Коробочка

      Розмари была прекрасной девушкой. Красивой, скромной, умной, заботливой, всегда поддерживала… Аж страшно иногда становилось от того, какая же она идеальная. В такие моменты Райден невольно задумывался — где подвох? Но подвох пока не находился, посему парень успокаивался и думал о прекрасном. Иногда о прекрасном он думал даже во время занятий любовью с идеальной Розмари.       После памятной миссии на Биг Шеле Райдену практически прямым текстом говорили, что нужно вплотную заняться личной жизнью. Желательно так, чтобы личная жизнь стала семейной. Поэтому блондин, снабдив половиной заработанных средств (смутно похожих на взятку) свою суженую, отправил её на шоппинг, наказав ни в чем себе не отказывать.       Честно говоря, после этого он ожидал более бурной реакции — она же девушка и наверняка любила ходить по магазинам, но та, вначале выжидающе улыбнулась, потом нахмурила аккуратненькие бровки, схватила сумочку и таки умчалась в сторону Центра. Вздохнув свободнее в пустой съемной квартире, Райден посчитал свою миссию выполненной и с чистой совестью развалился на диване, погружаясь в спокойные мысли. До тех пор, пока не раздался неуверенный стук в дверь.

***

      Солид Снейк не считал себя странным, даже несмотря на довольно экзотический род деятельности. Он побывал во многих переделках, вел довольно опасную двойную игру, оказывался, случайно или намеренно, в центре событий, от окончания которых порой зависела национальная безопасность. За свою насыщенную жизнь он перепробовал и перевидал многое, как он думал. То, чем можно гордиться, то, о чем хочется и не хочется вспоминать, много приятного, противного, порой и ему доставалось. Но случившийся с ним мистер Секретность Райден, в девичестве Джек, все никак не выходил из головы. Его плотно облегающий черный костюмчик не оставлял сомнения в подтянутости и мужественности всего его вида, но женоподобное лицо и белокурые волосы, которыми он тогда тряханул будто в рекламе шампуня, заставляли задуматься. И усомниться. И это давало повод Снейку чувствовать себя странным.       Поэтому сейчас он сосредоточенно напивался в одном из нью-йоркских баров. И пора было бы уже остановиться, потому как он уже не помнил, какой по счету был не то, что стакан с выпивкой, а вообще сам бар. В голове плавал приятный туман, язык слушался через раз, но понятливый бармен наливал по неуклюжему взмаху руки. Деньги все не кончались, что заставляло остаться на ещё чуть-чуточку. Ну маленько! Ну ещё на одну! Когда причина, по которой он вообще начал выпивать, а впоследствии и надираться, стала размываться в сознании, Снейк решил действовать.       Адрес Райдена был ему известен по суперсекретным источникам, которыми он по большому секрету и с убедительным «Тока тс-с-с!» поделился с побледневшим враз барменом, после чего дружески похлопал его по плечу и уверенно пополз (ну он же Змейк!) к выходу. Вопреки общепринятым нормам и настроению, на улице была середина дня, солнце било в глаза, а прохожие били в бок, живот, спину — словом, куда дотягивались. Не сильно и не серьезно, но обидно, поэтому Солид решил найти другой способ передвижения. Шпион он или как? И спрятался в коробочку. Так и дополз до квартиры Райдена, адрес которой, казалось, был вытатуирован на обратной стороне век. Поспешно постучав и втянув обратно руку, он замер.

