Cho's chic

На следующий день, Люциус Малфой пришел забрать свой готовый костюм, примерив его последний раз. Он вел себя так, как будто между ним и Чу ничего не произошло, а в присутствии Алана называл ее «Мисс Ченг». Он, казалось, доволен тем, что Чу в подавленном настроении. Когда они остались наедине, в крошечной примерочной, где Чу помогала ему одеться, Люциус оглянулся посмотреть на нее. – Радость моя, ты сегодня такая тихая, – заметил он, непривычно мягким тоном. – Кажется, у тебя проблемы? Надеюсь, в этом нет моей вины? Чу решила держать себя в руках, но такое неожиданное проявление симпатии подкупало, и слезы брызнули из глаз. «Я не должна реветь при нем, – думала она. – Если он решит, что я плачу, потому, что влюбилась в него, он просто развернется и уйдет». Она сглотнула. – Твоей нет. Дело в твоем сыне. Брови Люциуса многозначительно выгнулись. Взгляд его серых глаз неожиданно стал жестким. – Объясни, – рявкнул он. Чу, глубоко вздохнув, последовала совету Алана, который тот ей дал накануне вечером. Она рассказала ему обо всем, что случилось, ничего не утаив. Она говорила, не смея посмотреть Люциусу в глаза. Когда она закончила свой рассказ, то увидела, что его челюсть решительно сжата, а взгляд тверд, как кремень. Он потерял всякий интерес к своей внешности. – Упакуй костюм. Я заплачу, как договаривались. Я уверен, что он сшит великолепно, и мне не нужно смотреться в зеркало, для того, чтобы убедиться, что ты знаешь свое дело. Теперь, помоги мне снять эти брюки. *** Люциус аппарировал в поместье Малфой Мэнор, едва сдерживая ярость. Он нашел Драко со второй попытки, на лужайке для крокета, где тот упражнялся в уничтожении кроликов, которые упорно вторгались с близлежащего луга. Вид стремительно направлявшегося к нему отца, мантия и волосы которого развевались на ветру, заставил Драко отвлечься от своего занятия, а когда Драко увидел выражение его лица, то побледнел. Люциус стал отсчитывать сына с ноткой призрения в голосе. – Интересно, чего ты хотел добиться, тыкая членом в лицо Чу Ченг? – спросил он голосом, чуть более громким, чем шепот, выделяя каждое слово. Драко невольно вздрогнул. Он видел все проявления гнева своего отца, от применения силы до вполне контролируемой ярости. И знал, что его отец гораздо более опасен, когда он, как сейчас, внешне спокоен, а внутри его трясет от злости. – Ты не думал, что она решится сказать мне, не так ли? Ну, так знай, придурок, что она мне все рассказала. А теперь попытайся объяснить мне, зачем ты это сделал? Драко ничего не ответил, он просто смотрел на отца со смесью страха и ненависти. Люциус продолжил тихим, угрожающим голосом: – Ладно. Тогда я сам скажу. Тебя не радует тот факт, что девушки твоего возраста, похоже, предпочитают тебе твоего отца. Ты решил отомстить ей, заставив ее силой, поскольку добиться этого другим путем ты не в состоянии, не так ли? А теперь слушай меня, Драко, и слушай внимательно. Не смей вмешиваться в мои дела, будь то деньги, женщины или что-нибудь еще. У тебя есть свои деньги, и ты можешь распоряжаться ими так, как тебе угодно. Можешь купить себе женщину, если хочешь. Заплатить ей за любые извращения, которые придут тебе в голову. Можешь принудить мисс Грейнджер, если тебе это нужно. А мисс Ченг ты оставишь в покое по двум причинам: во–первых, потому, что в данный момент я нашел ее забавной, и никогда мой сын не будет стоять между мной и любой из моих женщин; во–вторых, потому, что она внучка Сунн Ченга. Если бы тебя учили чему-нибудь полезному, пока ты просиживал штаны в Хогвартсе, ты бы знал, кто это. Сунн Ченг крупнейший в мире торговец китайским нефритом. Ты понимаешь, что это значит? Нефрит