Не бойся, я с тобой.

Демоны, с которыми пришлось сразиться Кастиэлю, оказались не самого низшего ранга, как это обычно бывает, а несколько сильнее и хитрее. В ходе сражения пришлось раскошелиться на благодать побольше, чем ангел планировал, а потом еще эти люди… Кас рассовал их всех по домам, и едва успел отчитаться охотникам о проделанной работе, когда его разум накрыла непривычная для небожителя бесформенная тьма. Осознание себя возвращалось к нему вместе с ласкающими его крылья прикосновениями, и это было до того странно, что чуткая концентрация ангела невольно сузилась до одного этого ощущения. Тепло густой тяжестью разливалось по венам, чем-то напоминая собой живительный поток благодати, и уходило корнями под лопатки, освежая уморенный трудом организм и проясняя голову. - Тебе нравится? – вопрос прозвучал Кастиэлю едва ли не в самое ухо. - Да, - честно ответил ангел, все еще находящийся под впечатлением всех этих новых для него мучительно сладких и горячих ощущений. Однако, раздавшийся затем смешок, окончательно отрезвил Кастиэля, вернув в реальность из блаженной полудремы. - Дин? – ангел вздрогнул, когда увидел Винчестера так близко рядом с собой. - Все в порядке, - благодушно отозвался охотник, опираясь руками о свои бедра и заглядывая в глаза пернатого. – У тебя просто батарейка села, так что пришлось поваляться в отключке пару часиков. Ангел сменил выражение своего лица на недоверчивое, приподнимаясь на локтях и привычно отводя крылья в более удобное положение, а потом он увидел… Нет, на самом деле его внимание привлекло движение, пойманное краем глаза, но когда он посмотрел, тряхнул головой и потом еще раз посмотрел… Бледная кожа на вечно небритых скулах пошла красными пятнами, и Кастиэль уставился на Винчестера в священном ужасе. Моргнув, он начал отползать от охотника в сторону камина. - Хэй, - Дину отчего-то не понравилось такое поведение друга. – Кас, чувак, все нормально, ты чего? Я ведь еще не закончил... - Не закончил что, Дин? – Кастиэль уже весь, где только было видно, покрылся багровым румянцем. Он пытался спрятать крылья за спину так, чтобы человек не смог их увидеть, но получалось это совсем плохо. Тихо шикнув, ангел обернулся к левому крылу, прожигая взглядом торчащую в нем и причиняющую острую боль ветку. - Вот как раз с этой фигней, - прокомментировал Винчестер, отвечая на вопрос пернатого. – Нельзя же такую красоту оставлять в таком состоянии. Из правого я почти весь мусор уже выбрал. Давай, Кас, ложись на место и я продолжу. – Дин улыбнулся, протягивая ему руку в приглашающем жесте, но Кастиэлю это, похоже, не понравилось еще больше. - Что? Нет, Дин, это совершенно неприемлемо, - ангел агрессивно сверкнул на охотника глазами. – Ты не должен смотреть на мои крылья, и уж тем более прикасаться к ним! - Почему это? – вскинул брови Винчестер. – Я ведь только… - Нельзя! – раздраженно перебил его пернатый. – Ты что, не понимаешь этого, Дин?! - Да что в этом такого, Кас? – охотник тоже начал заводиться. – Прекращай на меня орать и объясни нормально! С какого рожна ты распсиховался? - Это мои крылья, - твердо произнес Кастиэль, словно это все объясняло. – Ангельские крылья. - Ну и? – Винчестеру такого ответа явно оказалось мало. - На крылья смертным не дозволено смотреть, - выдал ангел нерадивому человеку с легким нетерпением. - Это средоточие моей силы, жизни и благодати. Это слишком сокровенное, чтобы позволять смотреть на них, Дин. Это очень личное, даже интимное дело. - Это всего лишь крылья, Кас, - не отступал Винчестер, чувствуя, что должен, непременно должен вновь обеспечить себе доступ к перьям, да и не только к ним. - Вон, птицы летают и ничего! Не стесняются. - О, да. Обезьяны тоже ходят без штанов, так для чего же ты, Дин, их тогда носишь? – огрызнулся небожитель. – Пусть бы все любовались на твой пенис, а что в этом такого?! Охотник хохотнул, и тут в голове у него что-то щёлкнуло. - Тогда почему ты до сих пор не скрыл их? Приличные ангелы так себя не ведут. Кастиэль досадливо поджал губы, пряча взгляд и сжимая кулаки. - Пожалуйста, отвернись. - Кас, я же вижу, что что-то не так. Причем довольно давно, - Винчестер, вздохнув, неловко присел рядом со своим пернатым другом, не глядя, как тот и просил, на его белоснежное великолепие. – Может показаться, что я равнодушен к тому, что с тобой происходит, но это не так. Я просто делаю свою работу. И иногда нам просто не справиться без тебя, приятель. Это не значит, что я не замечаю, как ты устаешь, спишь, и даже пьешь воду. Но я все думал, ты ведь, мать его, всесильный ангел, ну что может с тобой случиться? Кастиэль издал горький