Анжела-путешественница

Данная часть не имеет отношения к основной истории. Просто небольшой спин-офф. Канун Рождества – это всегда сказка, ожидание чего-то таинственного, необычного. Сколько людей надеется на чудо в эту пору, сколько людей мечтает в этот день получить что-то особенное... И речь идет далеко не о деньгах или чём-то материальном, а о любви, маленькой сбывшейся мечте, улыбке близкого человека и просто счастье. Утро 24 декабря в этом году порадовало многих: снег всё шёл и шёл, засыпая дороги, тротуары и машины стоящие на обочине. Ветки деревьев уже сильно прогнулись под весом белого покрывала, а окна домов и витрины магазинов покрылись узорами. Люди мотались по улице с кучей пакетов, подарочных обёрток и украшениями для ёлок в руках. Магазины блестели огоньками и вывесками, гласящими о рождественских скидках, которых, по сути, толком и не было, ведь все цены до этого были заботливо подняты. Чаще всего в этот день за покупками ходили только те, кто успешно лентяйничали весь декабрь... В этом числе оказалась и Анжела. Перенесёмся в обшарпанную, засыпанную со всех сторон снегом, девятиэтажку на окраине города, где и жила наша героиня... Анжела натянула свою шапку почти до самых глаз, завязала шарф и застегнула пуховик по самый подбородок. Взяв пакет и ключи, она двинула по направлению к лифту. Нажать на выжженную хулиганами кнопку в пуховых варежках было практически нереально, но спустя две минуты она это сделала, а в этот из-за двери её квартиры выглянула мама: - Анжела, и смотри ничего не забудь. Всё, что я написала..., – Анжела, не дослушав, перебила маму: - Ну, блин, а обязательно идти на другой конец города в тот магазин, только потому, что там колбаса на 2 гривны дешевле? - Так, не спорь со мной. А, и ты помнишь, что на это рождество я ухожу к друзьям? А ты ищи, где ты его будешь отмечать, ибо остаться дома я тебе не дам... Прошлый раз, когда ты так осталась - во всём подъезде выбило пробки. - Да, мам, я помню, – немного огорченно сказала Анж, затем вздохнула и добавила: – Я тоже пойду к друзьям. В этот момент лифт доковылял до 8 этажа и Энж, последний раз взглянув на маму, скрылась в кабинке. Когда Анжелка уже выходила из подъезда, можно было заметить, что шарф, варежки и шапка были успешно сняты, а куртка расстегнута до груди. Это смотрелось очень странно, ведь мороз на улице держался стабильно уже несколько недель, и люди укутывали свои тела, как можно сильнее. Покупки для Анжелки проходили скучно и не интересно, её совсем не забавлял тот факт, что ради одной коробки чего-то ей приходилось стоять в километровых очередях, выслушивая жалобы бабушек. Время летело нереально быстро, особенно если брать во внимание тот факт, что Анжела очень странно обходила нужные ей торговые центры, выбрав сначала супермаркет в другом конце города, потом самый ближайший к её дому и так далее... В пять часов на улице уже было достаточно темно, и лишь свет фонарей мягко падал на поверхность земли, укрытой снегом и льдом, а огоньки и лампочки на магазинах вокруг прибавляли яркости и весёлого настроения окружающим. Людей уже было меньше, да и те, кто ходил по улице, похоже, никуда не спешили, а просто гуляли или шли в гости, неся уже упакованные в разноцветную бумагу коробки. Был слышен смех и оживленные разговоры вокруг, лампочки на городской елке уже давно мигали во всю, кажется, там даже начался какой-то развлекательный концерт для детей. Снег всё никак не хотел переставать идти. И лишь одной Анжеле было не до смеха. Она ещё не успела купить всё, что ей велела мама. А обзвонив всех своих «друзей» она поняла, что встретит это рождество на улице в одиночестве. Проходя мимо одного торгового комплекса, она услышала обрывки какой-то рождественской песни, но, даже не зная английского, она уловила суть: «I'll have a