Девочка - скандал

Она у него - девочка-скандал. Девочка-воздух, которую он никак не мог поймать. Но однажды он сумел это сделать и теперь явно не собирается отпускать её куда-либо. Земфира курила, разглядывая из окна один из многочисленных московских двориков. Лил проливной, холодный осенний дождь. Бледная и болезненно худенькая девушка в очередной раз изящно стряхнула пепел и помотала головой. Чёрные и короткие, словно иголки, волосы непослушно растрепались, а их обладательница напряжённо вздохнула. Он не придёт. Она всегда готовила себя к самому худшему, заранее старалась смириться с подобными раскладами, чтобы не было так больно. И тем сильнее была её радость, которую она предпочитала выражать скромной, лёгкой улыбкой. Он обещал прийти в восемь, а на часах уже четверть девятого. Земфира ненавидела опоздания. Он не придёт.

***

Она даже не запомнила, в какой момент у них всё это завертелось. Вроде бы, после очередного Нашествия... Однако в памяти девушки остались лишь блеск его карих глаз, задорная улыбка, запах кожи, которую её ноготки порой расцарапывали до крови, да обжигающие поцелуи. В эти моменты она дышала им. А большего ей и не надо было. Ей просто-напросто снесло крышу. Очередной напряжённый вздох. Девушка устало опустилась на стул, уронив окурок на пол. Ей всегда казалось, что когда его нет рядом, то от подобных воспоминаний она начинала смертельно заболевать. Земфира злилась на саму себя за подобную женскую слабость, но понимала - рано или поздно в её жизни появится человек, которому она покорится. И он появился, причём не просто появился, а ворвался в её жизнь настоящим ураганом, переворачивая её внутренний мир с ног на голову и бесцеремонно нарушая все её устоявшиеся принципы и прочие жизненные правила. И никто кроме него не знал, что в этой (как казалось другим) самоуверенной "девочке-скандал", внешне больше напоминающей мальчика и отличающейся немногословностью и резкостью с журналистами, таится хрупкое и ранимое существо. Которое она всегда старалась в себе приглушить, если не задушить вовсе. Земфира зябко пожала плечами и натянула рукава тонкой чёрной водолазки на бледные кулачки. Очередной напряжённый вздох.

***

Они тщательно старались не афишировать свои отношения, по её же просьбе. Ей не очень хотелось выслушивать очередные дотошные вопросы журналистов, а потом видеть их лица на обложках журналов. А если они ещё и какой-нибудь бред напишут, она не сможет оставить это без внимания - не в её правилах. Просто Земфира всегда была человеком справедливости. Пусть уж лучше сами думают-гадают. Так смешно выслушивать их нелепые догадки, ей-богу. Подобные опусы ей не мешали, они её забавляли. Хотя казалось бы, что и в этом случае она должна бы пойти и начистить там морды всем: от самого маленького журналиста до директора издательства. Но её это забавляло. Она же не понимала его в этом плане. В отличие от неё, Миша охотно общался с журналистами, при этом придирчиво выбирая себе собеседника. Если он видел в человеке толк, он с большим удовольствием начинал рассказывать много интересных вещей. А она слушала, смотрела и удивлялась его открытости. Но только она видела и другую его сторону. С виду грозный, мощный, самоуверенный, на всё имеющий своё мнение, упрямый, как баран, и твёрдый, словно скала, Горшок внутри был сущим ребёнком. Виновато, по-детски улыбался, когда у него на кухне что-то подгорало. Скромно шаркал ножкой и заглаживал свою вину тонной любезностей, если опаздывал. И до безумия мило выглядел во сне. А её это забавляло.

***

Земфира уже настроила себя на то, что он не придёт - хотя в глубине души знала, что всего лишь опять опаздывает, как это обычно бывало. Из воспоминаний девушку вывел резкий звонок в дверь. Сердце заколотилось, и она на ватных ногах поплелась к двери. Он стоял на пороге с улыбкой до ушей и букетом белых хризантем. Она всегда ассоциировалась у него с хризантемами. С мокрых волос и кожаной куртки капала вода - он не любил носить с собой зонт. — Это тебе, - тихо произнёс Миша, протягивая Земфире цветы. — Проходи, - в тон ему ответила та, забирая букет и уходя на кухню. Горшок прошёл в квартиру и залюбовался точёной фигуркой девушки, провожая её взглядом.

