Абсурд II Разорванное плетение

Глава 15.1 Том рывком развернулся и ударил нападающего на него Дрого, который хотел нанести удар со спины. Лекс успел отшатнуться, и летящий в него кулак лишь слегка коснулся его груди. Омега сделал шаг назад и пригнулся, когда Вэйсанур начал атаковать с новыми силами, не обращая внимания на то, что подчиненный едва поспевает за его ударами. Том был сконцентрирован на том, чтобы вовремя остановиться, если вдруг тормоза сдадут, и он потеряет контроль. Хотя на самом деле, он больше думал о разговоре с Биллом, чем о спарринге с Тарантулом. Прошло уже два дня с той ночи, когда они смотрели на огни Берлина с высокого выступа, сидя на капоте машины, и разговаривали. Омега не мог отделаться от тревожного ощущения, когда рассказывал мужу о всех тех фактах, что он узнал, помимо ситуации с Рихартом, но усиленно пытался прогнать его прочь. Не сказать, что Том был сильно удивлен или шокирован информацией о Диоманте, все же, он всегда знал, что тот был немного не от мира сего, скорее, подавлен и расстроен тем, что в его эксперименты ввязаны они с Биллом. Вэйсанур подпрыгнул над полом и ногой ударил Дрого в грудь, заставляя того упасть на спину. Однако, парень быстро оправился от удара и через десять секунд опять подскочил на ноги, снова становясь в боевую стойку. Лекса ничуть не задевало то, что босс, возможно, срывает на нем свою злость, наоборот, он всегда был рад помочь второму главарю выпустить пар, потому что знал, что у него причин для нервотрепки достаточно. Да и сам Дрого любил драться по-настоящему, а не так, как с братом, полушутя и с мнимой осторожностью. Пожалуй, в этом они с Томом были похожи, тот тоже не особо был рад сдерживаться, когда нутро хотело крови. Делая очередной выпад рукой, Том не рассчитал свою силу и стесал кулаком кожу на скуле парня, заставляя его голову мотнуться в сторону. Дрого сплюнул кровь и хищно улыбнулся, безумно сверкнув глазами. В отличие от брата, он не терял концентрации, когда получал по первое число в физическом плане, а только лишь пересиливал боль и нападал с еще большей яростностью, жаля в самые уязвимые места. Правда, ему не стоило забывать того, кем был его противник. Том сам уже плохо держал себя в руках, поэтому контролировать свои движения в плане силы было сложно, поскольку внутренний зверь почуял кровь и хотел ее попробовать, желательно перед этим сожрав всю жертву целиком. Его удары были теперь наполнены яростью, потому собственные мысли и рассуждения порождали в нем злость и желание от нее избавиться. Движения стали более быстрее, а руки и ноги били больнее, не так как вначале, а разбивая брови и губы с пары ударов. Складывалось такое впечатление, что он задался целью убить Лекса. Правда, при всей своей злости и желании разорвать парня на кусочки, Том еще как-то умудрялся следить за его состоянием. Вэйсанур резко подлетел к Дрого и с близкого расстояния ударил ему в бок, заставляя ощутить уже неслабую боль, достаточно для того, чтобы скривиться и согнуться пополам. Лекс поморщился и нанес ответный удар, рассекая бровь противника. Его начало раздражать то, что он не может достать босса и уследить за его движениями. Хотя, о чем он мечтает? Том — тот редкий представитель наемных убийц, которых даже свои побаиваются, и которые обладают завистной жестокостью и силой. В их группировке с ним могли сравниться разве что Влад и Динар, а уж за Билла лучше вообще промолчать, ибо Альфа превосходил полсотни их людей, если не больше, в плане силы и способностей. Наблюдающий за дерущимся братом и боссом, Годро инстинктивно замирал, когда видел слишком яростные удары и видимые повреждения на телах, прекрасно зная, что ни Дрого, ни Вэйсанур в плане силы сдерживать себя не любили. Хоть он и сам был наемником, а видеть, как брат дерется с их боссом, было немного не по себе, потому что все было слишком… …жестким, он бы так сказал. Младший Лекс сглотнул, когда колено Тома встретилось с грудью омеги, заставляя его упасть на спину и болезненно поморщиться. Годро не выдержал и вошел в зал, намереваясь остановить слишком далеко зашедшую тренировку, но тут же замер, когда Том глубоко вздохнул и протянул Дрого руку, помогая тому встать. — Сколько раз говорил: «закрывай грудь, это твое слабое место», нет, блять, ты всегда на одни и те же грабли наступаешь, — проворчал Вэйсанур, осматривая