Jongin liked challenges

Все произошло так быстро, что Чонин даже не успел среагировать и рассказать все Кенсу. Он обязательно должен был объяснить все старшему. Если Кенсу возненавидит его, то по крайней мере, будет знать, что он по-настоящему любил его. И он всюду следовал за старшим, даже когда тот говорил ему убираться. Ему все-таки заплатили за выигрыш, который, к слову, оказался даже больше той суммы, на которую парни согласились первоначально. После этого он перестал общаться с друзьями и начал проводить большую часть времени в одиночестве, как обычно пытаясь снова помириться с Кенсу. Каждый вечер он ласкал себя, смотря на их совместные фотографии с Кенсу, когда они все еще были парой. Он до сих пор не мог поверить в то, что они расстались. По его мнению, они все еще были вместе, но просто у них наступили тяжелые времена в отношениях. Младший умирал от сексуального неудовлетворения, в отличии от Кенсу, который в свою очередь, не слишком страдал от этого. Он был сломлен эмоционально. Он не плакал, но это не значило, что ему не было больно. Ему было немного стыдно от того, что его обвел вокруг пальца парень младше него. Школьник снова начал проводить время с друзьями, стараясь забыть Чонина, но это осложнялось тем, что последний всюду его преследовал. Они уже не общались полтора месяца.

***

Был урок физкультуры и Кенсу отпросился у учителя, чтобы пойти помыть лицо. Он шел по коридору в поисках уборной. Найдя нужную дверь, школьник открыл ее и сразу направился к раковине, чтобы охладить лицо холодной водой. Он посмотрел на свое отражение в зеркале, на то, как капли воды стекали по лбу и с кончиков волос. Парень встряхнул воду с волос и выключил раковину. Мурлыча про себя песню, он начал поправлять волосы, как вдруг услышал странный звук, раздающийся из одной из кабинок. Кто-то был в уборной кроме него. Конечно, это ведь школьная уборная, но звуки были очень странными. Послышались звуки толчков, сопровождаемых тихими вздохами. Кенсу покраснел, когда понял, чем занимались в кабинке и вновь вернулся к своему отражению. Кому это угораздило возбудиться прямо в школе? Хотя все что угодно может произойти в самый неподходящий момент. Кенсу уже направлялся к двери, как вдруг услышал: - Ах...Кенсу... Сердце на секунду замерло, и он замер на месте. Кенсу попытался тщательно расслышать голос, чтобы убедиться в том, что действительно услышал свое имя. - Кенсу, ох... Узнав знакомый голос, ему стало плохо. Он не знал, что ему делать. По каким-то понятным только ему причинам, он на цыпочках подошел ближе к кабинке из которой раздавались неприличные звуки. Сделав глубокий вдох, он постучал несколько раз по двери кабинки и прислонился к ней головой. В кабинке тут же замолчали. - Чонин... Чонин, открой дверь. Я знаю, что это ты, – прошептал Кенсу. Раздался щелчок замка, и дверь кабинки открылась. На унитазе, во всей своей красе, сидел Чонин: штаны были спущены до колен, а рука была между ног. Его лицо было красным от стыда, а голова опущена вниз. Он был весь вспотевшим и, тяжело дыша, кусал губы. Наконец, он посмотрел в глаза Кенсу и в его глазах читалось сожаление и стыд. Было так много раскаяния и невинности в выражении его лица. Ему было так стыдно оттого, что Кенсу увидел его в таком виде. Кенсу захотелось ударить его, избить, поотрывать на нем волосы, пнуть его, пока тот выглядел таким жалким. Или по крайней мере, это было то, чего он должен был хотеть. Но он не был так уж и зол на него, что ему совсем не нравилось. Он хотел ненавидеть Чонина, презирать его, но на самом деле, он все еще беспокоился за него. Поддавшись порыву, Кенсу наклонился, взял его за щеки и...