Так предначертано

      POV Ребекка       Вваливаюсь в дом, снимая каблуки, прохожу на кухню и ставлю чайник, чтобы согреться. Не думала, что вечерами уже так холодно. Поднимаюсь в комнату и чувствую непередаваемое одиночество в доме. В жизни. Казалось бы, все есть: семья, друзья, но тем не менее ты один и это заставляет расстраиваться. Расстегиваю платье и аккуратно вешаю в шкаф, после достаю кофту с длинным рукавом, лосины и натягиваю теплые носочки. Томмо лежит на подушке, но не спит. Беру его на руки и дразню его. Он хватается маленькими лапками за мой указательный палец, но я успеваю его отдернуть и смеюсь. Спускаюсь вместе с ним обратно на кухню и наливаю молока в его миску. Он лакает его, а я уже наливаю чай, погрузившись в долгие раздумья. Слова той старушки не выходят у меня из головы. "перестань обманывать саму себя и не наделай ошибок. Самообман хорошим не закончится". Что она имела ввиду, говоря о самообмане? Самообман в плане чего? Моих чувств? Ставлю кружку на стол, предварительно отпив глоток. Он настолько горячий, что ему нужно остыть. Ложусь вдоль дивана и "навожу порядок" в собственной голове, задавая себе вопросы. Я люблю Зейна? Я ревную Зейна? Я простила Зейна? Нет. Нет. И нет. В последних двух я уверенна точно, но вот про чувства к нему я не могу точно ответить. Я видела поцелуй Зейна и Брианны, что я чувствовала? Злость. Боль. Неприязнь. Очевидно, что эти чувства не говорят о моей любви к нему. Удивительно, что человек тебя разбивает на мелкие кусочки, а воспоминания о нем добивают до конца.       Хорошо. Я перевожу свои мысли на более дорого теперь мне человека. На Луи. Мне приятно принимать его комплименты, приятно чувствовать себя защищенной и нужной. Но сегодня я усомнилась в своих предположениях о том, что между нами что-то большее, чем просто дружба. Увидев его с Фиби, у меня будто екнуло что-то внутри. Мне стало немного ревностно видеть, как они мило беседовали, хоть и недолго. А вот что имела ввиду старуха, говоря ему про тот же самообман. Про риск? Может ему стоит рискнуть начать новые отношения? "С Фиби", - вырывается у меня мгновенно, поэтому я чувствую, что мне неприятно, потому что...Луи мой. Черт, в том то и дело, что все совсем не так. Хорошо, я кажется поняла, что со мной и про какой самообман она говорила. Все пора бы признаться самой себе в том, что...мне нравится Луи чертов Томлинсон. Нравится его характер, его забота, его юмор, его улыбка. Весь он. И впервые я вспоминаю о нашем поцелуе не как о недоразумении, а как о приятном воспоминании, которое я бы повторила. И я снова признаюсь себе в этом. Только мало моих чувств, он тоже должен что-то чувствовать ко мне, потому что если быть честной, то эта дружба мне не нравится, потому что я черт побери чувствую к нему то, что явно не назовешь дружеской любовью. Допиваю свой уже остывший чай, оставляя кружку на столе, беру котенка и иду наверх. Я слишком устала и мне лучше лечь спать, чтобы завтра я могла сделать много дел, а не спать весь день. Хотя было бы неплохо, но мне нужно проведать бабушку и сходить за продуктами, а то в холодильнике скоро мышь повеситься.

