The Penthouse

Прямо с утра я точно решил: если сегодня Таканори мне не даст, я ворвусь в его номер и без его согласия оттрахаю его. Да ещё как оттрахаю, буду делать это, пока у меня у самого член не заболит, как бы жестоко по отношению к Матсумото это ни было бы. Я так хочу его, чёрт! Вчера, когда я опять же одиноко дрочил в своём кабинете, я думал только о Таканори. Думал о том, как он будет сегодня стонать подо мной, сексуально выгибаясь и специально сближая наши тела, подставляя свой аппетитный зад, чтобы получить ещё большее удовольствие. Так что сейчас все мои мысли были заняты им... Матсумото Таканори. И как назло этот день вышел тяжёлым. Сплошные жалобы, но ни одной от того, от кого мне как раз таки хотелось их услышать. А что за жалобы? Проще некуда, но и надоедливей некуда! Не работает кондиционер, зеркало потрескалось (видите ли, это плохая примета). Похоже, люди просто пользуются тем, что, находясь в отеле Кристалл, у них есть возможность издеваться над управляющим и выпрашивать деньги за сущие пустяки. У нас живут такие жмоты и педанты. Ну... Матсумото я, конечно, не считаю. Он особенный случай. Я бы сказал - исключение. Ещё меня поспешили "обрадовать" дипломаты, недавно поселившиеся в отеле. Они решили забронировать зал на 64 этаже как место для собрания на сегодня. Мне пришлось мило им улыбаться и соглашаться, конечно же за отдельную плату за то, что они вдвойне треплют мне нервы сегодня. Нет, я, конечно, рад, что отель становится популярнее и всё более обеспеченные люди приезжают сюда для разных целей: отдохнуть, завести новые знакомства, просто пожить здесь или, быть может, заключить деловые контракты. Когда-то мы с отцом мечтали об этом, а достигнув этой мечты, я понимаю, что теперь мне стало только тяжелее. Я сильно устал за весь день и, когда уже с облегчением вздохнул и посмотрел на часы, времени было пол девятого. Какое хорошее время, чтобы подняться наверх и оттрахать Матсумото... Сегодня он от меня не скроется! Как-то слишком довольно ухмыльнувшись, я потёр ладони и вышел из своего кабинета, направляясь в пентхаус. Какое это, однако, теперь приятное слово - пентхаус. Самый красивый и шикарный номер в отеле, просто произведение искусства, а ещё жилище знаменитого певца. Чёрт, только сейчас подумал. Я сплю с Руки, с тем, о ком мечтают тысячи людей, а может и десятки тысяч (или миллионы)! Да если так подумать, то я просто счастливчик, ведь Матсумото такая выскочка, не думаю, что у него есть отношения с кем-то помимо меня. И это хорошо... Не хочется его делить. Стоп! С каких это пор меня это волнует!? Всё, Сузуки, успокойся, не думай как ревнивая девушка. - Мы просто любовники, - сказал я сам себе, уже выходя из лифта и проходясь вперёд по коридору. Я медленно подошёл к двери и, воспользовавшись специальной карточкой, проник внутрь. Опять же - как хорошо, что я управляющий! Нет ни одной двери в этом отеле, за которую я не смогу пройти! - Между прочим, заходить в чужой номер без стука - это плохой тон, управляющий Сузуки Акира-сан, - я резко открыл глаза, вырывая себя из мыслей о своём всемогуществе. Об этом я успею подумать и позже, а сейчас я рассмотрю Матсумото... Чёрные обтягивающие джинсы, белая футболка с огромным принтом почти на всю грудь, на лице довольная ухмылочка, а взгляд холодных голубых глаз опять же просто испепеляет меня. Дьяволёнок. Дьяволёнок, который сегодня будет лежать подо мной и довольно стонать от того, что ему нравится мой член. О дааа! - Между прочим, это плохой тон - не выполнять свои обещания, певец Матсумото Таканори-кун, - отвечаю я в тон ему, замечая, как лицо Таканори на секунду даже немного вытянулось. Да, привыкай, я умею отвечать на твои слова. - Ладно тебе, не дуйся, - смеётся певец, подпирая бок рукой и хитро рассматривая меня снизу вверх. - Сегодня я тебе дам, - он произнёс это с придыханием, специально облизывая губы, а потом на несколько шагов отступая назад, маня меня пальчиком за собой. - Таканори, ты сейчас доиграешься, - предупредил я, срываясь с места и оказываясь впритык