Fideliora: не бойся, я не кусаюсь

      — Может, у меня паранойя, но…       — Паранойя - это ещё не значит, что за тобой никто не охотится. Профессионал (Killer Elite).

Пятница. Школа Бейкон Хиллс. Ровно полдень.

      Самый обычный день не предвещал ничего неожиданного, всё тянулось медленно и лениво. Урок за уроком, час за часом. Ничто не могло потревожить спокойствие Стайлза, который был сегодня в хорошем настроении и планировал прожить этот день без особых изменений.       Оттягивая рукой лямку рюкзака, он не торопясь подошёл к своему шкафчику. На удивление, даже для самого себя, с особой аккуратностью открыл высокий серый шкаф, и тут же на Стайлза выпал листок. Он уже знал, что там будет, точнее кто. Развернув белый лист, парень только убедился в своей правоте. Снова его портрет.       На этот раз он был изображён в профиль. Рисунок был сделан сегодня, потому что на нарисованном нём была та же толстовка и футболка, что и сейчас, плюс чёрные чернила ещё не до конца высохли. Стайлз достал из шкафчика тёмно-синюю папку и быстро впихнул в неё листок, так же стремительно он направился столовую. Сжимая в руках папку, шатен пробирался к нужному столику, за которым сидели Скотт, Эллисон и Лидия. Ему казалось, что в тесной столовой на ланч собралась половина города, если не весь. Толпа была такая, словно в Бейкон Хиллс случилось второе пришествие Христа.       — Снова! — произнёс Стайлз, когда наконец-то подошёл к столику, бесцеремонно вынув рисунок, передал его в руки Лидии.       — Очень даже неплохая работа, — только и произнесла рыжеволосая со спокойствием питона, потягивая трубочкой апельсиновый сок.       — И впрямь, — согласилась Эллисон, рассматривая рисунок.       — Скотт, я прошу тебя, посторожи мой шкафчик! Я так больше не могу! — более громко произнёс Стилински и высыпал на стол груду рисунков, которые находил у себя то в рюкзаке, то в шкафчике в раздевалке, то в обычном шкафчике, то на парте, то на стуле.       МакКолл лишь только рассмеялся.       — Ты опять за своё? С каких пор ты стал параноиком? Тем более, я уже и так дежурил около тебя и твоего шкафчика. Ни-че-го.       — Так надо лучше охранять! Чего ты смеёшься? Меня может быть убьют скоро, а ты тут смеёшься!       Смех Скотта подхватили девушки.       — А что? Знаете, сколько существует фильмов, в которых главным героям сначала разные послания и записки оставляют, а на следующий день их находят повешенными на школьном дворе?       — Не уверена, что существует такой фильм, — все ещё тихонько посмеиваясь произнесла Лидия.       Парень с родинками на лице на секунду задумался, но потом всё равно продолжил свою тираду. Ровно пять минут никто не вмешивался и давал бедному парню излить душу, но терпение Эллисон лопнуло, и она наконец оборвала столь длинный монолог-причитание Стайлза.       — Что ты ещё хочешь-то от нас?       — От вас ничего. Хотя, сохраняйте бдительность в поле своего зрения. Но вот от тебя мне нужна более ощутимая помощь, — Стилински показал пальцем на Скотта, который аж поперхнулся жареным картофелем. — Можешь определить по почерку, кто рисует?       Прокашлявшись, МакКолл задал скорее риторический вопрос: „Я что, так похож на графолога? Это совсем не мой конёк.“       — Ну тогда сделай то, в чём ты силён, — Стайлз не меньше мгновения раздумывал, в чём же хорош его друг, и поэтому произнёс. — Понюхай листы, на них стопроцентно остался запах человека, который совершает эти злодеяния!       Все сидящие за столом скептически посмотрели на гиперактивного парня. Затем оборотень взял один из рисунков и попытался уловить запах исходящий от листа. Стайлз ждал, что через секунду, никак не больше, Скотт озвучит имя и фамилию человека, который уже битую неделю не даёт шатену с ярко-карими глазами спокойно спать по ночам.       — Ну и? — не выдержал Стилински.       — Честно говоря, единственное, что я чувствую — это запах грифелей и бумаги.       Стайлз был в полном недоумении: как такое могло произойти? Спохватившись, он протянул другу новоиспечённый портрет, но Скотт снова не особо обрадовал Стайлза. Возможно, различные махинации над бумагой совершались бы ещё очень долго, но прозвенел спасительный звонок для друзей Стайлза.       — Мы ещё не закончили! — выкрикнул он, когда Скотт и девушки поспешили скрыться в толпе.       Немного постояв и ещё раз рассмотрев рисунки, хаотично разбросанные на столе, Стайлз сгрёб их обратно в папку и поспешил на экономику.       