Будущее в далеком прошлом

Наверное, странно слышать, как кто-то говорит о тебе, совершенно бесстыдно обсуждая твою дальнейшую участь, а точнее - смерть. Возможно, для многих так и есть, но если вам пришлось бы пройти через то, что перенесла эта милая девушка, то в вас бы уже не было места страху или ужасу, знайте вы, что вы не более чем знамя, за которым поведут народ. Вас убьют, а ваша смерть подстегнет людей пойти против "вселенского зла". Только некоторая отстраненность по отношению к будущему, где все уже определили вашу судьбу, не известив вас об этом. Хотя, может быть, и толика злости. Голоса постепенно становились громче, это говорило лишь о том, что им больше нечего скрывать от других, следовательно, стоит спрятаться. Человек, облаченный в темную мантию, стоявший весь разговор за портьерой, поспешил удалиться, чтобы не быть обнаруженным на месте преступления. Оказавшись в коридоре, темный силуэт метнулся к ближайшей арке и как раз вовремя: горгулья с недовольным шипением про бессонницу начала отъезжать, пропуская в коридор двух людей, которых не удалось рассмотреть до этого. Как и стоило ожидать, первым появился "величайший" и "мудрейший" в истории магии волшебник, директор Хогвартса - Альбус Дамблдор. На этот момент у человека, волей-неволей подслушавшего разговор, пропало всякое доверие к этому седовласому волшебнику, но увидеть того, кто шел за директором, стало большим шоком для него. Уизли. Артур Уизли. В голове невольно промелькнули картинки их первой встречи, поездки на фантастической летающей машине с его сыновьями, чемпионат мира по квиддичу... В памяти ярким воспоминаниями всплыла встреча с Орденом в доме этого самого Уизли. Она не могла поверить, что они все лгали... Не может этого быть! Наверное, Сириус и не знал, какая радужная перспектива открывается для его крестницы, когда участвовал во всем этом безумии, которое было нацелено на тайную работу под носом у Темного Лорда в то время, как он гоняется по всей Англии за Избранной. Получается, что она никому не нужна, как героиня, а все это просто отвлекающий маневр. — Артур, я надеюсь, ваш сын помнит, что ему стоит скорбеть по девушке после её смерти? А то что-то последнее время он слишком часто прокалывается, не думаете? — голос профессора, который Поттер, стоявшая в арке, считала успокаивающим и возвращающим надежду, за несколько минут стал каким-то обманчиво мягким, приторно сладким и отвратительно хитрым. Не желая выдавать своего присутствия, Поттер не осмеливалась выглянуть и посмотреть, что происходит между профессором и отцом ее друга. "Отцом бывшего друга", — напомнило противное подсознание. — Вот и чудесненько, — судя по всему, Уизли кивнул на последнюю реплику Дамблдора. — Возвращайтесь скорее. Внимательней смотрите за настроениями в Министерстве. Проблемы, если таковые возникнут, будут устранены. Удачи, Артур. Девушка вжалась в стену ещё сильнее, в кои-то веки благодаря всевышнего, что волосы ей достались от отца. Иссиня-черные, они идеально сливались с тёмной мантией в одну большую тень на стене, позволяя ей остаться незамеченной. К счастью, Уизли прошел мимо нее, не глядя по сторонами, видимо, он о чем-то увлеченно думал. Дождавшись, пока гулкие шаги волшебника не стихнут под сводами коридора, Поттер медленно выползла из своего убежища, не зная, стоит ли ей возвращаться в спальню, поскольку Гермиона выпытала бы у нее все до последней крупицы, а девушка была далеко не уверена, что Гермиона не входит в план Дамблдора, где Поттер в главной роли, роли несчастной героической жертвы. Слезинка прочертила тонкую мокрую полосу на острой скуле, скатываясь дальше, чтобы упасть на пол. Не каждому мужчине дано пережить то, что довелось пережить этой девушке, а