***

"Ты... неужели ты действительно такой?" Да, блядь. Он любит трахаться. Именно трахаться, заниматься сексом, ебаться - у этого много названий. И он действительно это любит. "Ты... шлюха!" - тихое, презрительное. Оно ударило сильнее хлыста прямо по оголенным нервам, по открытым и доверительным чувствам. Да господи! Хекдже был для него как брат - понимающий, подкалывающий, но в нужные моменты заботливый и внимательный. Один из тех немногих людей, кому он действительно доверял. И вот что произошло. Хекдже узнал его маленький секрет. Секрет о том, что Донхэ, такой милый и романтичный, как все считают, любит члены. У себя во рту, в своей заднице. Ему это доставляет удовольствие. Он стонет от наслаждения, подмахивает навстречу и бесстыдно течет смазкой от грубых мужских рук, широких плеч и маленьких ягодиц. "Да, Хекки! Видишь, как мне нравится!" - отчаянно думал Донхэ и, закрыв глаза, в очередной раз отдавался малознакомому парню, с которым они попрощаются через полчаса и не вспомнят друг друга. Донхэ был уверен, что его не узнали. Его сегодняшний партнер был уже вдрызг пьян, от него пахло дорогим виски и потом. Мужским, терпким потом - как и любит Донхэ. Он терся о Донхэ бедрами, сжимал его ягодицы широкими ладонями, толкался своим стояком и больно кусал шею, как настоящий самец, полностью уверенный в своем праве на это тело. Донхэ это возбуждало, он громко стонал и терся в ответ, открывая рот, откидывая голову назад, подставляя беззащитное горло под укусы. "Мне это нравится, Хекки. Мне нравится, когда меня ебут - грубо и без смазки, а еще я люблю, когда мне кончают на лицо", - с яростью думал Донхэ, чувствуя, как его толкают к кирпичной стене. Он был зол, он ненавидел в этот миг весь мир и желал делать все, только бы насолить, отомстить... Кому? За что? Хекдже, который увидел его вчера в клубе с парнем? Второй раз за эту неделю. Увидел, как лучший друг, стоя на коленях, насаживается на большой и толстый член, исполосованный набухшими венами, и стонет от наслаждения, закрывая глаза, представляя, что это... не важно. Все равно Хекдже на него плевать. Он друг, который при первой же возможности сбежал от него. Как будто сам лучше. Хотя... лучше. Правильный и надежный Хекдже, который всегда сначала ходит на свидания, дарит цветы, потом легонько целует в щечку, признается в любви и смотрит так понимающе-тепло. Только потом... занимается любовью. Не трахается, не ебется. И вскоре встречается с девушкой. Минимум год. Пока она не устанет от него, пока сама не уйдет. Блять! Сама уйдет от такого светлого и любящего человека. Донхэ никогда не видел в их шоу-бизнесе настолько чистого человека. Все имели свои грязные секреты, жаждали денег и секса. А Хекдже словно этого не замечал, он как всегда широко улыбался, и его глаза светились искренностью и любопытством. Образ Донхэ был с Хекдже. Донхэ нравилось исполнять эту роль. Она очищала его, делала ближе к Хекдже. Она соединяла их. Но все кончилось. Первый раз Хекки застал его и какого-то парня, подцепленного в клубе, на улице, где они целовались. После Хекдже деревянным голосом попросил познакомить его с бойфрендом. Вот так просто и наивно! Чего Донхэ тогда стоило удержать нервный смех, который заполнял его легкие. А вчера, уже с другим парнем, Хекдже понял, кто есть Ли Донхэ, милый и наивный романтик. Холодный, тихий и наполненный презрением голос до сих пор звучал в голове Донхэ. И он яростно, назло всему миру доказывал, какая же он на самом деле шлюха - грязная, противная, не достойная любви. Шлюха. Шлюха, влюбленная в своего гетеросексуального друга, который его презирает. Все кончено. Донхэ с яростью залез языком в широкий жадный рот, пальцами расстегивая натянутую ширинку. Его сегодняшний парень с ним не церемоничал, он был груб. Лапал так, что наверняка на бледной коже оставались синяки, дергал за волосы, кусал губы и шептал, что выебет так, что Донхэ завтра не сможет