Целый урок парень придумывал различные способы выследить маньяка и составил список подозреваемых. Всё как и полагалось сыну шерифа. Как только прозвенел звонок, Стайлз второпях покинул кабинет и стал ожидать друзей около двери.       Из кабинета первой вышла Эллисон, а затем Скотт и Лидия. Заметив Стилински, ребята собрались было дать деру, но худощавый парень выкрикнул на весь коридор их имена.       — Итак, я за урок накрапал список возможных подозреваемых, — произнёс Стайлз и передал тетрадный лист друзьям. — Есть вопросы?       Лидия театрально кашлянула и спросила: „А почему я в этом дурацком списке на первом месте?“       Стилински замялся, вспоминая весомый аргумент.       — Ты это… Хорошо рисуешь!       Теперь так же театрально кашлянул Скотт: „Позволь спросить, почему Дерек на втором месте?“       — Ну знаешь, он опасный, и я пораскинул, что он вполне мог совершить это.       — Дерек? Рисовать? Тебя?       — Всякое бывает! — оправдался Стайлз.       Это был последний на сегодня урок, тренировки по лакроссу не намечалось, поэтому, полностью надоев друзьям, парень в тёмно-красной толстовке и серой футболке, нахмурившись, шёл к своему потрёпанному голубому джипу. Хозяин автомобиля часто называл мысленно его „Роско“.       Пока Стайлз покидал школьную парковку, Скотт и Эллисон обсуждали происходящее, не замечая, что их подслушивают.       Девушка с пепельными волосами и в чёрной кожаной куртке с шипами на плечах стояла напротив них в узком школьном коридоре и старательно делала вид, будто что-то ищет в рюкзаке. Из-за того, что ежесекундно мимо неё проходили школьники, которые громко обсуждали какой-то то ли фильм, то ли рассказ, она слышала только обрывки диалога.       — Я серьёзно волнуюсь за него. Ещё одна такая выходка, и я точно запишу его на приём к психиатру!       — Да ладно тебе, Скотт, это же Стайлз, с ним постоянно что-то происходит, — произнесла Арждент и, тепло улыбнувшись, обняла МакКолла.       — Может быть ты и права, но за ним стоит присматривать.       И тут у этой подслушивающей девушки с громким звуком выпал учебник на пол, парочка напротив неё резко оборвала разговор и поспешила на улицу.       — Чёрт, — процедила девушка с синими глазами, и, громко хлопнув дверцей шкафчика, тоже вышла на улицу. Она надеялась, что Скотт и Эллисон не далеко отошли, но девушка зря надеялась. Они исчезли.       А тем временем Стайлз уже пытался открыть входную дверь в дом. С замком часто возникали проблемы, и только спустя шесть минут парень оказался дома. Шериф был как обычно на работе, поэтому, захватив сэндвич, парень с уставшими глазами поднялся к себе в комнату.       В его обители царил хаос, или, как любил называть это Стайлз, „творческий беспорядок “. На стене около окна висели различные фотографии, вырезки из газет и прочая информация о городе, все они были переплетены нитями разных цветов. На не заправленной кровати валялись штаны от пижамы, фантик от шоколада, зарядное устройство для мобильного и книга весьма внушительных размеров. К слову, на ней было написано „Мифические и мифологические существа всего мира“. На рабочем столе стоял чинный строй из кружек, местами с не допитым кофе или чаем.       Стайлз включил ноутбук, и пока тот загружался, Стилински подошёл к окну, дабы насладиться видом, но от увиденного у него даже не до конца съеденный сэндвич выпал из рук.       И снова рисунок. Мысленно парень с забавным носом трубил тревогу, в голове у него гудела сирена. Всё очень плохо.       Дрожащей рукой Стайлз открыл окно и достал рисунок. На нём было изображено знакомое до боли место — заповедник. Картина была не весьма радужна: рядом со Скоттом стоял перепуганный Стайлз, над ними светила полная луна, и как будто от человека, который это нарисовал, летала красивая стрела в сторону друзей. Перевернув страницу, шатен обнаружил на ней небольшое послание, но прочитать его не смог сразу, последствия после купания в ванне наполненной льдом и замедления сердца, проявлялись всё сильнее. Через минуту он всё-таки прочитал: „Не переживай, всё хорошо… Всё хорошо, мне известно.“ Казалась у Стайлза от ужаса сердце снова замедлилось.       Самое страшное заключалось в том, что на рисунке были изображены реальные действия, это было вовремя последнего полнолуния.

Две недели назад. Примерно час ночи. Заповедник Бейкон Хиллс.

