Фобия

Распахнув раннее упоминавшуюся дверь, которая продолжала меня немного пугать, я вошёл в дом. Не успел я переступить порог, как у меня начался кашель, ибо здесь было огромное количество пыли. Пройдя небольшой узкий проход, я первым делом направился в гостиную. Находилась она не в лучшем состоянии. Тёмно-красный ковер с непонятными узорами потерял свои былые краски под двумя старыми кожаными того же цвета креслами, располагающимися в центре комнаты. На одном из них лежала пыльная подушка, на которой было немного паутины. Разглядев рисунок, я увидел вышитую розу. Второе кресло выглядело немного лучше, но его спинка была вся ободрана, и немного виднелся уже посеревший пух. Около кресел стоял небольшой деревянный журнальный столик. На нем лежали книги Маркиза де Сада "Жюстина, или несчастная судьба добродетели" и "Замок Отранто" Хораса Уолпола. Я взял первую и, сдунув с нее пыль, увидел красиво иллюстированную обложку. Пролистав старые жёлтые страницы, которые были чуть ли не высохшими, я положил ее обратно и продолжил осмотр. Позади кресел стоял небольшой сервант, в котором лежали столовые приборы. Бокалы, стаканы, вазы, рюмки и многое другое. Подойдя чуть поближе, приоткрыл скрипучую дверцу серванта и осмотрел один из бокалов. Довольно изысканная и тонкая работа, нечего сказать. Дверцы серванта тоже были украшены невероятно красивым орнаментом. Видимо, мастера восемнадцатого века были намного искуснее, нежели технологии двадцать первого. На стене, находившейся сбоку от серванта, висела красивая картина, и рядом было окно. Я подошел поближе к картине в красивой, отливающей золотом раме, и прочитал название: "Герцог Филипп" автор Рогир Ван Дер. Взрослый мужчина, лет шестидесяти, с большим золотым крестом на шее, пристально смотрел на меня, в его глазах я мог прочитать грусть. Эта картина наводила на меня тоску, и поэтому я отошел от нее. Подойдя к окну, провёл указательным пальцем по подоконнику и, закатив глаза, вытер слой пыли, образовавшийся на нём, краем своей куртки. Рама была деревянной и очень старой, в некоторых местах обгрызанной термитами. Напротив кресел, стоящих в центре, как я уже упоминал, располагался большой камин, с небольшим количеством дров в нём, слегка прикрытый железной, заржавевшей дверцей. Над камином висело большое старинное прямоугольное зеркало с красивой золотой рамой, украшенной невероятно тончайшим орнаментом. Я подошел к этому зеркалу и провел по раме ладонью. Взглянув на свое отражение, поправил чёлку и стал вглядываться в него. Грязное, пыльное, но оно сохраняло некую загадочность, из-за которой не было заметно даже грязи на нём. По обе стороны рам располагались два отверстия. Изучив их, я понял, что они для свечей. Предусмотрительно. Я улыбнулся своему отражению и направился наверх, миновав кухню. Поднявшись по деревянным ступенькам, которые покрывала старая красная ковровая дорожка, первое, что привлекло мое внимание, была дверь в спальню. Осторожно ее распахнув, я увидел такую картину: в центре комнаты большая двухспальная кровать с белыми простынями, на которой лежала старая фарфоровая кукла в фиолетовом платье без одного глаза. Я почувствовал, как по моему телу пробежала дрожь, и поэтому перевел взгляд на стоящий слева от кровати письменный стол. Опять-таки, очередная деревянная изысканная конструкция с широким кантом по периметру. На столе лежали маленькая чернильница, большое посеревшее перо, пара чистых желтых бумаг и печать. Я хотел попробовать оставить на бумаге ее след, но она давно высохла. Приглядевшись повнимательней, я разглядел там очередную символику розы. Хм, фамильная реликвия? Под крышкой стола я увидел небольшую полку. Присев на корточки, я заметил, что на нем есть код, который можно расшифровать, подобрав правильную комбинацию из пяти цифр на нем. Немного покрутив колесики с цифрами, я решил оставить это дело, ибо оно ни к чему бы не привело. Но для себя я решил, что узнаю, что таит в себе этот маленький ящик. Сразу за письменным столом следовал стеллаж с книгами. Ох, их было очень много. Дэфо, Пушкин, Дюма, Гюго, Твэн, Киплинг и многие другие. Множество словарей, пособий и томов разных авторов. И, к сожалению, все были под кошмарным слоем пыли. Рядом было очередное окно. Я выглянул из него и мне открылся вид со второго этажа. Эх, ирландский день! До чего солнечный и теплый. Всегда любил свою страну. И только двор только что купленного мною дома мрачно выделялся среди зеленых растений. Справа от кровати стоял