ходить. Донхэ это доставляло удовольствие. Он под сильным давлением чужих рук опустился на колени. Его тут же схватили за волосы и ткнули в расстегнутую ширинку носом. Донхэ вытянул член из нижнего белья и заглотил почти до основания, сдерживая рвотный рефлекс. Головка коснулась горла. - О да... давай, поработай ротиком, - прошипели сверху и засадили в его рот глубже. Так, что он захрипел и попытался отодвинуться хотя бы чуть-чуть, но ему не дали. Он, не возражая, стал сосать с мерзкими хлюпами, скользить языком по уздечке, щекотать кончиком языка расщелину, иногда вынимая член, а затем заглатывая так глубоко, как только мог. Волосы на лобке щекотали ему нос, воняло потом, смазкой, чужим возбуждением и мочой. Противно, животно и... совсем не так. - О, детка, какая же ты жадная сучка! - прохрипел парень, вытаскивая член из его рта и водя кончиком с расщелиной по распухшим губам и щеке, оставляя влажные липкие линии. - Красивая сучка. Тебе нравится, когда тебя трахают, верно? Вставляют до самых яиц. Ты получаешь от этого удовольствие. Донхэ трясущимися руками погладил мошонку, слегка царапая волосатые яйца. Затем наклонился и облизал их, чувствуя, как слюна, смешанная со спермой, течет по подбородку. - Правильно, сучка... да, детка... Его схватили за плечи, толкнули к стене и стащили узкие штаны с бельем до колен, наваливаясь сверху большим и потным телом. Чужой член тыкался ему между ягодиц, огромные шершавые руки скользили по голому животу, щипали соски. Донхэ дрожал от возбуждения, стискивая свой член в кулаке. "Донхэ, идешь смотреть фильм? Я купил тот самый, который ты хотел". "Черт, чувак, ты... ну не расстраивайся, хорошо? Я все сделаю, только... ну же, Донхэ, улыбнись. Милашка Донхэ, покажи мне свою улыбку, мамочка с тобой". "Донхэ мой самый хороший друг". "Мы Ынхэ! И я горд этим!" "Я... я купил тебе то самое пирожнное. Ну, если ты хочешь. Вот... в общем. Только ешь быстрее, пока менеджер не заметил. Чертова твоя диета! Ты и так ничего... то есть очень чего. Вернее, ты хорошо выглядишь. Ну, ты понял... Вот черт! Не смейся, придурок! Жуй уже!" "Не думал, что ты такая... шлюха". Господи. Нет-нет-нет! Донхэ всхлипнул и сжался, член в его кулаке опал. Донхэ затошнило, по щекам потекло что-то теплое, а голова закружилась, и он только сейчас заметил, как сильно его трясет. Он на самом деле шлюха. Противная, мерзкая и грязная. Его ебут на улице в каком-то вонючем переулке за клубом, а у него стоит, и он, словно текущая сучка, подмахивает на встречу. - Хекдже... пожалуйста... - сам не понимая зачем и что имеет в виду, прошептал Донхэ. Наваждение перечить всему миру прошло. Он потерялся. Появился испуганный и маленький мальчик Донхэ, который первый раз влюбился в своего будущего одногруппника, еще будучи стажером, и совершенно не знал, что с этим делать. Он был романтичный и мечтательный, все время думал, как бы получить хотя бы маленькую улыбку Хекдже, обратить на себя его внимание. Вздрагивал и замирал от невинных дружеских прикосновений и чувствовал, как гулко бьется сердце, когда Хекдже приглашает его потренироваться вместе, разучивая новый танец. Все это продолжалось до одного мгновения, полностью перевернувшего мир мальчика Донхэ. У Хекдже появилась девушка, и он буквально летал, задаривая ее подарками, совсем не замечая, как совсем рядом рушится мир, построенный из мечтаний и иллюзий. Тогда Донхэ впервые решил попробовать, забыть на время все, что чувствовал. Это помогло. Каждый раз помогало, когда он больше не выдерживал. Он бежал от мира, от идеального романтичного мальчика, которым когда-то был, но уже никогда им не станет. - Я... не хочу, отпусти, - хрипло сказал Донхэ, пытаясь вырваться. Чужие горячие пальцы впились ему в бедра, заставляя зашипеть от боли. Сзади навалились сильнее. - Ты чего, сука, обломать меня решил? - со злостью прошипели в шею, и в рот ткнулись пальцы. - Оближи. Донхэ помотал головой, стискивая