Любовь-это...

— Не спи с ним, — я закрыла глаза и поняла, что тут что-то не чисто. У него затихший голос, тусклый. Я посмотрела на вспотевшего Питера. — С чего ты вз... — Помнишь обещание? Я это чувствую, — он скинул звонок, не сказав больше ни слова. Я потрясла головой и вернулась к Питеру. — Продолжим? — спросила я и села на него сверху. Он водил по моим бедрам, приподнимая и опуская задирающееся платье. "Не спи с ним". Я остановилась и отстранилась от него. Господи, да что же такое... Его слова как будто наложили запрет, и я не могу сделать этого. Как будто я под внушением его слов или что-то еще. И каждый раз нам мешает Хорхе. — Прости, Питер, прости меня, — я поправила платье и, взяв сумку, выбежала из его дома и уехала к себе. В такси я зарыдала. Что происходит? Я не могу больше так... Я зашла в особняк и увидела панду. Смахнув слезы, я побежала к себе в комнату. Я упала на кровать и, обняв мишку, провалилась в сон. Хорхе Я проводил Лодо до дома и ехал домой. Я чуть не сбился с пути три раза и не выехал на встречку. Сам этого не понимаю, у меня пошли колики по телу. Я пытался сосредоточиться на дороге, но ничего не выходило. Я почувствовал какое-то наслаждение... Не знаю почему, но я тут же набрал номер Тины. — Да, — она была запыхавшейся. — Не спи с ним, — я продолжал ехать, но внутри меня становилось все тусклее и тусклее. В сердце кольнуло. — С чего ты вз... — я перебил её и доехал до дома. Я даже из-за боли в сердце не смог поставить машину в гараж и оставил её рядом с забором. — Я это чувствую, — я скинул звонок, и еле добравшись до кухни, налил себе воды. Ноги тряслись, не могу описать чувства. Я добрался еле-еле до кровати и, не раздевшись, лег прямо так. В какой-то момент меня отпустило... Значит ли это, что она..? Я попытался встать. Ноги уже не тряслись, я смог нормально раздеться и лечь спать. Следующее утро. Автор Они мило спали в разных кроватях и в разных частях города, но им хватало тепла друг на друга. Возможно, они не вместе, и что? Сейчас Мартине надо думать, как это сообщить Хорхе или вообще не сообщать о свадьбе? Тина Я проснулась от лучей солнца. Я посмотрела на свою руку и улыбнулась, когда увидела кольцо на руке, но тут же я увидела браслет. — Закрой глаза. Это подарок, — я покачал головой отрицательно и начал заглядываться на подарок. — Пожалуйста, — она умоляюще меня попросила. Я оставил телефон включенным, а сам закрыл глаза. Она там чем-то шуршала и что-то делала. — Открывай, — я открыл, а она держала в руках кольцо. Я вопросительно посмотрел на неё. — Это мне? — я указал на колечко из белого золота. — Да, — я улыбнулся. — Это как бы... Это кольцо — символ нашей с тобой дружбы и всего, что с нами произошло. Ты будешь его носить и не снимать. Это то же самое, что и мой новый браслет, — она показала на свой браслет. — И ты его не будешь снимать, как и я. Я встала с кровати и пошла в ванную; просидев там около часа, я умылась и распаренная вышла на кухню. Ну конечно же, я переоделась после вчерашнего. И свои отеки я убрала тональником. Я тихо спустилась на кухню и услышала за углом много смеха. Я быстро пошла на кухню. Заходя, я увидела такую картину: Питер стоит за плитой и пытается приготовить блинчики, а моя семья смеется. Я тоже начала смеяться. — Наша соня проснула-а-а-ась,— протянул Франчик. — Привет, невеста! — крикнули мама и папа. Я засмущалась, а Питер подошел и поцеловал меня. Я посмотрела на часы. О боже, а времени-то 15 с лишним. Меня накормили, и мы с Питером ушли в комнату. Я вспомнила, как я