Особенности эксперимента. Часть 5.

Джек, посмеиваясь про себя, отогнал машину к своему дому. Ну и что, что тут было ехать метров триста? Энн не должна знать, что он живет рядом. Пусть это будет для нее сюрпризом. Дома он просто-напросто завалился спать. Выспался только к вечеру, затем снова вспомнил про Анну. Как-то вчера все сумбурно у них получилось. Девочка достойна большего, чем бешеный секс по необходимости. Джек привел себя в порядок и отправился в ближайший супермаркет, где приобрел шикарный букет цветов и бутылку шампанского. Конечно, он не знал, каковы ее вкусы, но этот комплект обязательно должен был сработать, как надо. Собственно, если бы вчера он был в здравом уме, тоже начал бы с этого. Все-таки здорово, что она его не выгнала! Он был просто уверен, что сейчас она уже ждет его, думает о нем, надеясь на повторение недавних событий. Каково же было его удивление, когда на его звонки в дверь никто не отозвался. Да и ее машины не было рядом с домом. Куда Энн могла деться? Подождав минут двадцать, Джек решал занять наблюдательную позицию в собственном доме. Однако даже поздним вечером Анна не появилась. Сначала его охватило беспокойство, но потом в голову стали лезть совсем другие мысли: а вдруг, она уехала, чтобы встретиться еще с кем-то другим? И этот кто-то для нее важнее, чем он? Думая на эту тему, Джек заводился все больше и больше. Ближе к полуночи он был уже не только раздражен, но и очень зол на нее. Что она о себе возомнила? Как смеет она его игнорировать? А может быть, у него есть конкуренты? Что ж, тогда он найдет, чем ответить. Реальный Джек, наблюдая за метаниями своего двойника, поражался узости его мышления. Впрочем, ситуация была другой. Неизвестно, как бы он сам повел себя в этом случае, что бы подумал. Беда в том, что альтернативный Джек, в отличие от него самого, не доверял своей Анне. Она, несмотря на близость и страсть, была для него все еще закрытой шкатулкой. А сюрпризы О’Нилл не любил. Реальная Энн, просмотрев этот эпизод, отметила, что все дело в том, что альтернативный Джек просто не осознал, что любит ее. Скорее всего, это так и было. Анна вернулась в воскресенье вечером. И – да, она ждала, что Джек зайдет к ней. Она думала, что их отношениям надо устояться, прежде чем она расскажет ему о детях, потому и не сказала о поездке в Боулдер. В конце концов, она имеет право на личные тайны. Находясь в радостном предвкушении встречи, Анна занялась домашними делами. Неизвестно, когда придет Джек, а в том, что он придет, она почему-то не сомневалась. Раздался звонок в дверь, и он появился. Но что-то в его облике не позволило Анне броситься ему на шею. Она улыбнулась и пригласила его войти, но он ответил сдержанно: - Я только на минутку, надо кое-что сказать. - Что случилось, Джек? – она и вправду не понимала, откуда такой холодный тон. - Тебе следовало сразу предупредить меня, что у тебя другие планы, и я в них не вписываюсь. - Джек, я просто не успела, да и не посчитала нужным, я … - Мне вполне достаточно этой информации, можешь больше ничего не говорить. Впрочем, я спрошу еще одну вещь. Этот кто-то, у кого ты была все прошедшие сутки, правда, тебе дороже, чем наши отношения? До Анны начала доходить вся абсурдность ситуации: он, оказывается, просто приревновал ее, не обнаружив дома вчера вечером. Но вопрос был поставлен таким образом, что ответить на него отрицательно было невозможно. Она со вздохом сказала: - Этот кто-то для меня дороже не только любых отношений, но и собственной жизни. Мне жаль, что я не могла тебе все рассказать, вчера и позавчера было просто не до этого. - Вот теперь – действительно, все. Извини, что доставил тебе неудобства своим присутствием. Этого больше не повторится. - Джек, но я могу все объяснить… - Вот уж уволь меня от твоих объяснений. Считай, что между нами все кончено. Анна вспылила: - Знаешь, мне тоже надоело оправдываться. Я ни в чем перед тобой не виновата. Можешь катиться! Показывай свой характер кому-нибудь другому, а с меня хватит! Я только надеюсь, что на базе ты не будешь трепаться о том, что между нами произошло. Джек был вне себя от гнева: она еще и возмущена! Если бы она попросила прощения – возможно, он бы и дал ей его, взамен взяв обещание сохранять ему верность. А так – она заслуживает наказания. Он