зубы. Его член больно сжали у основания, и он, застонав, приоткрыл рот. Грубые пальцы скользнули по его губам, нырнули за щеку и, едва он сориентировался, исчезли, а потом сразу два пальца протолкнулись в его вход. Донхэ мучительно всхлипнул и попытался отодвинуться. - Заткнись и получай удовольствие, шлюшка! Пальцы пытались растянуть его, но была только боль и слабость. Донхэ впервые стало страшно, он лихорадочно вырывался, не чувствуя, как по щекам текут слезы, а губы, дрожа, повторяют только одно: - Хекдже... пожалуйста, Хекдже... - словно это может помочь. Как молитва, но чуда, конечно же, не происходило. Страх заполнял разум, рыдания вырывались из горла, а его насильник только сильнее возбуждался и рычал ему в ухо. Жертва и насильник. Если фанатки узнают, что милый и хороший Донхэ был трахнут в подворотне, и хотел этого сам, то они уйдут из его фан-клуба. Донхэ истерично засмеялся от абсурдности своих мыслей. Неужели он такой идиот? - Сучка, да не дергайся ты! Еще больнее сделаю. Ну же, детка, давай я уже вставлю в твою жадную дырку, - хрипели ему в затылок, а Донхэ затрясся и прикусил губу до крови. Он грязная шлюха. Он никогда больше не увидит, как Хекдже с восхищением смотрит на него. Он никогда не сможет до него дотронуться и не заметить презрительный взгляд. Он заслужил это. - Вот блять, отцепись от него! Ну! Донхэ внезапно отпустили, он упал на колени, опуская голову и трясясь всем телом от рыданий, который душили и не давали вздохнуть. - Ну все, уже все, успокойся. Он больше тебя не тронет. - Голос Хекдже, осторожные руки, теплые пальцы, а не лихорадочно-горячие, как у того парня, скользили по его щекам и волосам, и ему захотелось рассмеяться. Прекрасно, теперь у него галлюцинации. Кто-то подсыпал ему в клубе наркотик? - Донхэ... блять! Донхэ, ну же! Вставай. Вот так, молодец... черт, что с тобой сделал этот ублюдок?! - голос был то мягким, то яростным, совсем как настоящий. Но настоящий Хекдже сейчас был в общежитии с другими мемберами. Зачем ему находиться в гей-клубе и успокаивать Донхэ? - Донхэ, посмотри на меня. Ну же, приятель! Эй, я тут, тот еблан больше к тебе не прикоснется. Донхэ, пожалуйста, - умолял голос Хекдже, срываясь, словно испугался за Донхэ, как будто ему действительно важно, и он беспокоится за него. Донхэ всхлипнул и остановил осмысленный взгляд на растрепанной челке и испуганных карих глазах. - Хекки? - прошептал Донхэ с удивлением. - Да, это я. Привет! - слабо улыбнулся Хекдже и прикусил губу. Его глаза яростно блестели, а пальцы сильно стискивали Донхэ за плечи, что тот заметил только сейчас, как и то, что его штаны были уже застегнуты, а кофта бережно накинута на плечи. - Что ты тут делаешь? - возможно, вопрос звучал глупо, но Донхэ действительно был удивлен. - Пришел за тобой, - нервно хмыкнул Хекдже и толкнул его к машине, открывая дверь на переднем сиденье. - Думаю, тебе пришлась моя помощь кстати. Тот ублюдок, он... - Хекдже с трудом выдохнул, и Донхэ отстранено отметил, как сжались его кулаки и затвердела сжатая челюсть, а голос стал ледяным и опасным. Но Хекдже тут же взял себя в руки и осторожно, словно прикасаясь к чему-то хрупкому и драгоценному, усадил его в машину, сам усевшись за руль. Ехали они медленно. В молчании. По радио играло незатейливое ретро. Что-то по французски. Так мило и чисто, как раньше. Словно ничего и не произошло. Хороший друг Хекдже подвозит до общежития правильного мальчика Донхэ, обожаемого тысячами фанаток по всему миру, которые считают его невероятно романтичным и заботливым. Донхэ засмеялся. Сначала тихо, потом все громче и сильнее, так, что выступили слезы, а дышать приходилось через раз. Легкие жгло от недостатка воздуха, живот болел, а Донхэ все смеялся и смеялся, сжимаясь в комок, стискивая пальцы на животе, где были синяки от недавнего почти-траха в подворотне. Пощечина обожгла щеку внезапно. Сильно, хлестко и невероятно