Хорхе делала перевязки и как мы здесь чуть не поцеловались. А поцеловались бы, если бы не моя мама. Я вспомнила, что Хорхе же не знает про меня с Питером. Я взяла телефон и позвонила Мечи. — Алло, — бодро сказал мне вместо Мечи Ксаб. Кажись, они снова вместе остались. — Ксаб, я хотела бы попросить у вас кое-что. Сделайте мне одолжение. Не говорите Хорхе ничего про нас с Питером и сообщите всем остальным про мою просьбу. Я вас прошу. Мне это важно. — Кто там, Ксаб? — я услышала зевание Мечи. — Хорошо. Я тебя понял. — Передай Мечи, чтоб она сама не разболтала, и сладких снов вам, голубки, — я засмеялась и положила трубку. Я снова вошла в комнату и легла на кровать, только тогда ко мне лег и Питер. Я включила ноутбук и хотела посмотреть фильм. — Посмотрим фильм? — спросила я, показывая на романтический фильм. Он кивнул и устроился поудобнее. Я поставила на колени ноутбук, а сама легла на Питера, и мы начали просмотр фильма "Дневник памяти". Хорхе Сегодня я пригласил друзей к себе. Просто посидеть. Я не приглашал Тину и Питера... Я думаю, что они сейчас вместе, и мешать я не хочу. Тем более, зачем мне видеть Тину и снова страдать. Через пару часов ко мне завалятся уже друзья. Я стал готовить мою гостиную для празднования — ха-ха, празднования непонятно чего. Я заказал пиццу и много разных закусок. Пока мне это везли, я сходил в магазин и купил алкоголь. Я сам не буду пить, и вообще я по большей части пью только на праздники. Я забрал пиццу и поставил в гостиной на стол. Потом я пошел переодеться; я надел свои шорты с белой майкой и включил телевизор, смотрел какую-то фигню. Через минут тридцать мне позвонили в дверь. Первыми на пороге оказалась наша счастливая парочка, следом за ними, наверное, через пару минут пришли Нико, Саму, Факундо, Рудж, Диего. На машине к нам пожаловали девчонки. За рулем была Лодо; я всех девчонок поприветствовал и пригласил в дом. — А чего твоя машина стоит за участком? — делая глоток, спросил Диего. — Пусть там постоит, — я подмигнул и прыгнул занимать место на диване. Тут же все рванули тоже занимать. Меня сжали. — Народ, тесно, — сказал Рудж, которого тоже прижали. — В тесноте, да не в обиде, — заумничала Канди. Я взял подушку и ударил её. — Ах так, Бланко, — она тоже взяла подушку и, пока я смеялся, ударила по голове. Я упал с дивана. — Ха-ха-ха-ах, — смеялась Лодо, ну, впрочем, как и все остальные. Я ударил Руджа подушкой. Сами того не ожидая, через пару минут мы бегали и дрались подушками. Перья разлетались в разные стороны, но мы продолжали уже бить друг друга просто наволочкой. Нам было весело, и это самое главное сейчас. Все, что мы сегодня делали — это дурачились, ели пиццу, смотрели фильм, парни пили, девчонки нет. Мне пришлось всех развозить. Мы с Лодо попрощались и разъехались на разных машинах. Она повезла домой уже немного пьяных девчонок. А я повез уже просто засыпающих парней домой. Николас не пил. Слава богу. Он мне все время помогал тащить пацанов в кровать. Вот я освободился и еду домой. Как только я зашел, я разделся и захотел позвонить Тине. Тина Я распрощалась с Питером. Сидела с мамой и папой на кухне, пила чай и заучивала сценарий на первые две серии. Третий сезон будет самым незабываемым, я вас уверяю. Когда я выпила чай, я прошла в свою комнату и легла на кровать. Я взяла мишку, и ко мне прибежали Панчо, Принц и Мия. Они снова разлеглись на кровати. Зазвонил телефон и осветил мне всю комнату экраном. — Привет, — поздоровался со мной Хорхе. — Привет. — Я тебя не разбудил? — Неа, я только