Тёмная Королева

Прямо перед ними был огромный зал, весь усеянный светящимися сосульками. Все они светились ровным голубым светом. Несмотря на то, что в зале было тепло, ни одна из них не таяла. По центру зала сверкала ледяная винтовая лестница. Каждая ступенька светилась так же, как и сосульки. - Нам наверх. Хельга воткнула сосульку в землю и пошла к лестнице. Все сосульки при её приближении меняли цвет света на красный. Когда мимо проходил Ханс, они становились зелёными. Хельга подошла к лестнице и предупредила: - Здесь скользко, - и сразу же побежала наверх. Ханс же, схватившись за перила, стал очень медленно и осторожно подниматься. Ступеньки под ним переливались разными цветами. На середине лестницы Ханс боязливо глянул вниз. Было довольно высоко, да ещё и эти шипы... Некстати вспомнился один из несчастных охранников. Ханс сглотнул и ещё аккуратнее стал ступать по ступенькам. Сверху на него покрикивала Хельга: - Эй, шевели булками! Я не собираюсь тут полгода торчать! Ханс упрямо не повышал скорости, один раз поспешишь и целую вечность будешь лежать спокойно. Хельга издала рёв, и вдруг Ханс почувствовал, что что-то схватило его за талию. Огромная снежная рука мигом донесла его наверх. Там его поджидала Хельга, как обычно ухмыляясь. - Наконец-то. Знаешь ли, невежливо заставлять даму ждать. Ханс сердито фыркнул, отряхиваясь от снежной крошки. В потолке оказался люк. Хельга несколько раз повернула ворот, и дверь открылась. Под Хельгой сразу же вырос ледяной выступ, поднявший её наверх. Хансу же пришлось выбираться самому. Наверху оказался заснеженный лес. Сам люк был внутри большого пня. Все деревья были огромными и настолько высокими, что закрывали небо. Под одной такой пушистой ёлкой приютилась маленькая землянка. Хельга пошла к ней, на снегу не оставалось ни одного следа. Спрыгнув с пня, Ханс сразу провалился по пояс. - Эй, Хельга! Ты не могла бы меня перенести? Хельга фыркнула, но всё же вытащила его. Там где только что стоял Ханс, снова был ровный снег. Ханс осторожно ступил на сугроб, но тот держал его так же как и Хельгу. - Не понимаю, зачем тебе лестница, если ты так просто можешь подняться. - Иногда надо жирок растрясти, не то чтобы он у меня был, но разные упражнения всегда полезны, - не оборачиваясь, крикнула ему Хельга. Вот они подошли к землянке. Хельга услужливо распахнула перед Хансом дверь. - Прошу. Внутри было темно, и из проёма тянуло холодом. - Дамы вперёд, - Ханса всё ещё терзали сомнения. Хельга юркнула внутрь, Ханс нырнул за ней в темноту. За его спиной захлопнулась дверь. Внутри было просторно и чисто. Пара стульев, стол, на который была постелена белоснежная скатерть, полки, уставленные хрустальной посудой и разными безделушками, на потолке люстра из светящихся сосулек, небольшой диванчик на кривых ножках, шкаф и пара шкур на стене, окна в землянке не было. - Что стоишь? Садись, - Хельга указала Хансу на один из стульев. Сама же стала расставлять на стол посуду, как оказалось, не хрустальную, а ледяную. После она открыла шкаф и вытащила один из ящиков, пошуршав, она достала небольшую бутыль. - За встречу, - пояснила она. Холодная бутылка с вином сама перелетела на стол. Хельга же продолжила шуршать в ящике. Через минуту на стол полетело замороженное мясо, замороженные ягоды и ломтик хлеба. - Последний, - грустно вздохнула Хельга, печально смотря на горбушку, сиротливо лежавшую на тарелке. - Но ради любимого гостя ничего не жалко. - тарелка с мясом и хлебом поползли к Хансу. У того же уже весь рот был полон слюны. Руки сами потянулись к еде. - Эй, а руки помыть? - усмехнулась Хельга, но Ханс уже вовсю наворачивал. Хельга несколько минут смотрела, как ест Ханс, потихоньку поклёвывая ягоды. Наконец Ханс понял, что если съест ещё хотя бы один кусочек, то попросту лопнет. Хельга сразу же откупорила запотевшую бутыль. Разлив красную жидкость по бокалам, она убрала всю остальную посуду и подняла бокал вверх. - За знакомство! - За знакомство. Оба символично пригубили. Ханс отметил, что вино было не самым лучшим, но вполне приятным на вкус. Хельга отставила бокал в сторону и тяжело вздохнула. - Ну что ж, Ханс, пора рассказать тебе, зачем я тебя, собственно, привезла.