Blue Christmas without you...» Места в пакете не хватало, да и все руки были заняты различными продуктами. Анжела уже пожалела, что разделась, ибо все конечности покраснели и жутко замерзли. Она начала перекладывать мандарины в бумажную пачку, ибо прежний пакет разорвался, но в этот момент резко зазвонил мобильный. Энж не удержала равновесие, пошатнулась и уронила мандарины на землю. Выругавшись, она с трудом достала телефон со дна пакета. При этом выкинув из него ещё кое-что. Протерев экран от снежинок, она увидела, что звонила мама: - Доча, ну ты де там? Слышь, я уже жду, где продукты, мать твою?! - Да, я уже иду... Ой! – зелень из другого пакета выпала и её размело по всей улице. В телефонной трубке повисла долгая пауза. «And when those blue snowflakes start falling...» - Если ты сейчас же не явишься, то не получишь ни черта в подарок! - Та всё!!! Иду! Анж собирала оледенелыми руками вымазанные, затоптанные остатки зелени, злясь, что никто из прохожих даже не подумал предложить свою помощь. Она ещё больше возненавидела это рождество. «That's when those blue memories start calling...» Телефон опять вибрирует, сообщая о новом сообщении. «Наверное, снова мама» - Накидав собранное с земли в пакет как-нибудь, Анж поднимается и смотрит на дисплей. Это было смс от её парня (что само по себе уже удивительно). Она открыла сообщение и начала его читать, параллельно поддерживая и прижимая коленкой к телу пакет. Глаза Анж округлились, она ещё раз пробежалась глазами по тексту. Когда до неё дошло, что там написано – она опустилась на колени и засмеялась, её глаза наполнились слезами, а телефон выпал из рук. На экране можно было разглядеть: «Анжела, сорян, мы расстаёмся. Я нашел норм телку. С Рождеством, кста». «You'll be doin' all right, with your Christmas of white, But I'll have a blue, blue blue blue Christmas» Телефон опять зазвонил, Анжела тут же схватила его в надежде, что парень просто пошутил и всё ей сейчас объяснит, но сегодня вселенная над ней стебалась больше обычного, это звонила мама. - Алло, Анжела, короче, мне сказали, что можно идти без продуктов, они всё купили сами. Оставь это себе. Квартиру я закрываю. Увидимся завтра. Счастливого Рождества, доча, – мама бросила трубку, не дожидаясь ответа, а Анжела снова заржала на всю улицу. Её лицо было красным, а слезы замерзли и больно резали кожу. По ощущениям это было, словно кто-то с силой впечатал тебе снежок прямо в лицо. Энж проплакала около тридцати минут, а потом, бросив все покупки, просто побрела вверх по улице. «You'll be doin' all right, with your Christmas of white... But I'll have a blue blue Christmas...» Она просто шагала по кварталу, понимая, что хуже быть не может, что Рождество испорчено, она корила саму себя, за то, что она такой лох. Корила судьбу, за то, что родилась в пятницу 13-го и за все глупые ситуации, что вечно с ней происходили. Энж и так было паршиво, а тут ещё и люди вокруг радуются. Это бесило Анжелку ещё больше, поэтому она швырялась в прохожих снегом. Она кричала нечленораздельные фразы и кружилась вокруг себя, пиная белые сугробы ногами. Когда у Энж совсем не осталось сил, она рухнула на лавочку около какого-то подъезда. Её голову наполнили мысли (что бывало редко): «Почему такое всегда происходит именно со мной? Сегодня же Рождество! Разве это не время для чуда? Разве такие, как я в этот день не должны стать хоть на минуту счастливее?!». От досады она пнула ногой дерево, которое впоследствии пошатнулось и сбило веткой сосульки на крыше дома. Ещё секунда и на Анж по голове ударила одна из них. Анжелка потеряла сознание и растянулась вдоль лавочки, казалось, что она просто пьяная и уснула там. -Где я? – сказала Анжела в пустоту. Она стояла посреди какого-то коридора в полумраке, в котором ничего нельзя было разглядеть, однако