к нему. А ему хоть бы хны! Смотрит на меня всё так же довольно, улыбается и будто бы ждёт чего-то от меня. Собственнически обнимаю того за талию, прижимая к себе, а Руки опять облизывает губы, зазывно смотря на меня. Чёрт, мне кажется, или я возбуждаюсь от того, что вижу Таку таким пошлым спустя два дня, проведённых наедине со своей правой рукой? Нет, не кажется, чувствую, как моя плоть упирается в ткань строгих брюк. Ну что этот дьявол со мной делает? Таканори закидывает свои руки мне на шею, обнимает, а потом встаёт на носочки и целует. Не в губы, в щёку, но ощущения такие, будто бы точно в губы. Не сдерживаюсь. С рыком срываюсь, прижимая его к ближайшей стене и затыкая его рот поцелуем. Мои руки уже шарят под его футболкой, поглаживая поясницу, а язык тут же врывается в этот сладкий ротик. Как же я хочу его сейчас! Хочу повалить на кровать и сделать его полностью своим на эту ночь. - В спальне будет удобнее, - улыбается Таканори, отрываясь от моих губ и хитро заглядывая в глаза. Я чувствую, что сейчас готов пойти на всё, что скажет мне этот низкорослый певец, лишь бы достигнуть желаемого: секса. - Угу, - хватаю его за руку и тащу по направлению к спальне. Забываясь, наверное слишком сжимаю его запястье, но сейчас мне абсолютно всё равно. - Ай-ай, полегче, синяки будут, - пошло хихикает Така сзади, а, когда я останавливаюсь посередине спальни, прижимается ко мне сзади, скользя ладошками по моей груди, а губами по вмиг напрягшейся шее. Дьявол... Но как возбуждают его прикосновения, этот вкрадчивый голос: - Сузуки-сан, вы такой напряжённый... Вам бы не помешал расслабляющий массаж, - оставляет мне засос на шее, в то время как его руки скользят ниже к пряжке моего ремня и уже поглаживают плоть сквозь ткань брюк. Чуть ли не рычу от возбуждения, но не дёргаюсь, позволяю Таканори действовать дальше. Это он мне такой массаж предлагает? Извращенец. Редкостный. - Я бы не отказался, но трахнуть тебя как-то хочется больше, - довольно выдохнул я, снова чувствуя ласкающие прикосновения к шее и груди. Таканори тихо хихикает сзади, а потом чуть подталкивает меня к кровати, говоря короткое: - Сядь. После того, как я выполняю его условия, он садится мне на колени и довольно ухмыляется, ёрзая на моей плоти. Ах, как же сладко! Запрокидываю голову, облизывая свои губы и кидая жаркий взгляд на певца. - Я ведь обещал, что смогу убедить тебя в том, что я для тебя лучший партнёр. Помнишь? - ждёт моего медленного кивка, осторожно поглаживает мою шею, специально немного царапая кожу. - Так вот. Сейчас тебе будет незабываемо хорошо, малыш, - его проворные пальчики расстёгивают пуговицы на моём пиджаке, пытаясь как можно быстрее снять с меня ненужную одежду. Хотя я и сам не против. Я так долго этого ждал, а теперь... Чёрт! Он только что назвал меня "малыш"? - Малышом я буду тогда, когда буду лежать под тобой, чего не будет, - довольно ухмыляюсь я, но тут же выстанываю, когда Таканори целует мою шею, оставляя на ней яркие засосы. - Така... - обнимаю того собственнически за талию, наслаждаясь мимолётными прикосновениями к моей коже через одежду. Даже от этого я завожусь. Хотя что тут скрывать? Я завожусь просто от вида Таканори! - Хорошо-хорошо, - хихикнул Матсумото, стягивая с меня пиджак и принимаясь за мою рубашку. Он такой ловкий и быстрый. Хороший мальчик. Хочется погладить его по голове, а потом сжать волосы в кулаке, грубо целуя в губы. Да, сегодня мне хочется как и в прошлый раз - сильно, грубо, резко, страстно и просто незабываемо, чтобы мне уж точно надолго хватило. В какой-то момент понимаю, что мне надоедает самому сидеть не двигаясь, именно поэтому руками, что я до этого просто поглаживали поясницу сегодняшнего любовника, я решил опуститься чуть ниже и накрыть упругие ягодицы, больно сжав их. Таканори стонет, откидывая голову назад и блаженно улыбаясь. Похоже не я один ждал сегодняшнего вечера, теперь чувствую себя нужным. А это приятное чувство, ммм... - Ох чёрт, - стонет Матсумото, полностью расстёгивая мою рубашку и снимая её с меня, а потом