разбитые бровь и губу парня. Дрого сухо усмехнулся, слизывая кровь языком. — Босс, не ворчи, все я помню и знаю, просто когда я срываюсь, мозги отключаются. Ты сам такой, между прочим, так что не начинай читать мне мораль. — Драть бы тебя и в хвост, и в гриву, чтобы так не наглел, — чуть возмущенно прошипел Том и дал ему подзатыльник. На что Дрого лишь коротко фыркнул и взъерошил свои волосы. — Босс, — решил подать голос младший Лекс, привлекая к себе внимание, — тебя Скорпион искал. Том посмотрел на него и приподнял бровь, удивляясь тому, что Влад ищет его через Черепа, а не звонит сам. — Что-то случилось? — Нет, просто ему нужны несколько бойцов, которых ты обещал дать для демонстрации иллюзии жизни, герр Каулитц должен был тебе сказать об этом. Том неопределенно фыркнул и закатил глаза. У него совсем вылетело из головы то, что он должен был предоставить доказательства безопасности своей «игрушки». Еще бы тут не вылетело с тем мозгоебством, что в последнее время проверяло его нервы на прочность. Омега цокнул языком и шумно вздохнул, разминая пальцы. — Сказал, не переживай. Сейчас приведу себя в порядок и дам подопытных кроликов нашему Скорпиону. Он как всегда у Динара или у себя? — Кхм… В кабинете Младшего Лидера, — чуть покраснев, ответил Годро и тут же обеспокоено посмотрел на брата, который натянуто улыбнулся, скрывая тот факт, что ему уже тяжело стоять. Том коротко хохотнул, когда его догадка оказалась верна, и направился на выход, бросив, не оборачиваясь к братьям: — Два дня отлежитесь в кроватях и некуда не встревайте, а вот в среду начинайте подготовку к поездке. Если все удачно сложится, ночью летим в Норвегию. — Слушаемся, босс, — одновременно проговорили близнецы, смотря ему в спину. Том махнул на прощание рукой и вышел из зала, а Дрого рухнул на колени и тяжело задышал, так как последствия драки начали сказываться слишком сильно. Годро присел перед ним на корточки и убрал светлые волосы с глаз, обеспокоено заглядывая ему в лицо. — Эй, ты как? Дрого болезненно улыбнулся и сплюнул кровь в сторону. — Херево, но жить буду. Очевидно, слишком далеко с боссом зашли. — Идиота кусок, — незлобно проговорил младший и закинул руку брата себе на плечи, помогая тому стать, — однажды он мозги тебе нахер вышибет, а ты будешь только рад. — Черепушка, не ворчи, как старая бабка на базаре, — Дрого едва заметно коснулся губами виска брата и усмехнулся, — я взрослый мальчик, умею за себя постоять. — Я тебе остальные ребра сломаю, тогда и посмотрим, как ты можешь за себя постоять, — раздраженно прошипел Годро и слегка дал по голове старшего, чтобы тот не хорохорился зря, — тоже мне герой нашелся. Дрого на это ничего не сказал, только лишь слабо фыркнул и крепче обнял его за плечи. *** Билл откинул голову на спинку кресла и выпустил струйку дыма в потолок, слегка прикрывая глаза. После разговора с Георгом и Густавом, которые решили-таки явить ему свои лица, Альфа лишний раз убедился в том, что у его шестерок есть скрытые тайны, которые могут вылиться в проблемы для него, но сам Билл пока не спешил раскрывать их. Почему? Потому что хотел поймать на горячем и собственными глазами убедиться в том, что его «друзья» оказались еще теми швалями. Раскол между ними произошел еще полтора года назад, когда они подставили его с Дрезденом и бросили на растерзание разъяренных бойцов. С того самого дня между ними и Биллом начала расти пропасть, а редкие уколы в сторону Тома только усиливали ее. Естественно, отношения между парнями разительно изменились, склоняясь больше в негативную сторону. А уж когда они с Томом объявили о своем браке в кругу друзей, отношения и вовсе стали натянутыми, так как «некоторые» личности выразили свое скрытое недовольство этим фактом, за что и поплатились месяцем в карцере. Отправив, попавшую в немилость, троицу в Данию, Билл уберег себя от соблазна всадить в их головы пули или ножи, на некоторое время забывая о них. Но теперь они вернулись, и Каулитц не знал, до какой степени раздражения и ярости доведут его «друзья». Альфа вздохнул, думая над тем, кого убивать первым, в случае возможного предательства со стороны троицы. Наверное, все-таки, Андреаса, потому что на данный момент, он может принести больше проблем, а именно вывести Дина из нормального состояния и тем самым нарушить его работоспособность. Билл сделал