Jongin liked challenges

Следующее утро показалось Кенсу адом. Несмотря на то, что алкоголь еще не полностью выветрился из головы, все тело ныло, а глаза слезились. Особенно сильно болела голова и поясница. Живот болел так, как будто его избивали всю ночь и Кенсу не мог понять, тошнило его или нет. Он так и не решился открыть глаза, боясь что и это причинит ему боль. Парень почувствовал рядом запах, не принадлежащий ему. На самом деле, он напоминал запах Чонина. И вдруг все запахло Чонином. Он решил слегка приоткрыть один глаз, что, конечно, удалось ему с трудом. Но к счастью, несмотря на темноту, ему удалось понять, что он не находится в своей комнате. Тут все его ощущения начали усиливаться: звуки, запахи, вкусы, прикосновения… Кенсу почувствовал рядом чужое тепло, а его голова покоилась на чем-то, что было чуть тверже подушки. Посмотрев в сторону, он увидел, что это была чья-та рука. Если бы он был в нормальном состоянии, он бы тут же встал и потребовал ответа на вопрос где и почему он здесь находится. Но сейчас все, что парень смог сделать, так это осторожно посмотреть через плечо, стараясь увидеть обладателя руки. Увидев черные волосы, он сразу понял кто это. Хорошо, я в кровати Чонина… Постойте, почему я в его кровати? Он попытался вспомнить: так, я пришел к нему в гости, мы пили пиво, смотрели кино… Я определенно выпил больше, чем нужно. Так что было потом? Кенсу внезапно побледнел. Он не мог вспомнить, что случилось потом. Мысли на этом оборвались. Затем, у него в голове начали возникать короткие обрывки воспоминаний. Он не мог поверить в то, что вспомнил. Сперва, Чонин поцеловал его. Затем они уже лежали на полу. Кенсу отвечал на его поцелуй. Он не понимал, что происходило, но видел в воспоминании то, как в него толкался Чонин. И вот Чонин снова толкался в него, на этот раз стоя в другой позе. Они меняли положения, но действия были одни и те же. «Господи», - подумал Кенсу. – «Этого не могло произойти. Нет, точно не могло. Я бы никогда не переспал с Чонином. Но почему я лежу в его кровати и на мне его одежда? Почему болит моя поясница? Мы действительно это сделали?» Все встало на свои места. Слезы подступили к глазам и вот они уже ручьем текли по щекам. Обхватив лицо руками, Кенсу начал жалеть о том, что натворил. Если бы он мог, он бы скрутился в маленький клубок. Если бы он мог нормально двигаться, то уже давно бы убежал отсюда как можно скорее. Его всхлипывания, должно быть, разбудили Чонина: тело рядом тут же зашевелилось, а на талию опустилась теплая рука. - Хен, все в порядке? Тебе больно? – спросил низкий, хриплый голос. - Не трогай меня, - голос Кенсу задрожал. - Кенсу, в чем дело? – взволнованно спросил Чонин, присев на кровати. Он бережно убрал волосы Кенсу с лица и вдруг получил неожиданный ответ. - Не трогай меня, ты, кретин! – закричал Кенсу, думая о том, что если он двигался достаточно быстро, ему было не больно. Он поднял руку для того, чтобы ударить Чонина, но в силу своего состояния, не смог, так как Чонин легко увернулся от удара. Обеспокоенный такой реакцией, Чонин навис над старшим, забравшись на него и заткнул его рот руками. - Тссссс, Кенсу, моя мама дома! Когда Чонин это прошептал, Кенсу заметил многочисленные красные царапины и синяки на торсе младшего. Это все сделал я? Кенсу был очень расстроен. - Мне плевать, Чонин! - закричал он, но его снова заткнули ладонью. - Кенсу, я не понимаю. В чем дело? – младший прикусил губу, стараясь унять ее дрожь. - Как ты мог, Чонин? Я был пьян! Ты на это надеялся? Вот почему ты меня пригласил? Чтобы споить меня и сделать свое грязное дело? – он колотил кулаками