поцеловал. Его сердце затрепетало, когда младший охотно ответил на поцелуй и обвил руками его талию. Старший запер дверь кабинки, а затем сел к нему на колени. Наклонив головы, они углубили поцелуй. Чонин притянул старшего ближе, в уютное объятие, похожее на то, которое было у них в тот злосчастный день в библиотеке. Чонину понадобились секунды, чтобы раздеть старшего и чуть больше времени, чтобы войти в него. Толчки были резкими, как и обычно, но что удивило Кенсу так это то, как крепко младший держал его в своих сильных руках, как будто боялся того, что он мог исчезнуть в любой момент. Их чувственный акт в уборной длился не больше чем полчаса. Уткнувшись носом в плечо Чонина, старший закрыл глаза, желая потеряться в моменте. Он почувствовал то, как младший зарылся пальцами в его волосы и крепко за них схватился, притягивая его ближе. Он слышал, как их сердца бились в унисон. Сколько бы Кенсу не пытался избегать его, в конце концов, он понял, что сильно по нему соскучился. Но он не мог так легко простить его. Кенсу было собрался встать и уйти, как вдруг Чонин схватил его трясущимися руками. - Кенсу, пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня. Я хочу все объяснить. - Чонин, я- - Нет, пожалуйста, выслушай. Все началось как спор- - Чонин- - Я врал тебе сначала. Но потом, все изменилось... Я влюбился в тебя. Я люблю тебя. Это уже не было просто спором для меня. - Прекрати- - Мы поспорили на то, что ты должен был признаться мне в любви, хен. Вот почему всякий раз, когда ты хотел признаться мне в любви, я останавливал тебя. Я не хотел, чтобы все заканчивалось, хен. Я так тебя люблю. Но когда ты все же сказал, что любишь меня, я подумал, что мои друзья не узнают об этом и все будет хорошо… Наконец, Кенсу все понял. Сейчас кусочки пазла собрались в целую картину в его голове. Он вытер пальцами слезы с лица Чонина. - Я... - Кенсу, пожалуйста, не оставляй меня... Я ничто без тебя...Я люблю тебя... Взяв немного туалетной бумаги, старший вытер свое тело и быстро оделся. Он больше никогда не проронит ни одной слезинки перед Чонином. - Мне жаль, я не думал, что все так произойдет, - пробормотал он и выбежал из кабинки. Он добрался до двери и пока открывал ее, услышал тихое “Я приду к тебе позже” и последовавший за этим всхлип. Его сердце бешено заколотилось. Одна мысль увидеть Чонина снова была волнующей. Да и все, что случилось за день, казалось волнующим. В один момент он резко порывает с Чонином, а в следующий – они занимаются сексом в уборной. От этих мыслей у Кенсу заболела голова. Подняв рубашку, он рассмотрел засосы, которые оставил Чонин на его теле. Это означало то, что он не сможет сегодня переодеться со всеми в раздевалке. Я увижу его снова сегодня...Почему я не смог сказать ему оставить меня в покое? Он тяжело вздохнул. Потому что я не хочу быть больше один. И вопрос даже не в том, ненавижу я его или нет. А в том, почему после всего того, что произошло между нами, Чонин ведет себя так, как будто действительно любит меня. Если он увидит Чонина снова, как он отреагирует? Кенсу убирался в доме, вытирая пыль с мебели. Родители ушли ужинать в ресторан, оставив его одного в доме. В семь часов кто-то постучался в дверь. Посмотрев в глазок, он увидел, что это был Чонин. Парень что-то держал в руках. Поколебавшись, он все-таки открыл дверь и увидел младшего с букетом цветов. - Привет. - Привет. Он и раньше дарил ему цветы, но этот букет был просто