***

      Просыпаюсь от звонка и признаться честно, ненавижу это. Я люблю проснуться самой, без каких-либо раздражающих меня звуков. Поваляться в кровати, проверив почту или поиграясь с Томмо. Но никак не утренний звонок. Это бабушка. Попросила меня принести ей некоторые продукты, которые она очень хочет. Заканчиваю разговор и падаю на подушку, закрывая глаза. Томмо уже залез на меня и расположился у меня на одеяле, которое прикрывает только живот. Глаза привыкают к свету и я начинаю "рыться" в телефоне. На заставке стоит мое фото с Зейном и меня начинает это злить, поэтому через секунду я меняю заставку на обычную родную заставку телефона. "Так-то лучше". Но все же я открываю папку с фото и просматриваю все наши общие фото. Снова. В этот раз я уже не испытываю никаких чувств, может только небольшую боль и злость, но в целом я реагирую на них спокойно. Листаю назад и смотрю наше фото с Кейси. Потом то, где мы вчетвером: я, она, Лиам и Луи. Обращаю внимание на последнего и улыбаюсь. Хочу проводить с ним больше времени и понять, что между нами происходит. Поговорить с ним, я не смогу. Я просто правда не могу признаться парню в своих чувствах первая. Никогда. Это чертовски сложно, потому что в один момент тебя отвергнут и ты лишаешься этого человека, да еще и жалеешь об этом долгое время.       Я иду по улице в магазин, чтобы купить фруктов для бабушки и чего-нибудь для себя. Затариваюсь на все свои оставшиеся наличные и с огромными пакетами иду обратно домой. Было бы неплохо снять денег с карточки на всякий случай, но это по дороге в больницу уже. Замечаю впереди знакомую фигуру. Луи. Я улыбаюсь и уже хочу окликнуть его, но потом замечаю, что он не один, а с Фиби. Настроение мгновенно падает и я стою, в ожидании продолжения, но они просто поворачивает и скрываются из виду. "Они просто друзья. Не пара. Друзья", - повторяю про себя я, но тут на мою голову сваливается кое-кто, кого видеть хочется в последнюю очередь. - Привет, - Зейн подъезжает ко мне, опуская стекло своей Ауди, здоровается. - Привет. - Подвезти? - Я в состоянии сама дойти до дома, - отрезаю я и начинаю идти. - Ребекка! Я не встречаюсь с Брианной. - Мои поздравления. - Ну зачем так грубо? Я же извинился? - Да? И грубил сразу же. И чуть не ударил. И назвал шлюхой при всем университете. Это ты называешь извинением? - Прости, просто Томлинсон... - Ваша взаимная ненависть друг к другу не должна отражаться на мне, Зейн. - Извини меня, правда. - Проехали. - Ты простишь меня и сядешь в машину? - Простить я может и прощу когда-нибудь, но в машину не сяду. - То есть между нами все кончено, да? - с надеждой в голосе спрашивает он. - Черт возьми, Малик, ты идиот? - кричу я, но потом успокаиваюсь и стараюсь контролировать себя, - ты столько дерьма мне сделал, столько боли причинил всем своим поведением, что думаешь я просто так возьму забуду об этом и кинусь к тебе в объятия и буду делать вид, что ничего не было? Так не будет, Зейн, - я договариваю слова, решившись посмотреть ему в глаза, впервые за несколько дней, а потом резко разворачиваюсь и иду, но уже быстрее. - Хорошо. Еще раз прости меня, я полный мудак, - он резко жмет на газ и обгоняет меня, едет вперед.       Я ускоряю шаг, доходя до ближайшей скамейки, кидаю пакеты с продуктами туда и взрываюсь. Слезы предательски льются из глаз и я понимаю, что сейчас я совсем одна и мне чертовски сложно. Стараюсь взять себя в руки, чтобы не привлекать внимание прохожих, но плачу еще сильнее. Вытираю слезы ладошкой, беру пакеты и быстрым шагом иду домой. Ставлю пакеты на стол, беру продукты для бабушки и снова вылетаю из дома, чтобы проведать ее. Главное, не думать ни о Зейне, ни о Луи. Думай обо всем, но не о них. Я словно мантру произношу про себя и не замечаю, как уже дошла до входа в больницу. Прохожу мимо лечащего бабушку врача и захожу в ее палату. Мы около получаса разговариваем про вчерашний бал, я опускаю подробности про Брианну с ее выходками, про непонятную старушку и ее предсказания. Я говорю, что все было очень хорошо, пока бабушка не спрашивает: - Ты с Зейном ходила на бал?       