажу. Тиш не выдержал первым. — На кладбище и то веселее! — Ага, — согласилась я, — особенно с некромантом. Весело — скелетики маршируют, зомбики прыгают, а если еще упырь какой забредет, так вообще веселье через край! — Личный опыт? — поинтересовался Лексий. Надо же! Отмер! — Конечно, — ответил за меня наглый висник, — у Искры, обычно, роль упыря. Я попыталась дернуть Тиша за хвост, но котик обернулся совой и поудобнее устроился на седле. — Кстати… А правда, что есть Зовущие Смерть? Такого вопроса от Лексия я не ждала. — А откуда ты про них знаешь? — Отец рассказывал, — пожал плечами оборотень, — вроде у альвов их было больше всего. — Ну да. Зовущие Смерть или Ночные Тени. Нет, не миф, правда есть. Правда это редкость среди людей. У эльфов и гномов Зовущие вообще не рождаются, а вот у людей, орков и альвов — бывают. Правда если у ребенка проявился такой дар, делают все, чтоб это скрыть. — Почему? — Слишком большая опасность и, одновременно, ценность. Могут убить, а могут сделать оружием. Ночные Тени, при определенном умении и силе Дара, могут убить обычным взглядом. Но бывают исключения. — Это какие? — Очень сильный Дар, обычно с ним достается власть над Огнем. Вот таким Теням, достаточно просто пожелать человеку смерти. Лексий передернулся, а меня это покоробило. — Да уж… — Только везде есть обратная сторона, — продолжила я лекцию, — после каждого применения Дара, Зовущий все менше становиться человеком. Отмирают чувства, эмоции. Ослабевают привязанности и Тень превращается в безумную машину для убийства. Пару веков назад, у Теморского короля был Зовущий. Что-то вроде личного убийцы. Уж не знаю, какой магией его подчинили, только он все равно обезумил и убил короля. — Поучительно. — Очень, — соласилась я. — Темы у вас — одна другой веселее! — проворчал Тиш. — Вот сам бы и рассказывал тогда! — возмутился Лексий. — И расскажу! — Не надо! Так мы и перепирались до самых Половинок — Кстати, а почему именно Половинки? — спросила я оборотня. — Ну-у… Сначала они были… Половики. Ну что ты ржешь, гнусная ведьма?! Половики тут делали! Домашние! Но меня уже было не остановить! — Лексий, — простонала я, вытирая слезы, — это же в честь тебя названо! Или нет, это твоя Ро-о-одина! — и снова согнулась от смеха. Оборотень закатил глаза, всем своим видом показывая, что мои подколы действия не возымели. Ну и ладно, зато Тиш оценил. Ржущая сова — сильное зрелище! А вот деревня нас встретила как-то не весело. На улицах народу мало, молодежь и детей не видно. — Интересно, тут трактир или какая-нибудь забегаловка есть? — задумчиво спросила я. — На том краю деревни. Тут охотники живут, большей частью, поэтому за мехами частенько приезжают купцы. Ну, и останавливаться же нужно где-то. — Ты тут уже был? — Так город почти приграничный. Был, конечно. Таверна была более, чем скромной, но чай и хлеб с сыром там был. М-м-м, настоящий чай, а не кора-трава в котелке, которую Лексий варит и гордо именует чаем. — А почему у вас тихо так? — Так нечисть житья не дает, — хозяйка тяжко вздохнула. — Какая нечисть? — Упырь у нас завелся. Трех коров утащил. — Упырь? — переспросила я. — Упырь милая. Волкодлаков-то мужики постреляли да извели, охотники ведь, а с этим не знаем, что и делать. — А давно он у вас? — Так, почитай, две недели, чтоб его проклятого! Мы с Лексием переглянулись. Две недели, тогда же и волкодлаки возле альварской деревушки появились. Не нравиться мне это… — Староста уже и вознаграждение объявил, только бояться все, — продолжила хозяйка. — А какое вознаграждение? — кошель не резиновый, да и лошадь бы мне хотелось не из категории — «три дня до смерти». — Сто золотых. Я присвистнула. Черти! На лошадь хватит еще и останется! И на хорошую лошадь. — А как бы мне старосту найти? — вкрадчиво поинтересовалась я, заметив, как насторожился оборотень. — Да по правую руку от таверны, дом с резными наличниками. А зачем вам? — С упырем вашим познакомиться хочу, — улыбнулась я. — Пара комнат найдется у вас? Комнаты нашлись и меня устроили. Зато не устроил злющий оборотень, который попытался качать права. Спор кончился в мою пользу. Ха! А могло быть иначе? Староста нам чуть в ноги не кинулся, услышав причину нашего визита. Да-а, достал их упырь. Сошлись на том, что ночью я пойду к нежите на свидание, на болото — ненормальный упырь какой-то, нормальные с кладбища приходят. — Как ты собралась это