резко толкает меня в грудь, вынуждая просто упасть спиной на одеяла. Вот же, я и не ожидал, что Руки сделает что-то подобное. А он восседает довольный у меня на бёдрах и щурится, как будто бы издеваясь. Дьявол! - Что ты заду... - не успею я спросить, как Таканори оказывается на слишком близком расстоянии от моего лица, а потом певец и вовсе целует меня в губы, ладонями исследуя мой обнажённый торс. Похоже, сегодня Матсумото уже сам решил, кто кого будет ласкать. Значит, я получу вдвойне удовольствия, что ж, я не против! Таканори не останавливается на моих губах. Его губы быстро переместились к моей шее, оставляя на ней засосы и укусы, а потом ещё ниже, к груди и к животу. Мне казалось, певец нарочно издевался надо мной, делая всё чертовски медленно. Его губы просто волшебные, мне никогда ещё не было так хорошо от того, что кто-то ласкал моё тело или целовал. Таканори, похоже, знает, за какие ниточки подёргать, чтобы мне окончательно башку снесло. Вот же... Хитрец! Матсумото выводил ведомые только ему узоры на моём подтянутом животе, целовал его, нарочно лизал кожу рядом с линией брюк. Хочу раздеться, чёрт, как же хочу! А Таканори опять будто бы читает мои мысли. Его ловкие пальцы быстро разбираются с пряжкой ремня, а потом и вовсе стягивают с меня лишний предмет гардероба. Взгляд Таканори, когда тот провёл ладонью по моей плоти сквозь ткань нижнего белья, стал таким довольным, будто бы он и не знал, что его прикосновения могут вызвать подобный эффект. Но это глупо. Он обязан был бы знать это, он ведь постоянно пользуется тем, что я завожусь от его даже мимолётных прикосновений. - Ты тут такой большой, - довольно протягивает Матсумото, просовывая руку мне под боксеры и чуть сжимая мой член. Издевается. Чуть ли не рычу, морщась от наслаждения. Мне надоели эти игры, но, как ни стараюсь, не могу сейчас подняться, чтобы взять контроль над ситуацией. Таканори сидит на моих бёдрах, его рука сжимает мою плоть. Я бы мог просто скинуть его с себя и потом уже полностью овладеть им, но меня не особо радует тот факт, что рука Матсумото находится у меня в штанах. Точнее нет, этот факт мне слишком нравится, чтобы отказываться от порции удовольствия от таких умелых пальцев, а может быть и рта... Чёрт, опять я размечтался. Не замечаю, как Таканори сам начинает раздеваться. Быстро, впопыхах стягивает с себя футболку, а потом пытается разобраться с какой-то замудрённой брендовской пряжкой ремня, что у него не особо выходит, но в конце концов ремень летит в сторону, а узкие джинсы не без старания снимаются. - Ты заснул? - хихикнул Таканори. - Я думал, ты будешь яро протестовать, что я оставил твой ствол без внимания, - облизывается Матсумото и внезапно... слезает с моих колен. Вот теперь-то я успеваю быстро сообразить и встать, отмечая, что Така уж очень похож на хитрую крысу, бегущую с тонущего корабля. Сажусь на кровати и притягиваю певца к себе за талию, вжимая того аппетитной пятой точкой в свой пах и параллельно целуя его за ухом. Мне нравится это делать... У Матсумото волосы мягкие, приятные, а за ухом кожа невероятно нежная, нетронутая, я бы сказал. - Куда? - жарко шепчу на ушко. - Вот, - Таканори смеётся, и уже через секунду я вижу перед своим лицом какую-то баночку. - Не рви меня сегодня, - он полуоборачивается и хитро улыбается, опять же нарочно облизывая соблазнительные губки. Перехватываю из его рук баночку со смазкой, с которой знаком уже давно. Пару лет назад я решил попробовать со своей партнёршей на ночь анальный секс, и она предложила мне использовать смазку, чтобы не порвать ей такое нежное место. Точно, наверное Таканори было больно тогда, пару дней назад, когда я драл его почти что насухую, слабо растянув. Чёрт... - Акира, - слышу я. Таканори так и не оборачивается, остаётся сидеть так же, как я его и оставил, немного ёрзает, чтобы ещё сильнее завести меня. - Позу выбираю сегодня я, хорошо? - прямо чувствую, как тот улыбается. - Угум. Сделай мне хорошо, детка, - целую Матсумото в шею, поглаживаю грудь, специально сжимая пальцами один