***

      Райден не ожидал от этого дня ровным счетом ничего сверхъестественного. Беременная жена в это время спокойно должна была прохаживаться по магазинам, тратя честно заработанные откупные, президенты должны были оставаться под серьезной охраной и больше не попадать в задницы, дабы «Никто кроме тебя, Райден, не сможет его спасти!» больше не звучало в наушниках, а мертвые секретные агенты, как он надеялся, все же должны были оставаться мертвыми и больше не мешать ему жить. И он совсем не ждал, что кто-то будет стучать ему в дверь, причем, судя по звуку, исходившему от нижней части двери, это явно не внезапно вернувшаяся Розмари. Ну не ногой же она, в самом деле, стучала бы? Она же леди, как-никак, хоть и военный аналитик.       Райден настороженно подошел к двери и заглянул в глазок, для верности. Что удивительно, в пределах видимости он не обнаружил ничего, кроме противоположной стены. Но будь Райден не Райденом, если бы не любопытство первооткрывателя, потому дверь он решил все же открыть с наиглупейшим вопросом «Кто здесь?». «Здесь» не оказалось ничего, кроме огромной коробочки, перевернутой вверх ногами и подозрительно шуршащей. Первой мыслью было, что кто-то решил подшутить и подбросить ему котенка или щенка, для верности накрыв его сверху, чтобы не сбежал. Потому сердобольный Райден, без задней мысли, тут же схватился за коробку и поднял ее, дабы высвободить бедное животное. Каково же было его удивление, когда «животное» тут же припало к его ногам и повалило обратно в коридор квартиры. Коробочка, скрывающая таинственного незнакомца, мистическим образом испарилась, как только явила перед собой «киндер-сюрприз».       Райден, расслабленный после миссии, не ожидал внезапной диверсии, не успел толком ни сгруппироваться, ни защититься, и был наглым образом обездвижен навалившимся на него телом, источающим мощнейший перегар. Смутное узнавание перекошенных глаз внушало уверенность, что тело все же не собирается ему за что-то мстить, а приползло с дружеским визитом, но хватка на заведенных за голову руках заставляла в этом сомневаться.       — Джек… — прохрипело «тело».       — Я Райден, — по привычке обиженно огрызнулся парень, которому, несмотря на незавидное положение, все же было неприятно вспоминать собственное настоящее имя. А потом он пригляделся к диверсанту и пораженно распахнул глаза. — Снейк?!       — С утра был, — уверенно ответил вышеобозначенный, посылая в лицо новую порцию перегара и заставляя Райдена поморщиться.       — Какого дьявола ты тут забыл?! Почему ты вообще еще живой? И слезь с меня! — праведно возмущался оккупированный со всех сторон парень, запоздало пытаясь выпутаться из внезапного плена, изворачиваясь при этом со всей гибкостью. Голова Снейка, тем временем, звенела соборным колоколом от огромного количества низких частот, издаваемых Джеком. Справедливо рассудив, что отпускать даже одну руку для затыкания источника головной боли было бы неэффективно, так как натренированный боец тут же высвободится, Солид решил действовать нестандартно, дабы не только выполнить поставленную задачу, но и дезориентировать противника внезапностью атаки. Посему он просто заткнул ему рот своим.       Последнее, о чем он думал — это о поцелуе, но не прекращающееся извиваться под ним и верещавшее уже в заткнутом состоянии тело своей неоднозначной реакцией пробудило в нем доселе почти дремавшие инстинкты размножения. В разрывающейся от алкоголя голове вспыхивали недавние воспоминания, из-за коих он, собственно, частично сюда и приполз. Джекорайден определенно если и был мужчиной, то только физиологически, а значит все остальное не имело значения. Придя к такому выводу, довольный Снейк углубил поцелуй.       Райден был в ужасе. В неописуемом, нечеловеческом ужасе, который испытывает человек, неспособный предпринять ничего в свою защиту, так как ему перекрыли все возможные пути как к отступлению, так и к нападению. Если раньше еще оставался призрачный шанс договориться, то теперь он был практически безвозвратно закупорен (практически в прямом смысле) этим неумелым (ладно, будем честны, некоторые навыки присутствовали), грубым (местами даже брутальным), нахальным (и не то что бы это было не обаятельно в то же время) и совершенно отвратительным навалившимся волосатым боровом! Ладно, он признает, последнее было излишне, к тому же степень его волосатости вполне допустима для особи мужского пола, и, в отличие от того же Райдена, его нельзя было