провернуть? — спросил Лексий, когда мы вырвались от гостеприимного старосты. — Молча. Лексий, не забывай, что меня учили один из лучших войнов Лавии и боевой маг. Сама я до мага не дотянула, а вот мечом махать научилась. Упырь не такая уж страшная нечисть, справлюсь. — Я тебя одну не пущу. Вместе пойдем! — заявил оборотень. Я молча пожала плечами. Пусть идет, если делать нечего. Мне до марвовых портянок. Это же я сказала и любопытному Тишу. — Ой, прям до портянок? — До них самых, — упрямо подтвердила я, оглядывая меч. Конечно, мне было приятно, что Лексий собрался со мной. Но сознаваться я не собиралась. Да и мысли о… Совместной ноче старалась отгонять, какими бы приятными они не были. — Ты, как хочешь, — обратилась я к виснику, —, а я посплю, перед бурной ночью с упырем. Тиш недовольно фыркнул. — То у нее бурная ночь с оборотнем, то с упырем! Совсем стыд потеряла! — А кому от него лучше? От стыда моего? — лениво поинтересовалась, вытягиваясь на кровати. — Искра? Ты слепая? Он ведь места себе не находит и так на тебя смотрит… — Как? — Виновато. — Ах, винова-а-вато! — протянула я. Он что? Боится, что я буду претензии предъявлять? Или требовать немедленно на мне жениться? Половик! Я была об оборотне лучшего мнения! — Искра, а может ему рассказать? — осторожно начал Тиш, — не все, но хоть половину. — Тиш, иди ты к Марву, со своей мужской солидарностью! Как ты себе это вообще представляешь? «Знаешь, Лексий, я твой кровный враг, последняя из рода. Мы тут случайно переспали, но это же мелочи, правда? Ты же не будешь меня сразу убивать?» — Не кипятись! — А ты глупости не болтай! И вообще, дай мне поспать! Тиш еще по ворчал, но я уже не слушала. Кошмары мне давненько не снились. Признаться честно, я успела от них отвыкнуть. Наверное, именно поэтому сейчас сижу с дикими глазами, пытаясь отдышаться и успокоиться. — Искра! У тебя все в порядке? — спросил из-за двери оборотень. Черти… — Да, все живы пока. Я соберусь и спущусь. Лексия ответ удовлетворил и ломиться дальше он не стал. И на том спасибо! А я поплелась приводить свою бренную тушку в порядок. — Что-то как-то бедненько… — заявил мерзкий оборотень, оглядывая меня. Ну да, не полный парадный латный доспех, каюсь. Да он и тяжелый, зараза — почти два пуда (2), а у меня только кольчуга под кожаной курткой и кованые наручи (3)  — кто его, упыря, знает, вдруг у него настроение плохое. — В следующий раз хауберк 4) натяну, — пообещала я. Оборотень фыркнул. — Еще лошадь в доспехи обряди. — О, точно! И лошадку закую! — поддержала я идею. Всем хорошо, всем весело, только за деревней Лексий как-то потух. Да что с ним такое, с Марвовым оборотнем?! Вот уж не догадывалась, что у него такая тонкая душевная организация! — Ну и где это болото? — чертыхнулась я. — Так пришли уже, — Лексий кивнул на заросли камыша и осоки. Мда… Классическое болото, только лягушки молчат. Кстати, почему? — Наверное, их упырь сожрал… — протянул Лексий. Я хихикнула, представив упыря, гоняющегося за лягушками по болоту. — Веселись, веселись, — сказал оборотень, опускаясь на камень, — черт знает, что из этого болота вылезет. — Чтоб не вылезло, оно стоит сто золотых, а нам эти деньги не лишнее. Подвинься! — Одним словом — наемница! — проворчал Лексий, но подвинулся. — Можно подумать, ты у нас из королевского гарнизона! — поддела я. Хм… А я ведь правда о нем ничего не знаю, кроме каких-то обрывков. — Угадала. Только служил я там года два, от силы. Я присвистнула и недоверчиво глянула на оборотня. — Выперли или выгнали? — А есть разница? Женился и сам ушел, — улыбка снова сползла с его лица. — Лексий… — Что? — А она красивая была? — Марв меня дернул спросить! Черти! — Очень. Она была полуэльфийкой. Полукровка. Я второй раз обалдела. Эльфийка?! Пусть и наполовину, и простой человек?! Они ведь не роднятся с людьми! Даже у альваров всего два полуэльфа! — Не удивляйся. Все были против, а мы все равно поженились, — у оборотня даже лицо просветлело, от теплых воспоминаний. Вот тут я поняла, насколько влипла! Я ревновала. И ревновала сильно. Даже не знаю, на кого злиться — на себя или на него. Подумав, я разозлилась на упыря, который как раз вылез из болота. Он, бедный, и понять ничего не успел и вмазать мне толком. Лишь когтями по наручам скользнул, а ему голову снесла. Лексий даже взмаха мечом не сделал. — Пошли, — бросила я оборотню, перехватывая мешок с головой упыря — доказательство. — Я начинаю тебя бояться, — заявил Лексий, забирая у меня мешок. — Не надо, я хорошая. Если не злить. — Я уже понял. Я молча кивнула, забивая в себе ревность, жалость к себе и боль. Дура. Староста мешок открывать отказался наотрез, пришлось самой доставать голову деревенской проблемы. В общем, сто золотых мы заработали. А перед самой таверной Лексий вдруг насторожился. Оно и понятно — перед полнолунием и после него у оборотней обостряются нюх, зрение и обоняние. — Тихо! — Лексий втащил меня в какой-то узкий переулок между домами, и замер, крепко держа за руку. А на главной улице действительно кто-то был. Живой, но не человек. — Волкодлак, — одними губами произнес Лексий. Черти! Шпион! — Стой тут! Я ахнуть не успела, как передо мной уже стоял большой, раза в полтора крупнее обычных, волк. Прыжок, и зверюга скрылась в темноте. Я подобрала его меч и едва успела закинуть ножны за спину, как услышала визг. Лексий подкрался незаметно! На самой широкой улице деревни друг напротив друга стояли… Волки. Серый и почти черный. Я не оборотень, но запах крови почувствовала. Ну и кто кого задел? Звери продолжали играть в гляделки, метрах в десяти от меня. Я особо и не скрывалась, отчасти из-за того, что была уверенна в своей безопасности, отчасти из-за собственной злости. Эмоции плохой советчик. Очень. Волкодлак, очередной раз не доставший Лексия увидел меня. Прыжок, оскаленная пасть и… Клинок легко вошел ему в грудь. Прощай, блохастый! — Ну, что ты смотришь? — спросила я оборотня, — давай, перекидывайся назад. Штаны твои так в переулке и лежат, вместе с обувью и курткой. Волк чихнул и испарился, а я по-быстрому испепелила волкодлака. До самой таверны Лексий не проронил ни слова. Только у дверей моей комнаты резко развернул меня за плечи и тихо сказал, глядя в глаза: — Не смей больше так глупо рисковать, слышишь? Если бы ты на секунду опоздала — он перегрыз бы тебе горло, — оборотень развернулся и скрылся за дверью своей комнаты. Сволочь блохастая! Поди, пойми его! В комнате меня ждал сюрприз. — И каким ветром ты здесь? — Попутным, — сообщил Эстрелл из кресла, — узнать хотел, как дела. — Отлично! Так, что аж напиться хочется! Менестрель усмехнулся. — Это не проблема. — Иллюзией пьян не будешь, — философски изрекла я, вытягивая ноги. — А кто сказал, что это иллюзия? — спросил Эстрелл, выставляя на стол оплетенную бутылку, —, но могу я услышать причину неуемного желания надраться, как последний тролль? — Эстрелл, ты ведь и так все знаешь. Ты ведь дух. — Не дух, а черте что, замешанное на Высшей справедливости. Я от тебя хочу услышать. — Ну так слушай, — сказала я, взяв со стола полный бокал. Я и рассказала. Устала держать в себе. Нет, не плакалась на жизнь, а просто высказалась. — Мда… Как у вас, у людей, все запутано! — протянул Эстрелл, доставая из ниоткуда новую бутыль. — Ты кого сейчас человеком назвал? — Ай, тебя как не назови — проблема никуда не делась. Может рассказать ему? — И ты туда же?! — возмутилась я, — Тиш уже предлагал. Что я ему скажу, Эстрелл? Что я альва? Что я его кровный враг? Или то, что я Тень?! — я бессильно уронила голову на руки. Черти… — Искра, успокойся… — Мне было шесть лет, — не слыша его произнесла я, — я играла с собакой, а та меня укусила. И я пожелала ей смерти. Случайно. Больше Даррин собак не заводил. Они с Лером сделали все, чтоб никто не узнал про мой Дар, а я, став старше, научилась держать эмоции под контролем, но я все равно — Тень. И с этим ничего не поделаешь, Эстрелл. — А как же он? — Я переживу. Я ведь один раз смогла. Да и проще — Лексий же жив. — Не проще. Поверь. Искра, я знаю, что будет дальше, но вы ведь все можете изменить. Люди сами меняют свое будущее. Подумай об этом. — Подумаю. Эстрелл, волкодлак в Ориене, твоих рук дело? Менестрель покачал головой. — Нет. Не моих. И, предугадывая следующий вопрос — я не знаю, кто. — Будем искать, — хмыкнула я, — наливай! Хоть напьюсь по-человечески! ____________________________________________ (1)  — Честно сказать, не знаю чья песня, но в Интернете указано: Мельница — «Валькирия» (2)  — 1 пуд = 16 килограммов. Искра говорит чистую правду — полный латный доспех весит — 30-40 килограммов. (3)  — Наручи — часть доспехов, защищающих руку от локтя до запястья. (4) Хауберк — этакий кольчужный комбинезон, прикрывающий все тело. Если интересно — посмотрите в Интернете — меня впечатлило.