К югу от севера

«Все мы идем по двум ложным дорогам: одна ведет к романтизму, другая — к высохшим змеиным шкуркам и пустым стрекозам». Когда меня спрашивают о будущем, в голове всплывает лишь одна навязчивая мысль – свой собственный дом, квартира – не важно, лишь бы отдельно от этой громкой смерчеподобной семьи. Всё о чём, я когда либо мечтал за свои недолгие семнадцать лет – это покой и уединение. Чтоб никаких тебе идеальных старших братьев, готовых ткнуть носом в несуществующие ошибки, никаких капризных младших сестёр, ни отца, чьи ожидания мне, увы, не оправдать. Никого. Хотя, одного человека мне бы, всё же, хотелось видеть рядом собой. И он сейчас мирно спал на гостевой кровати, завернувшись в одеяло, словно бабочка в кокон. Скорпиус был не просто лучшим другом для меня, он был мне родным. Он единственный мог с полуслова понять и знал меня слишком хорошо. Ну, может, не совсем. Однажды я посмотрел на него иными глазами, возможно чужими. И по сей день, я видел его только так. Это произошло на третьем курсе, весной. Погода в тот год баловала солнечными деньками и приятными тёплыми вечерами. Весенняя атмосфера накрыла учеников Хогвартса с головой. После ужина ко мне подлетел Джаред – четверокурсник и хороший друг Джеймса. Он попросил передать Скорпиусу письмо, которое настоятельно рекомендовал не вскрывать. Я согласился и сунул письмо в карман. Уже спустившись в подземелья и разболтавшись с Амандой, я благополучно забыл о послании. Лишь в спальной, когда оно выпало из моей мантии, я взял его в руки, оглядывая пустую комнату. Я разорвал конверт и развернул листок. Мои глаза плавно ползли наверх по мере чтения. Это было любовное послание моему лучшему другу. Послание от парня. Я в шоке скомкал его и сжёг с помощью инсендио. И вот, той же ночью мне приснился сон, в котором я видел Джареда и Скорпиуса самозабвенно целующимися на школьном дворе. Проснувшись с чувством всепоглощающей обиды и ревности, скрывая одеялом не хилую утреннюю эрекцию, я встретился взглядом с Малфоем. Он уже одетый сидел на своей кровати, оторвавшись от чтения, и вопросительно поглядывал на меня. Прикрывшись, я проскользнул в душ. Ловя ртом прохладные капли и прикрывая глаза в попытке расслабиться, я видел его лицо: пухлые губы, маленький аккуратный нос, платиновые пряди и яркие серо-голубые глаза. Мне хотелось целовать эти губы, хотелось смотреть в эти глаза и гладить его по мягким волосам. Что это было, я понятия не имел. Навязанная точка зрения или же мои собственные скрытые желания. Одно я знал точно – моё отношение к этому парню перевернулось с ног на голову. Меня тогда стошнило от волнения. А потом я списал всё на помутнение рассудка. Только вот не мог я уже иначе смотреть на друга. Мне по-прежнему было с ним весело, по-прежнему хотелось говорить часами. Только теперь во время разговора я старался коснуться его, положить голову к нему на колени, когда мы сидели, а обнимая, вдыхать его родной запах. В данный момент в комнате, кстати, пахло исключительно огневиски. Алкогольные пары стойко пропитали помещение, напоминая о том, что, кажется, вчера ночью кто-то напился. Я осторожно пихнул друга в бок. Скорпиус что-то пробормотал и разлепил глаза, встречаясь с моими. - Доброе утро, пьяница, - я усмехнулся, наполовину стянув с него одеяло. Друг, по всей видимости, даже не смог раздеться, прежде чем лечь спать. - Худшее утро, - прохрипел он, прикрывая лицо руками. - Как у тебя мозгов хватило на попойку с моим старшим братом? – спросил я. - У него спроси, - пробубнил друг, поднимаясь и хватаясь за голову. – А лучше поищи для меня антипохмельного. - Хорошо, - я пожал плечами, снова усмехнувшись. Я прекрасно знал, где в нашем доме хранилось антипохмельное зелье. Отец был не из тех, кто сдерживал себя в употреблении спиртного. Если и пил, то до победного. Отворив зеркальную створку шкафчика над ванной, я выудил один пузырёк и вернулся в комнату к «больному». - Держи, - я протянул ему склянку. - Ты лучший, Ал, - Скорпиус натянуто улыбнулся и выпил содержимое залпом, откидываясь на кровати. - Ещё бы, - согласился я, ложась рядом. В этом и было моё тайное наслаждение – находиться близко, невзначай касаться его тела и смотреть в эти глаза. Мне его взгляд напоминал море – холодное и неспокойное. Утопая в нём, я словно слышал звук прибоя, и огромные ледяные волны сшибали меня с ног, унося куда-то в своей прозрачно-синей толще. В итоге-то всё равно я лежал на сером песке разбитый о камни. - Ну как? – спросил я. – Лучше? - Лучше, - он покачал головой, одаривая меня улыбкой. – А Джеймс, кстати, как? - Без понятия, - я пожал плечами. – Спит ещё, наверное. Я повернулся к нему лицом. Друг прикрыл глаза, снова заворачиваясь в одеяло. - Может, расскажешь, всё-таки, как так вышло? – я прокашлялся. – Ты и Джейми – странная компания. - Сам знаю, - он посмотрел на меня. – Так получилось. - Ты не помнишь или разговаривать не хочешь со мной? – я прищурился. - Шутишь? – он усмехнулся. – Да просто встретил Джеймса в саду с девчонкой, от которой он отделаться не мог. Помог сбежать и он предложил мне выпить. Вот как-то так. Я покачал головой, скользя взглядом от лица до нежных изгибов его шеи. - Может быть, поспим ещё немного? – спросил он, снова прикрыв глаза. - Давай, - выдохнул я, придвинувшись к нему ближе. Приятное тепло разлилось по телу. Ощущение комфорта накрыло меня с головой. Я пробрался под его одеяло и окончательно расслабился, находясь в опасной близости от этого желанного тела. - Подъём, девочки! – пробасил Джеймс, влетевший в комнату, словно вихрь. - Отвали, - кинул я, награждая братца презрительным взглядом. Джеймс усмехнулся и прошагал к кровати. - Малфой жив? – уточнил он. - Жив, - отозвался Скорпиус, еле заметно улыбаясь. - Ты вчера так мило обнимался с унитазом, - Джеймс наигранно закатил глаза. - Заткнись, - друг рассмеялся, окончательно проснувшись. Джеймс улыбнулся и плюхнулся на кровать. Плюхнулся чётко между нами. - Аккуратнее, тролль, - пробубнил Скорпиус, пихнув брата в бок. - Простите, ваше величество, - передразнил он его. – Как ваше самочувствие? - Прекрасно, - заявил Малфой, одаривая Джеймса улыбкой. - Молодец, мелкий, - ответил он, как-то странно посмотрев на Скорпиуса. Парни ещё несколько раз обменялись непонятными мне взглядами, пока Джеймс, наконец, не встал с кровати. - Я собираюсь искупаться, - заявил он, уходя из комнаты. - Вали, - бросил я вдогонку. Снова повернувшись к другу, я словил один взгляд. Такого я ещё у него не видел – счастливый, казалось, полный надежды и восхищения. И провожал он этим взглядом моего старшего брата. А я снова лежал на песке, разбитый о камни этими сине-серыми волнами ледяного моря.