реально. Донхэ очнулся и широко раскрытыми глазами посмотрел на сильно бледного Хекдже. Хекдже, который еще вчера вечером обозвал его шлюхой и разочарованно сообщил, что не ожидал от Донхэ такого. Он не ожидал, что члены привлекают Донхэ больше, чем вагина. Причем каждый раз разные члены. Толстые, исполосованные венами; длинные и тонкие, с сочащейся головкой; выгнутые, с большими поджатыми яйцами. - Что ты делаешь, Хекдже? - спокойно спросил Донхэ, устало вздыхая. - Спасаю тебя, - напряженно ответил тот. Он остановил машину и теперь, не отрываясь, смотрел в лицо Донхэ. - От кого, Хекки? - приподнял уголки губ Донхэ и расслабился, прикрывая глаза. - Я сам этого хотел. Я сам... люблю члены, - с выражением протянул он, ловя непонятный взгляд Хекдже. - Возможно, но не таким образом, - тихо ответил Хекдже и упрямо сжал губы. Донхэ знал это выражение - полная уверенность в своей правоте и желание доказать это, но у Донхэ не было сил спорить. - Я люблю трахаться, Хекдже. Люблю, когда меня ебет волосатый мужик, воняющий потом, когда он тычется своим членом мне между ягодиц, ты это понимаешь? - Да, - вот так просто признался без споров. - Так какого хуя?! - не выдержав, взорвался Донхэ, кусая губы и сжимая кулаки. - Я тебя не просил, ты сам сказал, что... да пошел ты, Ли Хекдже, в задницу! Большую и глубокую! Он с яростью дернул ручку двери, чтобы выйти. Убежать отсюда, от понимающего и странного взгляда, от жалости и презрения, которое Хекки прятал от него, от себя самого. Подальше, хоть куда, только подальше. Пожалуйста. Ручка не поддалась, двери оказались закрыты, а Хекдже спокойно смотрел на него, не делая попытки удержать. - Открой, - яростно прорычал Донхэ, с силой дергая ручку. - Нет. - Блять, Хекдже, открой эту чертову дверь, или я сделаю это сам! - Нет. - Хекдже!!! - заорал в бешенстве Донхэ. - Ты не сбежишь. - Что?! Хекдже наклонился к нему, и Донхэ подавил иррациональное желание отодвинуться и попросить, чтобы он его не трогал. Донхэ... слишком грязный, чтобы его касался Хекдже. Он - шлюха, он не достоин... - Ты не сбежишь больше от меня, Донхэ. - Взгляд у Хекдже был серьезный и прямой. Все черты лица словно подчинились его уверенности и силе. Он был невероятно красивый. - Я наговорил кучу всего, верно, но... черт! Я был так растерян, что даже не контролировал себя, а когда хотел извиниться, ты сбежал. - Растерян, как же, - с сарказмом протянул Донхэ и, наконец, сам отодвинулся, но Хекдже, словно не замечая, подвинулся еще ближе, так, что можно было уловить его горячее дыхание. - Прости. Прости. Я не должен был говорить это. Я... да блять! Половина в нашей группе любят так развлекаться с девчонками, меняя их как перчатки, а ты... я давно знал, что тебе нравятся парни, но почему-то думал, что... - Хекдже замолчал и отвел взгляд, его щеки покраснели, а язык нервно облизал нижнюю полную губу. - Думал что? - тихо и медленно спросил Донхэ, чувствуя, как все замирает внутри от плохого предчувствия. - Что мы... ну, мы действительно могли бы быть вместе, - Хекдже сделал паузу, а потом быстро заговорил, словно боялся, что не сможет больше этого сказать: - Я думал, что нравлюсь тебе. То есть действительно нравлюсь, и это не фансервис. И я в какой-то момент понял, что ты мне тоже... нравишься, но потом обнаружил тебя в этом гребанном клубе с каким-то мужиком. Я думал, что у тебя есть парень и ты скрывал это, но когда застал тебя на коленях перед другим, у меня просто крышу снесло! - последнее слово Хекдже почти прокричал. Его взгляд был наполнен обидой, негодованием и чем-то еще, мало понятным. - Черт, я думал, что убью его там! Донхэ ничего не понимал. У него кружилась голова, а губы глупо растягивались в сумасшедшей улыбке. Как же это было смешно! Смешок зародился в груди и клокотал там, не в силах вырваться наружу. Хекдже он нравится, и Хекдже решил, что они могут быть вместе! Хекдже, который за всю свою жизнь встречался