огромным и цветов в нем было больше. Они постояли у двери, смотря друг другу в глаза. - Могу я войти? - Да, – ответил Кенсу, уступая ему дорогу. - Эти цветы для тебя. Все-таки полтора года наших отношений. Кенсу взял букет и принялся рассматривать его. - Мы больше не вместе. Чонин вошел в дверь, закрывая ее за собой. - Я на это не соглашался. - Это невзаимное решение. - Тогда что было ранее? Наши отношения были изначально невзаимными? Потому что мне казалось, что они были взаимными. - Ты сам мне навязался... - поспорил Кенсу. – Послушай, я не знаю, почему ты пришел, но быстро выкладывай почему и уходи. - Я пришел к тебе, чтобы сказать, что люблю тебя и я не хочу жить без тебя. Думаю, я сойду с ума, если ты не простишь меня. Поэтому я пришел все объяснить, хочешь ты это слышать или нет, но по крайней мере, я буду знать, что ты сделаешь правильный выбор. Кенсу, я познакомился с тобой из-за спора, но затем ты наполнил мою жизнь радостью. Ты оказался совсем другим, чем я предполагал себе, и если бы меня интересовали только деньги, я бы давно ушел. Зачем мне, парню, предположительно натуралу, заниматься с тобой сексом ради денег, когда я мог пойти заняться им с любой другой девушкой? - Именно этого я и не могу понять. Каковы твои мотивы? - Кенсу, ты этого никогда не поймешь, поскольку у меня их нет! Почему ты не веришь мне? - Почему? Ты уже обманул меня однажды. Как я могу быть уверен в том, что ты не сделаешь этого снова? Чонин взвыл. Казалось, он готов был сдаться. Но у него был припрятан особый трюк в рукаве. В прямом смысле. Закатав рукав рубашки, он продемонстрировал парню забинтованное запястье. - Что? Ты снова подрался? Младший усмехнулся. - Это было бы менее болезненным. Он разбинтовал руку, и взору Кенсу предстала покрасневшая кожа младшего, на которой черным было выведено "Кенсу". Его имя. - Чонин, что это за фигня? - Татуировка. Кенсу удивленно взял его руку и направил ее на свет, убеждаясь в том, что это была настоящая татуировка. - Но зачем? Татуировки остаются на всю жизнь! Ты же знаешь? Она исчезнет, только если ты отдерешь кожу, но все равно останется шрам! - Да, я знаю. Но мне пофиг. Я пожалею об этом, если только уйду отсюда к утру, а ты так и не простишь меня. Пока ему набивали татуировку, он представлял то, как Кенсу будет радостно хлопать в ладоши. Но в реальности все вышло как раз наоборот. - Чонин, ты тупица! Ты такой идиот! Даже если я прощу тебя, кто знает, будем ли мы вместе всегда? Когда мы расстанемся, твоя девушка увидит татуировку и ей это не понравится! - Вот почему я хочу, чтобы мы всегда были вместе! Ты можешь на минутку выслушать меня? Да, может я и идиот, но я ее уже сделал. И если ты бросишь меня, у меня хотя бы будет частичка тебя. Это мое тело, что хочу, то и делаю с ним. Кенсу вздохнул, направляясь в гостиную. Чонин последовал за ним. Кенсу включил телевизор. По нему шло какое-то ток-шоу, которое как он запомнил, так нравилось младшему. Чонин стоял рядом, неловко переминаясь с ноги на ногу, пока их взгляды не встретились. Кенсу вопросительно изогнул бровь. - Может сядешь? - Да. Диван скрипнул под весом еще одного человека. Старший попытался сосредоточиться на просмотре шоу, но боковым зрением все же заметил, что Чонин не сводил с него глаз. Затем Чонин, придвинувшись к нему, запустил пальцы в его волосы, тем самым привлекая его внимание. - Что? – спросил Кенсу. – Я думал, тебе нравится это шоу. - Нравится, но я могу посмотреть его и дома. Я пришел, чтобы увидеть тебя. Казалось, Чонин чувствовал себя как дома, сидя