по груди парня. - Я, блин, доверял тебе, Чонин! Ты – кусок дерьма, я доверял тебе! – Кенсу пытался перевести дыхание, но всхлипывания мешали этому. – Это… Был мой первый раз… Почему ты так поступил со мной, Чонин? Ты отвратителен… Я ненавижу тебя… На младшего посыпались новые удары. - Это мой первый раз тоже, - пытался объяснить Чонин, но голос потонул в чувстве вины. Кенсу заплакал. Парень был так разочарован всем и всеми. Он был разочарован в Чонине за то, что он так поступил с ним; он был разочарован в себе за то, что не смог предотвратить этого; он представил то, как будет разочарована в нем мама, узнав об этом. - Мне жаль, Кенсу, мне так жаль. Но, пожалуйста, пойми и меня тоже. Ты бы не дал мне никакого шанса будучи трезвым. - Я жалею, что пришел сюда… Я жалею о том, что позволил тебе прикоснуться к себе…Я жалею обо всем… - Не говори так, Кенсу… - Я ненавижу тебя! - Кенс- - Я так ненавижу тебя! - Кенсу… - Пошел к черту, Чонин! Чонин услышал достаточно. Его глубоко задели слова Кенсу. Схватив парня, он придавил его к кровати и прильнул к его губам. Старший пинался и всячески противился ему, но Чонин не сдавался. Как бы ни пытался Кенсу, он не отставал. Наконец, Кенсу сдался. Его тело ослабело, и он больше не мог сопротивляться. Было безнадежно бороться с младшим, так как он был гораздо сильнее. Когда их губы разомкнулись, все что смог сделать Кенсу, это уставиться на младшего. - Кенсу, ты не дал бы мне шанса! Я не просил большего, я просто хотел шанса, а ты мне всегда в нем отказывал. Думаешь был другой способ для того, чтобы ты мне открылся хотя бы на несколько часов? Послушай, когда я положил тебя на пол, ты не остановил меня. Когда я целовал тебя, ты целовал меня в ответ. Когда я сказал, что у меня не было смазки, ты умолял меня остаться с тобой. Но самое важное то, что когда наши тела соприкоснулись, биение твоего сердца участилось. Я почувствовал это, Кенсу. Если твои слова и действия могли быть враньем, то твое сердце не врет! Я сделал это с тобой, потому что хотел узнать твои истинные чувства ко мне, - нежно подняв руку Кенсу, он прижал ее к его собственной груди. Сердце билось как сумасшедшее. Кенсу тут же покраснел, отводя взгляд. Должно быть, это из-за того, что я напуган, ничего больше. Да, я всего лишь напуган… Чонин соскользнул с него и пройдя по комнате, взял кучу одежды и швырнул ее старшему. - Вот, надень пока это. Я постирал твою одежду руками в два часа ночи, чтобы ты смог надеть ее в школу сегодня. Не стоит благодарить, - злой, он вышел из комнаты. Кенсу посмотрел на одежду, разбросанную по кровати. Она была чистой и приятно пахла. Внезапно, он почувствовал себя ужасно. - Чонин, ты не должен сердиться, - пробормотал он, как бы пытаясь убедить больше себя. Спустя несколько болезненных попыток, ему, наконец, удалось одеться. «Возможно он и прав, - думал Кенсу. Возможно я не давал ему никакого шанса. Я имею в виду, я продолжал повторять ему о том, что не целую парней, но я никогда не задумывался о его чувствах. Наверное, ему было больно это слышать». Кенсу вытер слезы, смотрясь в зеркало, висевшее в комнате. Приводя в порядок волосы, парень заметил многочисленные засосы, которые не могла скрыть одежда. Вздохнув, он тщетно пытался свести их. Чонин вернулся, держа в руках миску с хлопьями. - Это тебе, - холодно произнес он, ставя ее на прикроватную тумбу. - А ты? – спросил Кенсу, беря в руку ложку. - Я уже говорил, что моя мама дома. Она бы заподозрила, что я не один, если увидела меня несущего в комнату две миски с едой. - Тогда что ты собираешься есть? - Ничего. Думаю, куплю что-нибудь в школе. - Что? Нет, тогда