Инстинкт

- Подонки! – спокойный, буквально пропитанный уверенностью голос, раздавшийся из темноты нижних ветвей за спиной Чиё, заставил демониц вздрогнуть. Голос, в одних интонациях которого угадывался характер его владельца. Голос Сессёмару. - Призрачный кин… Хэккк… - слова заклинания были оборваны прямым ударом меча в грудь. Чиё отвалилась с лезвия назад, упала с пера, надеясь выиграть время, попытаться что-то сотворить, но её противник был слишком быстр и опытен, а его рука сжимала страшное оружие. Взмах Токудзина, нанесённый словно бы в пустоту, и демоницу разорвало на несколько кусков. Лишённое управления перо плавно опустилось на землю и съёжилось. Кагура птицей бросилась к останкам Чиё и принялась разыскивать свой веер. Стоило её пальцам коснуться тёплого полированного дерева, как она сразу ощутила прилив уверенности. Лишь после этого она повернулась к своему спасителю. И увидела, что его одежда с левого бока пропитана кровью. - Сессёмару… Она очень тяжело тебя ранила? - Чтобы это ничтожество ранило меня, Сессёмару? Это я сам, - ответил демон, мягко приземляясь. - Зачем? - Боль помогает контролировать желания тела, - произнёс демон с таким видом, будто сказал самую очевидную истину на свете. - Спасибо, что спас, - Кагура принялась отчищать своё перо от крови Чиё. Получалось не очень – края пера слиплись, и артефакт к полётам без хорошей чистки явно не годился. - Не люблю оставаться в долгу. Твоя кровь… - демон неожиданно свалился на колени. – Ублюдок Нараку… Этот гораздо сильнее… Прежде, чем Кагура смогла что-то сообразить, Сессёмару выбросил вперёд руку и принялся наносить себе удары. - Что ты делаешь? – воскликнула Кагура. Откуда-то сбоку вылезло двое они, видимо, привлечённых запахом яда. Демонесса взмахнула веером, к счастью, не повреждённом при падении, создавая клинки ветра. - Успокаиваюсь, - прошипел Сессёмару, нанося уже пятый или шестой удар. - Да ты же себя убьёшь! - Уж лучше смерть, чем позор, - ответил ей демон, прекращая, впрочем, ранить себя. «Чёрт, именно на это и рассчитывал Нараку!» - А ты не боишься, что кто-нибудь мимо оставленного Чиё яда пройдёт и изнасилует Рин? Лучше уж туда бы унесся. - Я нашёл… и уничтожил… горшок. А если кто и сунется… А-Ун и Дзякен… - едва слышно проговорил демон-пёс, заваливаясь на бок. - Сессёмару, ты… как? – осторожно спросила Кагура. - Ненавижу слабость… Кагура столь же небрежным, как и прежде, движением разрезала ещё трех появившихся демонов. - Ладно, раз улететь мы не можем, - женщина разочарованно воткнула перо, которое ей так и не удалось привести в годное состояние, себе в причёску, - а утащить тебя на себе выше моих сил, то буду тебя я охранять, пока в себя не придёшь. - Женщина… меня… Сессёмару… - демон дышал прерывисто и часто, а бледное лицо стало похоже на какую-то маску. Из леса выскользнуло ещё пять демонов – запах яда явно разносило по округе. Впрочем, Кагура уже начала успокаиваться и их приближение, в отличие от приближения демона-пса, почувствовала заранее, так что предыдущие её жертвы уже были подняты в танце трупов. После короткого, но бессмысленного боя, её отряд увеличился вдвое. Повелительница Ветра любовным движением сложила веер. Сессёмару с безразличным лицом наблюдал за стычкой. - Да, женщина тебя будет защищать. Смотри только, от кровопотери не умри. - Я – Сессёмару, и я так легко… не умру. А ты не боишься… что когда я в себя приду, яд… ещё будет действовать, и я… не смогу остановить себя? Кагура повернулась к демону боком, резко, со щелчком, раскрыла веер, прикрывая своё лицо, и, кинув поверх него в демона-пса лукавый взгляд своих алых, словно розы, глаз, немного нараспев произнесла: - Ну-у, если ты будешь не слишком грубым…