на диване скрестив ноги и откинув руку назад. Затем его рука с волос переместилась на щеку старшего, а затем и вовсе опустилась на его колено. Былая уверенность Кенсу покачнулась. Он положил руку поверх руки младшего, удерживая ее на месте. Чонин улыбнулся, ожидая его дальнейшего действия. Но его не последовало и Чонин знал, что тот больше не собирался сдерживать его, и он притянул его ближе. Другой рукой он взял дистанционный пульт и выключил телевизор, чтобы слышать только их учащенные дыхания. - Я хочу, чтобы ты посмотрел на меня, – сказал он. Кенсу заметил то, насколько красивым казался он в тот момент. Чонин нежно взял лицо Кенсу в ладони, а тот в свою очередь, бережно обхватил запястье младшего, разглядывая татуированную кожу. - Что ты скажешь, когда кто-нибудь спросит тебя о татуировке? – прошептал Кенсу. Чонин невинно улыбнулся, закусив губу. - Скажу, что это имя человека, которого я люблю. - А родителям что скажешь? - Я скажу им то же самое. Знаешь, Кенсу, это больше не игра для меня. Я пожертвовал своим телом, чтобы доказать тебе, что люблю тебя. Если ты все еще мне не веришь, я не знаю что еще мне сделать. Некоторое время старший сидел, уставившись на свое имя, вытатуированное на коже младшего в рукописной манере. - Кенсу? - Что? - Могу я поцеловать тебя? - Что это за вопрос? - Что это за ответ? - Ну, я имею в виду- - Проще сразу сказать нет. - Я...Я не знаю… - Ладно, тогда ты поцелуй меня. - Что? – спросил Кенсу, удивившись, когда младший закрыл глаза. – Чонин. Он сглотнул, пялясь на губы младшего. По спине пробежали мурашки. Он ждал, что Чонин сдастся и рано или поздно откроет глаза, но тот этого так и не сделал. Потеряв последнюю надежду, Кенсу положил руку на плечо парня. Он медленно приблизился к его лицу, облизал нижнюю губу, затем вобрал ее в рот, посасывая ее. Благодаря тишине, они могли отчетливо слышать каждое свое движение и дыхание. Их языки сплелись в страстном поцелуе, и Кенсу невольно простонал. - Хен, ты любишь меня? Кенсу кивнул. - Хен, ты будешь снова со мной встречаться? - Чонин, ты придурок. Как ты смеешь так поступать со мной, а потом выходить сухим из воды? Тон голоса старшего смягчился, когда Чонин начал покрывать его лицо многочисленными поцелуями, и он засмеялся. Младший притянул его к груди, а Кенсу обнял его в ответ. - Эй, рубашка на тебе явно лишняя, - прошептал Чонин. - Мы уже занимались этим сегодня. - Да, но я тогда плакал, и поэтому это не считается, – поспорил он. - Я все еще злюсь на тебя. - Почему? Я же извинился. - Потому что ты хотел влюбить меня в себя, а потом бросить ради денег. - Ну, да, но мм.. скажем, что ты изменил меня в лучшую сторону. Я бы ни за какие деньги не оставил тебя. Кроме того мне крупно повезло. Кто угодно мог зайти в тот день, но мне достался именно ты. Кенсу посмотрел на него, выражение его лица говорило, что он больше не злится на младшего. - Послушай, Чонин, если ты сейчас же не снимешь с меня штаны, то упустишь отличную возможность заняться со мной любовью. Чонин ухмыльнулся. - Слушаюсь, капитан. Это был их самый громкий секс: ногти Кенсу впивались в спину младшего, оставляяя царапины, а умелые руки Чонина блуждали по телу старшего, находя самые чувствительные точки. - Ты такой сладкий, – подразнил Чонин, вылизывая ствол члена Кенсу. - Чонин... Заткнись... - Мне нравится то, как твои маленькие, сочные ляжки сжимают мою голову. - Заткнись, заткнись, заткнись, заткнись... - Твой член так хорошо помещается в моем рту. Почему бы тебе не простонать и кончить мне в глотку? Именно это Кенсу