Два героя

Гарри Поттер.       Спускаясь по лестнице, Гарри заметил на стенах фотографии. На них была изображена семья из шести человек. Мама, папа и двое братьев и сестёр. Видимо, Питер был самым старшим из детей, затем была сестра, девушка с тёмными густыми волосам, потом брат, с которым он делил комнату, и самой младшей была маленькая девочка с озорными голубыми глазенками и маленьким вздернутым носиком. Судя потому, что фотографии не двигались, это была семья маглов, причём прошлого века. Но в каком году он сейчас, Гарри сказать не мог. «Этот Питер даже не представляет, как ему повезло, у него такая большая семья», — с грустью подумал Гарри.       Оказавшись внизу, он заметил открытую дверь, из которой доносились голоса, и направился туда. Неизвестная комната оказалась столовой с круглым столом посередине. За столом сидела младшая голубоглазая сестра Питера и его брат. Старшей сестры и отца с матерью пока не наблюдалось. Девочка что-то увлекательно рассказывала брату, а он слабо улыбаясь, кивал головой. Заметив Гарри, она прекратила свой рассказ.        — Доброе утро Питер! Как спалось? — говоря это, она смешно наклонила голову вбок.        — М-м-м... хорошо, а тебе?        — Мне приснился мистер Тумнос. Пит! Он говорил со мной, сказал, что нам недолго осталось ждать, мы скоро вернёмся! — в голосе девочки было ликование. А Гарри мучился всё той же проблемой: что ответить? Может, рассказать им сейчас или подождать, пока все соберутся? «Лучше подождать — заключил Гарри, — тогда расскажу всем и сразу».        — Э-э-э... хорошо, — промямлил Гарри.        — Питер, что-то случилось? Ты... не веришь, да? — серьёзные и одновременно грустные глаза девочки, казалось, заглядывали Гарри прямо в душу. У него сердце разрывалось от того, что он её расстроил своим ответом.       Гарри только раскрыл рот для оправдания, как дверь с другой стороны открылась, и в комнату вошла старшая сестра Питера с его мамой. В руках у сестры была красивая эмалированная кастрюля, в которой находилась овсяная каша. «Ненавижу овсянку», — промелькнуло у Гарри в голове. Мама Питера, красивая ещё очень молодая женщина, улыбнулась ему, но заметив, что Гарри сосредоточен на чем-то, озабоченно спросила:        — Питер, тебе плохо?        — Нет... нет, всё хорошо, — оправдался Гарри.        — Мама, а от папы больше не было писем? — с надеждой спросила младшая сестрёнка.        — Нет, милая, пока не было, — мама вздохнула. — Но ты не волнуйся, он на войне, ему там просто некогда писать.        — Но он ведь вернётся? — испуганно спросила малышка.        — Конечно вернётся, — успокоила её мама.        — Совсем скоро, Люси, ты и не успеешь оглянуться, — подхватила Сьюзен (методом исключения определил Гарри). На войне, значит сейчас... вторая мировая война!!! «С одной войны сразу на другую, — подумал он. — Я не буду рассказывать маме Питера, ей итак тяжело, а ещё и мы с Питером телами поменялись. Лучше рассказать брату с сёстрами, тем более, они без конца твердят про какую-то Нарнию. Может, это как-то поможет», — решил Гарри.        — Эдмунд, ты готов к урокам? — плавно перевела беседу в другое русло мама.        — Да... Правда, немного не доделал, но в целом готов, — интересное имя Эдмунд.        — Питер, помоги, пожалуйста, — попросила Сьюзен. Гарри подошёл и начал методично раскладывать кашу по тарелкам.       Последний раз Гарри было так тепло, когда он был в Норе. Но даже там не было так хорошо, как в этой семье. Он был здесь родной, у него были папа и мама, сёстры и брат, и это было такое ощущение, которое не передать словами. Это когда ты нужен не потому, что от тебя что-то зависит, а просто потому, что нужен и всё. Почти весь завтрак Гарри провёл в молчании, исподтишка наблюдая за семьёй Питера. «Всё-таки он очень счастливый», — в который раз подумал Гарри. Питер Певенси.       В зеркале вместо себя Питер увидел совсем другого человека. Это был парень его возраста, с чёрными взъерошенными волосами, зелёными, как крыжовник, глазами, в очках и при том ещё и с каким-то шрамом в виде молнии на лбу. Пит осторожно дотронулся до своего нового лица, но не успел его осмотреть. В комнату вбежало куча людей, как Питер и предполагал, большинство из них взрослые или подростки. У всех у них были такие же лакированные деревяшки, как и у самого Питера. В конец обнаружив, что деревяшка — лучший предмет для обороны, Пит направил её на вбежавших людей.        — Не подходите, я владею приёмами фехтования, — выкрикнул первое, что пришло в голову, Питер. Он немного струхнул, так как людей было очень много, а у него не было даже меча, а в рукопашную он всех не уложит. Его глаза нервно бегали по толпе и обратно.       Люди стояли и приглушенно перешёптывались. У них были довольно испуганные лица. Наконец, рыжеволосый мужчина с залысинами обратился к нему.        — Гарри, борись, Гарри, ты можешь его победить в себе. Тёмный Лорд не владеет тобой. Ты не на тёмной стороне, — твердил мужчина. Чего? Тёмный кто? Владеет кем? Что за ерунда?        — Во-первых, я не Гарри. Меня зовут Питер Певенси, я из Лондона. Во-вторых, я не одержимый, — как можно уверенней проговорил Питер. Люди, стоящие напротив Питера, удивились так сильно, разве что рот не раскрыли. Рядом с мужчиной с залысинами стояла небольшая рыжеволосая женщина. Она заботливо смотрела на Питера и взволнованным голосом спросила:        — Гарри, ты вчера ничего такого не съел?        — Молли! Причём тут может быть еда? — возмутился мужчина с залысинами.        — Артур, если бы это Тёмный Лорд опять захватил его разум, он говорил бы по-другому! — обосновала свой ответ Молли. — А вдруг он случайно съел белены?        — Откуда тут взяться белене? — теперь изумлялся тот самый рыжий парень, что его разбудил.        — Я вчера оставляла пучок белены на столе. Она похожа на петрушку, может Гарри случайно перепутал и съел?       Что? Сами вы... психи.        — Я ничего не ел! Да как вы можете мне не верить! Повторяю ещё раз: Я НЕ ГАРРИ, МЕНЯ ЗОВУТ ПИТЕР! — закричал Питер.       Люди опять всполошились, а Питер только крепче сжал деревяшку.        — Хорошо, хорошо... Питер, только не волнуйся, — начал успокаивать его Артур, — сейчас всё будет хорошо... Ты только палочку положи, клянусь, мы не причиним тебе вреда.       Питер недоверчиво посмотрел на Артура. Тот кивнул ему в знак того, что ему можно доверять, и Питер положил палочку. Но тут произошло непредвиденное: Артур хлопнул в ладоши, и Пита начало клонить в сон. Ноги сами собой подкосились, разум затуманился, а последнее, что он слышал, было:        — Я не верю, чтобы Гарри белену от петрушки не отличал!        — Гермиона, ну не все же такие умные, как ты!