После секса

Рогозина/Антонова Блондинка довольно вяло сползла с женщины и устроилась на своей половине кровати, вытирая ладонью капельки пота на лбу. В комнате, несмотря на открытое окно, было душно, казалось, что воздух совсем не поступает в маленькое помещение, служившее спальней. Полковник привычно потянулась, приподнялась на локте, наблюдая, как Антонова восстанавливает дыхание и закурила свою последнюю сигарету, на которую она могла рассчитывать сегодня. Сигарета с утра, в обед и после секса. Только так. Рогозина еще с института заметила способность этой миниатюрной блондинки хорошо манипулировать людьми, даже теми, кто старше ее по возрасту, званию и социальному статусу, но Галина никогда и подумать не могла, что станет жертвой этих способностей. Но в один прекрасный момент патологоанатом решила искоренить вредную привычку своей начальницы, а потом и структуры в целом. Поэтому несчастные лаборанты прячутся по углам, дабы выкурить очередную сигаретку, оперативники вдоволь насыщаются никотином на выездах, а главе службы не повезло, вот и приходится ограничиваться только тремя. - Валечка, ты в порядке? – тонкие пальцы скользнули по обнаженным плечам патологоанатома. - Все хорошо, - блондинка кивнула, закидывая ногу на женщину. - Может… - Галина Николаевна хищно улыбнулась, поглаживая Валентину по бедру. - Может, - лукаво стрельнула глазками хозяйка квартиры, запуская пальцы в каштановые волосы полковника. - Но на лишнюю сигарету не надейся. - Антонова, в конце концов... – начальница ФЭС не успела продолжить свою возмущенную тираду, ибо светловолосая бестия утащила ее под тонкий плед. Власова/Антонова Громкие стоны и скрип старого несчастного дивана с ярко-красной обивкой были слышны всем соседям на лестничной клетке. Большой рыжий кот, которого нечаянно заперли в шкафу, с ужасом наблюдал сквозь маленькую щель неплотно закрытых створок двух женщин, они перекатывались на кровати, кусая друг друга в шею и плечи. Та, которая оказывалась сверху, плотоядно улыбалась и старалась посильнее укусить нижнюю, не забывая входить пальцами на полную длину. - Черт тебя побери, Власова, ты мне всю спину исцарапала. - Ничего Валечка, скажешь, клиент буйный попался, - Рита покрутила изящный бокал с сухим красным вином в руках, наблюдая за возмущенной Валей, разглядывающей в большое трюмо свою спину. - Тебе лишь бы поиздеваться, - фыркнула блондинка, недовольно морщась от неприятных прикосновений к свежим ранам. - Между прочим, дорогая Валентина Владимировна, Вы мне аж три засоса оставили на шее, которые, в отличие от Ваших маленьких царапин, под блузкой не спрячешь. А прийти на работу в шарфе мне не позволяет месяц июнь на календаре. - Если ты пообещаешь срезать свои когти – дам тебе хорошую мазь. - Да я что угодно пообещаю Вам, принцесса, – Власова постаралась придать лицу самое невинное выражение, но маленькие огоньки, пляшущие на дне кошачьих глаз, выдавали ее с потрохами. Рогозина/Белая - Да, Галина Николаевна… - нескромные просьбы Танечки и сдержанные стоны полковника, нарушали тишину ночи. – Еще, пожалуйста. Хрупкое тело девушки было привязано тонким синтетическим шарфом к массивной спинке огромной кровати из темного дерева, пальчики с короткими ноготками, цвета морской волны, цеплялись за резные прутья, как за спасительный круг. Девушка лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, над ней нависала властная и статная Рогозина, грубо сжимающая худые бедра своей подчиненной. - Галина Николаевна, хотите кофе? – взгляд блондинки переместился на любимую начальницу - та отрицательно помотала головой и удобнее устроилась, подкладывая под голову