в зеркале в дальнем углу комнаты она увидела своё отражение. Это была совсем другая Анжела: худая, с красивыми длинными (а главное чистыми) волосами, которые были заколоты в высокую причёску. Одета она была в короткое синее классическое платье, а на её шее красовался золотой кулон в форме знака бесконечности. Вдруг, непонятно откуда раздался голос: - Ты на Рождественском балу, где собирается вся элита этого города, – в комнате загорелась лампочка и Энж увидела маленького мужчину, говорил он со странным ирландским акцентом. Хотя он выглядел как обычный ПТУшник, но внушал доверие. - К-к-кто ты? – Анжела отступила немного назад. - Я – рождественский ангел, меня зовут Игорь. Я исполнил твоё желание. Ты родилась не в пятницу 13-го, а в другой обычный день, твои родители – богатые наследники, а ты – самая популярная и крутая девушка во всей школе. Ты никогда не допускала ни одну из твоих ошибок, тебя никто никогда не смел лошить, но у такой тебя есть свои минусы... У тебя будет 24 часа, чтобы пожить этой жизнью, после чего я приду снова. Если тебе понравится – ты останешься в ней навсегда, если нет – то ты сможешь загадать другое желание... Удачи! – мужчина растворился в воздухе, предварительно махнув Анж рукой. В этот момент всю комнату заполнил свет, открылась дверь, из неё вышел красивый парень с зализанными гелем светлыми волосами. Он был одет в серый костюм и голубую рубашку, которая подходила под его глаза. Он держал руки в кармане, но, подойдя к Энж, он вынул одну из них и протянул её Анжеле: - Дорогая, что-то ты надолго отошла, вернёмся к друзьям? Или ты хочешь уехать? - Я, я не... – Энж стояла и пялилась на незнакомца, а тот в свою очередь смотрел на неё немного обеспокоенным взглядом. Тишину снова нарушил скрип двери, в которую вошел ещё один парень (но чуть постарше). Он остановился около зеркала, чтобы поправить галстук и сказал: - О, Антонио, вы с Энжелой всё-таки уходите? - Думаю да, ей, кажется, немного плохо после шампанского... « Антонио, Энжела – это что, наши имена что ли? Какой ужас...». Анжела никогда особо не любила высокое общество, ведь там вечно нужно было красиво разговаривать, ходить, одеваться, следить за собой и т.д. Ей было намного больше по душе рубануть колбаски, налить стопочку под падиком или на хате и посидеть душевненько с братанами... Но если бы она знала, что это лишь одна маленькая частичка из того, что её сегодня огорчит. Антонио и Анжела вышли из ресторана, где проходил бал. Мороз на улице был сильным, а шуба из шиншилл, что была на Анжеле, больше служила элементом декора, чем одеждой. «Тоже мне, шууууба... Какой от неё толк, если она не греет? Где мой любимый пуховик с дыркой на спине?» Пара подошла к чёрному лексусу, стоящему на парковке. - М-м-мы ч-ч-то, поедем на этом? – глаза Анж полезли на лоб от удивления, а челюсть опустилась ниже груди, ведь она никогда не ездила ни на чём, круче копейки. - Да, Энжела, прости, просто лимузин сегодня занят, отец на нём поехал на конференцию. Когда они сели в машину Анжелу удивило не только то, что у них был личный водитель и салон машины был обшит красным бархатом, но и то, что ехали они в самый дорогой район города. Такие резкие и кардинальные изменения и завораживали и пугали одновременно. Вечерние огни мигали в окне, а она всё думала о словах Игоря. Почему он перенёс её именно в такую реальность? Вдруг, её судьба – быть тем самым высшим светом? Вдруг, вся её жизнь была просто иллюзией, а это то, что всегда было её? Внезапно, машина остановилась, водители вышел и открыл перед Энжи дверь, протянув ей руку: - Мисс, Энжела, мы приехали, желаете, чтобы я вас проводил до комнаты? Может, что-нибудь ещё? - Нет, я сам её отведу. Спасибо, Дмитрий, вы свободны, – вмешался Антонио. Новый дом Анжелы очень её впечатлил: двухэтажное кирпичное