Fleur blanche

— Знакомые бутылки, — Ларэль поджала губы, когда мимо нее прошли двое подвыпивших мужчин и у каждого в руке было по бутылке вина из погреба короля Лихолесья. — Лучше бы больше еды принесли, чем выпивки. Людям нужно работать, а они этой отравой затуманивают свои мозги. Неужели им нравится быть не в своем уме? Выпивка блокирует их сознание, и в полубредовом состоянии они могут совершать ужасные поступки. Зачем это вообще нужно? Бард незаметно вылил свое содержимое бокала через плечо. Он натянуто улыбнулся девушке, как бы соглашаясь с ее словами. У них никогда не было причин для спора. Каким-то странным образом эти двое всегда сходились во мнениях. — Они немного расслабляются. — Я видела, как некоторые расслабляются. Сутками напролет. Я не всегда критикую людей и их пристрастия. У каждого своя жизнь, и они вольны поступать так, как считают нужным. — Не оправдывайся, Ларэль. В моем присутствии говори все, что захочешь. — Лучше скажи, что тебе пообещал Трандуил, если ты сдашь меня прямо ему в руки? — Ты ведь не успокоишься, — вздохнул мужчина, скрестив руки на груди. — Он пришлет рабочих, чтобы они помогли отстроить Дейл. — Он знает, как подкупить. Почему не согласился? — Что ему нужно от тебя? — резко спросил он. Девушка от столь неожиданного вопроса потеряла дар речи. Она искоса взглянула на Барда и поразилась его хмуро-суровому виду. Кажется, Трандуил ему далеко не друг, скорее, просто союзник. А ей совсем не хотелось впутывать Барда в эти проблемы, однако если он полон решимости разобраться в ситуации, то Ларэль готова ему все рассказать, но не сейчас. — Я за весь день не видела Бургомистра. Куда он запропастился? — Кажется, на его лодку с сокровищами упал дракон… — задумчиво изрек Бард. — Теперь понятно, почему ты всем заправляешь. С твоим приходом к власти в городе наконец-то станет тихо и спокойно. Не будет завышенных налогов, никто не станет отбирать у жителей последний хлеб. Я надеюсь, ты приведешь все в порядок. — Я могу переговорить с тобой наедине? — обратилась к эльфийке Сигрид и почти умоляюще посмотрела на отца. Видимо, дело оказалось срочное. — Даже не спрашивай, сразу говори, — улыбнулась Ларэль. Она пообещала Барду, что скоро вернется, и отошла с подругой в сторону. — Что стряслось? — О таком я могла бы поговорить с матерью, но ее нет… и одногодок можно по пальцам пересчитать. Вот они бы точно меня поняли. Отцу лучше не знать, что мне нравится один мальчик. Поэтому вся надежда только на тебя. Уже второй раз за вечер Ларэль растерялась. Она присела вместе с девушкой на скамейку и спросила: — А ты нравишься ему? — Не знаю. Я увидела его совершенно случайно… то есть раньше я даже не обращала на него внимания, считая полным болваном. Но после того, как он геройски помог выбраться пострадавшим из озера, я посмотрела на него совершенно другими глазами. Правильно говорят, что первое впечатление обманчиво. Ты меня понимаешь, да? К сожалению, нет. Для меня Трандуил как был раньше высокомерным и надменным королем, так им и остался. Я не ошиблась. — Попробуй тонко намекнуть ему на свою симпатию. Если он поймет и ответит взаимностью, познакомиться поближе. Но я советую тебе не спешить. Он может оказаться не тем единственным, которого ты полюбишь всей душой и сердцем. Я не хочу, чтобы ты жестоко разочаровалась в мужчинах на всю оставшуюся жизнь. — Ты говоришь так, словно… ты уже с кем-то была близка? — Да. Он оказался не тем, кто мне нужен. — А, по-моему, это ты просто обманываешь себя, — широко улыбнулась Сигрид. — И стараешься поверить в то, что он тебе не подходит. У всех влюбленных случаются разногласия, но не стоит из-за этого ставить крест на отношениях. Вы обязательно помиритесь! — Привет, Ларэль! — радостно воскликнула Тильда, обняв эльфийку за шею. — Ты вернулась навсегда? Будет здорово, если мы еще раз разыграем того смешного старичка! — Пока не уверена, милая, но я сегодня однозначно никуда не уйду. — Ой, забыла передать. Тебя ищет король! Как он узнал, что я здесь? — Спасибо, Тильда. Девочка вприпрыжку убежала в неизвестном направлении, скрывшись в толпе. Сигрид заметила перемены в настроении Ларэль, но решила ничего не спрашивать. Она обо всем