вторую подушку. - Танечка, а как ты добираешься до дома, когда мы сидим до допоздна? – Галина Николаевна заправила за ухо выбившуюся прядь девушки и немного подвинулась, позволяя той устроиться у себя на плече. - На такси, - пожала плечами Белая, рисуя круги на ключице начальницы ФЭС, - но иногда успеваю и на метро. - Не безопасно все это, Тань, - женщина с укором посмотрела на свою бывшую студентку, прикрывая глаза и утыкаясь носом в мягкие светлые волосы, все еще пахнущими шампунем. - Если Вам Тихонов сказал, что я хочу велосипед, то это все враки, - Танечка сердито нахмурилась, вспоминая вечно подкалывающего коллегу. - Нет, ты переезжаешь ко мне, – Белая хотела что-то возразить, но увидев типичный взгляд полковника, который не терпит возражений, предпочла промолчать. Власова/Амелина В помещении было холодно и противно пахло остатками еды и пролитым алкоголем, напоминая об удавшейся вечеринке. На жестком полу, разбросав чужие вещи по углам, устроились две подвыпившие гостьи. Амелина сжимала в руках потрепанную накидку старого кресла, служившее ей опорой, длинные ногти Власовой скользили по ее нежной коже, оставляя еле заметные следы. Широко раздвинутые ноги Оксаны инстинктивно сжимались при малейшем движении влажного языка, сдавливая голову недовольной Риты. - Амели, я в следующий раз твои ноги к полу приклею в раздвинутом виде, - проворчала Маргарита, делая несколько больших глотков самбуки. - Я не виновата в том, что у тебя голова такая большая, - тут же пошла в наступление не привыкшая признавать свои ошибки, Амелина. – Ты лучше язык свой приклей к чему-нибудь, толку будет больше. - Если только к тебе, - отбила подачу капитан, закуривая вторую сигарету и стряхивая пепел в пустую бутылку. - Тогда мои ноги привыкнут к твоим оттопыренным огромным ушам. - Поязви, поязви, дорогая. Второй раунд за мной. Женщина повалила собеседницу на жалобно скрипнувшее кресло, и задрала и без того короткое платье, скользя руками по обнаженным бедрам и плоскому животу коллеги. - Если бы не твой поганый язык – цены бы тебе не было, - прошептала Власова куда-то в лифчик Амелиной. - За него ты меня и любишь, - простонала Оксана, инстинктивно раздвигая ноги. Рогозина/Соколова Ванна почти остыла, когда рыжеволосая женщина залезла в нее и зажгла несколько ароматических свечей, стоявших на бортиках. Взяв в правую руку бокал с белым вином, а в левую сочный персик и включив медленную музыку, капитан прикрыла глаза и попыталась расслабиться после тяжелого трудового дня. Но ее планам не суждено было сбыться, ибо хозяйка квартиры решила присоединиться к гостье, оккупировавшей ее ванную. - Юля, когда тебе подключат горячую воду? – поинтересовалась Рогозина, отплевываясь от пены, упорно лезущей ей в рот. - Обещали до конца месяца, - тяжело вздохнула Соколова, скользнув пальцами по мокрым волосам своей начальницы. – Но если что, то я могу мыться у Лисицына. - Еще раз скажешь это, и я запру тебя тут, - Рогозина заметно напряглась при упоминании майора, неравнодушного к ее женщине и довольно грубо сжала руку капитана. - Все, все, я молчу, – Юлия довольно ухмыльнулась и потянулась за большим махровым полотенцем, скучающим на стиральной машинке. – Интересно, а когда у меня будет горячая вода, Вы по прежнему будете приглашать меня к себе на ванну с душистой пеной? - Даже не сомневайся, - ухмыльнулась Галина Николаевна, вылезая следом. – И, кстати, пена отвратительная. Соколова закатила глаза и покинула ванную, надеясь на то, что вырванная ею труба не подлежит быстрому восстановлению, и те криворукие сантехники, которых она наняла, будут еще несколько месяцев устранять поломку.