процедил сквозь зубы: - Да было бы, о чем трепаться. Счастливо оставаться. Она захлопнула дверь перед его носом, а потом, услышав его удаляющиеся шаги, просто сползла по стенке, разрыдавшись от обиды. Как он мог так с ней поступить? Неужели она ошиблась и выбрала не того человека? И почему ей так больно? Но потом пришел ответ. Правильно, все правильно. Не нужно было привязываться, ни к одному из тех, с кем она работала. Она же дала себе слово – никакой дружбы. Дружба – это слабость, любовь – тем более. А уж заводить любовников среди людей, которые могут опуститься до шантажа детьми, - последнее дело. Но – ничего, она и с этим справится. Сюда бы Машеньку с ее чаем – чтобы все забыть. И ведь можно было бы это устроить – браслет все еще на руке. Но она приняла решение, что не хочет забывать. Она должна пройти через это и выучить свой урок. Иначе в будущем может допустить подобные ошибки. Хорошо все-таки, что она не успела в него влюбиться! Анна рассуждала логически, постепенно успокаиваясь, но где-то в глубине души тоненький ехидный голосок твердил: «Хватит себе врать! Ты втюрилась по уши, Анька!». Проигнорировав это жужжание, Анна занялась медитацией, настраиваясь на рабочий лад. В конце концов, она решила, что будет вести себя так, как будто ничего не было. У нее сильна воля, у нее все получится. Джек, направляясь домой, сначала пребывал все в том же состоянии возмущения, но через некоторое время стали приходить совершенно иные мысли. Например, почему нельзя было выслушать ее объяснения? Вдруг, у нее действительно были серьезные оправдания своему отсутствию? И, наверное, не следовало так резко с ней разговаривать. Черт, да уж, если на то пошло, можно было бы вообще к ней не приходить, а успокоиться, все взвесить и поговорить как-нибудь в другой раз. И что означали ее слова: «Я ни в чем не виновата перед тобой»? Поразмыслив над этим, Джек вдруг отчетливо понял, что совершил ошибку. Исправить которую будет трудно, если не невозможно. А уж эта его последняя фраза: «Да было бы, о чем трепаться!», - явно давала ей понять, что сам он нисколько ею не дорожит. Он, фактически, унизил ее, обвинив в распутном поведении, не имея для этого совершенно никаких оснований. Господи, да что на него такое нашло? Он ведь никогда не позволял себе так разговаривать с женщинами, даже если они того и заслуживали! Что же заставило его сорваться сейчас? Это – какое-то безумие, в самом деле! «Считай, что между нами все кончено», - эту фразу сказал он, а не она. И разве она поймет, что он просто погорячился? Как вообще можно такое понять? Реальный Джек искренне сочувствовал своему двойнику. Несчастный идиот! Если Энн его все же простит, а она простит, судя по воспоминаниям детей, он должен на нее молиться! Реальная Анна задумчиво качала головой и говорила, что мужчины имеют обыкновение говорить глупости, но некоторые умеют учиться на своих ошибках. *** Утро понедельника выдалось для альтернативного Джека тяжелым. Во-первых, потому что с утра болела голова, ибо накануне он разделял свои сомнения с достаточно большим количеством пива. Во-вторых, потому что Энн совсем не обращала на него внимания. Она, конечно, с ним поздоровалась, но никаких намеков на обиду и, тем более, привязанность, в ее взгляде и поведении не было. «Доброе утро, сэр. Спасибо, хорошо, сэр. Увидимся на брифинге, сэр» - вот и все, что она сказала ему, в ответ на его робкие попытки завязать разговор. Она не дала ему ни единого шанса даже оправдаться. Как будто ничего между ними и не было. А он, может быть, и хотел бы увидеть ее злость и обиду – ведь обижаться было на что. Но – нет, видимо, даже этого он не заслужил. Что ж, все правильно, девочка. Поделом ему. У Джека была только одна надежда - что когда-нибудь он сможет, хотя бы, извиниться. Судя по всему, на большее рассчитывать не приходилось. Джейкоб Картер прибыл как раз в этот день, он вез послание от совета ток’ра. Способности Анны к подавлению гуаулда внутри себя подтолкнули их к новой идее. Эту идею генерал Хаммонд сначала принял в штыки: она заключалась в том, чтобы под контролем ток’ра подсадить ей гуаулда. Если в первый раз ей просто повезло, и гуаулд возьмет верх, что ж, один выстрел из зета – и его извлекут, не причинив Анне вреда. А если она возьмет верх, то есть