догадалась. — Поговори с ним. — Я даже видеть его не хочу, а ты предлагаешь поговорить. Боюсь, я просто не сдержусь и ударю его. Сомневаюсь, что этим поступком мы придем к какому-нибудь соглашению. Мы с ним совершенно разные. — И тем не менее вы были вместе. Вдруг ты упускаешь свое счастье? — Ты куда умнее меня, но я не стану делать первый шаг. — Это не потребуется, потому что он сам идет сюда, — шепнула Сигрид и поспешно ретировалась, пока Ларэль не опомнилась и не остановила ее. Эльфийка осталась одна, с опаской наблюдая за надвигающимся на нее, как грозовая туча, королем. Его нагнал Бард. Пока они о чем-то переговаривались, Ларэль незаметно скрылась, поспешив в новый дом. Она надеялась, что он бросит свою затею и оставит ее в покое. В доме оказались ее родители. Они сидели в гостиной, о чем-то тихо ведя беседу. Девушка посмотрела сначала на них, потом на дверь, потом снова на родителей, и испуганно пискнула, когда в дверь постучались. Мать попросила открыть и добродушно принять гостей. Ларэль несколько секунд постояла, размышляя, что ей делать. Очередной стук заставил ее подбежать к родителям и попросить их выйти из дома через заднюю дверь. — Я так понимаю, ты там не одна, — раздался надменный голос Трандуила. — Что он здесь делает? — откровенно выразил свое недовольство Айрос. — Мам, пап, вам лучше уйти отсюда, пожалуйста. Дайте мне пять минут, и я во всем разберусь. Она дождалась, когда родители уйдут, и пошла открывать королю. Очевидно, ждать он не привык, потому что одарил девушку таким убийственным взглядом, что Ларэль на миг почувствовала себя виноватой. Потом вспомнила, кто перед ней стоит, и молча отступила в сторону, пропустив Трандуила вперед. Естественно, окружающая обстановка его не впечатлила. Он даже не присел, только брезгливо поморщился и спокойным голосом заговорил: — Я пришел извиниться и попросить прощения у Мирфеа и Айроса. — Неужели? Ты даже запомнил их имена, ну надо же! — картинно удивилась девушка. — Хотя, наверно, ты помнишь всех своих врагов и с садистским удовольствием вспоминаешь, как изгонял их, а кого-то казнил. Трандуил ничего не ответил на ее резкий выпад. — Это все, ради чего ты пришел? Если да, то… — она жестом руки указала на дверь, наотрез отказавшись смотреть на короля. Она видела боковым зрением, как он подошел к ней ближе, и сдержанно вздохнула, оставшись стоять на месте. — Вы все можете вернуться. — Очень щедро с твоей стороны, но мы предпочтем остаться там, где нам нравится. Я жалею о том, что родители когда-то попросили меня вернуться в родном дом. Он не родной, потому что я не могла найти там спокойствия. — Из-за меня? — Размечтался, — раздраженно сказала Ларэль и стиснула зубы, когда Трандуил подошел к ней совсем близко. — Я привыкла к жизни среди людей. Да, мы жили какое-то время в разных поселениях, но как только становилось известно, что наша семья была изгнана из Лихолесья за предательство родины, нас отовсюду выгоняли. Спасибо тебе за это огромное! — Послушай, Ларэль… — Что заставило тебя изменить первоначальный приказ? — Я осознал, что поспешил с выводами. — Бард натолкнул тебя на этот разговор? — прищурив глаза, спросила эльфийка. — Сам бы ты на такое не согласился. О чем вы там постоянно договариваетесь? Мне уже надоело, что за счет меня вы получаете друг от друга выгоду. Это подло! Кто-то определенно сдал меня, но это точно не Бард. Не в его стиле предавать друзей. Так что присылай завтра рабочих. — О, так вы друзья. И да, никого я присылать не собираюсь. Мне передали приглашение на пиршество, не сказав, в честь кого оно. Я никому ничего не должен. — Тогда тебе здесь делать нечего. Разворачивайся и уходи. — Я поступил с Тауриэль так, как должен был поступить король. Она простая эльфийка, а мой сын… — Получается, что тебе можно, а ему — нет. Выход сам найдешь, — бросила на прощание Ларэль и пошла за родителями, но Трандуил схватил ее за руку. — Что еще? — Посмотри мне в глаза и скажи, что между нами все кончено. — Как может быть все кончено, если мы никогда не были вместе?! — прокричала она, выдернув руку из его цепких пальцев. — Ты добился желаемого, а теперь забудь о моем существовании. — Ты правда этого хочешь? — Да.