... И снова с тобой

ФЛЕШБЕК Женя столько хотела сказать, но не могла. Тяжело было просто открыть рот. Она и дышать перестала, просто сидела и смотрела перед собой. Игорь тоже не нарушал молчания. Покинув пределы владений Экемсеевых, он направился в сторону города, но пропустил поворот. Женя равнодушно смотрела на проносящийся мимо пейзаж. Она узнала это место. Как-то они все ездили сюда. Отличное место, спокойное и тихое, несмотря на относительную близость города. Комфортные деревянные домики, расположенные на берегу речки. «Домик лесника», так кажется, называется эта база отдыха. Девушка закрыла глаза, вспоминая, как весело они тогда проводили время: как доплыли с Ларисой до небольшого островка, а мужчины их искали.… Помимо воли губы девушки тронула улыбка. Филин припарковал машину у самого дальнего домика, который стоял чуть в стороне от других. Казалось бы, его мечта сбылась, Женька рядом, вот только радости от этого не было. Между ними была пропасть, и он должен бросить мостик. - Пойдем, Жень, нам нужно поговорить. И, наверное, это будет самый сложный разговор в моей жизни. Девушка только пожала плечами и без его помощи выбралась из авто. Она потопталась у низкого крылечка, пока Варзин открывал дверь, а потом вошла внутрь. Она так и не сказала ему ни слова. В доме царил полумрак, и Игорь включил свет. - Женя, хватит. Пришло время поговорить. Я знаю ты… - Знаешь? - Мура словно только что пришла в себя. - Ты знаешь, понимаешь, умеешь! Ты чертов ублюдок, Варзин! Чертов хренов герой! Знаешь! – она подскочила к молодому человеку, резко замахнулась, и его щеку обожгла пощечина. Звук удара получился особенно хлестким в тишине, но и это не отрезвило девушку. – Да ни черта ты не знаешь! Твой гребаный героизм стоил здоровья твоим родителям, я уже молчу о том, что сама чуть не умерла, оплакивая тебя. Я же любила тебя… - ее трясло. Женя не замечала текущих по ее щекам слез. Она колотила кулачками по груди Игоря и ругалась, а он просто стоял, давая ей возможность выместить всю злость, обиду и горечь. Каждое ее слово оставляло кровоточащий след на сердце Филина, потому что она была права. Права во всем. Вот только он не был виноват. Да, он мог сообщить ей, но не мог нарушить приказа. - Я тебя ненавижу! Как же я тебя ненавижу Варзин! За каждую слезинку, за каждый день, прожитый тез тебя. - Игорь прижал к себе девушку. Обхватил плечи горячими ладонями, и обнял так крепко, что между ними не осталось пространства. Женя сделала слабую попытку вырваться, но потом, противореча себе, вскинула руки, обхватив дрожащими пальцами его лицо, и пристально посмотрела в глаза. – Я тебя ненавижу…. - Сил сдерживать себя больше не было, и она зарыдала. Громко, не стесняясь и не думая о том, как это выглядит в глазах Филина. Сотрясаясь всем телом, всхлипывая сорванным голосом, подалась вперед, прижавшись к нему. Игорь резко, рвано выдохнул и еще теснее прижал к себе дрожащее тело. - Я сам себя ненавижу. Но не могу иначе. Ты же знаешь… Она знала. Она это понимала умом, вот только ее измученное сердце не хотело этого принимать. И она ясно осознала, что Игорь дал ей право выбора. Выбрать его и еще сотни раз переживать маленькую смерть, или выбрать жизнь без него. С Котом. И все равно погибать, зная, что он жив, а она сама убила их обоих. Обоих, потому что без нее он тоже не будет жить. Какой тут может быть выбор? Глупость какая. Она имеет право злиться, но разве это сейчас главное? Нет! Важно не упустить, сберечь тот подарок, что преподнесла ей судьба. И она еще на какой-то миг задумалась о выборе? Да все давным-давно уже решено за них! Какая-то мысль мелькнула на краю сознания девушки, но она не обратила на нее внимания. Сейчас важно другое. Мура приподнялась на носочках и жадно поцеловала резкие, твердые губы. Отстранилась. И вновь прижалась к его лицу, целуя щеки и подбородок, добралась до шеи... Она буквально чувствовала, как ее душу покидает черная тоска. Оказывается, Женя