большой дубовый шифоньер с красивой росписью. Мне нравилось изучать каждый кусочек вырезанного шедевра, будто каждый из них передавал свое настроение. Раскрыв его, я не удивился пустоте и огромной паутине в углу. Да что там говорить, я бы и скелету не был удивлен. Я закрыл его и направился дальше. Пройдя вдоль по коридору, который был украшен множествами картин с изображениями известных на то время людей, натюрмортов и ваз с давно засохшими цветами, я вошел в ванную. Походу, она нуждалась в ремонте больше, чем все остальные комнаты. Я не буду описывать в подробностях, как выглядела данная комната, но скажу, что мое внимание привлекло туалетное зеркало, к которой была прикреплена фотография. Я подошел ближе и взял снимок. На черно-белой, ужасно старой фотографии, была изображена девушка лет 18-20, которая мило улыбалась, сидя в цветочном сарафане на скамейке. Скажу больше, она была очень похожа на мою маму в молодости. Но это был бы бред, ибо моя мама родилась намного позже, когда был сделан этот снимок. Я вышел из ванной и хотел уже направиться вниз, как мое внимание привлекла небольшая дверца на потолке, от которой свисала маленькая веревочка. Я дотянулся до нее и потянул за колечко на ее конце. С этой дверцы упала длинная лестница, на которую я быстро взобрался. Поднявшись наверх, моему виду предоставился чердак. С виду он был как обычные заброшенные чердаки. Множество разных коробок, старые плюшевые игрушки, длинные доски, даже корзина с грязным бельем. Ободранные обои в цветочек придавали пикантности этому месту. Так же там была небольшая...на удивление абсолютно чистая белая простынь. Она была достаточно большого размера, чтоб на ней смог поместиться один человек. Рядом с ней была большая стопка, угадайте чего? Правильно, книг. Походу, бывшие жители этого дома были любителями почитать. Я подумал, что если хорошенько прибраться, убрать паутину, весь остальной мусор, постелить здесь матрац и одеяла, тут вполне будет здорово оставаться на ночь с друзьями. Но пока что желания даже задерживаться тут у меня не было. Спустившись, я направился вниз по лестнице и вышел во двор. Сделав полукруг вдоль участка, я заметил, что к моему "призу" прилагалась "супер-игра"* - подвал. Я спустился по лестницам, ведущим к дверям подвала, и заметил на нем большой замок. Чертыхнувшись, начал искать поблизости ключ. К моей удаче, он был прямо на полу. Подняв его, я просунул ключ в замочную щель и повернул направо. Замок отворился, сняв его, я распахнул дверь и вошел внутрь. Тут было очень темно. Нащупав выключатель, я нажал на кнопку, и маленькая тусклая лампочка немного осветила помещение. Много, очень много паутины, большие пауки и одна мертвая крыса. Если бы тут была девушка, у нее уже давно случился инфаркт. Я прошел вдоль и увидел большой рисунок на стене. Это было дерево, от ветвей которого отходили имена. Ясно, древо жизни. Имена были очень слабо видны от того, что краска сильно потускнела, и я не смог разобрать написанного, как я понял, детским почерком. Штукатурка свисала с потолка подвала как сталактиты, и небольшой кусочек упал мне на голову. Стряхнув его с себя, я пробирался дальше, исследуя подвал. В углу стояло старое пианино, на котором в некоторых местах отсутствовали клавиши. Нажав на "Ля", я услышал достаточно хриплый и неприятный звук. Мне даже стало немного жаль этот инструмент. Я посмотрел направо и увидел большую серую занавеску. Стянув ее с предмета, который она покрывала, я увидел большую красивую картину. Я не видел ее раньше ни у какого художника, скорее всего, это работа одного из бывших жителей этого дома. На картине был изображен молодой парень моего возраста, или чуть помладше. Зеленые глаза смотрели на меня с такой грустью, что сжималось сердце. Его белая рубашка была в заплатках в некоторых местах. Это показывало, что парень был не из богатых. Улыбка была легкой, но умиротворяющей. И я находил в нем что-то общее со мной. Что внешне, что душевно. Я прикрыл картину занавеской и собирался уйти, как мне в спину подул легкий ветер. Вопрос: откуда?! Здесь не было других выходов на улицу кроме двери, а ветер был попутным. Я потер глаза ладонями и вышел из подвала. Осталось дождаться завтрашнего дня, чтоб грузчики завезли мебель, а потом уже и переезжать можно будет. И я решил поехать домой. *Капитал шоу "Поле Чудес", в котором победителю игры предлагалась сыграть в "супер-игру" , в которой он смог бы заработать больше призов, отгадав дополнительные задания.