смешок, обнимая свои колени. - Давай отбросим всякие формальности и дребедень о приличиях хотя бы до утра. Я клянусь, никому не скажу, что видел твои крылья, - заверил его охотник. - Ладно, - сдался Кастиэль, после непродолжительного напряженного молчания. - Вот и чудненько, - улыбнулся Дин. - А теперь расслабься и получай удовольствие. - Что?.. – растерялся ангел, сверкнув на человека своими влажными оленьими глазами. - Твои крылья сейчас остро, как никогда, нуждаются в уходе, - повел бровью Винчестер. – Там грязь и царапины. Ты ведь не хочешь занести в них инфекцию, правда? Кас с подозрением сощурился, явно пытаясь уловить в намерениях человека скрытые мотивы. - Я не нуждаюсь в твоей помощи, Дин, - ответил он. – Ангелы не болеют. - Но ситуация не стандартная, - заметил Винчестер, поднимаясь и направляясь к холодильнику за пивом. – Если бы ты мог, ты бы уже сделал это – исцелил себя сам, - охотник открыл бутылку и отпил из нее пару больших глотков. – Почему ты отказываешься? Ты меня боишься? - Нет, - Кастиэль сел по-турецки, расправляя крылья, чтобы хоть как-то уменьшить болевые ощущения от врезавшихся в них острых граней. – Личное пространство. - Чушь, когда дело касается ранений, приятель. - Я не ранен. - Чушь, - фыркнул Дин, - даже я это вижу. Самому тебе с ними точно не управиться. Так что забей на свои ангельские заморочки и просто позволь мне сделать это, - видя, как Кастиэль мучается в сомнениях, Винчестер продолжал настаивать. – Ты всегда мог вытащить меня из любой жопы, думаешь, я не смогу справиться ради тебя с парой колючек в перьях? Да брось. Я буду осторожным и не выдеру ни одного перышка. - Ладно, - вздохнул ангел. – Только если этот позор останется между нами. - Да не проблема, - охотник оживился, отставив недопитое пиво и устремившись к своему боевому товарищу. – И что это ты тут позором называешь, а? Эти огромные очешуенные крылья? Да они не просто обычные такие крылья, Кас. – он оказался совсем рядом, ненастойчиво укладывая небожителя обратно на ковер, только на этот раз лицом вниз. - Это нечто совершенно особенное. А перья? Они ведь такие мягкие, теплые и… - Дин, прекрати, пожалуйста, - Кастиэль смущенно порозовел, робея от направляющих прикосновений и неловко выполняя нехитрые требования горячих ладоней человека. - Ты их определенно недооцениваешь, - ответил Винчестер, пробегая жадным взглядом по открывшейся ему картине. Он стянул с пернатого одежду, с удивлением отмечая, что совершенно никаких преград для манипуляции с ней нет, хотя разметавшиеся крылья были более чем материальны. Дин на пробу провел ладонью меж лопаток ангела, и у того приподнялись перья от пробежавших по телу мурашек. – Ахренеть… - Дин, - окликнул его Кастиэль, поворачивая голову. – Это довольно… нелепо само по себе, так что ты не мог бы поторопиться? Я очень хочу, чтобы этот ужас закончился как можно быстрее. - Ужас?.. - Если ты не заметил, мне неловко, и я кошмарно себя чувствую, попав в такую ситуацию, - крылатый спрятал свое лицо в складках скомканного тренча, который сейчас использовался вместо подушки. - О, прости, да, извини, я уже… Винчестер перестал медлить и принялся за уже освоенное дело, аккуратно выпутывая из шелковистых нежных перьев застрявшие колючки и листья. И все же он не удержался от удовольствия просто ерошить и приглаживать перышки, немного сжимать их в кулак, зарываясь пальцами до подпушка. Ангел вздрагивал, и поначалу хотел развернуться, кидая возмущенные возгласы, но охотник просто придерживал его за плечи, убеждая не мешать ему в весьма кропотливом занятии. Закончив с одним крылом, Дин погладил его широким жестом, в котором легко читались чувства восхищения и собственничества, увидел, как напряглись от этого плечи пернатого, услышал сорвавшийся с полных губ полузадушенный стон. По белоснежным перьям тонкой паутинкой пробежались электрические искры, запутываясь в их мягком шелке белыми вспышками, а вслед за ними по крылу прокатилось молочное мерцание, буквально завораживая взгляд Винчестера. - Дин… - вздохнул Кастиэль, приподнимая крыло. - Погоди… Кхм. Еще не все, - охотник прочистил горло, шумно сглотнул, переводя взгляд на второе, не тронутое еще крыло. Его пальцы вновь забегали вдоль перьев, ловко и бережно вытаскивая из них застрявший мусор. На этот раз времени на очистку ушло в разы меньше, и Дин еще некоторое время делал вид, что ищет пропущенные частички, а сам от души наслаждался производимым эффектом – он был уверен, что так хорошо его ангелу не было никогда. То, что он наблюдал, можно было назвать чистым эстетическим сексом, а ощущения… О! Об этом стоило поговорить отдельно. Кастиэль поначалу