сооружение с огромной верандой, дубовыми окнами и двумя балконами. Сбоку от дома располагался гараж. А на заднем дворе Энж обнаружила маленький бассейн с подсветкой. Когда они вошли внутрь у Анжелки случился очередной шок: все лестницы в доме были мраморными, полы были либо из дорогого дерева, либо тоже из мрамора. Предназначение некоторых комнат ей было совсем не понятно: бильярдная, картинная галерея и огромная комната с зеркальными стенами и паркетным полом. Анжела вошла в спальню следом за своим парнем и осторожно присела на край кровати, пытаясь понять, что её ждёт дальше. Но Антонио, похоже, не собирался продолжать вечер так, как у себя в голове это представила Анжела: - Ты точно в порядке? Может позвать врача? – парень озабочено смотрел Энжи в глаза. - О, не надо, мне уже лучше... – Антонио направился к двери: – А ты что... Не останешься? - Мне нужно вернуться на бал, ты же знаешь, как он важен. И сколько твой папа вложил в него денег. Увидимся завтра, люблю тебя, – блондин послал воздушный поцелуй и быстро удалился за дверь. Вечер проходил долго и скучно. Анжелка долго не могла расстегнуть платье, а вынуть все шпильки из волос стало ещё одной трудной задачей. Ещё одной проблемой стало то, что дом был такой большой, что она два раза потерялась по пути из спальни в ванную комнату. Её очень огорчил тот факт, что на ноутбуке, что лежал на кровати в её комнате, было нарисовано надкусанное яблоко: «Мои родители такие богатые и не могли мне купить ноутбук с целым яблочком?! Что за кошмар!» Энжела (как она уже себя стала называть) лежала в махровом халате на кровати, волосы её были собраны крабиком с камнями Сваровски, она держала в руке бокал красного вина и листала новости на своем (не таком идеальном, как хотелось бы) ноутбуке. Вдруг, её внимание привлекла одна статья в ленте, которая гласила об аварии автобуса на проспекте. В списке погибших она нашла имена своих одноклассников и учителей. «Что за... – проговорила она вслух и ещё раз пролистала новость в начало: – ноябрь... О, боже! Мы же пропустили эту поездку, но... Как?! Игорь! Игорь! Тащи сюда свой ангельский зад и объясни мне всё!!!» – Анжела вскочила с кровати, опрокинув на ковер остатки вина. Ангел возник за её спиной так неожиданно, что та подпрыгнула: - Да, это та самая поездка, которую твой класс пропустил, ибо ты опоздала на автобус. - Тогда я совсем ничего не понимаю! Как это могло произойти?! ¬– Энж взмахнула руками и повернулась лицом к Игорю, пристально смотря ему в глаза. - Ты что, забыла кто ты? Ты учишься в частном колледже в Лондоне. Ты никогда не училась с ними. – Игорь сохранял спокойствие, будто его вообще не волновало происходящее. Анжела помолчала, после чего, прикрыв рот рукой, выпалила: - Меня там не было... Я не опоздала на эту поездку, ведь меня там не было... Никогда... Они все умерли из-за меня? - Нет. Ты ведь даже не знакома с ними. Ты не причём. По крайней мере, можешь так думать... Пока, мне пора, – Ангел испарился так же неожиданно, как и возник, а Энжи продолжала кричать: - Стой, стой! Я не желала смерти никому из них! Исправь! Исправь всё это! Нет! Нет... Пожалуйста. К часу ночи в комнате Энжелы валялось 4 пустые бутылки вина, а сама она уже сидела на полу всё с тем же ноутбуком, перечитывая знакомые имена. Сквозь пьяное сознание до неё доходили образы каждого из одноклассников. Но, вдруг, к ней словно пришло озарение, она встряхнула головой и миллионный раз пробежалась глазами по списку. Её мысль подтвердилась – тут не хватало двух имен, а значит, был шанс, что эти двое живы. У Анжелки появилось желание найти их и выяснить, как же сложилась жизнь в её школе, когда она не её-то вовсе. Поиски одно из одноклассников в социальной сети не принесли ничего, ведь когда она нашла его страницу, выяснилось, что он не был на ней