собиралась ложиться. — Ясно, а я вот только что ребят домой развез. Они напились, и я еле уговорил их уехать. — Ха-ха. Все с вами ясно. Я надеюсь, ты хоть не пил? — Не-е-е-ет, я же был за рулем. Как день рождения прошёл? — я посмотрела на руку и затихла. — Ничего особенного. Отметили и разъехались по домам. — Прости, что вчера позвонил тебе. Я, наверное, испортил все. — Да... испортил, — я не злилась на него, просто было немного обидно. — Я хочу тебе сказать, что я не жалею. — Хорхе, прошу, не надо... — Выслушай. Может быть, я и буду каким-нибудь занудой, но повторю эти слова еще раз. — Хор... — Я люблю тебя. И никого больше так сильно не полюблю, как тебя. Я не жалею, что влюбился именно в тебя. Помнишь, ты дала мне обещание? — Я все помню. Я его вчера чуть не нарушила... и если бы не твой звонок... — Ты не спала с ним? Мне это важно. — Нет. Я сдержала свое обещание, — пятисекундное молчание. — Я рад. — Спокойной ночи, Хорхе. — Сладких снов, — я скинула и уснула. Второй день после предложения. Хорхе Я проснулся около часа назад, но не могу поднять голову с подушки. Мне так лень сегодня что-то делать или вообще вставать. Но не могу же я ходить грязный целый день. Я встал, умылся, принял душ, поменял боксеры и посмотрел на время — сейчас 14:43. Вот я люблю, блин, поспать, Ну конечно. Я вчера этих мажорчиков развез только в два ночи. Ну, и Тине позвонил... Я начал вытирать голову. Звонок. — Привет, Нико. — Привет, брат. Давай встретимся? — он какой-то взъерошенный. — Ну давай. — Тогда в шесть около нашего с тобой бара. — Окей. Я отключился и пошел одеваться: http://www.lamoda.ru/p/bo456embyp10/clothes-bossorange-rubashka/, http://www.lamoda.ru/p/ri004dmbgl18/accs-riverisland-chasy/ — это часы. Времени у меня еще куча. Когда я оделся, я пошел готовить себе свежевыжатый сок. Я взял кучу разных фруктов и стал их смешивать. Я сделал три разных сока. Один, когда я попробовал, выплюнул в раковину. Уж слишком он сладкий вышел. Второй — еще более-менее. А третий вообще кислый, от него меня передернуло. Со стороны это бы смешно выглядело. Я взял второй по счету стакан и понес с собой к телевизору. Я включил гонки "Формула-1". Я люблю такие гонки. Там около 60-80 кругов и непредсказуемый конец соревнований. Вот, например, твой гонщик ехал последний, но под конец всех нагнал и приехал в числе лучших. Меня всегда захватывали эти гонки. Предсказать чью-то победу невозможно. Я посмотрел на часы на руке и понял, что нужно выдвигаться. Я взял ключи и выехал на дорогу. Я зашел в бар и увидел Николаса, который уже ел какую-то дребедень. — Ну привет, — присаживаясь к нему и пожимая руку, сказал я. К нам подошла официантка. — Можно мне кофе и какой-нибудь к нему десерт? — девушка уже ушла, а мы начали болтать с Николасом, речь зашла о Мартине. — Как у вас с Тиной? — спросил он. — Сейчас никак, — он удивился. — Сейчас??? А до этого что-то было? — спросил он, откусывая пирог. — Ну, ты много пропустил, — он подавился тем самым пирогом. — Ну, я никуда не спешу, — он приготовился меня слушать. Я скрестил руки на груди и начал. — Мы в отеле с ней переспали, — он был в шоке, по его глазам это было видно. — После этого все было очень хорошо. Мы веселились, целовались, дурачились. Помнишь, мы придумали про тупой рассказ или оправдание за опоздание? Так именно тогда мы и переспали, и засос был от неё, — я прикоснулся к месту, где она его оставила, а точнее, к шее, и улыбнулся. — Потом мой день рождения. Она очень сильно меня ревновала и злилась, что мы с Лодо что-то чувствуем