Тёмная Королева

"Холодно". - шепчут бледные губы. Изо рта вырывается парок. По телу проходит сильная дрожь, закоченевшие руки сами тянутся к одеялу, просто сползшему во время сна. Но замёрзшие пальцы натыкаются на холодную стену. Рука вздрагивает от прикосновения к обжигающе ледяным камням, и её владелец наконец просыпается. Резко открывает глаза. Он просто лежит, невидящим взглядом напряжённо всматривается в сумрак камеры. Спустя несколько секунд, он тяжело выдыхает целый клуб пара и расслабленно закрывает глаза. - Ах, да, я забыл, у меня же нет одеяла. Ханс поднимается со своей койки - копны сена. Слабые руки с трудом справляются с этой задачей. Он не спешит вставать, после сна кружится голова. Он проводит рукой по растрёпанным волосам, приглаживая их, убирает несколько длинных прядок с лица за уши. Пальцы плохо слушаются, - "Надо скорее их согреть, пока они совсем не потеряли чувствительность"- скорее спрятать их за пазуху. От прикосновения холодных пальцев к ещё не остывшему телу пробежал табун мурашек. Ханс подтягивает худые ноги к подбородку. Становится немного теплее. Время течёт медленно и почти незаметно. В тёмной камере не было ничего, на чём можно было бы задержать взгляд, только лишь голые каменные стены, не изменившиеся ни за сто лет, ни тем более за четыре года, что Ханс провёл здесь. Тут даже окошка не было. Только в толстой дубовой двери было небольшое отверстие со стальными прутьями. Через них кормили и давали пленнику воду. Сквозь них проникал слабый свет фонаря и голоса охраны. Всё, чем развлекал себя Ханс, были разговоры стражников. От них он узнавал новости из того мира, в который он уже никогда не вернётся. Первые месяцы он ещё старался держаться гордо, активно спорить со стражей, заниматься физкультурой, но с каждым днём он становился всё слабее. Еды и воды хватало лишь на поддержание жизни. Сначала он ещё злился. Злился на себя, на Эльзу, на Анну, на своих братьев, на весь этот мир. Мир, который он так ненавидел и в который он так жаждал вернуться. Сначала он прокручивал в голове все воспоминания, распаляя себя, не давая гневу угаснуть. Но время шло, и всё сглаживалось, боль притупилась, пламя ненависти угасло, и воспоминания о, казалось, уже таком далёком прошлом больше не мучили ночью. Сначала ещё были чувства, было желание мести. Но время шло. Эмоции угасали, как свечки. Сначала сердце было холодным. Теперь оно такое же каменное, как и стены в его темнице. Он мог так сидеть целый день, пока не заснёт вновь или пока не принесут еды. Мысли были ровными, как и дыхание. По тому, как громко храпел стражник, он понял, что ещё не рассвело. -"Кажется, вчера было теплее, пусть на улице уже глубокая зима и моя камера глубоко в подвале, но тут не должно быть так холодно. "