Неизлечимо влюблена.

Проблема девушек: Они любят того, кто им делает больно Проблема парней: Они делают больно тем, кого они любят.

Купаясь в стране грёз, мне стало невероятно хорошо. Все проблемы, которые окружали, вмиг растворились. Словно по взмаху волшебной палочки. В такие периоды жизни я готова день и ночь проводить во снах, лишь бы не чувствовать скрежет грязи на зубах, которая идёт из меня. Увы, как бы я не мечтала о вечном сне, ничего не выйдет. В нос ударил отвратительный запах. Сощурившись, я поняла, что мир грёз рассеялся в тумане реальности. Хоть больница и была престижной и лучшей в городе, но вонь присущая всем медицинским учреждениям здесь все же присутствует. Разлепив, наконец, глаза, я была немного удивлена. За окном таилась кромешная тьма, а за дверью царила тишина. Я проснулась посреди ночи! А знаете почему? Да потому что уснула в пять часов вечера. Припомнив всё, что произошло накануне, у меня вновь возникло чувство тяжести в груди. Ненависть к себе проснулась следом за мной. И снова я осознала никчемность своей жизни. Возник ещё один вопрос. Куда подевался Лиам? Если мне не изменяет память, я заснула, крепко прижав его к себе. Проверив сотовый, я убедилась, что нет пропущенных звонков. Сообщений с пояснениями тоже не оказалось. Стало даже обидно. Неужели ему было так неприятно лежать со мной, что он слинял, как только я уснула? В животе внезапно взвыл раненый ламантин. Бросив взгляд на тумбу, я подумала, что мне принесли ужин, но похоже это никого не заботит. Зато я обнаружила на деревянной поверхности клочок бумаги. Не припомню, что бы оставляла его здесь. Забыв о голоде, я взяла его в руки. Это оказалось запиской. «Кэти, прости, что ушёл, но завтра в школу и мне нужно подготовиться. Не скучай, после уроков я обязательно вернусь. Лиам ХХ» Я знала, что он не мог уйти в тихую! Вздохнув с облегчением, я вернула записку на прежнее место. Что ж, одной проблемой меньше. Осталось изгнать червяка, пожирающего меня изнутри за каждый неверный шаг. Сейчас это вряд ли выйдет, поэтому нужно просто подумать, чем себя занять. Уснуть в любом случает, не получится. Как бы я этого не хотела… Минут десять у меня ушло на раздумья и разглядывания тёмного окна. Как я и думала, меня снова понесло не в то русло и мысли вышли из под контроля. В данный момент меня гложут раздумья о том, что же скажут родители. Мама меня очень напугала своей без эмоциональностью. Будто слова «Я беременна» являлись кнопкой, отключающей её сознание. Ни одного слова не вылетело из её уст, ни одна мышца не дрогнула на лице после этого заявления. С дрожью в коленях жду их сегодняшнего прихода. Наконец меня осенило! Лиам ведь доставил меня сюда прямо со школы, а это значит, что где-то должна быть моя сумка. В ней лежит тетрадь, которая поможет мне скоротать время. Аккуратно поднявшись с кровати, чтобы не было плохих последствий, я отправилась на поиски сумки. Искать пришлось не долго. Она лежала прямо возле кресла, в углу. Достав тетрадь и ручку, я по пути приоткрыла окно, чтобы выветрить этот ужасный запах и быстро вернулась в постель. Мало кому известно, что я пишу стихи... Ладно, никому не известно. Ещё в детстве, когда я начала петь, решила, что писать для себя стихи было бы не плохо. Попробовав набросать пару строк, я поняла, что получилось действительно хорошо. С тех пор я и пишу, а потом, заперевшись в комнате, тихонько придумываю для них мелодию и исполняю для себя. Вот такая мастерская Кэт. Причина того, что я не говорю об этом парням, довольно проста. Они захотят сделать из этого мега-крутой трек и исполнить на очередном школьном концерте. Не горю желанием делиться со всей школой своими мыслями и переживаниями. Вдохнув уже более свежий воздух, у меня загорелись глаза и зачесались ладошки. Означало это только одно, меня посетила довольно капризная дама Вдохновение. Продумав несколько моментов, я начала выбрасывать все мысли из головы на листок. После этого, по идее, должно сложиться