к друг другу. Но это не так. Мы просто друзья. На моем дне рождения мы пропали с ней на долгое время. Мы долго друг на друга кричали, но в конце концов все закончилось в уборной, где мы чуть снова не занялись... Но нам помешали Ксаб и Мечи, когда стали нас искать. Она подарила мне кольцо — я потер то самое кольцо на руке, а Николас посмотрел на меня. Мне принесли мой заказ. — Так вот. Это кольцо — как символ нашей с ней дружбы, и если я сниму его, то дружба и все, что у нас с ней было, пропало. Я подарил после её первой ночи браслет на руку, — Николас потер затылок. — Я видел у неё на дне рождения позавчера этот браслет, — мысленно я улыбнулся. На улице пошел дождик. — После моего дня рождения с ней что-то случилось. И она просила меня её больше не трогать. Я признался ей. Сказал, что люблю, а она ничего не ответила. Я собрал вещи, и ушел к Лодо, и там остался ночевать. Мы не переглядывались. Я даже не смотрел на Тину, но когда мы вышли на сцену и мы как пара Леонетты должны были поцеловаться, я просто не смог остановиться. Мы придумали какую-то дурацкую отговорку, когда прибежали за кулисы, и нам поверили, но вот сейчас мы вернулись в город, и она снова с ним, — я попивал чашку кофе. Нико тяжело вздохнул... — Питер на дне рождения сделал ей предложение. Она согласилась, — я тяжело сглотнул и вылетел из-за стола. Меня опустили до дна. Я тону. — Стой, куда же ты? — я побежал прочь из бара и, не взяв машину, побежал к её дому. Я бежал весь промокший и не хотел останавливаться. Я хотел, чтобы она посмотрела мне в глаза. Я бежал, бежал в белой рубашке и в джинсах, и мне было пофиг на все. Я бежал из всех сил, чтобы взглянуть ей в глаза и увидеть в них ответ на мой последний вопрос. Я никогда так не переживал из-за девушки, которую люблю. Не бегал за ними и не ухаживал, как за ней. И чем мне это обернулось? Тина Я лежала с братом в кровати и смотрела на свое кольцо. — Тебя что-то волнует, — я посмотрела на Франа. И закрыла глаза. — Как понять, кого я на самом деле люблю? Я запуталась и хочу найти выход, — я потерла руку. — Когда один из них поймет, что он лишний в твоей жизни, он соберет вещи и уйдет от тебя. Тогда ты поймешь, к кому ты чувствуешь настоящую любовь, — сказал Фран; я обняла его крепко. — А если они оба не захотят уходить? Что тогда? — пробормотала я, лежа у него на груди. — Один из них сдастся и уйдет, — звонок в дверь. — Ты кого-то ждешь в такое позднее время? — спросил Фран, приподнимаясь. — Нет, — мы с Франом спустились вниз. Он пошел на кухню, а я пошла открывать дверь нетерпеливому гостю. Я распахнула дверь, и передо мной стоял Хорхе. С него стекали капли дождя. Его рубашка была насквозь промокшей. — Ты что тут делаешь в такую поздноту? — спросила я. — Дай мне руку, левую руку, — страх овладел мной, и я поняла, что он все знает. Я держала руку у себя за спиной. — Зачем тебе моя рука? — делая вид, что я его не понимаю, спросила я. Он не смотрел на меня совсем. Я чувствовала его твердое решение разобраться. Он не выдержал моего упорства, и резко схватил мою левую руку, и посмотрел на пальцы. Он отпустил мою руку и поднял голову к небу. — Ты выходишь за него? — он посмотрел мне в глаза. — Я не знала, как тебе сказать, — шепотом сказала я и опустила глаза на его ноги. — Ты играла со мной. Хах, какой же я дура-а-ак, — он злился. — Я был твоей игрушкой. Ты использовала меня и сейчас выкинула, как щенка на улицу. Я идиот. Мне так больно, так больно сейчас. У меня нет слов. Если я тебе был не нужен, зачем дала мне надежду на