небольшой шанс, до того, как гуаулд умрет, что она сможет достать из его сознания ценную информацию. Для этого ее планировали подключить к аппарату визуализации образов, который был у ток’ра. Анна была не против, и, в конце концов, генерала убедили в том, что это не опасно. Однако Хаммонд настоял, чтобы во время процедуры присутствовали представители ЗВ1. Джейкоб рекомендовал, чтобы это были Саманта и Даниэль, так как они могли помочь, если случится задавать вопросы гуаулду и получать информацию, например, об оружии. Дело решили не откладывать, и Анна в сопровождении Джейкоба и Саманты с Даниэлем направились в зал Врат. Джек перехватил их на полпути: - Эй, Джейкоб, куда ты ведешь моих людей? - Эй, Джек, - с улыбкой отозвался ток’ра, - они теперь на время – мои люди, с согласия генерала Хаммонда. Но ты не волнуйся, к обеду верну. - Я не понял, у вас, что, новая миссия? Почему я не в курсе? - Сходите к генералу, сэр, - улыбнулась Сэм, - он введет вас в курс дела. - Майор Картер, - строго произнес полковник, - я приказываю вам рассказать о сути вашего задания. - Мисс Кес принимает гуаулда под контролем ток’ра и, по возможности, старается выжать из него максимум информации. Это – все, сэр. - Я не могу это позволить! – Джек испугался за Энн. Почему-то он подумал, что на этот шаг ее толкнуло отчаяние, вызванное его словами, сказанными накануне. - Вы не должны этого делать, Кес, не обязаны. Я не могу вам позволить! Это очень опасно! - Как и все, что мы делаем в обычных миссиях, сэр, - она равнодушно пожала плечами. - Тогда я иду с вами, - безапелляционно заявил Джек, а потом добавил, - и Тил’к тоже. - Полковник О’Нилл! – сзади раздался окрик генерала Хаммонда, - зайдите ко мне в кабинет! Джейкоб, вы трое можете идти. - Но, сэр, - начал было Джек, но генерал был непреклонен: - Ко мне в кабинет, полковник. Прямо сейчас! Генерал развернулся и ушел, а Джек в отчаянии посмотрел на Анну, словно намереваясь все-таки ее отговорить. Она не заметила этого взгляда, направляясь вслед за Джейкобом. А вот Саманта и Даниэль заметили. Джексон понимающе покивал головой, Саманта усмехнулась. Эксперимент на базе ток’ра прошел более чем успешно. Гуаулд продержался в живых более трех часов, и экраны устройства показали очень много важной информации. Оказалось, также, что Анна может не только подавлять влияние гуаулда, но и приказывать ему. Страшное дело: змея знала, что умирает из-за носителя, но не могла сопротивляться приказам и не могла навредить Анне. Самой Энн эксперимент не понравился тем, что она, волей-неволей, становилась убийцей, хоть ее жертвой был гуаулд, а не человек. И ей не понравилось отношение ток’ра к себе подобным. Она не поделилась своими сомнениями с окружающими, но сделала выводы на будущее. Джек встречал их по ту сторону Врат, но поговорить с Анной ему снова не удалось. На этот раз доктор Фрейзер ограничилась осмотром и не заставила ее задерживаться в медчасти. В течение нескольких дней Джек так и не смог поговорить с Анной. А она, казалось, по-прежнему не замечает его. Он даже не решился признаться, что живет по соседству. И тем более, прийти к ней домой снова. Нет, они, конечно, ходили в миссии вместе. Но все шло гладко, и поводов оказаться наедине все равно не было. Джек был просто в отчаянии. Неожиданно, ему на помощь пришли друзья: Сэм и Даниэль. Как-то раз Джексон попросил его на пару слов и обрисовал ситуацию: - Мы с Сэм в курсе, что ты неравнодушен к нашей мисс Кес. В чем твоя проблема? Джек хотел было возразить, но махнул рукой и признал, что это – правда. Он сказал: - Моя проблема – это я сам, Дэнни. - Тогда чего ты хочешь и чего ты ждешь? Насколько я знаю, она не состоит в ВВС, преград нет. - Я обидел ее, Дэнни, очень сильно обидел. И не могу даже остаться с ней наедине, чтобы попросить прощения. Все жду подходящего момента. - Она не выглядит обиженной, Джек. Может, все-таки стоит форсировать события? А то на тебя уже смотреть больно. - Она равнодушна, вот в чем беда. Если бы она хоть раз показала, что обижена, что ей не все равно, у меня, хотя бы, был повод, а так… - У вас, что, что-то было? Прости, что я спрашиваю, конечно, это не мое дело… - Да, не твое дело. - Но, знаешь, что? Когда она только начинала работать – между вами искрило, я точно помню. Это не могло