стихотворение. Стук гулом разнёсся по голове. Казалось, что кто-то долбит молотком по моему черепу. Как только я подняла веки, злобный лучик солнца ударил мне в глаза. А я ведь ему ничего не сделала. Всё-таки случилось чудо, и я заснула в процессе творчества. Несколько секунд ушло на осмысления всего, что происходит вокруг. В дверь снова постучали. - Входите. – Сипло ответила я. Отложив тетрадь на тумбу, я подтянула ноги под себя и, обняв колени, направила свой взор на дверь. Она распахнулась, и на пороге показался Луи. Вот тебе и доброе утро… - Ты зря пришёл. – Проговорила я, как можно спокойней. Не в силах смотреть на него, я перевела взгляд на свои скрещенные руки. Проигнорировав моё высказывание, парень молча прошёл в палату. Оглядев меня, он всё так же молча, опустился в кресло. - Ты прекрасно понимаешь, что я не уйду. – С грустной усмешкой произнёс он. Конечно, я это понимаю. Спорить с этим парнем бесполезно. - Ну и зачем ты пришёл? – сдалась я. - Всё по той же причине. Хочу, что бы ты простила меня. Хочу снова общаться! – усмешка стёрлась с лица парня. Вздохнув, я провела рукой по волосам. От нервов не знаю, куда себя деть. - Луи… - сердце встрепенулось. Так давно его имя не касалось моих уст. Так давно я не чувствовала его губ на своих. - Не всё будет так, как ты хочешь. - Неужели я совершил что-то такое, что невозможно простить? – он подскочил с кресла. - А ты так и не понял? – я тоже вспылила. Последнее, что я хочу сейчас, это ругаться с Томлинсоном. - Не понял что? То, что ты испортила наше выступление? – парень взбешённо махал руками. Сердце увеличило темп. Я подтянула колени к груди, пытаясь свернуться в клубок и скрыться от внешних угроз. – Я сделаю ещё одну попытку. – На этот раз спокойно произнёс он. Может, увидел мои испуганные глаза, которые я отчаянно отводила, пытаясь спрятаться. – Катерина, я поступил как идиот. Я хочу, что бы ты простила меня. – Его резкие перемены в настроение совсем меня запутали. Насколько мне известно, беременна здесь только я. Преодолев себя, я всё же посмотрела в глаза Луи. Мне действительно пара прекратить терзать и себя и его. Я ведь давно простила. Мешает лишь гордость, которую, если постараться, то можно переступить. – Знаешь, это уже смешно! – вдруг продолжил Луи. – Ты слишком высокого о себе мнения. – Он покачал головой. Видимо я ушла далеко в мысли и долго молчала. – Я не понимаю, что тебе ещё нужно. Я ведь извинился перед тобой несколько раз! Не хочешь, не прощай. Больно надо мне твоё общение. Я прекрасно себя чувствую и с Элеонор… Особенно в постели. – С издёвкой произнёс он. Я уставилась на парня, обескураженная его словами. Я ведь только хотела сказать ему слова прощения, хотела обнять и прошептать, что не держу зла, а он за несколько секунд всё снова испортил. Я вглядывалась в его лицо, стараясь разглядеть привычную улыбку, которой он давал понять, что всего лишь пошутил, но не на этот раз. Его лицо было каменным и максимально серьёзным. Мысль о том, что он сказал всё на полном серьёзе, разрушала меня. Вдруг он поднялся с кресла и, оставив на мне последний взгляд, покинул палату. Ещё несколько минут я не могла отойти от произошедшего. Уставившись в дверь, где недавно был силуэт его удаляющейся спины, я поняла, что он в очередной раз сделал мне больно. Чувства обострились и сердце пронзила острая боль… Уже знакомая мне острая боль. Резко схватив тетрадь с тумбы, я начала чиркать в ней ручкой. Мысли, фразы. словосочетания. Всё, что было в голове, я выплёскивала наружу. Бедный лист только и успевал принимать удары. Солёные слёзы хлынули, словно прорвало. Они со шлепком разбивались о бумагу, перемешиваясь с чернилами и создавая кашу из моих чувств. Улыбайся девочка, если больно, Если кто-то предал в сто первый раз. Улыбайся, даже когда невольно Градом льются слезы с уставших глаз. Улыбайся девочка, если страшно, Одиноко, пусто, хоть волком вой. Улыбайся, будет улыбка – стражей, И поможет дальше в борьбе с судьбой. Улыбайся