Неслучайная случайность

О, Господи, — вздохнула она, — всегда одно и то же! Если хочешь, чтобы мужчина хорошо к тебе относился, веди себя с ним, как последняя дрянь; а если ты с ним обращаешься по-человечески, он из тебя вымотает всю душу. Сомерсет Моэм.Бремя страстей человеческих. С того судьбоносного похода в парк аттракционов минуло две недели. Первые дни долгожданного лета выдались невероятно напряженными и суетными. Сессия, вечная страшилка студентов, достигла апогея. Осталось лишь сдать последний экзамен. О пересдаче даже думать нельзя, ибо не за горами выездная серия игр. Прибавьте к этому бесконечные тренировки по мудреной экспериментальной системе, после которых ног не чувствуешь. Многие ошибочно думают, что "Земля" легче, чем обычная подготовка на льду. Авторитетно вам заявляю, что первая намного больше соков выжимает. В тот злополучный день ничто не предвещало плохого. Жаркое июньское солнце настойчиво заглядывало в огромные окна читального зала университетской библиотеки. Небесное светило словно насмехалось над несчастными студентами, пытающимися в срочном порядке усвоить материал, на который дружно забивали весь семестр. Лениво отложив ручку, я, наконец, поднял глаза от переписывания надоедливой лабораторной работы, без которой завтра на экзамен являться не имеет смысла. Хорошо хоть самому делать не пришлось, староста любезно согласилась предоставить неуспевающим свою тетрадь. Следующим в очереди на переписывание значился Георгий, он же Гога, Гоша, он же Юрий, Гора, Жора, как сказали бы в бессмертном советском фильме. - Долго там писать? - чуть поморщившись, поинтересовался одногруппник, принимая у меня из рук заветную тетрадь. - Полчаса мучился, - поднялся со стула и, нехотя разминая уставшие верхние конечности, подошел к окну. Хоть через стекло на свет белый посмотрю. А то в последнее время кроме Ледового да обожаемого всей душой учебного заведения ничего не вижу. Окна библиотеки выглядывали на парадный вход, предоставляя прекрасный вид на университетский дворик, по которому туда-сюда сновали студенты и студентки. Количество охотников за знаниями к концу семестра резко увеличилось. Среди прочих не выспавшихся и бледных представителей студенчества, торопящихся на очередной экзамен, я заметил Махыча. Быстрым шагом девушка подходит к храму науки. От ярких солнечных лучей русые волосы кажутся светлее, что ей безумно идет. А светлая кофточка идеально подчеркивает тоненькую фигурку. - Какая цыпочка, - присвистнул Гоша, перехватив мой взгляд, - Слушай, а ведь я часто вас вместе вижу. Вы что, встречаетесь? - Нет, - коротко бросил я. Несколько встреч и один случайный поцелуй, основанный на обоюдном помешательстве, не считаются. Этот смертник удовлетворенно кивнул и заявил, что в таком случае с ней "замутит". От этих слов у меня с глаз словно упали очки, позволяя увидеть всю картину в красках. Разбежался, идиот. Челюсть с пола подбери. Лучше сразу на Анджелину Джоли замахнись, и то шансов больше будет. Лишь спустя какой-то промежуток времени, анализируя свое поведение в тот момент, я понял, что действовал как шестилетний ребенок, которому подарили конструктор. Мальчик бережет игрушку, любуется деталями, аккуратно вертит их в руках, размышляет, что лучше сделать, придумывает грандиозные планы и вот-вот решится что-нибудь построить. А тут приходит наглый Гоша и желает сию же секунду соорудить город, аргументируя это тем, что игрушка все равно пылится без пользы. Вполне естественно, что ребенок вцепится в коробку с конструктором обеими руками и придумает любые небылицы, лишь бы ее не отдавать. - Понимаешь, - доверительно обратился я к одногруппнику, - Тебе с Киселевой ничего не светит. Ей только я нравлюсь, втюрилась как кошка. Шагу не дает ступить, любую конкурентку отгоняет. Я уже измучился весь, не знаю, как отделаться от настойчивой мадам. Под сочувственные вздохи Гоши, я покинул библиотеку. Беседа с одногруппником быстро вылетела из головы, в которой и так хватало информации. Успешно отсидев консультацию, я направился в местный буфет. Утомленный процессом получения знаний организм жаждал подкрепления. Настроение было превосходное, даже чувство гордости появилось. Сумел-таки убедить Гошу не ухаживать за моей милой подругой. Это можно и отметить. - Не помешаю? - послышался тоненький голосок. Внимание моментально переключилось с компота на обладательницу сопрано. Ничего такая, все выпуклости на месте. На сегодняшний вечер сгодится. Не успел я улыбнуться и кивнуть в сторону свободного стула, как в буфет ворвался самый настоящий ураган. Нет, дело вовсе не в том, с какой скоростью появился человек, а какую энергию он распространял вокруг себя. В воздухе отчетливо почувствовался запах жареного, и