около двух месяцев. Обессиленная и всё ещё слегка пьяная Энжела захлопнула ноутбук и после пятнадцатиминутного душа отправилась спать, в надежде, что утром всё решится само собой. Утро Анжелы началось легко и без головной боли, что очень её удивило. Вот что значит – хорошее вино. Выходя из ванной, Анж отметила про себя, что когда она попала в этот мир – она стала чаще принимать душ. На стуле в её комнате откуда-то появилось платье и подобранная под него обувь и аксессуары. «У меня есть свой стилист? Неплохо». Одевшись, Анжелка всё же решила выяснить, что случилось с её одноклассником, поэтому она подумала съездить к нему домой и обо всём расспросить. То, откуда она знала, где он жил, она сама не помнила. Серебристая тойота королла летела по проспекту, на поворотах зад машины слегка заносило из-за гололёдицы, но Анжела сразу же выруливала и ехала прямо. Она была хорошим водителем, судя по тому, что у неё даже были права. Снова было не ясно, откуда эти навыки вождения, это же был первый раз, когда она села за руль... или нет? Лихо завернув во двор, она подъехала к одному из подъездов девятиэтажки советских образцов, домофон был ломан, поэтому Анжела беспрепятственно попала внутрь. Она уже собиралась вызывать лифт, но её внимание привлёк спящий на ступеньках парень. Энжела обомлела, ведь узнала в нём того самого своего одноклассника, только он был полностью заросший и от него за километр разило водкой. Парень громко сопел и подергивал ногой, джинсы на которой были в чём-то противно липком. Анж поморщилась и прикрыла рот руками, странно, ведь в прошлой жизни подобная ситуация не показалась бы ей такой противной. Она растерянно позвала его: - Эй... Эй, очнись... – Анж слегка пнула алкоголика ногой. - Ммм... Сейчас уйду, тёть Нюр... – он поднял глаза, поняв, что это не уборщица этого подъезда, он вопросительно посмотрел на Анж: - Чего надо? Ой... Ладно... Не суть... Подруга, дай денег опохмелиться... Пожалуйста... - Поверить не могу, что это ты, Саш... – в глазах Энж блеснули слёзы: - как ты стал таким? - Мы... знакомы? – Саша поднялся и сел на ступеньки, показав Анжеле жестом, чтобы та присела рядом. - Нет, лучше пойдём в кафе и я тебе там всё объясню... Пожалуйста... - Какое кафе? У меня денег нет, да и не пустят меня в таком виде... Если хочешь... Пошли, есть одно хорошее место, – алкаш схватил Анжелу за руку и, пошатываясь, потащил к выходу. «Одним хорошим местом» оказалась рюмочная за углом. Зайдя в неё Анжела снова позволила себе заплакать. То ли от того, что запах дешевого спирта, чужого перегара и табака разъедал глаза, то ли от ностальгии, ибо в другой жизни в этой самой рюмочной она любила опрокинуть со своим парнем и компухой стопочку-другую под огурчик, а потом горлать охрипшим голосом Вороваек... Тогда это казалось самым лучшим и душевным местом, но сейчас вся эта антисанитария вызвала у Энжелы рвотный рефлекс. «Боже, что со мной стало в этом чёртовом мире шика и блеска?» Все посетители этого «заведения» странно пялились на гостью из высшего общества, ведь её внешний вид совсем не клеился с этим местом. Заказав Саше и себе бутылку дорогой водки (а самое дорогое в этой забегаловке стоило всего 30 грн), она принялась рассказывать всю свою историю в мельчайших подробностях: про покупки для мамы, парня и ту самую смс, лавочку, сосульку. Но тогда, когда она начала рассказывать про ангела Игоря и всё то, что приключилось до этого самого момента, Саша уже сидел с открытым ртом и смотрел на неё очень странным взглядом. Что-то непонятное читалось в его глазах. - Я вспомнил кое-что... Сейчас, когда я спал на ступеньках в подъезде – мне приснился сон: в нём была ты, только другая... Мы все были в нашей школе... Все тебя лошили и я в том числе. Да... точно, блять, это ты, определенно. Но... Как такое вообще