что-то? Зачем играла? — я посмотрела ему в глаза. Его глаза были на мокром месте. — Я... я... — я не могла ничего сказать. Ни одной мысли сейчас нету. — Не отвечай. Я уже в какой раз убедился, что он тебе важнее, — он развернулся и ушел от меня. Я видела его затылок, и как только он вышел за калитку, я заплакала. Я закрыла дверь и сползла по ней. Я зарыдала как можно сильнее. — Тише, тише, — ко мне подбежал Фран, сел ко мне и стал качать, как маленькую. Автор — А-а-а-а-а-а-а-а-а! — крикнули они одновременно. Хорхе: Я твердо решил, что больше не хочу иметь с ней ничего общего. Я потерял голову. Я потерял её. Меня разбили, и я не знаю, что делать дальше. Я позвонил Лодо. — Хорхе... — я всхлипывал ей прямо в трубку. — Она выходит за него. Боже... забери меня, прошу, забери... — Где ты? — я слышал, как она уже бежала к машине. — Я... я... я не знаю, я сижу под дождем на улице, где живет Мартина, — она скинула звонок. Не прошло и пары минут, как она уже была рядом со мной. Я сел к ней в машину. — Отвези к моей машине, — она ничего не ответила и обняла меня. Я прижался к ней. — Она любит, — я перебил её. Я начал трястись. — Она не любит, какой раз я в этом убеждаюсь, — она поняла, что мне холодно, и включила печку. Она отвезла меня до машины. — Спасибо, — я вытер глаза и, попрощавшись, сел в свою в машину. Я завел ее и стал бить по рулю. — А-а-а-а... с-с... а-а-а! — я лег на него. Я зашел домой и, взяв на себя ответственность, купил билет на другой конец света. Улечу отсюда. Пошло все на фиг. Достало. Я устал. От бесилия я упал на кровать. Я осознаю, что больше не увижу друзей. Что больше никого не увижу. Я снял всю мокрую одежду и кинул в корзину. Я взял телефон и позвонил всем. Сказал, что буду скучать и вряд ли вернусь обратно. Все меня поняли. Конечно, Лодо и Альба не сдержали слез, и я слышал их всхлипы. Даже Рудж, бывало, всхлипывал. Я попросил ничего не говорить Мартине. Я подумал, что будет правильнее, если я напишу ей письмо. Я взял листок. Мыслей была куча, но я все-таки начал писать. Я со всеми мыслями расписывал текст, и вот я его закончил. Я лег с опустошенной головой. Билет я уже завтра заберу в аэропорте, самолет в 13 часов. Улечу отсюда, но сначала передам это письмо. Я собрал чемодан со всеми вещами и оставил их в коридоре. Сам поднялся и уснул. Утро. Хорхе Я бодрый встал в 7 часов утра, и в 8 мне надо было быть на съемочной площадке. http://www.lamoda.ru/p/to795emdad27/clothes-topsecret-sviter/. Там я попрощаюсь и передам письмо Серхио, а он отдаст ей. Я взял свой чемодан и, последний раз взглянув на пустой дом, выключил свет и, сложив чемоданы, уехал к "студии". Я припарковал машину и побежал к Серхио. — Привет, — я протянул ему руку. Он обнял меня и похлопал по спине. — Отдай это Тине, — я протянул письмо. Я посмотрел на свою руку... Я оставил ей там подарок. Народ начал собираться. Здесь уже были все, кроме Тины и продюсера. — Ребят, — я посмотрел на них. Лодо бросила свою вещи и побежала ко мне. — Все будет хорошо, — ко мне прижались все, и снова они всхлипнули. — Э-эй, ну хватит. Сейчас я пущу слезу, — я всех чмокнул и, потерев затылок, скрылся за углом студии. Я сел в машину и, выехав с парковки, встретил машину Марианы. Я проехал мимо и поехал как можно быстрее в аэропорт. Тина Я была не в лучшем настроении. Может быть, из-за ссоры. Я надеялась, что сегодня приду на съемки, и помирюсь с Хорхе, и объясню ему все. Я оделась: http://www.lamoda.ru/p/ri004ewcka14/clothes-riverisland-svitshot/ (на улице было не очень тепло), схватила