      Скотт и Стайлз как раз искали девушку-койота, когда семья охотников, которая прибыла в Бейкон Хиллс несколько дней назад, вышли на след оборотня.       Это была первая охота для Ким, она была взволнована и напугана. До этого момента девушке не выпадала возможность увидеть оборотня в живую. Кимберли изрядно устала, пока бежала за братом, в руках у которого был угрожающий арбалет. Это оружие было только Марка, так всегда казалось Ким.       — Не отставай! — прикрикнул брюнет и углубился в лес.       Девушка уже еле передвигала ногами, но ни слова не сказала по этому поводу. „Охотник должен быть сильным и несокрушимым, усталость это мелочь по сравнению со смертью “ — вспомнила Ким слова отца, к которому, видимо, она с Марком и бежала. Лес резко закончился и перед глазами юной охотницы предстало широкое и просторное поле. Повсюду летали светлячки, девушка с пепельными волосами не успевала даже отмахиваться от них, а брат совершенно не обращал на них внимания.        — Вон, смотри! — произнёс Марк и показал рукой куда-то на другой конец поля.       — Ничего не вижу. Только эти дурацкие светлячки.       — А ты всмотрись.       И в этот момент луна вышла из-за туч. Ким увидела худого парня в клетчатой рубашке и оборотня… У неё перехватило дыхание. Глаза этого существа светились кроваво-красным цветом, даже неопытный охотник знал, что такой цвет глаз означал, что оборотень был альфой. Создание сидело на корточках и неожиданно зарычало. Девушка с фонариком в руках задрожала как осиновый лист.       Рядом с этим весьма странным дуэтом находились оставшаяся часть семьи Кендалл. Женщина с длинными волосами цвета спелой пшеницы стояла совсем близко к парню в рубашке. В руках у неё были метательные клинки, которыми женщина весьма ловко умела управлять. Чуть левее стоял глава этой семьи. Мужчина с широкими плечами и тёмными волосами крепко держал в руках двустволку.       — Это что, человек? Рядом с альфой? — трясущимся голосом спросила Ким с глазами полными одновременно страха и интереса.       Марк коротко кивнул и прицелился из арбалета, Кимберли правой рукой сжала в кармане куртки сюрикен. А вот это оружие считалось её, особых навыков оно не требовало, так как если сейчас дать в руки Ким что-то посложнее, чем сюрикен, то она скорее себя покалечит, чем противника.       Брат был полностью готов к выстрелу, как сестра прошептала: „А если ты попадёшь в человека? “       — Я не промахиваюсь, — сказал парень, тетива арбалета была натянута как гитарная струна, Марк уже собирался стрелять.       — Я слегка не понял?! — раздался громкий мужской крик.       Ким знала, что это был не отец. Из-за дерева вышел мужчина и девушка с луком в руках.       — Да чтоб вас всех! — выкрикнул Марк, когда стрела прилетела в ближайшее дерево.       Юная охотница заметила, как оборотень и парень поспешно ретировались с „поля боя“. Старшие Кендалл подошли поближе к детям.       — С кем имею честь говорить? — спросил отец Ким — Николас.       — Крис Арджент, а вы, я понимаю, семья охотников из Нового Орлеана?       — Да, я — Ник, а это мои дети и жена, приятно познакомиться, — натянуто улыбнувшись, произнёс охотник.       — Вас, думаю, стоит просветить, но мы здесь не охотимся на этих оборотней, — произнёс Крис, мельком взглянув на девушку, стоявшую рядом с ним. На ней была куртка с длинным капюшоном, что не позволяло увидеть лица спутницы Арджента.       — Каких этих? — удивлённо спросил Марк, прикрывая спиной Ким, на случай, если им придется отбиваться от этих странных полуночников.       — Понимаете, здесь Бейкон Хиллс, и всё взаимосвязано. Этим оборотнем может оказаться уборщица из мотеля, а может и глава города, но может быть и простой парень, — Крис как-то странно улыбнулся и продолжил. — В любом случае не стоит бездумно палить по первому встречному. Даже если это оборотень.        — Вы себя слышите?! — возмутился Ник. — Вы же охотники, такие же как и мы, наш долг защищать людей от этих тварей!        — Мне ещё раз повторить? Подстрелите одного, весь город об этом узнает. Тем более этот был не самый опасный.       Вся семья Кендалл была в замешательстве и никто не мог найти ни слова, чтоб ответить.        — Думаю, нам стоит завтра-послезавтра встретиться в менее формальной обстановке, например, у вас дома, и обсудить что и как в этом городе. — продолжал Арджент.       — Хорошо. Давайте пересечёмся только чуть позже, всё же новый дом нужно обставить мебелью, детям привыкнуть к новым людям, и вот тогда можно будет, — согласился широкоплечей брюнет.       — Будем ждать, — подытожил Крис и исчез в темноте.       — Без знакомых-охотников здесь, видимо, никак, — слегка раздражённо произнёс Марк.

Пятница. Дом Кендалл. Восемь часов вечера.