про слабый пол можно и вообще промолчать. Она выглянула из арки и, убедившись, что никого нет, вышла из своего укрытия. Слезы безостановочно катились по щекам, а Поттер, казалось, этого не замечала. Она шла, опустив голову, пытаясь понять, как могла так глупо и наивно повестись на этот спектакль. Вспомнить причину. И, к сожалению, вспомнила. И не одну. Долгие годы, проведенные у "любимых" родственничков - Дурслей. Походы в школу в старой одежде Дадли, толстопузого кузена, а если повезет, в старых вещах тетушки. Издевки, насмешки, идиотские круглые очки, которые приходилось самой заклеивать скотчем, когда очередные нападки со стороны кузена и одноклассников заканчивались неудачно для ее лица и линз очков. И вдруг чудо: появился другой мир, мир магии и волшебства, где движущиеся фотографии — восхитительная реальность. Она влюбилась в эту реальность, но каждое лето она покидала ее. Каждое лето было тихим ужасом, который ей организовывали дорогие тетушка и дядюшка. Удачно организовали, ничего не скажешь. Сама бы не сбежала. Но все-таки... Полеты на машине, турнир волшебников, квиддич и встреча Сириуса — все было каким-то чудом для нее. Но сказка постепенно начала уходить, когда погиб Седрик, ее товарищ по турниру. Кошмары долгое время мучили ее тем летом, она просыпалась посреди ночи в холодном поту, вспоминая мертвые глаза Диггори, зеленый луч, ударивший ему в грудь, и отвратительное лицо Темного Лорда, белое, как снег. Весь следующий год был чередой ужаса, страха и насилия. При воспоминании о воспитательных мерах Амбридж шрам на руке начинало жечь с новой силой, а перед глазами появлялись розовые пятна. Будто снова эта отвратительная женщина стояла перед ней в своем наряде Барби. Смерть Сириуса ввела Поттер в отчаянье, из которого ее не могли вытащить друзья пол-лета. И вот снова... Реальность не позволяла ей жить хотя бы относительно спокойно, она наносила удары со всех сторон, в том числе и со спины. Дверь Выручай-комнаты возникла так неожиданно, что она оторвалась от своих мыслей, с удивлением обнаружив, что пришла на восьмой этаж, где сам Хогвартс открыл спасительные двери для гриффиндорки. В этот раз комната не была тренировочным залом, как на пятом курсе, это была уютная гостиная с темным длинноворсным ковром на потрескавшихся каменных плитах перед камином, в котором ровным огнем горели поленья. Брюнетка сделала несколько торопливых шагов, приближаясь к ковру, чтобы просто упасть на него. Прошел час, а может два, или только пять минут, как Поттер открыла ярко-зеленые глаза, в глубину которых пробралась шальная искра. А зачем рисковать жизнью ради кучки безумных борцов из Ордена Феникса? Рон дружил лишь из-за указа директора, да и остальные были под серьезным вопросом после того, что она услышала. А жизнь одна, и после всего, что пережила Поттер, она стала ее ценить и не хотела отдать ради этой кучки непонятных граждан. Стоило спасаться. Спасать собственную шкуру. Оказаться настолько далеко от этих проблем, чтобы чертово гриффиндорское благородство даже не смогло заикнуться о непорядочности этого поступка. Увидь Шляпа сейчас мисс Поттер, она бы не стала сомневаться, как шесть лет назад: она бы сразу отправила ее в Слизерин. Отвращение к Дамблдору и Уизли пересилило все принципы девушки. За то время, которое она провела в Выручай-комнате, она, пожалуй, поняла, почему Малфой и весь Слизерин на дух не переносили директора и нищеброда Уизли. Они видели в них куда больше, чем большинство, но разумно держали язык за зубами. Неизвестно, как долго Поттер провела в раздумьях насчет этой ситуации, но, вероятно, та дымка, что появилась в комнате, всего лишь почудилась девушке, которая заснула, вцепившись тонкими пальцами в ворс ковра.