сосок, заставляя Таку рвано выдохнуть. Какой он всё-таки громкий! Казалось бы я только немного коснулся его, а он уже почти стонет... Что же будет, когда я буду иметь его? Как он будет стонать, а может и кричать тогда? - Если продолжишь меня так называть... - жду приговора. - Сделаю в два раза лучше! Резко певец разворачивается и впивается в мои губы. Ох, с каким же удовольствием я отвечаю ему на поцелуй. Кусаю его пухлые губки, врываюсь в рот языком, буквально трахая его. Как же хочу... Беру Таканори за плечи и укладываю того на кровать. Возбудить меня он возбудил, но я буду чувствовать себя в долгу, если не сделаю этого в ответ, поэтому принимаюсь целовать его. Шею, грудь, плечи, живот, а потом лицо. Я специально дразню Таку, целуя в тех местах, где его больше всего это заводит, а потом отстраняюсь. Ничего, мне можно. Ведь сам певец часто делает что-либо подобное со мной. Пусть поймёт это и на своей шкуре. - Детка, - довольно выдыхаю. - Мне нравится. Ты такой пошлый! Резко снимаю с Таки нижнее белью и развожу его ноги в стороны. Спешу отправить свои боксеры на пол так же, как и остальные вещи, и просто падаю на Матсумото, вжимаясь своим пахом в его. Внезапно в голову приходит идея, и я, сначала довольно улыбнувшись, толкаюсь бёдрами к Таканори. Тот внезапно громко выстанывает, обнимая меня за шею. Хе, ему понравилось... А что если? Продолжаю двигать бёдрами, так имитируя половой акт. А Матсумото стонет, ещё как стонет! Своими острыми ноготками он царапает мою шею и плечи, бёдрами подаётся ко мне. Чёрт, как же мне это нравится, и как это возбуждает! Уже не терпится оказаться внутри такого горячего жаждущего тела. - Чёрт, да хватит! Ааах, - стонет Таканори, пытаясь остановить меня за плечи. Да, наверное я заигрался. Раз даже такому игривому человеку, как Таканори, надоели эти игры. - Сейчас, сейчас, - ухмыляюсь, с удовольствием отмечая, как Матсумото закатывает глаза от наслаждения. Беру в руку смазку, которую бросил недалеко от себя, выдавливаю эту противную жидкость себе на пальцы, морщусь. - Лицо попроще, - хмыкает Таканори. А мордаха-то у него какая довольная! Специально, Матсумото назло, хитро улыбаюсь и раздвигаю его ноги, сразу же проникая пальцами в судорожно сжавшееся тело. - Эй! - певец зажмуривает глаза и пытается расслабится, в то время как я ввожу и вывожу пальцы из его тела, наслаждаясь тем, какой он горячий и узкий внутри. Хочу как можно скорее почувствовать себя внутри него, поэтому двигаю пальцами резче, растягивая стенки прохода и наслаждаясь тем, как дрожит подо мной его хрупкое тело. Ммм... - Ааах,- стонет опять Таканори, когда я резко двигаю пальцами ещё глубже, чем обычно. Нужно проверить... Вновь двигаю пальцами так, сильно нажимая на стенки прохода. Матсумото закидывает голову назад и громко выстанывает моё имя. Значит, я нашёл волшебное местечко, от прикосновения к которым Таканори испытывает невероятное наслаждение. Хорошо. Чувствую, как мою ладонь сжимает рука певца, и он впивается мне ноготками в кожу, вынуждая меня неохотно убрать руку, покидая такое горячее тело, и уставиться на Матсумото, ожидая от него чего угодно. Таканори слегка улыбнулся мне. Его ладонь скользнула по щеке так нежно, лицо расплылось в приятной улыбке, а потом он потянул меня за шею к себе, шепча на ушко: - Сядь. Одно слово, а я, как будто загипнотизированный, приподнимаюсь с его тела и усаживаюсь на кровати. Доверюсь Таканори, он знает, как сделать мне и себе хорошо, чего я не могу с уверенностью сказать о себе. Если мне будет просто приятно находиться в теле Матсумото, то ему от этого может быть невероятно больно... Певец чуть подталкивает меня, вынуждая выпрямить ноги, а сам садится мне на бёдра, одновременно упираясь коленями в матрас кровати. - Хочешь сидя? - только я успел произнести эту фразу, как громко застонал. Таканори дотронулся до моей плоти пальцами, сжимая мой член и смазывая его. Чёёёрт! Я чуть ли не рычал, толкаясь в его ладонь. Не могу больше медлить, хочу как можно скорее почувствовать его тело. - Да, - Така приподнимается