сумку. С самого утра у нас в гостях был Питер, и поэтому он с нами поехал на съемки. Я сидела спереди с мамой, а Питер прилег сзади. Мы заехали на стоянку. — Я не вижу машины Хорхе, — сказала моя мама, и я оглянулась. Я тоже её не заметила. Я стала нервничать, как бы с ним чего-нибудь не случилось. Я счастливая зашла на площадку и увидела всех какими-то взъерошенными. Я посмотрела на Альбу; у неё были красные глаза. Я тут же подошла к ней. — Альб, что случилось? — она подняла на меня глаза. — Нет, все в порядке, — мне на плечо положили руку. — Давайте начинать? — спросил Серхио. Я оставила Альбу и пошла за Серхио. — Но Хорхе еще нет. Мы не можем без него начать, — сказала я. — Мы пока будем без него. Он потом приедет, — я слышала в его словах печаль и горе. — Хорошо, — я взяла текст. Мы стали снимать сцену с Диего и Марко. Они пели, пели, но потом забывали слова или сбивались. — Я не могу, — Марко опустил гитару и ушел. Диего сел на диван и опустил голову. — Да что с вами? — разводя руки в стороны, спросила я. — Мартина, — я повернулась к Серхио. Он протянул мне конверт. — Возьми, — я забрала конверт и прочитала, от кого. Хорхе... Я села на стул и открыла письмо. "Привет, Мартина. Это Хорхе. Сейчас мне трудно что-то говорить или писать, но я все же скажу тебе. Я не ожидал такого поворота. Я... я... я так устал, устал бить в пустую стенку, зная, что не добьюсь победы. Я страдаю каждый день, видя тебя с ним. Когда он прикасается к тебе, я готов выбить ему все зубы, лишь бы он не трогал тебя. Я отдал бы все, чтобы прикоснуться к тебе, увидеть улыбку на лице или просто находиться рядом и не переживать, что через час нашего с тобой проведенного вместе времени ты скажешь: "Отвези к Питеру". Может быть, я и не был прав, но я хотел тебя запереть со мной в машине и не выпускать. Пускай ты бы кричала, билась, но ты была бы со мной. Я готов носить тебя на руках, заботиться, веселить тебя, проживать вместе тяжелые моменты, ссориться и снова мириться, снова ссориться и мириться, и так каждый раз. Но я бы знал: что бы ни случилось, мы все равно найдем путь назад. Я пишу, и у меня трясутся руки. Как много я тебе не сказал. Не сказал, как скучаю, не сказал, как сильно люблю, не доказал этого. Ты ответила ему "да". Как я сейчас себя ненавижу за то, что не отбил тебя у него. Хотел попрощаться с тобой. На этот раз я не буду рядом с тобой. Вот за это ты меня прости. Я помню, что тебе обещал, но я так не могу. Моя влюбленность к тебе переросла в любовь. И каждый раз, когда я смотрю на тебя, я понимаю, что ты не моя, и мне не справиться с такой огромной болью. Мы тогда снимали сцену на лавке. Мы пели с тобой "Nuestrо camino". Именно в эту секунду, когда ты улыбнулась, у меня появилась симпатия, меня потянуло к тебе. А съемки последний серии, где мы с тобой поцеловались, вскружили мне голову. Я влюбился, Тина... Влюбился. Ты вскружила мне голову. Все, что я делал, я делал только для тебя. Твой мишка, букеты цветов, машина, отель, ссоры, драки. Я смотрю на тебя и просто не могу оторваться. За твою улыбку я отдам все что угодно. За твое объятие я готов на коленях стоять. А теперь, когда ты в обручальном кольце и будешь выходить за него замуж... Я стоял у тебя на пороге и смотрел в глаза... поверь, как же я хотел сорваться и не отдать тебя ему. Никогда не отдавать никому. Ты выбрала его... опять... Питер должен быть самым счастливым, потому что ему досталась ты. Я улечу далеко-далеко. Просто потому, что не смогу... не смогу сдержать боль, страдания. Я не