я не могу съесть это. - Ешь. - Я не мог- - Кенсу, просто съешь! – велел Чонин в манере, которая слегка обеспокоила Кенсу. Он подчинился, не захотев больше злить Чонина. Часы показывали пять тридцать и у них было полно времени перед школой. Может, ему просто следует пойти домой. Чонин начал переодеваться и Кенсу увидел следы от ногтей у него на спине. Некоторые из них даже кровоточили. Он просто стоял и не знал, что ему делать. Казалось, Чонин был очень расстроен из-за Кенсу, а может из-за себя. Старший подошел к нему сзади, вглядываясь в его спину, пока тот искал рубашку. - Мне жаль, - прошептал он, проведя рукой по шрамам. - Ты даже не помнишь, как оставлял их, так что это ничего не значит, - бросил Чонин. Почему вдруг Чонин стал жертвой? Ведь это именно Чонин напоил его и заставил заняться с ним сексом, но почему именно Кенсу чувствовал себя паршиво? Может быть потому что виной всему была его неприступность, которая довела до такой ситуации? Положив руку на плечо младшего, он, вдруг, развернул его к себе. - В таком случае, заставь меня вспомнить все. - Чтобы ты снова начал избивать меня и обвинять меня во всем? - Нет. Для того, чтобы я смог все оценить по-новому. - Чтобы снова сказать, что ты был не полностью трезвым? Раздраженный, Кенсу больше не хотел ходить вокруг да около. Схватив Чонина за волосы, он впился в его губы страстным, глубоким поцелуем, на который младший охотно ответил. Руки опустились на талию Кенсу, притягивая ближе так, чтобы их тела прижались друг к другу, в то время как он развратно исследовал его рот языком. Кенсу был так смущен, да и вся ситуация в целом была смущающей. Несмотря на то, что сделали Чонин и он прошлой ночью, сейчас-то все происходило на трезвую голову. Он чувствовал себя странно, но ему не было неприятно. И вот уже Чонин взял инициативу в свои руки. - Запомнишь ли ты это, Кенсу? – спросил он, подхватывая Кенсу за бедра и направляясь в сторону комода. Посадив его там, он прижал парня к стене, не прерывая страстного поцелуя. - А это запомнишь? – снова спросил он, уже ведя языком по шее Кенсу. - Даааа… Младший прикусил кожу на шее Кенсу и тому пришлось прикрыть рот руками чтобы не застонать. - Тогда, - продолжил Чонин, отрываясь от парня. – Я хочу, чтобы ты ответил на мой вопрос. Кенсу внимательно на него посмотрел и Чонин продолжил. - Ты будешь со мной встречаться? Мы можем никому не говорить об этом. Вообще-то, я сам не хочу говорить никому об этом… Я хочу, чтобы ты был только моим. Ну это лишь мое предложение… Кенсу затих, переваривая услышанное. Чонин взял его руку, и начал перебирать пальцы, пока они оба молчали. Они уже успели переспать друг с другом, и вот такое предложение. От былой злости Кенсу на Чонина не осталось и следа. - Ммм, - подумал вслух Кенсу. Взвесив все за и против, он был готов озвучить свое решение. - Конечно, если никто не узнает об этом, тогда я согласен. Чонин глупо улыбнулся и снова прижался к нему, нежно целуя его в губы. - Тогда это будет нашим маленьким секретом, - и он тихо засмеялся. Затем тон его голоса стал серьезнее, что показалось Кенсу особо очаровательным. Чонин потерся носом о нос старшего. - Но хен, ты мне действительно нравишься. Я хочу, чтобы ты стал моим, я хочу ухаживать за тобой и… Я хочу просто быть с тобой. - Ну ты добился того, чего так хотел. Они оба улыбнулись друг другу и именно в тот момент услышали приближающиеся шаги за дверью. - Чонин-а! Мне нужно поговорить с тобой на минутку! – это была его мама. - Черт! Хорошо, думай быстрее… Выходи через окно! Оно ведет на балкон. Я пока отвлеку ее, а ты незаметно проскользнешь обратно, и