***

Когда она появилась в очередной раз на Нашествии, Маша Нефёдова порекомендовала ему послушать её. Он знал о существовании певицы Земфиры, чья популярность росла, и которая уверенно претендовала на звание королевы российской рок-музыки. Просто раньше он не обращал на неё внимания. И очень зря. Она же сумела с первых нот его зацепить - вроде бы лёгкая музыка и простые тексты, но был в ней этот внутренний огонёк, обладающий магнетическими свойствами. Когда его губы коснулись её холодной бледной кожи, то у него внутри словно взорвался миллиард ярчайших искр, приятно царапающих каждый внутренний орган, и особенно - сердце. Всё происходящее в дальнейшем уже было как в тумане, но он чётко помнил то приятно царапающее и обволакивающее всё внутри тепло, которого ранее он никогда не испытывал. Когда он произносил её имя, оно казалось ему музыкой. Земфира... Он ласково и кратко называл её Зёмой.

***

И ведь только ему удалось "приручить" эту непокорную кошку... Михаил тихо и самодовольно усмехнулся своим мыслям. — Я устала, - раздался ледяной голос Земфиры, оторвавший Мишу от раздумий. Тот непонимающе тряхнул головой и нахмурил брови. — Не понял. — Я устала, - тем же ледяным тоном повторила девушка. — Отчего это ты устала, позволь узнать? - спокойным, заинтересованным тоном спросил мужчина, усаживаясь на табуретку. В мимолётной тишине раздался щелчок зажигалки, и Горшок наполнил свои лёгкие новой порцией никотина. — Сколько можно опаздывать? - резко откликнулась та. - ты же знаешь, что я это ненавижу. — Ты прекрасно знаешь, почему я опаздываю, - невозмутимым тоном ответил он - репетиции и пробки. Ты и сама музыкант, ты должна это понимать. — Я никому ничего не должна. И несмотря на то, что я музыкант, я никогда не опаздываю. Я просто встаю и в нужный момент останавливаю репетицию. — Я так не могу. Группа меня не поймёт. — Должны. — Они никому ничего не должны, - с усмешкой в тон Зёме отозвался Горшок. — Скажи уж лучше прямо, что не группа тебя не поймёт. А скрипачка, - голос Земфиры стал хрипловатым и надтреснутым. Девушка стиснула зубы, сдерживая предательски накатывающие слёзы. — Маша? - Горшенёв в недоумении посмотрел на собеседницу. Пару минут он соображал, что к чему, а затем с тихим смехом откинулся на спинку стула, закрыв лицо руками - Зёма, ты ревнуешь? Ответом послужило молчание.

***

На кухне воцарилась напряжённая тишина. Двое людей - мужчина и девушка - курили. Он - в задумчивости, она - от нервов. Наконец, он затушил окурок в пепельнице, неловко кашлянул, и подойдя к ней, положил руки на плечи. Она вздрогнула. — Мне нужна только ты.. - шепнул он ей на ухо, нежно проводя пальцем по тонкой татуировке в виде чёрного дракона на её шее, с улыбкой чувствуя, как её бросает в дрожь. Он крепче обнял её, и выдохнул. - ..Поняла? Худенькие плечики девушки истерично задёргались, от чего создалось впечатление, будто она беззвучно рыдает. Однако вместо этого она резко развернулась и хотела залепить мужчине пощёчину, но тот перехватил её руку, крепко сжав тонкую кисть. Она ошалело посмотрела на него, словно вынырнула из забытья, и теперь лихорадочно подбирала слова. И её прорвало. — Да ты хоть понимаешь, как я за тебя переживаю, придурок!!! - закричала она, не замечая, что слёзы катятся по щекам против её воли. - Каждый раз я готовлю себя к тому, что ты не придёшь! Что с тобой могло что-то случиться! Что ты мог просто найти другую и оставить меня! Я постоянно занимаюсь этим грёбаным самокопанием, начинаю искать причины в себе, а ты каждый раз опаздываешь, как ни в чём не бывало, и даже не догадываешься, как я нервничала все эти несчастные пятнадцать минут!!! Трудно было понять: злится девушка или у неё истерика.. И не желая более слушать сей девичий бред, Горшок просто сгрёб возлюбленную в охапку и заткнул крепким поцелуем, не обращая внимания на всякое сопротивление девушки, которое слабело с каждой минутой. Она у него - девочка-скандал. Девочка-воздух, которую он никак не мог поймать. Но однажды он сумел это сделать и теперь явно не собирается отпускать её куда-либо.