смогу видеть тебя рядом с ним, как ты улыбаешься ему, а не мне, как целуешь его, а не меня. Как бы я сейчас хотел к тебе последний раз прикоснуться, почувствовать твои губы на моих, твое тепло рук, услышать твой шёпот и смех. Я просто был счастлив, когда был рядом с тобой. Мне больше ничего и не надо было... Ты мой воздух, которым я не мог надышаться, моя Вселенная. Я не смогу стерпеть ту боль внутри себя и просто замкнусь в себе. Скоро ты выйдешь замуж, я, честное слово, рад. Ты станешь женой. Ты всегда об этом мечтала. Теперь у тебя есть твой принц на белом коне. Поздравляю. Твой праздник я пропущу, но обязательно пришлю подарок по почте. Я вчера написал песню. Она — последнее, что останется у тебя в сердце. Наши с тобой воспоминания всегда будут храниться у меня. И сейчас, когда я пишу это тебе в письме, я вспомнил все моменты. Все до единого. Надеюсь, ты их тоже помнишь, как и я. Я трясусь и до сих пор боюсь тебя потерять. Но так сложилась наша с тобой судьба. Мы каждый раз держали дистанцию, но все же кто-то из нас её нарушал, и это повторялось снова и снова. Как будто мы были в круговороте и не могли из него выбраться. Сейчас я держу дистанцию между нами. И ты пойми и прими это... История закончилась. Прости меня... Я удаляюсь из твоей жизни. И запомни: ты всегда в моем сердце. Всегда... Я люблю тебя, Мартина Алехандро Штоссель. Люблю... Дом. Тихо, тихо в нем. Я открою дверь, никого не жду. Мне теперь не верь. Больше не приду. Я строил этот мост чтобы не упасть ни тебе, ни мне, И не унесла тихая вода. Припев: Танцы на стеклах. Танцы не для слабых, Танцы без правил. Ты так не смогла бы. Танцы на стеклах. Я бы не исправил... Я ухожу, и нет ни меня, ни нас, И обычный свет успокоил так, как ни я, ни ты. Крик где-то в тишине. Не зови меня. Я не повернусь и, прости меня, больше не вернусь. Припев: Танцы на стеклах. Танцы не для слабых, Танцы без правил. Ты так не смогла бы. Танцы на стеклах. Я бы не исправил... Танцы на стеклах. Танцы не для слабых, Танцы без правил. Ты так не смогла бы. Танцы на стеклах. Я бы не исправил... Твой Хор". Я своими слезами смазывала текст. Где-то улыбалась, вспоминая все, но когда я окончательно пустила слезы, я поняла, что сейчас он на полпути к отлету от меня. Я дочитала все письмо, прижала его к сердцу и вытирала глаза. В конверте было что-то еще. Я вытащила оттуда... Мое кольцо. В знак дружбы... Я заплакала еще сильнее. Я потерла руки об ноги и подбежала к ребятам. — Почему вы мне не позвонили? — я кричала на них. Я рыдала, но твердым тоном пыталась выяснить. — Он просил этого не делать. Знал, что ты будешь с ним, — Николас показал на Питера. — Я не успею к нему. Я потеряю его навсегда! — крикнула я. Ко мне подбежала мама. — Доча, ты что, плачешь? — она обхватила меня за плечи. Я отдернулась и, сняв обручальное кольцо, отдала в руку Питеру. — Я люблю его, Хорхе, люблю! — крикнула я, разворачиваясь к ребятам, и, бросив все, побежала на улицу к машине. Мама бежала за мной. — Доча, что случилось? — я не отвечала и все продолжала бежать. Я села в машину, и следом за мной села мама. — Прошу тебя, быстрей в аэропорт. Прошу, мам, — она завела машину и поехала туда. Я вытирала слезы, но они снова накатывали на меня. Сквозь туман и заплывшие глаза я набирала Хорхе. Он не отвечал, но вскоре он совсем выключил телефон. — Быстрей, мама, — я крутила в руках кольцо. — Быстрей, прошу. Я люблю его. Он улетит. Прошу, — мама посмотрела на мои слезы и еще прибавила газу. Я плакала всю дорогу. Сейчас мне надо только верить, что