так долго с ней жила, что уже перестала замечать… …Они ничего не соображали, стаскивая одежду друг с друга, спеша отбросить ее за ненадобностью, прижаться телом к телу, кожей к коже, вдохнуть в себя почти забытый, но такой родной запах. Да, между ними осталось еще много вопросов, но все они второстепенные. В главном они уже сознались друг другу. Происходящее сводило Игоря с ума, его поцелуй становился все нежнее, и вскоре он просто едва ощутимо касался Женьки губами. Одна рука обнимала девичью талию, вторая сжимала попку. В какой-то момент Игорь перестал целовать девушку и зарылся носом в ее волосы. Только сейчас он понял тех, для кого запах являлся фетишем. Аромат всего её тела буквально сводил его с ума. На мгновение он сжал правой рукой её попку и тут же подхватил её обеими руками. Она обвила его талию ногами. По телу пробежала дрожь возбуждения, голова его кружилась, ноги стали ватными. Всё смешалось в его мыслях, казалось, время остановилось, но это длилось всего лишь один момент. А в следующий момент он, толкнувшись, оказался в горячей глубине любимой женщины. И именно в этот момент длиною в бесконечность они одновременно умерли и снова воскресли. Мир поделился на «до» и «после». Изменилось все, даже течение времени. Сколько раз они занимались любовью, но этот был особенный. - Не могу больше… - прохрипел Игорь и сделал несколько шагов. Ему просто необходима горизонтальная плоскость, иначе он не удержит ее. Женя захихикала, чувствуя, как каждый его мускул напрягается и дрожит. Она наслаждалась его телом, контрастом между твердостью мышц и нежностью прикосновений. Нежность исчезла, уступив место чистой похоти. Женя извивалась всем телом, пытаясь заставить Игоря двигаться. Но он не собирался подчиняться, мучая сладкой пыткой и себя и Женьку: его губы сводили ее с ума. В который раз. А ведь он ничего особенного не делал, просто целовал девушку. И полностью находился внутри ее тела. Вот только Женя была не согласна с таким планом. Все ее существо требовало активных действий. И она что называется «сыграла не по правилам». Вонзила пальцы в плечи, сжала внутренние мышцы так плотно, что у Игоря от захлестнувших ощущений потемнело в глазах, и потребовала от него движений. О, это сколько угодно, главное не прийти к финишу раньше нее. Потому что тогда все напрасно: и ее стоны, и закушенная от едва выносимого наслаждения губа, и следы от ногтей, которые появились на его плечах. … а потом обоих накрыло. И эти новые ощущения были в тысячу раз лучше чем то, что помнили Игорь с Женей. - Ради этого стоит умереть, - небрежно бросил Варзин и бессильно скатился с Женьки. Он целую минуту оставался в блаженном неведении, а потом его мозг все же начал работать после крышесносящего оргазма. Он сообразил, что именно только что сказал и сгреб девушку в объятья. - Прости малыш, прости… Она сжалась и словно отгородилась от него стеклом: вот она рядом, но в то же время бесконечно далеко. И это после того, как Женя приняла его воскрешение. Оставив попытку как-то расшевелить ее, Игорь просто сел рядом и не смотря на девушку начал говорить: - Жень, я не знаю, каким чудом я выжил. Не знаю, как оказался там, где меня нашли, но факт остается фактом вот он я, живой, здоровый и практически без увечий. Когда я пришел в себя, со мной возился старик. Мерзкий дед с лохматой грязной бородой. А я не мог шевелить ногами. И абсолютно ничего не помнил. Знаешь, как это страшно, когда понятия не имеешь кто ты и что ты. В ушах стоял противный звон, и головные боли до черноты в глазах. Огнестрельное ранение на фоне всего остального казалось мне сущим пустяком. И самое главное, не было страха. Наверное, потому что я понятия не имел кто я такой. – Девичья рука легла ему на плечо в жесте поддержки, но Игорь этого даже не заметил. – Это сейчас я понимаю, что я хренов везунчик, мать его счастливец. А тогда… Тот, кого я принял за древнего старика, оказался медиком. Бывший капитан медицинской