возможно? - Поверь, я сама ничего не понимаю... – Анж прикрыла лицо руками и посмотрела на поверхность деревянного столика: - Расскажи, что случилось с нашим классом? Они... Они ведь погибли, так? А что произошло с тобой? Как ты докатился до этого? Почему не окончил школу, хотя бы в параллельном классе? – Анжела так завалила голову алкоголика вопросами, что он около минуты сидел и просто пытался понять их смысл, а затем выпалил: - А ты разве не слышала? Школы больше нет. Уже около трех месяцев. Какой-то мажор на её месте собрался построить торговый центр, мол, место удобное. Сразу после той трагедии с автобусом, будто чёрная полоса началась в нашей школе. Двое учителей попали в больницу с отравлением, а ещё одна, она у нас не вела, спрыгнула с моста... - О боже... А... Не поехало тогда двое, так ведь? А что случилось с...? - Он мёртв. Тоже. Я же из-за этого и спился... До сих пор больно вспоминать, – Саша понял Энжелу и перебил её, даже не дав назвать имени того человека. - А как он...? - ВСЁ! ХВАТИТ! БОЛЬШЕ НИКАКИХ ВОПРОСОВ! – Саша подскочил, опрокинув тарелку с огурцом, и направился к выходу. - Подожди! Извини, я не хотела... Ну, стой... Куда же ты? Саша! – но тот явно не был настроен на дальнейшую беседу. Но непонятно: из-за того, что его задела тема со смертью своего друга или же из-за того, что водка в бутылке уже закончилась и смысла сидеть здесь с неё он не видел. Поэтому Анжела опрокинула последнюю стоку и тоже вышла из рюмочной, её даже перестало волновать то, что она за рулём. По пути домой она заехала в магазин и купила ещё 3 бутылки красного вина. Завалившись в дом полупьяной, она по пути до комнаты оставила след из одежды и обуви. Снова надев излюбленный халат, она плюхнулась на пол возле кровати (ковер, как ни странно, уже был чистым и без следов вчерашней попойки) и набрала номер Антонио на своём телефоне с надкусанным яблоком. После пары долгих гудков он поднял трубку и недовольно сказал: - Энжела, ты немного не вовремя... – в трубке послышалось шуршание и женский смех. - Антонио, милый мне плохо, приезжай, ты мне нужен, – в ответ лишь снова возня и женский смех: - Подожди, с кем ты там? Что ты делаешь? – Анжела приподнялась с пола и потянулась за бокалом стоящим на тумбе. - Чёрт возьми, догадайся! Всё, увидимся завтра на вечеринке в честь открытия центра. - Ты, ты мне изменяешь? Но как ты мог? Мы же... - Я тебя умоляю, с чего это в тебе проснулась любящая девушка? Мы же в самом начале знали, что наши отношения – простой пиар. А теперь не мешай мне. Пока! – Антонио бросил трубку, а Энжела сидела, словно в трансе, а после залпом выпила весь бокал. Через пару минут водка из забегаловки дала о себе знать. Анжела мигом полетела в ванную к унитазу, сбив дворецкого на выходе из спальни. Опорожнив желудок, она подползла к ванной и открыла воду. В этот момент в комнату вошел отец. Анжела ни разу до этого его не видела, но как-то поняла, что это был именно он. Это был высокий мужчина сорока лет в деловом чёрном костюме, на его рубашке красовались золотые запонки, а на шее можно было заметить краешек от золотой цепочки. Он скрестил руки на груди и оперся одним плечом на двери: - Энжела, ты ведешь себя неподобающе. Твои пьяные выходки должны прекратиться иначе я заберу твою кредитку. Завтра ты должна быть в форме и эффектно появиться на открытии моего торгового центра. Анжела подтянулась до края ванны и подставила голову под кран, из которого лилась прохладная вода. Это немного привело её в чувство, а потом у неё в голове всплыла фраза Саши: «... школы нет... мажор на её месте собрался построить торговый центр...» и тут до неё начало доходить: - Пап, а этот торговый центр построен на месте школы? - Ну да, я хотел построить его рядом и в два раза меньше, но ты же сама сказала, что эта дыра времен советского союза только будет мешать, поэтому мы сделали полную перепланировку проекта, выкупили школу и снесли её к чертям. И знаешь, ты действительно была права, так вышло намного лучше! Ну, всё, давай приходи в форму, я прикрою тебя от матери, скажу, что ты отправилась устрицами. В этот момент алкоголь ещё раз ударил в голову Анжи, поэтому у неё началась истерика, она подскочила и прыгнула на отца с нечленораздельными выкриками в стиле: «ЭТО ВСЁ ТВОЯ ВИНА! ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ!!!», она начала пихать его и бить руками по плечам, на что он, в ответ, молча, залепил ей пощечину. Анж отступила назад, держась за горящую от боли щеку, а затем, рыдая, вылетела из комнаты. Она смутно помнит, как накинула на себя первую попавшуюся одежду и оказалась за рулем своей машины, несясь по шоссе за городом с невероятной скоростью. На улице наступил вечер, а она даже не думала включать фары. Она летела вперед, рыдая и вспоминая худшие сутки в истории её жизни. Всё, что окружало её – была сплошная фальшь. Она-то никому тут и нужна не была. Все ценили её как дорогую игрушку, а не человека. А чувство вины за смерть всех своих одноклассников и испорченную судьбу Саши наполняло её до краёв. Энж даже не заметила, что уже пару минут находится в машине не одна. На пассажирском сидении сидел Игорь. Поняв, что Анжела его обнаружила он, не отрывая взгляда от брелка на лобовом стекле, обратился к ней: - Ну, как тебе такая жизнь? Явно лучше, не так ли? - Да пошел ты, урод! Издеваешься ещё, – Анж сильнее надавила на педаль газа. - Я не издеваюсь, я просто сделал то, что ты сама хотела. Пойми, я не вредил тебе, ты сама это сделала. Ты попросила себе другую жизнь, не думая о том, что дала тебе твоя собственная, том, как твоё отсутствие может повлиять на ход истории. Маленькой истории, которая сложилась в пределах твоего городка. Ты – его неотъемлемая часть, склеивающая многое в этом месте, а когда ты исчезла ¬– то всё и рухнуло. Анж задумалась на пару секунд, а затем обратилась к Игорю, хотя, нет, скорее обратилась сама к себе вслух: - Я и не думала, что так много значу... – тяжёлый вздох: - больше всего на свете я бы хотела сейчас вернуться назад... в свою жизнь, свой мир. В тот момент, когда я пнула это чёртово дерево ногой, когда всё покатилось по наклонной. - Твоё желание – закон, – Игорь ухмыльнулся, щелкнул пальцами и исчез, а Анжела совсем перестала следить за дорогой. В следующую секунду: визг тормозов, удар, ещё один. Машина летит в кювет и Анж чувствует резкую боль по всему телу. Темнота. «Я умерла? Или потеряла сознание? Тогда как я могу думать? А если открыть глаза? Или они открыты?» размышления Анж прервал крик бабушки: - Ану пшла отсель! Ишь, разлеглась, алкашка проклятая. Все лавочки заделали тут. Достали! Анжела оглянулась по сторонам и не могла поверить своему счастью: эта была та самая лавочка, а рядом валялись осколки от злополучной сосульки. «Неужели это просто был сон, а если нет? Хотя, какая разница? Я – снова я, а остальное не важно!» – Анж улыбнулась, шморгнула носом и вышла из двора на улицу. - Э, мадама! Здорова, епта! – толпа молодых людей и девушек шагали в сторону Анж, а когда они подошли ближе, она узнала в них своих друзей, которые почему-то оказались все вместе на улице, а не на хатах по разным компаниям. Один из парней, опередив очевидный вопрос Анж, сказал: - Мы это, сидели все, а потом решили, чё в рождество дома сидеть, поэтому я обзвонил всех остальных, мы купили водочки, забрали с хаты хавчика, Андрюха взял гитару, а сейчас собирались в падик лудить. - Я с вами! – радостно крикнула Анж и подбежала к компании. Пьяные крики были слышны за два квартала, а через час соседи вызвали милицию, но Анжела знала, что это всё равно было лучшее рождество, которое только можно было представить!