на коленях и направляет мой член в себя, всё это время неотрывно смотря мне в глаза. Я не видел в его взгляде ни капли сомнения или сожаления о происходящем, только невероятное желание и какую-то непонятную мне хитрую искорку азарта. Мой член упёрся в колечко мышц, я положил одну руку Таканори на талию, придерживая его, посчитав, что певец слишком быстро опускается. Мне не хотелось делать ему больно после того, насколько приятно он сделал мне. Да даже сейчас... Я с ума схожу от возбуждения и желания. Вторую руку кладу Таканори на шею, приближаю его к себе и впиваюсь в его губы поцелуем, во время которого позволяю Матсумото медленно, плавно опуститься на мою плоть. О, Ками-сама. Горячо! Сладко! Приятно! И так глубоко! Таканори опустился до конца. Я видел, как он зажмуривает глаза, как немного подрагивает скорее всего от боли. Наверное я слабо его растянул. - Така, - прохрипел я от возбуждения. Мне невероятно хотелось уже начать двигаться, но я не мог. Я не хотел делать Матсумото больно, наоборот, хотелось, чтобы ему было хорошо. - Очень больно? - Нет. Подожди... ещё несколько секунд, - говорил певец обрывисто, кусая свои прекрасные пухлые губки, в чём я поспешил ему помочь, отвлекая его от болезненных ощущений таким образом. Спустя несколько секунд я добился первого тихого стона мне в рот, а потом ещё одного и ещё одного. Таканори уже с охотой отвечал мне на поцелуй, полностью забывая о боли. Именно в этот момент я решил слабо двинуть бёдрами, скользя в теле Матсумото. Тот в ответ застонал, закатывая глаза. Значит, уже не столько больно, сколько хорошо... Я положил руки на талию Таканори и погладил его бархатистую кожу. Матсумото, похоже, сразу понял намёк, он приподнялся на коленях, заставляя мою плоть почти что выскользнуть из него, а потом плавно опустился, выдавая громкий стон, а потом снова и снова, всё увереннее и резче двигаясь на моей плоти. Таканори сводил меня с ума. Он будто бы специально сжимал мышцы внутри себя, специально так красиво стонал, заставляя меня чуть ли не плавиться от удовольствия. Я уже начинал рычать от того, насколько Така горячий и узкий внутри, и от того, как он быстро двигается на моей плоти. Крепче сжимаю руки на его талии, заставляя его двигаться ещё резче и быстрее, а он только с удовольствием кивает и выполняет такое моё желание. Его глаза прикрыты в наслаждении, губы выстанывают моё имя, в то время как я начинаю и сам подаваться бёдрами наверх, чтобы засадить Таканори глубже. Это слишком хорошо, чтобы удерживаться от соблазна попробовать ещё быстрее, ещё сильнее... - Акира, - Така дрожал, сильнее вцеплялся ногтями мне в шею, царапая меня. Мне было больно, но, чёрт, как же меня заводила эта страсть Матсумото, заводили его стоны, но мне было мало. Да, мне было невероятно хорошо от того, что я нахожусь в таком великолепном возбуждённом теле, да и от того, что это тело с удовольствием принимает меня до конца, причём двигается по собственному желанию. Мне было мало. Мне нужен был контроль над Таканори. Мне нужно смотреть в затуманенные глаза, самому решая, когда ускориться, а когда замедлиться, нужно чувствовать власть над таким партнёром, как Така... - Чёрт, - зарычал я в очередной раз, когда Таканори ещё резче опустился на мою плоть и откинул голову назад. Мне хотелось входить в него ещё быстрее, почти что в бешеном ритме трахать его, ведь Матсумото такой соблазнительный с этой откинутой назад головой и мутными от возбуждения глазами. - Така, - зарычал я, останавливая певца, крепко держа того за талию. Матсумото непонятливо посмотрел на меня, останавливаясь, и только открыл рот, как я приподнял его, схватив за талию, а потом вместе с ним рухнул на кровать, подминая его под себя. - Ты ведёшь себя как дикий зверь, - хрипло простонал Матсумото, когда я раздвинул его ноги и резко толкнулся в его тело. Да, так намного лучше... - И тебе это нравится, - довольно улыбнулся я, когда Таканори обхватил мою талию ногами, прижимаясь ко мне ещё сильнее. Его стон, подтверждающий мои слова, был подавлен моим