Месть старого пса

       Два диких дня. Фредди никак не приходил в себя. Док не зашил рану до конца - он вставил в нее катетер, идущий от легкого к подвешенному у кровати пакету. Через трубку из легкого выходила кровь. Она противными сгустками плавала в прозрачном мешочке. - Док, сделай что-нибудь, - злобно прошипел мистер Розовый, приостановившись посреди комнаты, а после продолжая свои привычные метания из угла в угол. - Я больше ничего не могу сделать, - ответил мужчина. - Можешь ты все, достань нашатырного спирта, и растряси его! Нам нужно сваливать! - Ему и без спирта будет плохо, - отрезал доктор. - Майк, - обратился Розовый, - Белый на хвосте. Копы рыщут по всем углам. Эти чертовы доказательства уже должны ехать по дороге к Лос-Анджелесу! Нас пришьют! - Вы должны отнести в полицию доказательства? - встрял док. - Не твое дело, - рявкнул Розовый. - Почему вы не отнесете их в местную полицию? - не успокоился мужчина. - Какой гений! Опыта-то набрался, штопая профессионалов? - Дело принадлежит полиции Лос-Анджелеса. Они идут за нами по пятам. Только они и могут нас послушать. Иначе нас задержат, бросив здесь все вещи, включая бумаги, а Белый предусмотрительно заберет их и будет чист. А мы загремим. И все равно сдохнем с его-то связями... Работай, и не лезь в свое дело, - ответил Майк. - Пойди еще на улице каждому прохожему это расскажи, - всплеснув руками, взъелся ходящий кругами парень. - Заткнись, истеричка.        Вечером, когда солнце уже скрылось за горизонтом, но небо еще было довольно светлым, а машин за окном почти не осталось, и лишь редкий рев мотора напоминал, что город еще бодрствует, Розовый наконец-то сел в кресло. От ужина он отказался. Все, что происходило так давило на парня, что ему уже совсем ничего не хотелось. Физические потребности словно испарились. У него немного кружилась голова от недосыпа и отсутствия питания, но его действительно не мучил голод, и не нападала дрема. Просто ощущение слабости и головокружение, а так же полное опустошение в душе. Словно нервы достигли пика давки, и обнулили свои показатели. Отключились. Майк с доктором и его женой сидел на кухне, и не спеша за каким-то разговором, уплетал приятно пахнущую стряпню хозяйки. Запах донесся до носа мистера Розового, но это ничего не изменило, и он продолжил сидеть, задумавшись, смотря в одну точку, и подперев кулаком подбородок. Тихие звуки слились с яркой картинкой, в которой всю незадачливую троицу убивала банда мистера Белого. Их просто поставили к стене, и расстреляли. Предсмертный хрип... Розового передернуло после того, как представив то, что может вскоре случиться, он в действительности услышал этот звук. Словно дыхание смерти. «Надо выспаться» - пронеслось в голове, после чего мужчина перевел взгляд на бледного, лежащего на кровати у кресла, парня. Его брови были нахмурены, и сквозь быстрое тяжелое дыхание был слышен тот самый испугавший Розового хрип. - Майк! - крикнул он. - Майк, тащи сюда дока, крыс... савица спящая очухалась, - запнулся Розовый, встал, и пошел к выходу.        Стоило выйти на улицу, как в лицо ударил прохладный воздух, возвращающий чувство реальности. Надев темные очки и засунув руки в карманы, мужчина неторопливо побрел подворотнями вдоль домов. Ноги сами вели его, а мысли просто роились в голове. В тот момент ему было плевать, найдет ли его мистер Белый прямо сейчас, скрутит ли команда копов, собьет ли его случайная машина, или случится ли другой несчастный случай. Пройдя мимо светящейся вывески, Розовый остановился, сделал несколько шагов назад, и прочитал заманчивое слово: «Бар». В кармане было достаточно денег, чтоб «заправиться», и мужчина решительно поднялся по ступенькам к двери заведения.        