девочка, как сумеешь, Говори: "Я сильная, все смогу". Раз болит, то значит, переболеешь, Не сойдет улыбка с красивых губ. Улыбайся девочка, улыбайся, На углях танцуя своей мечты. Через боль и горечь... Не сомневайся - Новый день с улыбкою встретишь ты! Гул, шуршание, сопение. Я нахмурила брови и потихоньку приоткрыла глаза. Возле кровати стоял Лиам и собирал исписанные и разбросанные по всей палате листы. - Кэт, ты проснулась. – Мягко улыбнувшись, произнёс он. Ох, эта улыбка. Лучше всяких лекарств. На сердце стало тепло и спокойно. Я потёрла глаза и устроилась поудобнее. - Привет. – Я натянула на лицо такую же нежную улыбку. - Что здесь произошло? – он вытянул вперёд руки, наполненные бумагой. Я судорожно начала придумывать оправдание. Ему не стоит знать, что здесь был Луи. - Ко мне приходило вдохновение. – Наконец произнесла я. - Можно? – парень кинул ненужную макулатуру в мусорное ведро и потянулся к листку на тумбе. Я мотнула головой в знак согласия. Лиам взял лист и принялся читать плод моего сегодняшнего срыва. Я неотрывно наблюдала за ним и его действиями. Он медленно опустился в кресло, продолжая читать. - Он снова был тут? – спросил Пейн стальным тоном, когда закончил. - Да. – Тихо ответила я. Лиам обречённо вздохнул и вернул лист на прежнее место. – Ты пишешь красивые стихи. Почему ты раньше не говорила, что умеешь писать? - Не было момента, да и никто не знает об этом. - Я считаю стихи чем-то личным. Что-то вроде дневника, только в рифме. И я тоже никому не показываю свои стихи. - Ты пишешь? - Да. - Никогда бы не подумала. - Как говорится, не суди о книге по обложке. И раз уж я прочитал твоё творение, то могу дать прочитать своё. – Лиам улыбнулся и встал с кресла. - Было бы не плохо. - Тогда хватит валяться, тебя уже выписали и я приехал тебя забрать. – Задорно проговорил он. Услышав эту новость, мои глаза загорелись. Я подскочила с кровати и рванула к своим вещам. Быстро и как попало, я напялила на себя джинсы и рубаху, взяла сумку и кинула туда телефон. - Я готова! – проговорив это, я подошла к Пейну. Он с широкой улыбкой посмотрел на меня. - Как ты себя чувствуешь? – спросил он, подправляя ворот моей рубахи. - Теперь на много лучше. – Сказала я. Желание скорее покинуть это, пропитанное насквозь запахом лекарств, помещение, не покидало меня ни на минуту. - Меня это радует. Тогда пошли скорее отсюда? – Ли взял меня за руку, и мы двинулись к регистратуре. Спустившись вниз, я уладила дела с выпиской, и мы вышли на улицу. Я остановилась на крыльце и вдохнула полной грудью. Как мне был необходим свежий воздух! Голова слегка закружилась, но я не обратила внимания. Привыкла уже. Задорно хихикнув, я почувствовала прилив энергии. На днях нужно вернуться сюда за результатами анализов, а пока делаем ноги из этого места. - Как ты думаешь, они простили меня? – задала я вопрос, мучащий меня всю дорогу. Лиам задумался. - Они же твои родители. – Сказал наконец-то он, после долгой паузы. – Не переживай, всё будет хорошо! – он накрыл мою руку своей и легонько её сжал. - Не знаю, что бы делала без тебя. - Перестань меня благодарить. Я делаю это, потому что мне это нравится. Нравится помогать тебе и оберегать от лишних вредителей, в лице Стайлса, например. - Почему именно Стайлса? – сделала глупое лицо, будто забыла о его попытке изнасиловать меня посреди школьного коридора. - Я знаю про его грязные мысли на счёт тебя. И тогда я не случайно оказался рядом. Никакой Малик его не звал. – Я немного опешила от такого заявления. Лиам не дал мне обдумать эту мысль и продолжил: - Я был бы рад участвовать в воспитании твоего ребёнка. Рано, конечно, загадывать, но всё же. - Ты был бы прекрасным крёстным отцом. – Я улыбнулась ему и посмотрела в окно. Мы почти подъехали к моему дому. На нервной почве у меня даже давление поднялось. Щёки покраснели, голова закружилась, а ноги затряслись. - Удачи. – Я крепко обняла Лиама и вышла из машины. Он не уезжал. По-видимому, ждал, когда я зайду в дом. Дрожащими