затяжку никотином и посмотрел на монитор своего ноутбука, где были показаны несколько комнат общаги. Помнится, Дин приказал установить камеры в комнатах бойцов за тем, чтобы знать что и когда с ними происходит. Как же удачно не оказалось подготовленных комнат, так что, Георгу, Андреасу и Густаву пришлось занять на несколько дней бойцовские обители. Каулитц подозревал, что это не спроста, особенно, если учитывать «любовь» брата к этим Альфам. С Соу он пока не встречался, но долго так продолжаться не может. Еще и эта поездка Тома в Норвегию… Конечно, смотря на нынешнюю ситуацию с этой непонятной слежкой и объявлением Грегори, отпускать омегу в другую страну равносильно самоубийству, поскольку он не сможет не нервничать, но так же он знает, что если не пустит мужа на дело, он потом долго еще будет ему нервы на прочность проверять. По тем данным, что прислали его ищейки, Вэйсанур-старший сейчас правда находится в Берлине, но каких-либо действий пока не совершал, словно он ждет кого-то и поэтому сидит в засаде. Сказать по правде, Билл хотел дать «тестю» возможность что-то сделать, чтобы знать за что зацепиться. Так просто срываться с цепи и нападать на ученого тоже не дело, все же они не знают, что им движет сейчас и какова его цель. Щелчок двери вырвал его из задумчивости и заставил поднять глаза на вход, в который вошел Том. Видок у мужа был слегка потрепанный: разбитая губа и рассеченная бровь, правда уже обработанные, хотя и слегка опухшие. В глазах омеги было странное насыщение, если не наслаждение. Из этого Билл сделал вывод, что супруг опять «тренировался» с кем-то из близнецов Лексов и снова зашел слишком далеко. Том усмехнулся и закрыл дверь, направляясь к мужу и стараясь сделать вид, что ничего плохого не случилось. Подумаешь, подрался с Дрого, чтобы выпустить пар… Билл закатил глаза и молча открыл нижний ящик своего стола, доставая из него аптечку. — Я уже все обрабо…- начал было Том, но строгий взгляд супруга заставил его замолчать на полуслове. — Сядь, — спокойно и твердо сказал Альфа, открывая пузырек со спиртом. Вэйсанур возвел глаза к потолку, но возражать не стал и покорно сел в соседнее кресло. — Кто на этот раз, Дрого или Годро? — Дрого, — против воли улыбнулся Том и поморщился, когда Каулитц начал с силой вытирать кровь с его брови, так как она опять начала кровоточить, — мы просто кости размяли, не бесись. — Томми, дорогой мой, я вовсе не бешусь, что ты, — с нотками сарказма в голосе проговорил Билл, с неким негодованием осматривая едва заметные ранки и царапины на лице мужа, — я просто хочу выдернуть твоему Дрого руки и вставить их ему в зад, чтобы без дела не распускал. Том криво усмехнулся, с некой лукавостью смотря на Альфу. — Давно я тебя таким не видел. Что случилось, герр Каулитц, что вы начали огнем на всех дышать? «Ты случился, перевернул нахер все правила и законы, привязал, влюбил, чтобы потом заставлять переживать за себя», — с едва заметной горечью, приправленной теплотой и нежностью, подумал Билл, осторожно промокая ранку на губе омеги. В последнее время ему не хватало мужа круглосуточно и он не знал, в чем причина. Может, в опасности, что села им на хвост, а может в том, что реализовав себя в любимом деле, он стал его больше привлекать. Билл не знал, да и сказать по правде, не особо хотел знать, просто упиваясь этим тягучим ощущением внутри. — Просто будь осторожней в следующий раз, когда захочешь выпустить пар, — после минутного молчания проговорил он и принялся обрабатывать сбитые костяшки на руках мужа, — я не хочу, чтобы однажды вы выцарапали друг другу глаза. Том удивленно моргнул, с неким изумлением смотря на Альфу. — Билл, я не фарфоровая кукла, если ты забыл, от пары ударов не разобьюсь. — Я-то это знаю, только вот ты, кажется, забыл, что не везде и не перед всеми можно светить фингалами под глазами, — запрятав разыгравшиеся чувства за маской, произнес Билл и едва заметно усмехнулся, — да и потом, ты мне нужен красивый, здоровый и целый, а не с поломанными костями и выбитыми зубами. — Ты это, мне сейчас так своеобразно в любви признался? — Том вздернул бровь и не сдержал нервного смешка, начиная потихоньку паниковать. Билл криво улыбнулся и поцеловал пальцы парня, отпуская его руку. — Я тебе каждый день и ночь в любви признаюсь, просто ты не всегда это замечаешь и понимаешь, Лисенок.