поцелуем. Теперь, когда мы в этой позе, я чувствую себя невероятно бодрым и страстным, мне хочется доказать, что не один Таканори среди нас умелый любовник. Спешу заткнуть певцу рот глубоким страстным поцелуем, во время которого начинаю движения. Сначала медленно, плавно скользя внутри Таканори, позволяя ему снова привыкнуть заполненности внутри, а потом резче и глубже, быстрее, заставляя Матсумото почти что кричать, отрываясь от моих губ на несколько секунд. - Акира, чёрт, - Така опять обнимает меня за шею, целует в губы, подаваясь бёдрами ко мне. Он-то явно ловит кайф от происходящего. И мне это чертовски нравится. - Сильнее, - откидывает голову, подставляя её под тут же посыпавшийся на неё град поцелуев. Сильнее значит? Довольно ухмыляюсь и, как и просил Така, принимаюсь в прямом смысле этого слова трахать Таканори. Его стоны становятся громче, они просто ласкают мой слух, приближая меня к финалу. Чёрт, как же это хорошо! Признаю, Матсумото - нечто в постели! Я просто с ума схожу от того, что я именно с ним сейчас, от его голоса, тела, запаха его возбуждённого тела вперемешку с запахом парфюма. - Така, - двигаюсь всё так же резко и глубоко, заставляя Матсумото кричать моё имя, опускаю руку, сжимая его член, и принимаюсь водить по нему рукой. Стоны становятся ещё громче и протяжней. Таканори начинает ругаться, говорит всяческие пошлости, которые подталкивают меня к ослепительному финалу. - Сейчас, чёрт, я сейчас! На этот раз Таканори, похоже, не был против того, что я кончу в него, он только сильнее прижимался ко мне, толкаясь в мою ладонь. Вдруг я услышал громкий стон и почувствовал, как певец изливается мне в руку. В этот же момент он так сильно сжал меня внутри, что я закатил глаза от удовольствия, наслаждаясь ослепительным оргазмом через секунду после Таки. - Чёрт, - я просто падаю на Матсумото, успевая мазнуть его по губам. Выхожу из его тела лениво, с недовольным стоном и закрываю глаза, укладываясь рядом с Таканори. Полежу так пару минут и буду собираться. Не думаю, что певец будет в восторге от того, что я предложу ему остаться с ним и провести всю ночь в обьятьях друг друга. Хотя было бы хорошо... Очень хорошо. - Что ты... - не успеваю спросить я, когда Таканори внезапно берёт меня за руку и дёргает её на себя. В следующую секунду я чувствую юркий язычок Таки на моей ладони. Точно, он слизывает свою сперму. Какой же он всё-таки хороший мальчик. Только вот... Знал бы он, что меня это заводит, тем более ещё как заводит! Когда Така заканчивает с этим делом, притягиваю его за подбородок к себе и целую. Он с удовольствием приоткрывает губки, впуская мой язык в свой рот. Наверное, мы сейчас слишком вымотались после этого секса и нам слишком лень возражать друг другу. Но мне очень хотелось похвалить Таку и... - Спасибо, - прошептал я ему в губы, отстраняясь и уже было привставая, чтобы слезть с кровати, но Таканори не даёт мне этого сделать. Он хватает меня за руку и принуждает лечь рядом с собой, а потом хрипло шепчет мне спасибо в ответ, улыбаясь. Какой он красивый сейчас... Опять он такой настоящий и красивый! С этой обворожительной, такой милой улыбкой, блестящими от недавнего секса глазами и немного розоватыми щёчками. Такой хорошенький. - Останься со мной, - тихо шепчет он, пытаясь обнять меня. Значит, не меня одного мучает это желание... С удовольствием обнимаю Таканори, прижимая его ближе к себе и поглаживая его спинку. - Хорошо, - Матсумото прикрывает глаза, всё так же неизменно улыбаюсь, а я решаюсь спросить: - Така... откуда у тебя те шрамы? - осторожно глажу его по спине, как бы успокаивая и искренне надеясь, что я получу ответ на свой вопрос. - Спи, - прошептал он холодно, ещё сильнее прижавшись ко мне, а потом тихо выдохнул: - Меньше знаешь - крепче спишь. И хоть я прекрасно знал это выражение, сейчас оно ни капли не успокоило мой интерес, оно меня даже взбесило. Но вместо того, чтобы допытываться у Таканори ответа на этот вопрос, я лишь сильнее прижал певца к себе, с удовольствием вдыхая запах его волос. Всё потом...