      — Ма-а-ам, ну это обязательно? — протянула Ким, рассматривая себя в лёгком бирюзовом платье. — Это же просто ужин! Зачем меня наряжать как на свадьбу?       — Кимми, не спорь, мы должны выглядеть подобающим образом. Давай я тебе косу заплету.       Кимберли поморщила нос: во-первых, она терпеть не могла, когда её называли „Кимми“, во-вторых, она ненавидела разные косы, и в-третьих, она совершенно не любила платья.       — Мам, давай хотя бы без вавилонов на голове!       — Ладно-ладно, пойду потороплю Марка, а то он опять три часа рубашку гладить будет и всё равно её сожжёт.       Выдохнув, девушка в платье подошла к столу и сгребла в ящик все принадлежности для рисования. Но всё же одно своё произведение она оставила на столе — неудавшийся рисунок заповедника с МакКоллом и Стилински.       Она знала достаточно много. У Ким был разработан целый план для Стайлза. Кимберли хотела слегка пошатнуть психику шатена с тонкими пальцами. Она хотела преподать урок Стайлзу, чтоб он больше не бегал в компании оборотней по лесу. Возможно потому, что Ким была неравнодушна к нему. Но она ещё слишком плохо знала Стилински. Он даже под прицелом не оставил бы Скотта.       Дверь скрипнула, и Ким повернулась на звук. Опираясь о дверной проём, Марк вертел в руках мобильный и разглядывал сестру.       — Ты заблудился? — спросила Кимберли и уже хотела скомкать рисунок, как Марк, который неожиданно появился сзади неё, выхватил листок.       — Вроде бы нет. Я надеюсь, ты не подбросила ему этот рисунок.       Ким замялась, если она скажет правду, то огребёт по самое не хочу, если соврёт, то Марк узнает правду и она все рано огребёт. Решив, что терять нечего, Кимберли созналась.       — Ты сумасшедшая! А если бы шериф это заметил?       — Ой, я тебя умоляю, всё было как обычно „Кимми без шума и пыли“.       В этот момент громко зазвенел звонок, что означало только одно — вот и Ардженты.       Ванесса пулей залетела в комнату дочери и, без лишних слов, кинув в брюнета тёмно-синей выглаженной рубашкой, побежала открывать дверь. Брат Ким быстро сменил рубашкой зеленую футболку и произнёс: «Ну что ж, вперёд к новым „друзьям“?», скрываясь в коридоре. Глубоко выдохнув, Ким очередной раз поправила платье и поспешила присоединиться к семье. Спускаясь по лестнице, она уже слышала голос Криса Арджента.       — А вот и наша дочь, знакомьтесь — Кимберли.       Девушка так и замерла на последней ступеньке. Перед ней стояла Эллисон в полосатой кофте, и так же изумлённо оглядывала Ким.       — Вот чёрт, — тихо-тихо процедила сквозь зубы Кимберли.       — Ну что, давайте садиться за стол, — взволновано пролепетала Ванесса и направилась на кухню.       Как только все уселись за стол, Ким пыталась взглядом объяснить Марку, что всё очень плохо. А брюнет с задумчивым видом поглощал салат и только недоумённо вскидывал бровь.       — Итак, я хотел бы сказать… — начал Ник.       — Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, — посмеиваясь, закончил парень в рубашке.       Ванесса с укором посмотрела на сына, а Крис лишь широко улыбнулся. Ким кусок в горло не лез под пристальным взглядом Эллисон. Арджент будто прожигала дыру в Кимберли.       Время тянулось словно жвачка, бесконечные истории об охоте на оборотней сменялись рассказами о каком-то непонятным для Ким зверем — канима. Но Эллисон прервала этот беспросветный, как казалось Кимберли, бред вопросом о местонахождения уборной в доме.       — Давай Кимми тебе покажет, — радушно улыбаясь сказала Ванесса.       Девушка в платье с испуганным взглядом поспешила наверх. Эллисон шла за ней. Кендалл не могла выдержать такое напряжение и решила сейчас попросить Эллисон об одной важной вещи.       — Я могу надеяться на то, что ты никому не расскажешь о моей семье?       Арджент лишь удивлённо посмотрела на Ким.       — Серьёзно? Ты такая же как и я, как я могу не рассказать?       „Ну, не совсем такая как я", — подумала Кимберли, но решила промолчать.       — Легко! Просто не говори и всё.       Эллисон всё ещё выглядела удивлённой, как она могла удержать это в тайне от друзей? Немного подумав, Арджент вспомнила о том, что сама некоторое время скрывала от Лидии кто она и её семья.       — Хорошо, я постараюсь.       Ким была в шоке от того, что брюнетка так быстро и, совершенно безвозмездно, согласилась держать в тайне секрет семьи Кендалл. Хоть Кимберли и не особо поверила Эллисон, но поблагодарила её за понимание.       — Когда придет время, то я всё расскажу сама, — и чёрт дёрнул за язык Ким в этот момент.       Дальше девушка с синими глазами проводила гостью до нужного места и они, как ни в чём не бывало, вернулись за стол.       На протяжении трёх часов Ким пришлось слушать о различных, как казалось родителям, смешных случаях. Переглядываясь с Марком, Кимберли старалась выглядеть спокойно и непринужденно.       Ровно в одиннадцать, как по часам, Крис и Эллисон поблагодарили семью Кендалл за гостеприимство и поспешили домой.       Ближе к часу ночи, в комнату к Ким зашёл Марк.       — И что ты сказала Арджент? — его голос был холодным и отстранённым, и это ничуть не удивило Кимберли. Обычно брат был спокойным и бесстрастным, это ей очень нравилось.       — Просто попросила её никому не рассказывать об этом, она согласилась, — расчесывая волосы, произнесла Ким.       Марк посмотрел на неё взглядом а-ля „И ты ей поверила? Серьезно?“       — Да, ну, а что мне ещё оставалось делать?       Брюнет уже был готов высказать своё предложение, как Ким перебила его.       — Нет, Марк, убивать её я не собираюсь! Мы же не маньяки какие-то!       Брат лишь только развёл руками, словно говоря „Ну не хочешь, как хочешь.