Белое на черном

Перемен требуют наши сердца. Ещё на год ближе к исполнению пророчества. Северус почти кожей ощущал давление Вселенной и того, что словно громом должно грянуть. Он не боялся надвигающейся тьмы, но он переживал за все то, к чему в течении стольких лет прикладывал руку. Он переживал за Хогвартс, за любимый факультет, за детей. И пусть он никому никогда не признаётся в этом, даже самому себе, но он очень любил студентов. Наблюдать, как на его глазах вырастают настоящие волшебники и волшебницы. И пусть лишь единицы из них становились настоящими зельеварами, посвящающими себя целиком этому предмету, но он любил их всех. Даже этого чертова Поттера с ее глазами... Дамблдор терзал его, он требовал невозможного, он умолял переступить через себя, в конце концов, он приказал выполнить просьбу. Северус с ужасом отсчитывал часы и даже минуты до того рокового дня, когда он превратиться в убийцу, когда его имя навсегда будет наравне с преступниками. Как же ему хотелось умереть раньше. Он почти молил про себя Лорда, чтобы тот прервал его страдания. Но Волдеморта не волновали переживания своего слуги, его интересовала лишь информация, которую мог дать Северус. А о чем профессор мечтал никого не касалось. Лишь однажды, на очередном собрании, Лорд заметил, что Северус стал лучше выглядеть. И даже усмехнулся, не влюбился ли он. А после наградил Снейпа парочкой пыточных, для профилактики. Когда же Северус практически вывалился из камина в своём кабинете и дополз до ванной, он с трудом нашёл в себе силы, чтобы посмотреть в зеркало более внимательно, чем обычно. И каково же было его удивление, когда он заметил, что действительно стал выглядеть лучше, точнее моложе. Морщинки на лице почти все разгладились, исчезли круги под глазами, кожа стала более здорового оттенка. "Удивительно..." - только и мог подумать профессор Зельеварения. И, уловив догадку, начал медленно расстегивать сюртук. Затем он взял в руки кулон и увидел, что некоторые руны стали чёрными, словно обгорели. Судя по всему, этот артефакт, иначе Северус его теперь отказывался называть, впитывал в себя его старость и награждал молодостью. Кто же мог подарить ему такой прекрасный и, должно быть, невероятно дорогой подарок? **** Луна пыталась рассортировать старые эссе по ЗОТИ в алфавитном порядке, как того требовал новый профессор данного предмета Северус Снейп, находясь у него на отработке. Он наказал ее за то, что девочка пропустила его предмет в прошлый вторник. Лавгуд даже не попыталась объяснить, что ее заперли в кладовой и она просидела там в темноте целых два часа одна, так как забыла палочку в спальне. Это было очень глупо с ее стороны, забывать в такое время своё единственное оружие, поэтому она считала, что наказание заслужила. Она устало вытерла пот со лба, выступивший, когда она пыталась снять с верхней полки шкафа коробку с необходимой буквой, когда, бросив беглый взгляд на профессора, заметила, что он задумчиво откинувшись на стуле рассматривает подаренный кулон. Луна улыбнулась и, осмелев, подошла к его столу, оставив коробку с эссе на полу. -Что-то случилось, мисс Лавгуд? - профессор впился в девушку пристальным взглядом. Кулон он при этом сжал в ладони, словно боялся, что она его украдет. -Его необходимо раз в месяц оставлять на сутки в воде, в которую опущен какой-нибудь предмет из чистого серебра. Тогда кулон прослужит намного дольше, - она все так же улыбалась, когда глаза профессора невольно расширились от удивления. -Это... Вы мне прислали его? Но... Зачем? - чуть ли не в первые профессор не знал, что сказать студенту. Девушка отвернулась от него и направилась обратно к коробкам. Она не знала, как правильно ответить на вопрос, но понимала, что профессор его ждёт. -Я... Вы просто всегда такой хмурый и я подумала, что такой подарок мог бы вернуть Вам немного радости, - пролепетала Луна, не смея обернуться. Девушка внутренне ждала, что он сейчас накричит на неё, отнимает кучу баллов у факультета и продлит отработку до конца года, но профессор всего лишь подошёл к ней, поколебавшись положил руку ей на плечо и хрипло прошептал: "Спасибо... Вы можете быть свободны, я снимаю наказание". **** И когда вокруг кипел бой, рука сжимала плечо младшего Малфоя, а сердце буквально разрывалось от боли осознания совершенного, он увидел, как смело эта странная девушка сражалась с Пожирателями. Их глаза буквально на пару секунд встретились и она так неожиданно улыбнулась ему. "Я верю, что Вы хороший, профессор" - эта единственная мысль Луны Лавгуд буквально ослепила его. Она еще не знала, какое злодеяние он совершил пару минут назад. Но на душе стало легче. Намного легче.