является вторым основным источником богатства Гринготса после золота, возможно, ты вспомнишь, что нефрит обладает магическими свойствами. Ченг контролирует мировые цены на нефрит. Ни один маг в здравом уме не рискнет перейти ему дорогу. Всем известно, как китайские волшебники защищают своих близких. А твоя мать, я уверен, уже в курсе. У нас с ней по этому поводу полное взаимопонимание. Она прошлую ночь провела с молодым Макгрегором. Сказав ей что-нибудь, ты просто выставишь себя идиотом. Итак, Драко, я думаю, тебе все ясно? Бизнес Чу Ченг должен процветать, потенциальные клиенты из хороших семей не услышат о ней ничего, кроме хорошего. И будь благодарен за то, что я не лезу в твою жизнь. *** Гермиона Грейнджер сидела в библиотеке исследовательского университета. Она с удивлением глянула на влетевшую сову, которая бросила ей на колени небольшой пакет. Сова не присела, чтобы попить воды, поэтому, можно было сделать вывод, что она проделала не долгий путь. Гермиона посмотрела вслед вылетевшей в высокое окно птице, пытаясь вспомнить, где она могла видеть ее раньше. Девушка открыла пакет с любопытством. Когда она увидела, что в нем, она уставилась в изумлении и покраснела, затем воровато огляделась, чтобы убедиться, что никто больше этого не видел, и сложила все обратно в конверт. Сначала, она попыталась продолжить свою работу, но потом бросила эту затею, и вернулась в свою крошечную комнату на территории университета. Там она налила себе большой стакан вина, заново открыла пакет, вытряхнув содержимое на кухонный стол. Там были четыре колдографиии запечатлевшие двух людей, очевидно, не подозревавших, что они застуканы на «месте преступления». Сразу стало ясно, что это была за пара: Люциус Малфой и Чу Ченг. Фотограф сделал все картинки с разных ракурсов, чтобы не оставить никаких сомнений. Поскольку фотографии были волшебными и двигались, у Гермионы было ощущение, что она подглядывает. Удовлетворение на обоих лицах было очевидным: значит, Чу делала это по доброй воле. Гермиона была поражена своей реакцией на эти фото: с одной стороны они вызывали отторжение, а с другой возбуждали. *** Люциус решил осчастливить Чу Ченг неожиданным визитом. Он не видел ее с момента выяснения отношений с Драко. Его единственным посланием Чу было письмо, принесенное совой, в котором сообщалось, что он поговорил с Драко и вопрос улажен. Семьи известных волшебников по-прежнему останутся ее клиентами, кроме того, скоро ее ателье посетит его жена собственной персоной. После этого Люциус нарочно не появлялся в течение двух недель. Это была его обычная манера поведения: соблазнив женщину, он заставлял ее ждать. И если она делала попытки связаться с ним без очень веской причины (под такой причиной не подразумевались любовные муки), то роман на этом заканчивался. Если она таких попыток не предпринимала, он мог встретиться с ней снова. Люциус знал, что над ателье есть квартира, но никогда еще там не был. Он аппарировал в гостиную и с любопытством огляделся. Комната была небольшой и аккуратной, очень уютной, с удобными креслами и диваном. Книжные полки вперемешку украшали зачитанные магические и маггловские книги, начиная со справочников по пошиву одежды, заканчивая романами. Люциус заглянул и в другие комнаты, с удовольствием отметив, что у Чу огромная, роскошная кровать, и уселся терпеливо ждать появления хозяйки. Удобно устроившись в одном из кресел, и положив ноги на кофейный столик, он стал читать «Ежедневный пророк», начав со страниц с биржевыми котировками. Люциус услышал тихие шаги на лестнице и глянул поверх газеты, ожидая увидеть в дверях Чу. Вместо этого, в комнату вошла Гермиона Грейнджер