руками я толкнула дверь и шагнула навстречу своему будущему. Тут два варианта: либо родители возненавидели меня и уже собрали мои вещи, либо сейчас будут заставлять сделать аборт. Мои родители слишком правильные, чтобы разрешить оставить малыша в семнадцать лет. - Есть кто дома? – мне показалась, что я прокричала эти слова со всех сил, но нет, я всего лишь прошептала. С кухни доносилось журчание воды. Означало это только то, что мама моет посуду. Я последовала на звук. – Привет. – Всё так же тихо произнесла я. Этого было достаточно, что бы у мамы из рук выпала кружка. Она замерла и не поворачивалась. Неужели всё так плохо? Дыхание стало прерывистым, а в горле застрял проклятый ком. Прошло ещё секунд тридцать, прежде чем она развернулась ко мне. Её глаза были полны слёз. Тут-то я и сорвалась. Бросив сумку, я подбежала к женщине и крепко сжала её в объятьях. - Прости меня, мама! Прости! – взахлёб говорила я. Воздух в лёгких предательски быстро заканчивался. Я, не переставая, повторяла ей на ухо слово. Мама подняла руки и так же крепко сжала меня. - Это ты нас прости, милая, мы не должны были так поступать. – Мы стояли, прижавшись, друг к другу и молчали. Тихих всхлипов было достаточно, что бы понять, что я прощена. - Развели тут сырость. – Раздался позади спокойный голос отца. Я медленно повернулась и увидела его в дверях. Он улыбался. Его улыбка отдалась теплом в моём сердце. Он подошёл к нам с мамой и заключил в свои широкие объятья. – Я рад, что всё устаканилось. Я сидела на своём любимом месте в кругу родителей и уплетала за обе щёки любимый салат. Несколько дней голода дали о себе знать. Мама и папа о чём-то беседовали, а я наблюдала и радовалась. Раньше сложно было ценить то, что у меня есть. И только тогда, когда я была на грани потери всего этого, я поняла, что имею многое. - …вот, а когда родишь, ты отправишься в колледж. – Говорила с задумчивым видом мама. Из-за множества мыслей в голове, я подключилась к разговору уже в середине и не совсем уловила смысл. - Что? А как же ребёнок? – шокировано спросила я. - Катерина, чем ты слушаешь? Я же говорю, пока ты будешь учиться, с ним буду заниматься я, а ты будешь приезжать на каникулы. - Ну не знаю. Как-то это не правильно. Мать должна быть рядом с ребёнком. Да, и я не смогу нормально учиться, зная, что тут у меня ребёнок. – Рассуждала я. Не нравится мне эта затея. - А другого выхода нет. Ты должна получить высшее образование, что бы обеспечивать себя и малыша в будущем. – Влез в разговор папа. И как всегда он прав. Тяжело вздохнув, я встала из-за стола. - Я подумаю над этим. – Убрав за собой тарелку, я поцеловала родителей. – Всё было очень вкусно, спасибо. Я пойду спать, а то в этой больнице было невозможно не только спать, но и вообще находиться. До сих пор запах в носу стоит. - Твоя ненависть к врачам и медицинским заведением больше, чем у мамы к кротам, которые перекопали весь задний двор. А уж эта ненависть очень велика, поверь. – Отец помахал вилкой. Рассмеявшись, я поднялась в комнату и выглянула в окно. Действительно весь двор был в дырах. Даже мамины любимые кустарные розы стояли наперекосяк. Было бы неплохо выровнять их завтра и сделать маме сюрприз. Приняв тёплый душ, я, наконец, смыла с себя этот отвратительный запах, оделась в любимую пижаму и легла в кровать. Только мне стоило закрыть глаза, как экран телефон засветился. Это сообщение. Ли: «Надеюсь, что всё прошло хорошо, и ты спишь в своей кровати:)» «Всё было намного лучше, чем я ожидала. Спасибо за поддержку ХХ» Ли: «Я тебе уже говорил на счёт благодарностей! Увидимся завтра в школе;) Спокойной ночи ХХ» «Сладких снов, Лиам не-принимаю-благодарностей Пейн ХХ» Улыбнувшись, я отложила телефон на тумбу и легла поудобней. Хотя в родной кровати любая поза будет удобной. Надеюсь, что сегодня я не проснусь посреди ночи из-за порыва «нежностей» моего будущего ребёнка. Уже через несколько минут я сладко посапывала, гуляя, по красочным измерениям своего сознания.