только с двумя девушками. Хекдже, у которого отношения строились надолго и основательно. С букетами цветов, признаниями при луне и держанием за ручки. - Донхэ? - прошептал Хекдже, касаясь его лица кончиками пальцев. Донхэ не выдержал и снова засмеялся. Громко, отчаянно и надрывно. - Идиот! Какой же ты идиот, Хекдже! - простонал Донхэ. - Господи, Донхэ! - выдохнул тот и тут же сжал его в руках, прижав к груди. Донхэ, подрагивая от смеха, носом уткнулся в мягкий свитер с ароматом цитрусовых. Это тот одеколон, который он выбирал Хекки на день рождения, потратив целый день. Под вечер у него болела голова от всевозможных ароматов, а нос уже не различал запахов. Он тогда невероятно устал, но был очень доволен. Этот аромат полностью подходил Хекдже - свежий, чистый, порывистый, с теплыми нотками. Надежный. Хекдже тогда с широкой улыбкой благодарил его, обещая, что будет пользоваться постоянно. Это было так давно. Больше года назад. Донхэ думал, что одеколон давно кончился, - баночка была совсем небольшой. Когда Донхэ очнулся, он заметил, что его прижимают еще сильнее, и из груди вырывается не смех, а сухие рыдания без слез. Слез уже не было, остались только отчаяние и усталость. - Ну все, теперь все хорошо, - мягко шептал ему на ухо Хекдже, а Донхэ хотелось сказать, чтобы он не трогал его, потому что он - грязный, у него все лицо в сперме, как и тело в противных синяках, которые еще долго будут напоминать об его унижении. Они как клеймо. Хекдже не должен испачкаться. - Ну же, Донхэ, все в порядке. Я сделаю все, что хочешь. - Хекдже ласково провел ладонью по его щеке, заглядывая в глаза. Мягко и с... нет-нет, Донхэ это только кажется. - Почему? - прошептал Донхэ. - Что почему? - Почему ты со мной? Почему ты решил, что... - Неужели не ясно? - перебил его Хекдже и скользнул большим пальцем по его губе. - Не надо, - отвернулся Донхэ. - Ты... хорошо, - тон был разочарованный и сдавленный, очень хриплый. Донхэ не удержался и, жарко краснея, зачастил: - Я грязный, воняю чужим потом, спермой и наверняка перегаром. Неужели тебе не противно? Стыд застилал щеки, пальцы подрагивали, а губы распухли от постоянного кусания. Хотелось провалиться сквозь землю, но он уже сказал, слов не вернешь. - Ох... ты... - Хекдже промолчал, а потом решительно повернул его голову и приподнял за подбородок длинными пальцами, заставляя смотреть в глаза. - Но ведь можно вымыться, верно? Всего десять минут и ты как новенький. - От этого не отмыться. - Отмыться. Эй, посмотри на меня, - потребовал Хекдже, и Донхэ встретил его настойчивый взгляд. - Ты - не грязный и тем более не шлюха, я никогда так не думал и не буду думать, ясно? Никто так не думает. Ты - Ли Донхэ, мой друг. Самый милый, добрый и офигенный человек, которого я только встречал за свою жизнь. Донхэ, не веря ни капли, скривил губы. - А еще ты тот человек, в которого я влюбился, - тихо буркнул Хекдже, на этот раз сам отводя взгляд и смущенно пялясь куда-то в подбородок Донхэ. - Влюбился, - как эхо, повторил Донхэ и только через несколько секунд до него дошел смысл. Глаза широко распахнулись, а рот изумленно приоткрылся. - Ну да, - пробормотал неразборчиво Хекдже, а потом наклонился и быстро коснулся его губ своими. Донхэ только ощутил мягкую, теплую влажность и горячее дыхание, но сердце предательски заколотилось в грудной клетке, а дыхание перехватило. - Я думал, ты давно заметил, - все так же смущенно пояснил Хекдже, отпуская его и кладя руки на руль. Его пальцы чуть заметно подрагивали, и Донхэ понял, что не только у него все внутри распирает от эмоций и дрожит от волнения. - Я... - Донхэ прокашлялся и неуверенно прикусил губу. - Я не замечал. - Я так и понял, - фыркнул Хекдже и повернулся к нему, на этот раз широко улыбаясь. - Но теперь ты знаешь, и все... наладится, верно? Донхэ, чувствуя, как его затягивает во что-то теплое, приятное и яркое, только кивнул, боясь, что голос его подведет.