и сделал, и Чонин был удовлетворен как никогда. Переплетя ноги, они, накрывшись одеялом, лежали на диване и смотрели старый фильм. Посмотрев на часы, Кенсу понял, что было уже поздно и родители вот-вот должны были прийти. Голова Чонина покоилась на его груди и он поцеловал его в макушку, а его рука принялась массировать накаченные руки парня. - Чонин, - прошептал он. – Ты должен пойти домой. - Не хочу. Кенсу засмеялся. - Это не имеет значения. Мои родители скоро придут. Если ты не хочешь идти домой, то хотя бы оденься. - Ты ведешь себя так, как будто твои родители не знают, что ты уже занимаешься сексом в таком возрасте. - Может и знают, но не знают, что с парнем. Кроме того, ты же хотел сохранить наши отношения в тайне. Чонин поднялся наверх, чтобы уткнуться носом в чужой нос. - С твоим именем на руке вряд ли удастся сохранить все в тайне. Кенсу улыбнулся, приближая свое запястье к его лицу. - Думаю, тогда мне тоже придется вытатуировать твое имя. "Чонин" - это десять знаков, мое имя только девять. Значит мне будет больнее. Чонин покачал головой и навис над ним. - Ты не сделаешь, – сказал он, оставляя засос на белоснежной шее. - Почему? – жалобно протянул Кенсу. - Потому что пожалеешь. - Тогда не расстраивай меня больше, чтобы я больше ни о чем не жалел. Чонин засмеялся. - Впредь буду только радовать тебя. - А ты у меня романтик, а? Но как бы то ни было, тебе нужно одеться. - Но мне нравится как соприкасаются наши обнаженные члены. Кенсу закатил глаза, но румянец на щеках скрыть не удалось. - Не капризничай, – пробормотал он, отталкивая младшего от себя и выбираясь из-под него. Когда Кенсу наклонился вниз, чтобы подобрать трусы, младший шлепнул его по попе. - Чонин! – закричал он, поворачиваясь к нему. - Не могу удержаться, когда вижу аппетитную попку, – сказал Чонин, бесстыдно развалившись на диване в чем мать родила. - Ты можешь остановиться хотя бы на несколько секунд? – жалобно произнес старший, швыряя рубашку Чонина тому в лицо. - Но хен, я все еще возбужден. Отсоси мне. Услышав отказ от него, он начал жалобно стонать и усмехнулся, когда старший запаниковал. - Чонин, я не хочу, чтобы мои родители увидели то, как ты трахаешь меня на диване! Чонин неожиданно запрыгнул на него, прижимая его к кофейному столу. - Тогда они увидят то, как я трахаю тебя на столе. Он перевернул его на живот и обнял за талию. - Чонин, отпусти меня! – закричал старший, когда тот принялся оставлять влажные поцелуи на его спине и начал тереться об него своим эрегированным органом. К счастью или нет, они услышали звук подъезжающей машины и тут же отпрянули друг от друга. - Черт... - пробормотали они оба, быстро натягивая на себя первую попавшуюся одежду. Чонин все время смотрел на дверь, пока поправлял диван, а Кенсу трясущимися руками включил телевизор. Закончив все дела, они быстро сели, чудом успев до того, как дверь открылась и в дом вошли родители Кенсу. - Мы дома! – объявил отец. – О, приятно видеть тебя снова, Чонин. - Чонин-а! Давно тебя не видела. Как ты? – спросила мама, снимая туфли. - Добрый вечер, мистер и миссис До, – поприветствовал их Чонин. – Я хорошо, как вы? - Я тоже хорош- О! Вы такие милые. Чем вы занимались? – спросила мама, а папа засмеялся. Парни застыли на месте, не смея взглянуть друг другу в глаза, чтобы не выдать друг друга. - Что ты имеешь в виду? – спросил Кенсу. - А вы не слишком взрослые, чтобы играть в переодевание? – спросил папа Кенсу, направляясь на кухню и наливая себя стакан воды. - Я не понимаю о чем ты, – нервно сказал Кенсу. - Да ладно, не говори мне, что не понимаешь. Вы, ребята, поменялись рубашками. Они посмотрели друг на друга и сразу же покраснели, увидев, что надели не ту одежду. - А, да...