“       — Моё дело предложить, твоё — отказаться, — и, чуть помедлив, продолжил. — Ладно, спокойной ночи, а то тебе завтра в школу.       Ким покрутила указательным пальцем у виска.       — Завтра суббота, гений!       Марк театрально ударил себя по лбу. — Совсем не ориентируюсь в днях, но скоро устроюсь на работу и дело пойдёт по-старому.       Брат Ким не учился в университете в Новом Орлеане и не собирался учиться далее, зато, он работал либо барменом, либо помощником механика. Марк выбрал путь охотника, который всегда будет готов защищать свою семью. Ким не особо хотела всю свою жизнь гоняться за оборотнями, она мечтала учиться на дизайнера.       Кимберли нравилась эта самодостаточность Марка. Хоть он и был старше Ким на два года, но для сестры он всегда был самым лучшем примером для подражания.       — Покоя и сна тебе, Сатана, — улыбаясь произнесла Ким. Она часто применяла игру слов в своей речи. Не то, чтобы брат был похож на падшего ангела, просто получилась весьма интересная рифма.       Брат засмеялся заразительным смехом и ушёл в свою комнату. Кимберли хмыкнула и уселась за свой рабочий стол. Достав листы и карандаши, она принялась за работу. Она рисовала не только Стайлза, в коллекции были Скотт в форме для лакросса, Эллисон читающая книгу и держащая в руке семейный медальон, Лидия с глазами полного ужаса смотрящая на доску исписанную словами наоборот, также Ким недавно нарисовала, известного ей только по рассказам из газет, Дерека Хейла рядом со своей машиной. Этот странный человек вызывал у Ким только чувство страха, хотя Скотт и Стайлз часто встречались с ним после школы.       Сейчас Кимберли рисовала новое лицо для этой коллекции — Айзека Лехи. Он часто носил шарфы, играл в лакросс, иногда разговаривал со Скоттом и был оборотнем — это всё, что знала о нём Ким, но этого было более, чем достаточно.       В три часа Ким закончила работу, за окном было темно, и даже луна и звезды скрылись за тёмными облаками. Айзек получился лучше, чем себе представляла Кимберли: с вечно печальными голубыми глазами и с кудрявыми волосами в очередном шарфе с кипой учебников в руках. Ещё раз осмотрев рисунок, Ким легла на кровать и вскоре уснула.

Понедельник. Школа Бейкон Хиллс. 12:07.

      Компания друзей собралась за одним из столиков в столовой и с нетерпением ожидали рассказа Эллисон об ужине с новой семьёй охотников.       — Ну же! — не выдержал Стайлз.       — С чего бы мне начать… — Арждент крутила в руках зелёное яблоко и кусала губы.       — Откуда они? Что они здесь забыли? Какая у них фамилия? — выпалил Стилински, будто он заучивал эти вопросы.       У Лидии аж выпала ложка с йогуртом из руки, а Скотт нахмурился ещё больше, словно это возможно. Эллисон перекинула яблоко из руки в руку, а когда Стайлз открыл рот, чтоб ещё что-то сказать, то кинула ему фрукт в плечо. Потирая ушибленное место, шатен театрально „закрыл“ рот на замок.       — Из Нового Орлеана, им достался по наследству дом, вот они и переехали. А фамилия… Кендалл, — голос Эллисон стал неуверенным, когда дошла до фамилии.       Лидия насторожилась, будто что-то вспоминая, Стайлз это заметил и тут же спросил её, что случилось.       — Вы не помните? На химии с нами в классе девушка, которая всё время что-то пишет в тетради… У неё фамилия Кендалл.       Эллисон укусила себя за язык и с лицом „вот как так-то?“       — Да ну брось, ты ошибаешься.       Лидия отрицательно покачала головой.       — А где находится их дом? — спросил оборотень и о чём-то задумался.       — Недалеко от твоего дома, Скотт.       Эллисон даже и не подозревала, зачем нужна МакКоллу эта информация.       Этим же вечером, Стайлз и Скотт подъехали к двухэтажному дому семьи Кендалл.       — Полезай наверх, — приказал другу Стайлз.       — Куда-куда? Почему наверх?       — Вероятность того, что комната той девушки из класса по химии находится на верхнем этаже равна 99 из 100.       МакКолл понял, что Стилински не переубедить и усталым взглядом осмотрел второй этаж. — А какова вероятность того, что мне не пустят пулю из аконита прямо в лоб? Оборотень применил свой волчий слух для того, чтобы понять есть ли кто-нибудь дома. Он услышал, как шумит вода в ванной и как на кухне работает включенный телевизор. Шатен со смуглой кожей развернулся к Стайлзу, который только пожал плечами, а Скотт еще раз взглянув на ближайшее к нему окно, ловко запрыгнул на подоконник. Интуиция не подвела МакКолла, он оказался в комнате, очевидно, принадлежащей девушке. В глаза бросился стол, который стоял около окна, над ним еще были приклеены три буквы, как будто из стекла. „Ким“. На столе было навалена целая гора книг, но среди них оборотень увидел рисунок, фото которого прислал ему Стайлз в пятницу. Только что-то было не так. Альфа услышал, как вода в ванной комнате затихла, поэтому он схватил рисунок и выпрыгнул из окна. — Ну что? Как там? — тут же налетел с расспросами Стайлз. — Бежим, все узнаешь в джипе. Стилински хотел узнать по пути к машине хоть какую-то информацию от Скотта, но тот упорно отказывался говорить. Когда двое отъехали от дома охотников, МакКолл протянул Стайлз найденный рисунок. — Это… Невероятно! — выкрикнул парень с длинными пальцами. — Это же тот же рисунок что и у меня, только здесь луна слегка растеклась. Надо будет завтра поговорить с этой особой. — Ее зовут — Ким. У нее над столом были приклеены буквы. — задумчиво произнес Скотт. — Ким… — Стайлз будто попробовал имя на вкус, а потом спросил. — Как думаешь от какого имени образовано? — Может Кимберли? — В любом случае, ей придется не сладко. Я чуть с ума не сошел.