негодующе сопел, до смерти смущаясь невероятно томных чувств, охватывающих его и разгоняющих в весселе кровь, но потом он лишь тихо постанывал, выгибаясь под ласкающими руками и позволяя себе забыться в затопляющей тело и разум эйфории. Дин ощущал его дрожь, как перекатывались сильные мышцы поджарого тела, чувствовал струящуюся по сияющим перьям энергию, и все, о чем он думал в этот момент, было жаждой безраздельного обладания этим могущественным и таким хрупким на вид существом, в котором мощь и нежность сплетались в единый узор. Пальцы охотника покалывало блуждающими по перьям искрами, находя теплые приятные отголоски где-то глубоко внутри, заставляя сердце Винчестера биться чаще, а тело держать в горячем томлении и ожидании чего-то большего. Дин хотел бы прижаться к крылу лицом, зарыться носом в перья и вдохнуть едва уловимый аромат грозовых облаков, прихватить губами бархатистую кожу… Они не были с Кастиэлем настолько близки, чтобы позволить себе подобное, и сейчас Дин искренне жалел об этом. У него было много моментов, когда он мог бы сблизиться с ангелом, стать ему очевидно роднее, но охотник всякий раз сознательно упускал такую возможность, не считая нужным тратить время на подобную ерунду. Там не помог, здесь не поддержал, огрызнулся, попенял, и теперь вот пернатого будет сложно заставить упасть в дружелюбные винчестеровские объятия с распростертыми крыльями. Эта прозрачная грань недоверия всегда будет вставать между ними, отражаясь в синих глазах льдистой прохладой. Сложив одно крыло, Дин мягко перевернул Кастиэля на спину, собираясь вычесать последний мусор. Вид раскрасневшегося и растрепанного ангела, с влажными губами и затуманенными страстью потемневшими глазами, заставил мужчину замереть, восторженно притаив дыхание. Его взгляд скользнул по оголенной груди и вздрагивающим крыльям, останавливаясь на возбужденной плоти, заметной через складки ткани в простых черных брюках. Винчестер потер лицо ладонью, сбрасывая с себя наваждение, и вновь обратился к крыльям, отмечая, что с внутренней стороны они практически не пострадали от варварского падения ангела в кусты. Кас выгнулся в пояснице, громко застонав и взмахнув крыльями, когда Дин запустил пальцы в теплый подпушек, прощупывая тонкие кости и сочленения, убеждаясь, что и там нет никаких повреждений. Небожитель с силой вцепился в рубашку охотника, а по крыльям прокатилась электрическая дуга, обдавая Винчестера жаркой волной. В ту же секунду Дин обхватил Кастиэля, прижимая к себе и позволяя тому толкнуться в бедро. Он застонал, окончательно теряя голову, припал губами к беззащитной шее ангела, откровенно выцеловывая тонкую, шероховатую от щетины кожу… Горячие ладони оглаживали бока и теребили белые перья, пропуская их между пальцев. Искры собирались в мощные разряды, срываясь с крыльев и ударяя короткими молниями в стены и ближайшие предметы, послышался звон бьющегося стекла, несколько ламп загорелись, накалились и взорвались, но Винчестеру, равно как и его ангелу, было все равно. Он был поглощен своими собственными ощущениями, толкаясь навстречу и млея от хриплых стонов у самого уха. В какой-то момент Кастиэль замер, покрываясь мурашками и румянцем, а потом его мышцы свело крупной дрожью. Ангел трепыхнулся в крепких объятиях охотника диковинной птицей, раскинув руки и распахнув удивленные глаза, выгибаясь в экстатическом наслаждении, медленно расслабился, смотря в потолок отсутствующим взглядом, и устало сложил крылья поверх диновой спины, обнимая таким странным образом. Винчестер и сам довел себя до разрядки, пока его пернатое чудо находилось где-то за гранью, и лишь блаженно улыбнулся, почувствовав на себе тяжесть ангельских крыльев нездешней красоты. Кастиэль тихо приходил в себя, с нежностью в сердце ощущая доверчиво ютящуюся у него на груди душу самого отважного человека, с которым ему довелось встречаться. Он чувствовал прилив благодати такой силы, словно ему разрешили коснуться этой самой души и забрать часть заключенной в ней мощи. Энергия окутывала все, она струилась вокруг них туманным потоком, шевелила дуновением перья и насыщала ангела энергией чистой и легкой. Кас думал об этом, рассеянно гладя уснувшего охотника по голове, пытался понять природу источника своей вновь обретенной силы, с изумленным трепетом вспоминая недавно пережитые эмоции. Никто и никогда не касался раньше его крыльев. Потому что, на самом деле, это не могло принести ничего, кроме неимоверной боли. Особенно, если это сделает человек. Что-то случилось. Ангел приподнял голову, целуя охотника в висок, и переместился, оставляя Винчестеров одних в охотничьем домике в лесу.