в роскошном вечернем платье, почти готовом, разве что снизу подколотом булавками. Они заметили друг друга почти одновременно, и трудно сказать, кто из них растерялся больше. Люциус остался на своем месте, и лишь его приподнятые элегантные брови и гордо раздутые ноздри говорили о его недовольстве. Гермиона не умела так хорошо скрывать свои чувства, и отступила на шаг назад, краснея и хмурясь в недоумении. Люциус решил воспользоваться своим преимуществом и протянул: – Ах, мисс Грейнджер. Какой приятный сюрприз. Пора бы нам с вами перестать демонстрировать неприязнь при встречах. Гермиона сухо ответила: – Здравствуйте, мистер Малфой. Я не ожидала вас здесь увидеть. Я полагаю, Чу тоже не знает, что вы тут? В противном случае, она бы меня сюда не послала. Интересно: она действительно была удивлена, увидев его здесь, но удивлена недостаточно. – Я уверен, что вы правы, мисс Грейнджер. Думаю, вы редко ошибаетесь. Было видно, что Гермиона не знает, что делать дальше. Она подошла к книжным полкам, и начала рассматривать их содержимое, чтобы хоть чем-то себя занять. Люциус заметил, что она нервно сжимает руки. Глядя из-за газеты, он заинтригованно наблюдал за девушкой, не смотря свою антипатию к ней. Ему всегда казалось, что Гермиона Грейнджер – обычная простушка, но в этом платье, она, несомненно, выглядела иначе. У нее была очень хорошая фигура, большая грудь и округлая задница. Жаль, что ее не научили красиво ходить. Кроме того, ей необходимо что-нибудь сделать с волосами. Гермиона обернулась, и поймала на себе его взгляд. Было в этом взгляде что-то такое, что заставило ее покраснеть. Неожиданно передумав, и оставив книги в покое, Гермиона в спешке вылетела из комнаты, и спустилась обратно вниз. Как и предполагал Люциус, не прошло и четверти часа, как появилась Чу. Когда она вошла в комнату, на ее лице отражались чувства смятения, радости и облегчения. Она подошла к нему, и сказала: – Люциус! Какой приятный сюрприз! Э… Не желаешь выпить чашечку чая? Или что-нибудь покрепче? Люциус хитро глянул на нее. – У меня есть идея получше, моя милая, - он взял ее за руки, и, убрав ноги со стола, усадил ее к себе на колени. Чу села, не сопротивляясь. Люциус нежно погладил ее спину одной рукой, а пальцем другой руки очертил линию ее подбородка. Он смотрел на нее вопросительно. Она, казалось, не может решиться. Люциус выжидал, наблюдая; его руки продолжали ласкать ее. Чу Ченг была очень красива, но была куча красивых женщин, готовых принять его в любое время. И если она его не хочет, ему нет нужды зацикливаться на ней, он всегда найдет пару более приветливых рук. Наконец, Чу сказала: – Люциус, я рада, что ты пришел, но в данный момент это не очень удобно. Алан в магазине, он может подняться в любой момент. Кроме того, может прийти клиент, и мне нужно быть на месте, ты ведь знаешь, что я делаю. А на вторую половину дня назначено твоей жене. Большие карие глаза смотрели на него умоляюще. – Ты можешь вернуться позже, когда магазин закроется? Мне бы очень хотелось тебя видеть. Малфой смягчился. Она была возбуждена, насколько он мог судить по ее реакции на свои прикосновения, и он уважал ее преданность своему делу. Кроме того, он с удовольствием отметил, что она не спросила его, где он был все это время. Он изменит свои планы и придет позже. Будет забавным желать ее, пока она снимает мерки с его надменной жены. Чтобы напомнить ей, от чего она только что отказалась, Люциус прижал ее к себе и крепко поцеловал. Когда он аппарировал, он знал, что оставил молодую девушку изнывать в предвкушении. Между тем, сейчас Малфой намеревался удовлетворить страсть со своей фавориткой, двоюродной сестрой Люсиндой.