сможешь выйти через главную дверь. – прошептал Чонин, толкая Кенсу по направлению к окну. - Подожди, мам, - младший помог Кенсу забраться в открытое окно. - Подожди! Я же еще не переоделся. Не могу же я пойти в твоей одежде! – шептал Кенсу в спешке. - Все хорошо. На улице тепло. Вернешь ее в школе, - он повернулся, хватая сумку Кенсу и бросая ее ему. – Беги! Если ты сумеешь выйти незаметно, я буду любить тебя вечно! Кенсу нервно сглотнул. – А если не смогу? - Тогда моя мама узнает о том, что я буду любить тебя вечно. Напоследок, они быстро поцеловались и затем Кенсу вылез на балкон. Окно за ним быстро захлопнулось, и он тут же услышал женский голос, который, очевидно, принадлежал маме Чонина. Парень моментально залез уже через другое окно в квартиру, и тихо побежал к парадной двери. Выбравшись из квартиры, он побежал вниз по лестнице… Кенсу не собирался идти домой в чужой одежде, и поэтому пойти в школу в шесть часов утра казалось единственным нормальным решением. Он бы слонялся вокруг школы до ее открытия, а потом бы переоделся и немножко отдохнул. На улице было немного прохладно, но и не слишком холодно. Он зевнул, глядя на небо, которое все еще было темным и посмотрел на небоскребы, окружавшие его. Кенсу думал о том, что, должно быть, выглядел так, как будто только что вышел из бара: волосы растрепались, а на шее красовались многочисленные засосы. Парень усмехнулся, подумав об этом. Он, конечно, представлял себе, что, однажды, будет убегать по балкону от родителей своей девушки. Но он определенно не думал, что будет убегать из комнаты парня после смутной ночи со страстными прикосновениями и поцелуями. Странно, но ему понравилось чувство адреналина, пробежавшее по венам, когда он убегал. Было ощущение того, что ты сделал что-то запретное, а сделав это, в тебе просыпается бунтарский дух, и ты хочешь повторить это снова. Кенсу, отчасти, хотелось повторить ночь с Чонином. Наконец, школа открылась и школьник сразу пошел в раздевалку спортивного зала. Вероятно, он ужасно вспотел, занимаясь "этим" с Чонином и поэтому от него немного попахивало. У него не было ни шампуня, ни геля для душа, поэтому он просто решил ополоснуть себя водой. Зайдя в одну из душевых кабинок, Кенсу разделся, и, закинув одежду поверх стены кабинки, встал под теплые струи. Когда тело начало расслабляться, он осознал, насколько сильно оно болело. Волосы стали тяжелее, впитав воду, и он перешел к телу. Начав с шеи, рук, подмышек и груди, он опустился вниз, к талии и бедрам. По нему прошлись мурашки, когда он обнаружил засосы, находящиеся очень близко к паху. Нерешительно рассмотрев их, он заметил, что они были разбросаны по всей нижней части его туловища. Лицо Кенсу тут же покраснело, представляя то, как Чонин покусывал его кожу внизу. Смущенный, он потряс головой, прогоняя все пошлые мысли прочь и, закончив мыться, тут же переоделся уже в свою школьную форму. Вскоре школа начала заполняться учениками. Кенсу вздрогнул, когда внезапно его окликнули. - Хен, как дела? – он тут же повернулся, ожидая, что это был его знакомый. Ну в некотором смысле, это был действительно его знакомый. Он видел его пару раз в школе. - Привет… Парень улыбнулся. - Ты не помнишь меня? – спросил он, надувая губы в смешной манере. - Я помню, просто… Извини, у меня плохо с именами… Парень засмеялся. - Все в порядке, вообще-то, я еще не представлялся тебе. Меня зовут Минхек. Он протянул руку и Кенсу тут же ее пожал. - Ты близок с Чонином, не так ли? Кенсу пожал плечами. - Вроде этого… Минхек фыркнул, кивнув в сторону шеи Кенсу. - Тяжелая ночка? – спросил он, имея в виду засосы на шее парня.