Следующий день. Задний двор школы Бейкон Хиллс. 14:37.

После школы Скотт, Лидия и Эллисон во главе со Стайлзом пошли на задний двор школы. Именно здесь сейчас сидела Ким и что-то искала в сотовом телефоне. — Ким? Верно? — выкрикнул Стайлз. Девушка тут же соскочила со скамейки, враждебно оглядев всю компанию, пошла навстречу. Ким могла бы подойти в плотную, но печальный взгляд Эллисон припечатал ее к земле. „Она не могла… Нет! Это абсурд!“ — только и подумала Кимберли. — Чем обязана, Стайлз? Верно? — в тон Стилински спросила Кендалл. — Не хочешь ничего мне рассказать? — продолжал шатен с рисунком в руках. Ким заметила пропажу рисунка и уже была готова ко всему. — Я хочу услышать почему у меня исчез рисунок именно из дома. Сын шерифа прекрасно должен понимать, что это преступление. Стайлз молчал, как он раньше не задумался над тем, что из-за этого рисунка его и Скотта могут привлечь к ответственности. — А это войско тебе зачем? Испугался меня? — сузив глаза, девушка в серой майке осматривала „армию“ Стайлза. Шатен со взъерошенными волосами произнес: „Идите, я справлюсь.“ И его друзья переглянувшись ушли из поля зрения Ким. — Как по-геройски! Идите, я справлюсь… — усмехнувшись, Кимберли подошла совсем впритык к сыну шерифа, который сразу же сделал несколько шагов назад. — А ты… Ты поступила лучше? Как мышь пряталась за этими дурацкими рисунками! Чем ты лучше меня? Ты меня боишься. Ким была готова возразить, но Стайлз продолжил. — Не отрицай, ты меня боишься. Если бы не боялась, то не подкидывала бы мне рисунки. — Стилински заметил, как переменился взгляд Кендалл. — Что? Почему ты молчишь?! Он кричал, так громко что слышала наверное вся школа. Ким ненавидела, когда на нее кричат, сразу же начинала плакать. Сморгнув слезы, она лишь сказала: „Ты ничего не знаешь.“ И побежала. Стайлз за ней не погнался, Ким знала, что ему тяжело дается бег. Она же бегала быстро. Ноги сами привели Кимберли к заповеднику. Не много походя между деревьев, девушка с рюкзаком вышла на поляну, именно на ту, где она впервые встретила Стайлза. Теперь поляна не была такой пугающей и горящей миллионами огней светлячков. По небу плыли темные тучи, но было тепло. Из-за потепления распустилось много полевых цветов: белоснежные ромашки, голубой лен, разноцветные васильки, душистые ландыши и ярко-красные маки. Смесь этих цветов создавала пестрый ковер, которым была укрыта большая половина поляны. Под беспокойный стрекот цикад Ким немного прошлась по мягкой траве и села на „границе“ отделяющую цветы от высокой травы. Сейчас она пряталась от проблем на этой поляне. Ким поверила, что Эллисон выдержит и не расскажет, что Кендаллы — охотники. Как же зря она возлагала надежды. Но с другой стороны Кимберли ведь хотела общаться с этими ребятами и она думала, что раскрыв им ее секрет, барьер рухнет, и они смогут подружиться. Кендалл хотелось поговорить с этой четверкой ребят, скорее всего из-за того, что Стайлз как-то врезался в ее сознание, не выходил из головы Ким ни на секунду. Каждый раз, когда Кимберли пересекалась с ним взглядом, она хотела что-то сказать Стилински, но не знала, что нужно. Они были совсем незнакомы, а желание рассказать про тайну семьи и влиться в коллектив становилось все больше и больше. В такие моменты Ким уходила куда-нибудь в заповедник. Приятным бонусом было то, что именно сегодня она вышла на эту поляну. Сидя на траве, среди недавно распустившихся полевых цветов, Ким отбивала неизвестный даже ей ритм. Она нервничала. Боялась, что перестанет быть незаметной тенью, о которой мало кому что известно. Сейчас она дала волю слезам, постепенно Ким успокоилась и печальными глазами посмотрела на небо. Кимберли могла долго просто так сидеть и безостановочно крутить в голове все произошедшее, как вдруг услышала шорох. Незамедлительно вынув сюрикен из кармана рюкзака, Ким встала и осмотрела всю поляну. „Лишь бы не он.