он еще не улетел. Мне нужно чудо. Я такая дура. Я знала, что я люблю его и только он сможет меня так сильно любить. — Прошу тебя, помоги мне. Я не переживу этого. Мы ехали очень быстро, обгоняя каждую машину. Я вчитывалась в письмо еще раз и еще и рыдала каждый раз, доходя до слов "Мне больно. Я люблю тебя. Я отпускаю". Я рыдаю еще больше. На горизонте появляется аэропорт. Я начала рассматривать машины на парковке. Вот она. Я выпрыгнула раньше, чем мама затормозила. Я взяла только кольцо. Я забежала внутрь и начала искать его. — Хорхе, — сказала я сама себе и начала крутить головой, пытаясь его найти. Я посмотрела вперед и увидела идущего с чемоданом парня. — Хорхе, — опять сказала я сама себе и поблагодарила Бога за то, что он еще не уехал. Я побежала к нему; обогнав, я встала напротив и обняла его. Он не прикасался ко мне. — Надень кольцо, прошу тебя, — я встала на вытянутую руку от него. Голова у него была опущена. — Прошу, Хорхе, надень. Я здесь, я с тобой. Я приехала к тебе. Надень, прошу, — я тыкала ему в руку кольцо, но он его не брал. — Черт тебя побрал! — сказала я сковь зубы. — Я ехала сюда вся в слезах ради того, чтобы сказать, как сильно люблю тебя, а ты не берешь это чертово кольцо! — он поднял голову. — Я не знаю, как мне жить без тебя, какая я дура, что так долго тебя держала на расстоянии! Надень это черто... — я не договорила. Он поцеловал меня. Я снова почувствавала эти нежные губы на своих. Я встала на носочки и прижалась всем телом к нему. Руки уже давно бродили у него на шее. Свою руку он положил мне на талию, а точнее, на голое тело. Он проник в мой рот языком, отпустил чемодан и вторую руку положил мне на лицо. Я не оторвусь от него первой. Мариана Мартина выбежала из машины, ничего не объяснив. Я взяла письмо и начала его читать. Я сама пустила одинокую слезу из-за столь проникновенного слога. Я же все знала и не говорила ей. Она не верила ему столь долгое время. Я многого не знаю, но за поступки Хорхе я обожаю его больше обычного. Он делает мою дочь счастливой. Хорхе — Я... я-я-я... — я не мог отдышаться. Она прильнула к моим губам. Зачем слова, если говорит душа. Но все же я должен сказать. — Я тебя никому не отдам, — прошептал я ей в губы и почувствовал, как она впилась в меня руками. — Я тебя никогда не отпущу, — прошептала в ответ мне она. Я улыбнулся и посмотрел в её заплаканные глаза. — Больше не заставлю тебя плакать. Только если от радости, — я вытер её слезы и прислонился лбом к её лбу. — Надень кольцо, — показывая мне его, сказала Тина. Я поднял голову к потолку. Она засмеялась и уткнулась в мою грудь. Я забрал у неё кольцо и натянул на палец; взял её руку и скрестил наши пальцы. Я не почувствовал помехи при этом. Я поднял наши сплетённые пальцы и посмотрел только на неё. — Я отказалась от свадьбы, — она взяла меня двумя руками за лицо. Я поднял её и стал кружить. Она так громко смеялась. Пока я кружил её, она поцеловала меня. — Я так многое тебе не сказал, — я поставил её на пол. Проводя по моей щеке, она ответила: — У тебя будет еще целая жизнь впереди, — я обнял её и уткнулся в её шею. — Ты теперь моя девушка, — она прикусила губу. — Ты мой парень, — я поцеловал её. Я буду целовать её, пока у меня не заболят губы. Она запустила свои руки мне под одежду и щипала. Я отворачивался от неё, но продолжал целовать. Чмокнув в последний раз, я посмотрел ей в глаза. Я поднял сумку. — Я люблю тебя, Хорхе Бланко, — я обнял свою девушку. — Я люблю тебя, Мартина Штоссель. Мы счастливые направились к выходу. Конец.