спутать с женщиной. Возможно, самую капельку, это его удручало. В смысле, не то, что Снейка нельзя было спутать с женщиной, а то, что Райдена — можно…       И в тот момент, когда парень был уже почти не против, а голосовые связки просто устали вибрировать, помощь пришла, откуда не ждали. Створки форточки со всей силы хлопнули от сквозняка из все еще открытой нараспашку двери, отчего Снейк рефлекторно поднял на звук голову, с громким чмоком отсасываясь от атакованного им рта. Вновь опустив взгляд на лежащего под ним Райдена, он буквально застыл. Высвобожденные с боем ноги широко расставлены по обе стороны от его бедер, грудная клетка после нехватки воздуха будто взбунтовалась, пытаясь наверстать упущенное, и работала с удвоенной силой, а из горла так по инерции и вылетали какие-то звуки, уже не распознающиеся слухом. Картину маслом разрушил очнувшийся Райден, высвободивший из ослабившегося захвата обе руки и единым ударом звезданувший Снейка по подбородку. Отлететь тот не отлетел, но степени трезвости это ему придало.       — Ты чего делаешь, ирод?! — возмутился он, потирая ушибленное место. Райден тем временем поспешно отползал подальше, вспоминая, где в квартире все колюще-режущие предметы.       — Это я должен спрашивать, урод! Какого черта ты тут устроил? — все больше распаляясь, орал на него вернувшимся голосом хозяин квартиры.       — А вот тут попрошу! — Солид поднялся и по-свойски закрыл сквозившую дверь на замок, перекрывая один из путей отступления. — Уродом не числился, у дам популярность имел, да и просто имел.       Райден пошел красными пятнами, уперевшись спиной в стену почти ставшей родной квартиры. Похоже, придется и ее взрывать и сбегать в окно. Останавливало отсутствие за окном вертолета. Его до боли не хватало.       — Раз имел, какой черт в тебя вселился, что ты ко мне полез? — не обращая внимание на истерические нотки в голосе, продолжал тянуть время на обдумывание плана отступления Райден.       — Не черт, — задумчиво протянул Снейк, догадываясь о планах парня, но не до конца выветрившийся из мозга алкоголь отчаянно тянул на приключения, таящиеся в заднице одного истерично настроенного блондинчика. — А фея. Зеленая. Из ирландского паба.       Глаза Райдена приняли исконно-японский анимешный размер, но жить неистово хотелось, а путей к отступлению было около четырех — по одному на каждое окно. — А можно… с ней договориться? — на последней ноте отчаяния проскулил не желающий смиряться парень.       — С кем? — нахмурил брови Снейк. «Ей» в его понятии могла быть только его женушка, а мысль про свои пространные рассуждения о сказочных персонажах вылетела из его головы вместе с неуверенными рассуждениями вслух о ней.       — С феей… — почти мученически простонал Райден, вставая на ноги по стеночке, так удачно оказавшейся за спиной. Солид так и не понял, с какой феей. Зато понял, что достиг предела абсурдности ситуации, и чтобы переполненная чаша опрокинулась, окуная их в недра очередного безумия, сократил между ним и Джеком расстояние. Пока тот не опомнился (хотя все время оставался настороже и уже почти смирился со своей участью), Снейк прижал его к стене, так же, как пару минут назад прижимал к полу, и снова приник к его губам, на этот раз с конкретной целью — поцелуем и уже побочной задачей — заткнуть. Во всяком случае, природная упрямость работала рефлекторно, и отталкивал на этот раз уже свободными руками он как-то неохотно. Стоило признать, даже при том количестве перегара, источаемом его внезапным гостем, целовался он на порядок более страстно, чем Розмари. Которая, ах да, вообще-то его жена, но никогда не прижмет его к стене и так офигенно не засосет. Что ж тут поделать?       На задворках сознания мелькала мысль о том, что ребенок у него уже почти есть, так что о продолжении рода можно больше не беспокоиться, поэтому он с чистой совестью продолжал вдыхать алкогольные пары и пьянеть вместе с ними. Солид чувствовал его расслабленность и уже смелее раздвинул коленом его ноги. Собственный стояк, появившийся еще во время катания по полу, теперь упирался в неуверенно поднимающееся достоинство Райдена. С неуверенностью нужно было что-то делать, поэтому с очередным громким чмоком оторвавшись от покрасневших губ парня, Снейк, потеряв в последний момент равновесие, буквально упал перед ним на колени, стаскивая штаны. — А ну стоять! — в его плечи уперлись руки Райдена.       — Ну что еще? — Снейку казалось, что все уже всё выяснили!       — А то! Во-первых, сомневаюсь, что ты когда-либо делал минеты, во-вторых…       Снейк очень хотел возразить, безумно! Не то что бы он действительно умел делать минеты, вообще ни разу, но теорию-то он знал, да и сам мужчина, так что разберется…       — И не спорь! — продолжал надрываться охрипшим голосом Райден. — Во-вторых, ты пьян и откусишь еще чего ненароком!       Снейк совсем уже надулся от такой несправедливости.        — И в-третьих! — Райден понизил голос, будто стесняясь. — У тебя щетина, а у меня кожа чувствительная.       Солид сел на задницу и вперил взгляд на полуспущенные штаны, за которыми скрывались среднестатистические семейники, натянувшиеся на месте нехилого такого стояка. И все же Джек, не Джек, но он — баба. — Кровать где? — обреченно спросил Снейк, поднимаясь на ноги. Райден рядом с ним, раскрасневшийся и растрепанный, да еще и со спущенными штанами, выглядел совсем мальчишкой.       — Туда, — указал на нужную дверь парень, подтягивая мешающуюся часть одежды. А потом, что-то для себя решив, спустил обратно и откинул за спину Снейка.       — Пошли, — взяв Райдена за руку, повел тот. Кровать была не траходромом, он был нетрезв, пацан тоже явно был не в себе, штанов на нем не было, сил терпеть — тоже. Куча «не», к которым единогласно решили прибавить еще одно — не останавливаться на достигнутом. Кончить теперь хотелось обоим.       — Это все ты виноват, — обиженно поведал Райден, снимая с себя домашнюю футболку и схватившись за резинку трусов, не решаясь их стянуть.       — Да кто ж спорит? — легко согласился Снейк, неловко скидывая ботинки и расправляясь с остальной одеждой. На кровати оказались неожиданно, зато в той же позе, в которой поприветствовали друг друга. Долго всматривались друг другу в глаза, пока Солид не решился таки возобновить традицию на поцелуи. Получалось у них, как он заметил, крышесносно. Райден продолжал что-то мычать. Быть может, по привычке, а может и правда было о чем. В голове мутилось от близкого контакта кожи к коже, от трения возбужденных членов, уже не скрытых тканью (вырванных почти с боем трусов Райдена), и от все еще гулявшего в голове алкоголя. Но было хорошо, и останавливаться не хотелось. Зато хотелось, чтобы продолжало быть хорошо.       — Без проникновения? — как-то обреченно поинтересовался Снейк, уже прекрасно зная ответ.       — Без проникновения, — подтвердил его опасения Райден, сдавливая его бока коленями. Солид горестно вздохнул, но заерзавшее под ним тело придало ему уверенности, и он обхватил оба их члена ладонями. Райден же вздыхал не горестно, но все не мог перестать думать, как же оказался в такой нелепой ситуации — под мужчиной, без штанов да еще и со стоящим колом членом. Мысли, однако, из головы быстро выветрились от энергичных движений шершавой ладони по гладкой и чувствительной коже. Казалось бы, привычные движения, привычные ощущения, но…       — О-ох… — прогнувшись на кровати, застонал Райден, шире разводя ноги. На его беду, Солид закрыл глаза и припал к гладкой коже груди мучимого им парня.       — Джек… — выдохнул он, приникая губами к возбужденному соску.       — Рай… ден… — соскребя с души остатки обиды, возмутился тот. — Меня… зовут Райден…       Солид поднял на него взгляд и в очередной раз остолбенел. Нельзя, противопоказано минздравом быть таким красивым, а то руки в кровь о член сотрешь. Подумав так, Снейк облизнул средний палец.       — Эй! — буквально заорал Райден, не подпрыгивая на постели только потому, что был остановлен исчезнувшей с их членов рукой. О проникновении они точно не договаривались, и он думал, что они это обсудили, но, видимо, кто-то из них что-то неправильно понял. Однако возмутиться ему снова не дали старым проверенным способом. Но, надо сказать, поцелуй не утратил своего жара, хотя несанкционированное нахождение инородного предмета в точке, чья функция имела прямо противоположное значение удручало, вплоть до того момента, как исследовательская работа внутри пришла к своему логическому завершению, и он снова подпрыгнул, только на этот раз по другой причине.       Солид улыбнулся в поцелуй и добавил второй палец. Райден под ним извивался, но больше не высказывал неодобрения. Впрочем, подпрыгивать тоже не спешил, что, несомненно, огорчало, но не являлось преградой к дальнейшим действиям. Поэтому третий палец не заставил себя ждать. В этот момент жажда крови отчетливо читалась в распахнувшихся глазах Райдена — будучи в состоянии только царапать спину, он исключительно этим и занимался, от несправедливости все громче мыча в непрекращающийся ни на миг поцелуй. Было больно, возбуждение держалось из чистого упрямства, а желание откусить чертов язык, уже почти пустивший у него во рту корни, было почти непреодолимое. Гребаный упрямый Солид чертов Снейк с его либидо!       