“ — подумала девушка с оружием в руке, как из-за деревьев вышел Стайлз. „Чертов закон подлости! “ — прошептала Кимберли, и не выпустила из рук оружие. Взгляд Стилински был насторожен, но ни как не удивлен, в отличии от Ким, которая не моргая смотрела на Стайлза. Она подумала, что все это ей кажется, что это плод ее воображения. Он ведь не бежал за ней. В памяти всплыл разговор с братом, который состоялся года три назад. Тогда Ким только-только узнала о существовании оборотней и ей не терпелось увидеть в живую хотя бы омегу. Поэтому она часто беспокоила Марка фразами „У меня в комнате кто-то есть, “ с дополнением „Мне кажется я видела светящиеся глаза. “ Когда брату надоела неугомонная тринадцатилетняя сестра, он сказал: „Знаешь, чаще всего нам кажется именно то что мы хотим увидеть. Это плод воображения, не более. “  — Ч-ч-что ты здесь забыл? — Ким решила спросить хоть что-то, дабы понять настоящий он или „плод воображения“. Стилински вытянул вперед руки, показывая, что он безоружен. Ким выдохнула от облегчения — она еще не начала сходить с ума. — Я пришел с миром. — Стайлз рассматривал сюрикен в руке девушки, затем сморгнул, не давая инстинктам самосохранения взять над собой верх. Инстинкты кричали о том, что идея проследить за Ким настолько глупа и безрассудна, что в него, возможно, запульнут этот непонятный для парня предмет. Кимберли кинула сюрикен на землю и сделала несколько шагов на встречу к Стайлзу. Она была напугана от неожиданности и взволнованна. — Как ты меня нашел? — не выдержала Ким. — Я? Сам бы я не смог найти тебя, а вот Скотт смог. Девушка обернулась, но МакКолла нигде не было. — Его здесь нет. Итак, маленькая художница-преследовательница, мы можем поговорить? Теперь Ким сделала шаг назад. „Надо опять бежать, раз альфа не рядом, то никто не поможет найти меня Стайлзу.“ — подумала Кендалл. — О чем же? — Ким пыталась придать голосу беззаботности, хотя ей было совсем не легко. — Да брось ты! — Стайлз говорил еще что-то про рисунки, но Ким слушала его лишь краем уха. Она медленно подняла сюрикен вместе с полосатым рюкзаком с земли и приготовилась бежать. Не дав парню с забавной прической договорить, Кимберли побежала. Она слышала как Стайлз крикнул „Ты серьезно? Я с тобой не собираюсь играть в кошки-мышки! “, но вскоре она услышала как он побежал за ней. — Черт! — прошипела Ким сквозь плотно сжатые зубы, она никак не ожидала, что он побежит за ней. Бежала Ким не долго, через метров двадцать она споткнулась о корень старого дерева и с криком полетела вниз. Когда Кимберли приподняла голову, то увидела перед собой недоумевающего Стайлза, который запыхался и пытался отдышаться. — Набегалась? — спросил он и протянул ей руку. Ким недоверчиво осмотрела протянутую ей руку, ища в ней подвох. Через секундное колебание она взялась за нее, Стайлз как-то ловко и неожиданно поднял горе-бегунью и притянул к себе. — Я… Хотела… Чтобы ты. — с огромными паузами и отдышкой говорила Кимберли. — Чтобы ты перестал общаться с оборотнями. Это… Опасно. Стилински отпустил руку Ким и слегка засмеялся. Подумать только он боялся девушки, которая боялась за него! — Скотт мой лучший друг не смотря ни на что. Поэтому твои весьма изощренные методы свести меня с ума от беспокойства и страха не сработали со мной. Кимберли стало как-то грустно, ей казалось, что ее план был идеален, а сейчас… — Но согласись, нервишки я тебе потрепала. — поправляя волосы, Ким удавалось выглядеть весьма спокойно. Стайлз снова рассмеялся, каким-то слишком резким смехом. Увидев неловкий взгляд Кимберли, он резко сделал лицо серьезным. — Прости, просто ты… Ты невозможна! Это все очень странно. Ким смотрела за тем как Стайлз метался среди деревьев, пытаясь найти себе место. Вскоре он сел около клена, оперевшись спиной о дерево. В его глазах читалось непонимание происходящего. Кимберли сама не особо отдавала отсчет происходящему, её очень интересовала причина такого визита Стилински. Только она хотела спросить это у Стайлза, как сверкнула гроза и прогремел гром. Ким подпрыгнула, а Стилински устало посмотрел на неё. — Надо уходить из заповедника, здесь слишком много деревьев. — хватая Стайлза за плечо, сказала Кимберли.  — Ладно, я приехал на джипе, он при въезде в заповедник. Еще один раскат грома поторопил этих двоих и они побежали на поляну, а через поляну ко входу в заповедник. Ветер поднялся такой, что гнул молодые ели и вскоре начался ливень. Клацая зубами и дрожа от холода, Стайлз и Ким прибежали к машине. В джипе было тепло, но не достаточно, поэтому Кимберли пыталась согреть своим дыханием окоченевшие руки. — Сильно замерзла? — спросил Стайлз, когда заметил, что Ким пытается согреться. Девушка только кивнула. Тяжело вздохнув, парень потянулся на заднее сидение, через несколько секунд он протянул Ким помятую толстовку. — Спасибо. — сказала Кендалл и быстро натянула на себя мягкую кофту. Стилински улыбнулся и завел машину. Не больше пяти минут пара ехала в тишине, затем Ким резко поняла, что Стайлз вряд ли довезёт ее до дома, ибо