службы, военврач, прошедший Афганистан. Медик от Бога. Он поставил меня на ноги. Практически сотворил чудо. Вот только с памятью все обстояло плохо. Все, что я вспомнил, имя. Хотя я даже не был уверен в том, что меня так зовут. Я не раз пытался узнать, как же он меня нашел, тщетно. Ответа я так и не получил. Примерно через год я попал в Москву, и вместе с тем в плохую компанию. Так гопота мелкокалиберная, даже стыдно. А еще по прошествии некоторого времени я вспомнил все. И моей ошибкой был звонок Антону. Мне не предоставили права выбора, я все равно был мертвецом. Наша система может и любит использовать подобных мне по полной. Пришлось идти на сделку, временно отказавшись от тебя. Временно! – это слово Филин выделил особой интонацией. Он хотел, чтоб Женя поняла, что он не собирался отказываться от нее и тем более отдавать ее другому. Просто ему не оставили выбора. - Спрошу только одно, - девушка встала с кровати и подошла к окну. И хотя в комнате было тепло, ее колотил озноб. Женя вернулась и взяла покрывало. – Почему Антон? Почему не я, Игорь? Почему? Ей было больно от сознания того, что любимый мужчина ей не доверяет. - Женька, прошло столько времени, я не смог… просто не смог вот так сразу, без предупреждения. Потому что… я не был здоров. Головные боли и все… Прости, но пережить еще раз то что пережила ты... Нет! Мне Тоха все рассказал… Все. Женя вдруг поняла, какое же она чудовище. Ведь каждое действие Игоря преследовало только одну цель – защитить ее. Он прав, еще один раз она просто не выдержала бы. Она была слепа в жалости к себе, а ведь то, что пережил Игорь в сто крат больнее ее страданий. - Игорь, должна сказать, что… - как найти слова, чтобы признаться любимому человеку, что она изменяла ему с лучшим другом, что получала удовольствие в объятьях Васьки, что первым делом, когда Ионов вернется, он примчится к ней? – Я и Кот… - Тише, не надо. Не хочу это слышать, не сегодня. – Его мучила ревность, застилала глаза дымчатой пеленой, но все же здравый смысл возобладал над эмоциями. Ему не в чем обвинять Женю. Она оплакала его и просто попыталась жить дальше. А теперь… Он и сам не имел никакого понятия, что будет теперь. Филин подошел к Женьке и обнял ее. Девушка положила ладони поверх его рук и оперлась спиной на грудь молодого человека. - У тебя добавились шрамы и седина. И глаза… они потухшие. Чужие, – она не спрашивала, а констатировала факт. Игорь не знал, что на это ответить. - Да. – Такое короткое, и одновременно такое емкое слово. – После возвращения меня оперировали. Небольшой осколок остался и это был мой личный дамоклов меч. Одно неосторожное движение и все. Так что видишь, у меня точно не одна жизнь. - Филин, если ты еще что-то подобное выкинешь, я тебя пристрелю собственноручно. Ясно? – ответом ей был сначала сдерживаемый смех, а потом поцелуй, после которого уже не хотелось ни о чем думать. Ее отпустило. Женя чувствовала себя удивительно свободной. Думать о предстоящей встрече с Васькой не хотелось. Ему нужно что-то говорить, а она трусила. Была уверена, что смелая, но на поверку оказалась обычной трусихой. Игорь настоял на том, что говорить с другом будет сам. Они смогут разобраться во всем. И после недолгих споров, Мура согласилась. А пока она просто вернется домой. Как оказалось, для нее тоже нашлась небольшая роль в театре абсурда. Игорь рассказал ей все в пределах секретности и предупредил о возможности ее участия. Женя только неопределенно хмыкнула. После подобной игры в шпионов она оказалась в крепких руках каплея Ионова. Теперь снова работа под прикрытием и Игорь. Все возвращается на круги своя. - Жень, - Филин уже практически уснул, - почему ты не сняла кольцо совсем? - Не могла. Ты же обещал вернуться. А я не видела… тела, и не поверила до конца, наверное. У меня оставалась надежда, а ты не обманул. - Я же тебе обещал, обещал всегда возвращаться. Помнишь? – в ответ Женя только кивнула головой смахнула одинокую слезу.