Мы просто- Я хотел проверить влезет ли Чонин в мою рубашку. Сам не знаю почему, – соврал Кенсу. - Ладно, парни, идите в комнату. - Вообще-то Чонин уже уходит. - Ухожу? - Да, уходишь. - Ладно, я пойду. Могу я взять обратно свою рубашку, Кенсу? Кенсу покачал головой. - Нет. Поменяемся завтра, – парни улыбнулись друг другу. - О, откуда эти цветы? – спросила мама Кенсу. - Я принес их вам, – без колебания произнес Чонин, стоя у двери. - Эй, не смей отбивать мою женщину, – шутливо вмешался глава семейства. - Извините, мистер До! – со смехом сказал Чонин. – Вы не против, если Кенсу проводит меня до остановки? - Конечно не против. Можешь его не возвращать. - Мама! – жалобно протянул Кенсу. – Вернусь через несколько минут. Как только за ними закрылась дверь, Чонин тут же взял Кенсу за руку и хитро ухмыльнулся. - Слышал? Я могу не возвращать тебя домой. Я возьму тебя к себе и буду держать тебя в шкафу в качестве секс-раба, – пошутил он. - Я бы не стал спорить на это. - Хочешь поспорить? – с вызовом спорил Чонин и тут же получил удар локтем от старшего. - Нет. Больше никаких споров, Чонин. Больше никаких игр. Просто...Обними меня крепче. Младший кивнул, притягивая его ближе и целуя его в голову. - Понял. Никаких игр. Я буду теперь честным. Я больше не буду доставлять неприятностей. - Хороший мальчик, – Кенсу тихо похвалил его, когда они дошли до конца квартала. Затем они некоторое время шли молча, наслаждаясь компанией друг друга. Медленными шагами они дошли до автобусной остановки, где они обычно и расставались. Слышался сигнал машин, стоящих в пробке и загрязняющих воздух выхлопными газами. - Ладно, вот и все. Автобус прибудет через несколько минут, – сказал Кенсу, грустно вздыхая. – Знаешь сколько время? Я забыл телефон дома. Не получив ответа, он посмотрел на Чонина, который сидел на скамейке, опустив голову вниз. Попытавшись высмотреть его лицо сквозь густую челку, он положил руку ему на плечо. - Эй, ты плачешь? Младший вдруг притянул его к себе и крепко обнял. Он всхлипнул рядом с ухом старшего. - Я люблю тебя, хен. Я так нервничал все это время. Теперь я чувствую, что наконец, могу расслабиться. Теперь я могу дышать спокойно. Знаешь, сколько кругов я вышагал в гостиной, перед тем как прийти к тебе? Где бы я был, если бы ты прогнал меня? – и он усмехнулся. – Возможно напивался бы где-нибудь. - Чонин, перестань... Взбодрись! Парни не должны так часто плакать. Тем более из-за другого парня, – попытался успокоить его Кенсу, обнимая его. - Ты – исключение, из-за тебя можно и поплакать, – улыбнулся Чонин. Показался автобус, который приближался к ним. Кенсу быстро вытер слезы с лица младшего своей рубашкой и поправил на нем одежду, пока тот искал мелочь в кошельке. - Могу я заключить последний спор? – спросил младший. - Нет. - Кенсу, давай. Всего лишь один. - Что? - Спорю, что буду любить тебя вечно. Кенсу тут же покраснел, замечая влюбленный взгляд младшего. - Идиот... Хорошо, тогда я тоже спорю, что буду любить тебя вечно... А что получит победитель? – спросил он. - Мм... Думаю, обручальное кольцо и предложение. - Ты реально идиот! – закричал он, хотя сердце внутри бешено заколотилось. - До завтра, Кенсу. Я люблю тебя. - До завтра... Я тоже тебя люблю, - прошептал Кенсу, глядя на то, как младший заходит в автобус. По дороге домой Кенсу думал о том, что он был бы совсем не против заключить такой спор.