так просто исчезнуть, Джек, даже после очень сильной обиды. И потом, такие люди, как она, не становятся равнодушными сразу. Или для этого им надо прикладывать огромные усилия. - Думаешь, она притворяется равнодушной? - Уверен, более чем. Тебе просто надо остаться с ней наедине. И мы с Сэм тебе поможем – мы же друзья! - Даниэль, а ей вы этим поможете? Или вам наплевать на ее чувства и желания? - Нет, не наплевать. Но и ей тоже нельзя закрывать глаза на собственные чувства и желания. Так что – жди. Они выполнили свое обещание, подстроив так, что Джек и Энн застряли вдвоем в лифте. После неудачной попытки Энн починить лифт, она согласилась с его предложением подождать и, наконец, поговорить. Но вот только после этого разговора все стало еще хуже. Анна сказала, глядя ему в глаза, все тем же равнодушным тоном: - Наверное, давно надо было все решить. - Я хотел извиниться. Я вел себя недопустимо, я…, - но она прервала его: - Я прощаю вас. И, более того, я вам благодарна. Если бы вы не оборвали тогда наши отношения, они бы превратились в более сильную привязанность. А это не входило в мои планы. Выслушав вас, я вспомнила, почему я здесь и в чем мои задачи. Вы облегчили мне существование в этой стране, сэр. - Мне жаль, что так все вышло. Ты ведь не дашь мне второй шанс? - Как я уже сказала – это не входит в мои планы. Ни с вами, ни с кем-либо другим - Но… ведь мы тогда…. я имею в виду, не могло быть никаких последствий? Я подумал, что…, - Джек путался в словах, пытаясь озвучить свои предположения. Ведь они не предохранялись, она вполне могла забеременеть. И это был бы хороший повод возобновить отношения, прекрасный, на самом деле. Но Анна ответила: - Я поняла, что вы имеете в виду. У меня с некоторых пор в принципе не может быть подобных последствий, не переживайте. В это время лифт тронулся, и его двери распахнулась на нужном Энн этаже. Она вышла из кабины, кивнув ему на прощание, и услышала, как он тихо сказал ей вслед: - Да я, не то, чтобы переживал, я надеялся… Вот и все. Вот все и выяснилось. Она не успела привязаться к нему, и для нее это – хорошо. Она сосредоточилась на работе. Она его простила. Но он ей безразличен. Хуже и быть не может. Джек вышел из лифта и направился в свой кабинет. Через некоторое время его нагнал Даниэль и сказал: - Ну, как все прошло? Вы поговорили? - Да, - вздохнул он, - поговорили. - И как? Она тебя простила? - Простила. Но лучше бы не прощала. - Это еще почему? - Она не дала мне второго шанса. И заявила, что намерена сосредоточиться на своей работе. И что благодарна мне за то, что я вовремя прервал наши отношения, пока они не переросли в привязанность. - Ну, тогда я не знаю, что и делать, - Даниэль почесал переносицу под очками и задумался. К ним подошла Сэм: - Я знаю, о чем вы говорите. Я подслушивала, и в лифте – в том числе. - Так, кто еще в курсе? – горько усмехнулся Джек. - Больше никто, не волнуйтесь. Так вот, что я хочу сказать. Она врет, что привязанности нет. Если бы так и было – ей незачем было бы сдерживать эмоции в вашем присутствии. А она сдерживает и старается изо всех сил. Скорее всего, она просто боится. Боится, что будет еще хуже. Может, есть еще какие-то причины бояться ваших отношений. Я заметила, что она стала относиться настороженно ко всем нам, без исключения. Может быть, ей кто-то угрожает? - Ей? Почему? И кто? - А вот этого я не знаю. Это может быть, как кто-то из наших, так и русские. А насчет того, что она говорила про последствия… Вот только не надо притворяться, что вы имели в виду что-то другое, я все прекрасно поняла! Думаю, она не солгала: в конце концов, это всегда можно проверить. - Ясно. Вы ведь понимаете, что эта ситуация вообще никак не должна быть озвучена? И что Анна не должна вообще узнать о том, что вы двое в курсе? - Можно было не напоминать, - слегка обиделся Даниэль, а потом добавил, - знаешь, ты мог бы снова попробовать завоевать ее доверие. Без намеков на личные отношения, ты понимаешь, что я имею в виду? - Да-да, - подхватила Сэм, - будь сильным, и она поймет, что на тебя можно положиться. Реальные Джек и Энн, обсудив этот эпизод, решили, что Сэм, возможно, уже что-то вспомнила, потому что совсем не переживала по поводу чувств Джека к Анне. Или же ее собственные чувства к Джеку не были столь сильными.