он не знает, где тот находится. — Стой! — резко крикнула Ким, Стайлз так же резко затормозил. — Что?! — Куда ты меня везешь? Стайлз сначала облегчено выдохнул, а потом нахмурился, будто Ким сама не знала ответа на столь простой вопрос. — К тебе домой. — Ах точно, любитель лазить по чужим домам, — сказала Кимберли и усмехнулась. — Вообще-то я только на стреме стоял… Это Скотт лазил. — Ну и лексикон у сына шерифа! Тишина повисла в воздухе и тяготила обоих, потому Ким попыталась включить радио, со второй попытки у нее получилось: медленно и протяжно заиграла знакомая ей песня. — Это же Blue Foundation — Eyes on fire! — восхищенно произнесла девушка в большой толстовке. Рука Кендалл потянулась к панели управления, чтобы добавить звука и неожиданно соприкоснулась с рукой Стайлза, который тоже хотел сделать песню чуть громче. Ким быстро и резко отдернула свою руку, покраснев, она отвернулась к окну. — У тебя рука ледяная… — загадочно протянул Стилински. — Сколько тебе лет? — Шестнадцать. — медленно и насторожено ответила Кимберли. — А тебе сколько? — задала встречный вопрос Ким. Парень выглядел на восемнадцать-девятнадцать, так почему-то считала девушка со слегка потрескавшимися губами. — И давно тебе шестнадцать? -проигнорировав вопрос Кимберли, спросил шатен с узкими губами. Ким вообще не понимала, что происходит. Она не узнала сцену из „Сумерок“, которую сейчас воспроизводил Стайлз. Сын шерифа давно ходил с Лидией на этот фильм и запомнил его достаточно хорошо. — Не отвечай, тебе больше сотни! Ты — вампир! Теперь Ким поняла о чем идет речь и рассмеялась. Сцена с соприкосновением рук была в том фильме, который совсем не понравился Кендалл, и поэтому она не сразу узнала этот момент. — Укуси меня и я навечно твой! — Стайлз уже вышел из образа и смеялся. Кимберли пожала плечами, будто говоря „ну раз ты так хочешь, “ и взяла левую руку Стилински, подтянула рукав рубашки к локтю и улыбнувшись слегка укусила за запястье. Смех Стайлза стал еще громче. — Теперь у нас с тобой одинаковая температура тела! — Вот этого я не помню. — сквозь смех говорила Ким. Для нее было удивительно, то что Стайлз спокойно вел джип, но при этом еще и смеялся. Так они и доехали до дома Кимберли. — Ваша остановка Мисс Кендалл. Ким огляделась, ей казалось, что они не могли так быстро доехать. Большой дом с бордовой крышей и лавандового цвета панелями сейчас казался ей чужим, хоть в окнах и горел свет, что-то все равно было не так. Возможно виной всему была непроходимая стена из дождя. Кимберли еще раз с тоской оглядела дом и протянула многозначительное „ну да.“ Девушка уже хотела вылезать из машины, как вспомнила про толстовку. Стайлз увидел, что Ким собирается снимать его кофту и остановил рукой Кендалл. — Что? — только и спросила девушка с озадаченном видом. — Оставь себе, отдашь, когда захочешь. — Стилински был в шоке от того что так сказал, слова будто с языка сорвалось. — Хорошо, — еще более растерянно протянула Ким, а потом добавила. — Ладно, мне, наверное, пора. — Наверное. — прошептал Стайлз и сжал крепче руль. Последний раз посмотрев на парня, который заметно нервничал, Ким вышла из машины под проливной дождь. Почти подойдя к двери дома, Кимберли вспомнила, что кое-что забыла. Резко развернувшись, девушка с мокрыми волосами побежала к джипу. Когда Ким открыла дверь, шатен удивленно рассматривал ее. — Я забыла… Не дав Кимберли договорить, Стайлз начал осматривать салон машины, подумав, что Ким забыла что-то из вещей. — Нет же. Спасибо, что не бросил в заповеднике и за толстовку, и просто спасибо. Стилински уже хотел сказать: „по другому и не могло быть“, как Ким быстро и легко нагнулась к нему и аккуратно поцеловала в щеку. Когда девушка с трепещущем, словно птица в клетке, сердцем захлопывала за собой дверь джипа, то заметила смущенный взгляд и покрасневшее лицо Стайлза. — По другому и не могло быть… — промямлил сын шерифа и подождав, пока Ким зайдет в домой, поехал к Скотту домой. Ему нужно было срочно рассказать другу о случившемся. Больше часа Стайлз красочно рассказывал МакКоллу о том что было в заповеднике, и никак не смог промолчать о том, что произошло в потрёпанном джипе. — Серьезно? — только и спросил Скотт, когда Стилински дошел до сцены с поцелуем. — Ну как бы да… — снова засмущавшись, нерешительно ответил Стайлз. — Просто в щеку? — все не унимался парень со смуглой кожей. — А куда надо было? Скотт тяжело вздохнул. — Ну и чудо себе отхватила эта Ким.