Поцелуй с уже традиционным звуком прекратился, как и тянущая боль в заднице, заставив напрячься. Снейк смотрел в глаза преданно и виновато, но отступать был явно не намерен, даже несмотря на злой взгляд напротив. С другой стороны, рассуждал Снейк, если бы Райден и правда был категорически против, то сопротивлялся бы сильнее. Наверное. И вошел, без предупреждения, почти насухую, не успев заглушить ни ртом, ни рукой обещавший муки Ада крик Райдена, смешанный с ругательствами на трех языках, один из которых он слышал только мельком от страшной русской бабы.       — Тише-тише, прости, — толкаясь глубже в сжавшийся и явно плохо подготовленный анус, шептал Солид на ухо продолжавшему стенать Райдену. Тот то соглашался, что потерпит, то обещал оторвать яйца, то снова почти расслаблялся, то снова орал благим матом, но с каждым толчком втягивался в процесс и сжимал подушку все крепче. Снейк вбивался все глубже и быстрее, а когда Райден, неожиданно для их обоих, подхватил ритм, Снейк с новой силой ухватился теперь уже только за член парня и с утроенным рвением принялся надрачивать, даже не делая вид, что старается попасть в такт толчкам. Правда, наливающийся новой силой орган в его руке подсказывал, что все он делает правильно.       Райден был прекрасен. Да, не женщина, но что поделать, зато извивается, кричит и выглядит совершенно по-блядски, продолжая при этом милейшим образом краснеть. Горячая теснота сносила и без того съехавшую крышу, и потерявшийся во времени и пространстве Снейк, продолжая остервенело двигаться в уже расслабленной, но тугой заднице, кончил прямо внутрь, не заботясь о том, что через десять минут, когда Райден придет в себя после своего оргазма, то захочет вставить ему кулак в задницу.

***

      Снейк сидел под распахнутым окном в одной простыне и курил неизвестно откуда взявшиеся сигареты. Райден, оскорбленный в лучших чувствах, сгорбился на кровати, подтянув ноги к груди.        — Я клянусь, что засуну тебе в задницу кулак, — уже как-то слабо бурчал парень. За окном смеркалось.       — Ага, — согласно протянул Солид, затягиваясь последний раз и бросая окурок на улицу. Пора было убираться восвояси. — Ладно, я…       Проникновенную прощальную речь прервал скрежет дверной ручки, а потом и недовольный стук в дверь. Глаза Райдена снова стали анимешными, что не помогло одеревеневшим ягодичным мышцам ожить вот ни на сколько. Но открыть любимой и единственной нужно было, даже если у тебя в спальне любовник. Кстати, где он? Собрав всю силу дури, Райден сполз с постели, поморщившись от неприятной влажности между ног. Снейк нашелся в прихожей, зашнуровывающий ботинки.       — И куда ты собрался прятаться, урод? — вяло огрызаясь, поинтересовался скорее дежурно, чем из любопытства парень.       — Мы, кажется, обсудили мою внешность достаточно, что бы не… — в дверь снова настойчиво постучали.       — Оденься, а то мало ли, простудишься, — заботливо посоветовал Солид, не закончив предыдущей мысли. Райден цыкнул, нехотя возвращаясь в комнату за семейниками и с болью натягивая их.       — Ну и? — в дверь стучали уже злобно и размеренно.       — Открывай, все нормально, она меня даже не заметит, — беспечно отозвался полностью одетый и, казалось бы, помолодевший Снейк.       — Ага, конечно, — пробубнил под нос Райден, но покорно, хоть и прихрамывая, поперся к двери. В глазке отразилось недовольное личико женушки. Ну что, в бой… Он опасливо открыл дверь, поспешно отходя с пути влетевшей в квартиру валькирией девушки.       — Почему так долго? — нахмурив аккуратненькие бровки, возмутилась Розмари, не спеша вопрошать о неизвестных полупьяных идиотах в их квартире.       — Я… — потерялся Райден, бестолково оглядываясь и натыкаясь взглядом на коробочку на том месте, где до этого сидел Снейк.       — Я спал, — выпалил он первое, что пришло в голову. Впрочем, не так уж и далеко это было от истины.       — Ясно… — еще сильнее нахмурившись, Розмари подошла поближе, чувствуя жуткий запах так и не выветрившегося перегара. — Понятно…       Коробочка пошевелилась и поползла к выходу, но ее, к счастью или к сожалению, заметил только Райден.