Народа внутри было мало, выпив несколько рюмок коньяка и оплатив это, мужчина вновь побрел по городу. За полчаса, проведенных в баре, на улицах успело совсем стемнеть. Медленно, словно разгораясь, включались фонари. Все казалось ярким благодаря алкоголю, даже фары проезжающих мимо машин. Сама жизнь стала ярче, делая из опасных проблем простую бытовую историю. Освещенные фонарями листья деревьев красиво выделялись на фоне почти погаснувшего неба. Шаги мужчины были широкими, резкими, и быстрыми. И каждый шаг был свободным. Свободным, как мечтал Розовый. Свобода без страха, которую давала только выпивка. Все оковы ограничений ради безопасности упали с души. Он подошел к мусорному контейнеру, и пнул его так, что тот погнулся. Плюнув сверху, и отправляясь далее, парень затянул одну из своих любимых песен 70-х. Какое-то время он провел на лавочке, размышляя, сколько ему осталось жить, и стали эти два парня его друзьями, или же все по-прежнему происходило ради дела. Не будь Фредди его другом - Розовый бы бросил эту крысу подыхать. Возможно, дело было в том, что их крепко связала проблема. И, несмотря на то, что в одиночку у Розового появилось бы больше шансов выжить - он не хотел оставаться один. И было легче, когда этот груз троица несла вместе. Если бы парень не пришел в тот день к Майку, то, возможно, весь груз по-прежнему бы лежал на его плечах, а сейчас Майк и Рыжий помогали нести эту ношу. Сделав несколько огромных кругов, Розовый, сам того не замечая, вернулся к дому. К тому моменту небо начинало светлеть, очерчивая облака. Поднявшись на крышу, он сел на ее край и свесил ноги вниз.        Было такое ощущение, что если он сорвется, то полетит не вниз, а вверх, туда, к красивым невесомым облакам. Они были такие пушистые, словно мог бы Розовый долететь и лечь на них - облака бы скрыли его от проблем. Густые облака были рыжими, а более перьевые - золотисто-желтыми. У горизонта из-за зданий лениво ползло солнце, окрашивая свой путь красными, розовыми и фиолетовыми цветами.        Небо было неоднотонным. Над восходом оно розовело, чуть выше было светло-голубым, над головой мужчины бледно-синевато-голубым, вдали таким же, но насыщенным, уходящим в синеву.        Многие облака еще были серыми и синими. Они словно воплощали собой беды и несли проблемы.        Сквозь рыжевато-розовое полотно проглядывала одинокая звезда. Она никак не хотела исчезать, и ее свету не мешали ни облака, ни торчащие с крыш домов антенны. Она была как Фредди - не сдавалась и боролась за себя.        Небо пересекла большая темная птица и постепенно стали просыпаться стрижи. Начинали ездить машины и петь маленькие птички.        Мужчина поднялся и пошел вдоль края крыши, совершено не боясь оступиться на пьяную голову. Он благополучно дошел до двери и спустился к квартире.        Открыв дверь, мистер Розовый прошел в комнату, и плюхнулся в по-прежнему свободное кресло. Док с женой спали, а он заявился в разгар какого-то разговора между Майком и Фредди. Парень выглядел очень хреново, но определенно пришел в себя, не бредил, и мог адекватно общаться. - Я вам помешал? - спросил он, невольно протянув середину слова. - Нет, - сухо ответил Майк. - У меня такое неприятное чувство, что вы лучшие друзья, а я вам мешаю. Почему я здесь? Я прямо сейчас могу свалить, и выжить... - снова затягивая некоторые слова, продолжил Розовый. - Мы друзья? - Сваливай спать, ты к чертям пьян. - Нет, ответьте! Вы бы бросили меня там, если бы меня подстрелил Белый? - Нет. - Почему? - Розовый, вали спать. - Мы друзья? Скажи, Майк! И ты, ты тоже, Рыжий! - Фредди, - тихо отозвался в ответ парень. - Хорошо, Фредди. Мы друзья? - Ну... да?.. - неуверенно ответил Ньюэндайк. - А тебе я друг, Майк? - А ты бы бросил кого-то из нас? - Нет. Нет, не бросил бы. Я уже не бросил, тебе этого мало? Только Рыж... Фредди понимает это? - Хорошо, тогда мы друзья. А теперь проваливай, твоя кровать в той комнате, - ответил Майк, указав на дверь у кухни.        На душе стало легче, и мужчина завалился в мягкую кровать. От подушки исходил приятный свежий аромат порошка, и она казалась одним из тех облаков. Друзья. С того дня пять лет назад он потерял всех друзей и приятелей, а теперь они вновь появились. Оковы одинокого волка спали с души, и парень уснул. - Значит, нужно срочно уезжать? - спросил Фредди. - Нужно, но мы не можем. - Можем. - Нет, ты не можешь, а мы тебя не оставим. - Я могу! - Док говорит, что нет. Можешь не перенести. - Черт, Майк, я не перенесу очередную пулю, которую пустит в меня Ларри, завалившись в эту квартиру через эту дверь, - взъелся Рыжий, указывая слабой рукой на вход. - Давай-ка и ты спи.