местные котлеты тут совсем не причём. Завидев меня, мило болтающего с симпатичной девушкой, Махыч резко остановилась и чересчур вежливо улыбаясь, подплыла к нашему столику. - Извините, барышня, я украду у вас Андрюшу на пару слов, - с этими словами Маша схватила меня за руку и потащила прочь от пункта приема пищи под изумленные взгляды его немногочисленных посетителей. Все вопросы и восклицания безбожно игнорировались. Пару минут спустя мы оказались в одной из пустующих аудиторий, расположенных на втором этаже. Лишь захлопнув дверь, девушка отпустила руку. - И зачем ты меня сюда притащила? – уселся на преподавательский стул и вольготно закинул ноги на столешницу, одновременно осматриваясь по сторонам. Обычный кабинет. Кажется, здесь проходят занятия у лингвистов. До сих пор на доске красуется надпись на английском языке: "Love, therefore, and tongue-tied simplicity in least speak most, to my capacity."(1) Мой вопрос удостоился не большего внимания, чем муха, назойливо летающая по аудитории. Маша вплотную подошла к учительскому столу и облокотилась локтями об профессорский стол, так что расстояние между нами стремительно сокращалось. При этом в глазах у нее плясали самые настоящие чертики. Дальше – больше. Это милое с виду создание неведомым доселе тоном потребовало снимать рубашку. Только музыки соответствующей не хватает, тревожной и внушающей опасения. Женщина, я вас боюсь! - Ты чего творишь? – ойкнул, чувствуя, что ее руки уже стали расстёгивать самую верхнюю пуговицу моей любимой рубашки. - Люблю тебя, понимаешь, аки кошка втюрилась. Или ты забыл? - невозмутимо протянула Махыч, добравшись до второй пуговицы рубашки, при этом наклоняясь все ближе, так, что я мог почувствовать легкий аромат ее духов. - Прекрати этот цирк, - пришлось рявкнуть, резко вскакивая на ноги и отдаляясь на безопасное расстояние. - Цирк? Тебе смешно?- неожиданно Маша сорвалась на крик, не забывая гневно сверкать глазами - А у меня тоже сегодня веселый день был. Знаешь, как забавно выслушивать ото всех, начиная с библиотекарши и заканчивая малознакомой девушкой с потока, что не подобает приличным дамам вешаться на кавалеров? Так что потрудись объяснить, дорогой друг, почему все вокруг думают, что я в тебя вцепилась и прохода не даю. Ожидая ответной реплики, Махыч принялась нервно мерить шагами аудиторию. Видавший виды паркет звонко реагировал на каждый шаг ее невысоких каблучков. Фак. Фак. Фак. Я же только одногруппнику этот бред наплел. Он не мог никому сказать, а больше в читальном зале никого не было. Кроме библиотекарши и парочки студенток. Ой, как нехорошо получилось. Откуда редко посещающий храм науки Андрюша мог знать, что канал передачи сплетен в нашем чудном университете работает с космической скоростью. Бессильно сел за одну из парт, лихорадочно придумывая мало-мальски вразумительное объяснение. - Я просто пошутить хотел. Приколоться, посмеяться, - кажется, мозг окончательно плюнул на хозяина и, помахав на прощание рукой, смотался в отпуск. А Маша между тем перестала нервно мерить шагами аудиторию и одарила меня таким взглядом, что мне срочно захотелось вслед за мозгом покинуть родную страну. А лучше континент. В идеале планету. - Не по-дружески это, Андрюша, - молвила Махыч, все еще метая глазами молнии. Невольно вспомнилось, как мы считали дистанцию до грозы. Хорошо тогда было. Пока я окунался в омут памяти, Маша решительно направилась в сторону выхода из кабинета. Не нужно быть психологом, чтобы догадаться, что она все еще дуется. Как ребенок, ей-богу! Подумаешь, ляпнул. Мало ли, что кто ляпает. - На обиженных воду возят, - вспомнилась старая народная присказка. Я так всегда в детстве Самойловой говорил, когда она на меня за что-то обижалась. А это случалось довольно часто. До сих пор помню визг Яны, когда в десятилетний юбилей я вместо нее задул свечи на именинном торте. Маша резко остановилась и повернулась ко мне лицом, словно чего-то ожидая. - Пойдем в кино, - выпалил на одном дыхании, - А потом поговорим про рубашку, что ты там хотела. Выражение лица Махыча резко изменилось, бровки поползли вверх, выражая крайнюю степень изумления, приправленного раздражением. Что опять не так? - Не в этой жизни, милый, - сладко пропела она и решительно покинула аудиторию, оставляя меня наедине со своими мыслями. В глаза снова бросилась цитата Шекспира, которую никто так и не удосужился стереть с доски. «Чем меньше слов тем больше будет чувства» - если не ошибаюсь, в переводе она звучит так. Меньше слов. Прав классик. Последние события – прямое тому подтверждение. Если бы не мое умения говорить не подумав... Избавляться от него надо. Вам, кстати, такое качество не нужно? Обменяю на замечательную способность извиняться первому.