Клетка

— Синди, занеси документы по делу сотрудничества с «Джонс и Ко», сейчас же. — Чертова выдалась ночка. Глаз не сомкнул, то и дело думал о том, что в этом мире не осталось уж ничего святого, кроме Поттера, конечно. Что в таком случае делают нормальные люди — напиваются? Что делаю я — пашу, как ломовая лошадь. И сам забываюсь, и во благо министерства. Испуганная ассистентка вбежала в кабинет, кинула папки на стол, непонятно зачем извинилась и выбежала. Спасение прибыло. Весь день я просидел в кабинете безвылазно, даже на обед не выходил, чтобы только не узнать ещё чего нового, да и чтоб не столкнуться с Грейнджер. Стыдно было посмотреть ей в глаза, словно это я стоял и зажимал белобрысую курву втайне от жены. Добро, что есть вечная подруга дней моих суровых, которая принесла мне кофе, а то б от голода умер. — Мистер Малфой, вы не выходили из кабинета, я подумала, что, может быть, вам захочется перекусить. — Голос дрожал, как лист на ветру. Да что с ней такое? — Синди, присядь, — возомнил себя миротворцем? — Ты меня боишься? — Нет, что вы, — опустила глаза в пол, щеки стали еще розовее, чем обычно, а ведь пяти минут еще не прошло. — просто… Можно я пойду? Ах, вот в чём дело. Она резко выбежала за дверь и больше не появлялась. Знала бы ты моё прошлое, не горели бы твои молоденькие щёчки предательским румянцем. Шарахалась бы ещё больше, как остальные. Я досидел почти до двенадцати, не имею привычки откладывать работу на завтра: выключил свет и захватил отчёт, занесу по дороге, наивная Грейнджер даже дверь в кабинет не закрывает, веря в святость сотрудников. А зря, сколько раз они уже там шарились. Я подошёл и отворил дверь, включил свет. — Мерлин! — на диванчике калачиком устроилась Грейнджер. — Ты что здесь забыл? — зло сверкнула глазами. — Отчёт занёс, — растерянно ответил я. — Занес — уходи, нечего тут торчать до полуночи, личной жизни нет что-ли? И свет погаси! Я на автомате выключил свет, закрыл дверь и пошёл домой. В голове роилась сотня вопросов, но дабы не усугублять своё положение ненужной информацией, я отложил их на потом. Далёкое, неосуществимое потом.