И в эту же секунду в моем горле стоит ком, от которого я не могу сказать ни слова. Глазами осматриваю всю комнату, пока ищу нужные слова: - Нет. - А почему? Вы поругались?       Я поджимаю губы, чтобы не расплакаться и не огорчать бабушку, потому что если ей все сказать, то будет еще хуже, а она только идет на поправку. - Нет, он приболел. - Ох, ну ты позвони ему, узнай, как он, - непременно.       Я меняю тему говоря о том что папа звонил и спрашивал, как она. Я убедила, что все уже в порядке и он успокоился. Еще я сказала про Томмо, но о его появлении я немного наврала, сказав, что этого котенка я просто нашла. Я все расскажу, правда, только позже, когда ее выпишут и я уже отойду до конца от всей этой истории.       Прощаюсь с ней и иду прямиком в кабинет ее лечащего врача. - Мисс Вилсон? Проходите, - она окидывает меня доброжелательным взглядом и указывает на кресло, - присаживайтесь. - Можно просто Ребекка, - смущенно говорю я, - могу я вас спросить о самочувствии моей бабушки, с ней все будет хорошо? - Да, она отлично себя чувствует. Думаю, что через неделю мы выпишем ее. - Прекрасно, - я запинаюсь. Думаю о своей идее, которая несколько секунд назад появилась в моей голове и спрашиваю, - вы не могли бы дать мне свой номер, чтобы я узнала о ее здоровье? Я уезжаю...сейчас, к родителям, поэтому не смогу ее навещать. - Да, конечно, возьми визитку, - она протягивает мне ламинированную бумажку. - Спасибо, - я кладу ее в карман, - и еще: не могли бы вы не говорить бабушке о том, что я уехала. - Хорошо. - Спасибо большое, я тогда побегу. - Ребекка, у тебя все нормально?       Не уверенна. - Все отлично, просто я соскучилась по семье.       Я прощаюсь с ней и выбегаю на улицу, вдыхая свежего воздуха. Без пакетов с продуктами мне идти легче, поэтому я добегаю до дома, собираю вещи в небольшой рюкзак. Беру документы, карту и телефон. Ловлю такси, которое отвозит меня в городской аэропорт. Узнаю о том, что ближайший рейс будет через час и покупаю билет. Благо редко кто ездит в Престон и я с легкостью могу улететь отсюда.       Сажусь в зал ожидания и достаю свой телефон. Нахожу нужный номер и набираю сообщение:       "Луи, я улетаю ненадолго в Престон. Скажи, что я приболела.       Это самое сухое сообщение, которое я писала ему когда-либо. Я могла бы и позвонить, но он с Фиби и я просто не хочу отвлекать его от...нее. Ревность неприятно разъедает изнутри, но я не плачу. Я скоро увижу свою любимую семью и побуду с ними. Поговорю с мамой, которая даст мне совет по поводу того, что делать дальше. Я разберусь в себе еще раз и немного отдохну от этой суеты, которая окутала меня в свои мерзкие объятия.       Я уже сижу в самолете и скоро мы будем взлетать. Луи так и не написал, что означает только одно: он слишком занят. Не то чтобы я готова истерить из-за этого, просто я ревную его, признаться дико ревную. Я еще до конца не понимаю, что со мной, но я его ревную. Отключаю телефон на момент пока мы взлетаем, но потом включаю снова, в надежде, что смс придет, но потом вспоминаю, что связи здесь нет. Блокирую устройство и, держа его в руках, прикрываю глаза и пытаюсь уснуть, чтобы проснуться уже в Престоне, но голос диспетчера меня прерывает:       С самолетом произошли неполадки. Мы падаем.       Слова, разрушавшие всю мою жизнь. Последний шаг. Решится. Я должна пока не поздно. Набираю: "Прости за все. И знай, если со мной что-то случится, я люблю тебя". Отправить. Ошибка при отправке сообщения. Неужели это все? Несколько секунд. Падение. Удар. Темнота...