Игрушки Морфея

Драко прошествовал на кухню, облачённый в простыню, словно в тогу, с таким видом, будто делал это каждый день: чинно и не спеша. Тем более что резкие движения вызывали ещё больший гул в голове, а причина и троллю известна — пить надо меньше! Только как иначе заснуть, если жизнь стала напоминать цирк с конями? Драко даже пьяным нутром чувствовал — защитная магия не сработает. Вчера исчез из чужой постели, сегодня — из собственной... В мозгу начали созревать планы мести тому идиоту, что так нелепо и зло подшутил над самим Малфоем! Пусть и преступника в прошлом, но уж точно не заслуживающего просыпаться в обнимку с ногой Уизли. Как вчера, например... «Бр-р-р-р!..» — Драко передёрнуло от воспоминаний. Он посмотрел на хлопотавшую у плиты Грейнджер, на камин, снова на Грейнджер... Она что-то мило бормотала себе под нос, ловко орудуя палочкой над сковородой, и расставляла посуду на стол чуть ли не вслепую. Видно, девчонка была сильна не только в защитной магии. Хотя это спорно… ...с учётом случившегося. Драко подпирал косяк, криво улыбаясь непривычному зрелищу, и поймал себя на мысли, что уж лучше бы он проснулся в обнимку со стройной ножкой хозяйки, чем с волосатой конечностью рыжего! Вышеупомянутый Уизли как испарился. А вот это очень смахивало на приятный побочный эффект! Правда, недолго... Потому что чья-то рука толкнула Драко в плечо, и гневный голос выдал бессменное нытьё: — Ты ещё здесь, придурок? — сердитым, Рон обычно не церемонился. — Слышь, оболтус... Катись из моей кухни! Как ты там говорила, Гермиона? Ужин отдай врагу? Так вот, и этого не дождёшься! Рон с видом министра устроился за столом и уставился на Драко: — Вали, я сказал, тут тебе не трактир! Вилка звякнула о тарелку, намекая, что кто-то, без сомнений, голоден. В Драко взыграл дух противоречия. Что-что, а в Мэнор он всегда успеет!.. Вот доведёт оплывшего упыря, как вчера — до белого каления, и тогда точно сможет спать спокойно. Если, конечно, фигня с пробуждениями где попало закончится. — Я бы ушёл, Уизли, но Грейнджер расстроится, — самоуверенный тон взбесил бы любого. Не то что Рона! — Разве я рискну обидеть главу семьи? Насколько я понимаю, она тут все решения принимает. Слышь, балбес, — передразнил он, — возьми её фамилию, потому что и без хрустального шара ясно, кто в доме мужчина! Рон, раздувая ноздри, потянулся за палочкой. — Ах, ты, морда слизеринская!.. Я сейчас забуду, что обещал Гермионе несколько минут назад, и начищу тебе рыло до блеска! Он перехватил её строгий взгляд и сразу же поумерил пыл: — Думаю, из нас троих прокляли только тебя. Но вот, чтобы узнать кто, придётся запытать половину волшебного мира. Доброжелателей у тебя пруд пруди! — Ага, и ты первый, — подхватил Драко. — Грейнджер, нам надо кое-что обсудить, так что заткни свою домашнюю зверушку! Да, и подай наконец завтрак. Я голоден, а восхитительные запахи пробуждают аппетит, — он натянуто улыбнулся. Вначале даже показалось, что Малфой решил из вежливости сделать — в кои-то веки! — комплимент... но — нет. Ведь это значит признаться себе, что крамольные мысли в отношении маглорожденной имеют под собой основу. — Тебе надо податься в домовики, — авторитетно продолжил Драко. — Обратись в Отдел распределения, там подберут чистокровного хозяина поответственней. Рон вышел из себя. Вскочил с места и запустил в Малфоя тарелкой, но... ...промахнулся. Тот вовремя нагнулся, и посуда со звоном разбилась об пол гостиной. — Пошёл вон, гад ползучий! — Рон выставил волшебную палочку. — И только посмей ещё раз оскорбить Гермиону, я рассеку твой поганый язык надвое. Будешь шепелявить до конца своих дней! Гермиона не выдержала: — Вам ещё не надоело?! Может, прекратите уже обмен любезностями? У нас ситуация хуже некуда, а вы словоблудием занимаетесь! Она нацелилась кухонной лопаткой в лоб Драко: — И, Малфой, следи за выражениями, это всё-таки наш дом. Не уймёшься — добавлю таких проблем, что пробуждение покажется цветочками! Она перевела взгляд на Рона: — А ты, остряк, сядь! Это невежливо: отказывать в угощении. — Да я образец вежливости, — не унимался Рон, — раз его задница ещё не торчит из окна! Что бы ему не аппарировать в Мунго, там... — Хватит! — перебила его Гермиона. — Я не собираюсь тратить время на ссоры, опаздывать из-за вас на работу и, тем более, искать ответ в одиночку. Без этого дел хватает! Здесь Грейнджер слукавила. Ей не терпелось во всём разобраться, и недовольство происходящим давно отступило. Но показывать, что её-то ситуация не бесит, как Рона, — глупо. Того и гляди, обвинят в личной симпатии к Малфою. Набор столовых приборов призывно завис в воздухе, и двое голодных парней сдались быстрее, чем в голове созрел некрасивый «укол» в адрес собеседника. — Он первый начал, — заявил Драко, предвкушая вкусный завтрак в необычной компании (не каждый день такое случается!), и с видом победителя присел за стол. — Зато сегодня в меня почти ничего не полетело: ни подушка, ни пара тапок, ни лампа с тумбы — прогресс! И, слава Мерлину, никто уже не обвиняет в вуайеризме и попытке изнасилования. — Выражайся человеческим языком, — выпалил Рон. Значения одного слова он не знал. Потом спросит у Гермионы, но наверняка нечто гадкое. В духе Малфоя. Рон не смолчал: — А с животными, лазающими в постель, у меня разговор короткий. Живоглота спроси. Вон его место — в корзинке!.. Так что учти, на будущее, наглые облезлые коты — не проблема... Фраза не смотрелась двусмысленной. Намёк на «я с тебя семь шкур спущу» был очевиден. — Так... — задумчиво выдала Гермиона, присаживаясь рядом с Роном и стараясь не обращать внимания на типичные словесные баталии. — По крайней мере, знаем, что аппарация здесь ни при чём. Я выставила защиту не просто от неё, но и от обычных проникновений. Вроде взлома. Выходит, тебя, Малфой, перемещает иная магия. Возможно, спонтанная, но, вероятнее всего, не твоя. — Уяснил, болван! — громко вставил Драко, как только проглотил первый кусок омлета. — Я невиновен, — странно, что не показал Уизли язык. Мальчишки всегда мальчишки, даже если им малость за двадцать. — Да что ты говоришь!.. — язвительно парировал Рон, уплетая вовсю сытный завтрак. — Всё равно дело в тебе, придурок! В тебе. Не во мне! Как ты вообще с самого начала аппарируешь без палочки? Он же не Дамблдор! Такое без штатного подкола Драко оставить совесть не позволяла. Он покосился на Грейнджер чисто интуитивно: шутка-то назревала ниже пояса… Палочка не под рукой, а значит, можно и дальше доставать рыжего: — Если ты берёшь в кровать с девушкой палочку, то у тебя, Уизли, больши-и-ие проблемы, — разгневанный взгляд Гермионы рассмешил. Но и вынудил сменить тему: — И заодно — с ушами. Тебе же сказали, это не трансгрессия. Грейнджер, что за неуч с тобой спит?! — Так, козёл!.. — напружинился Рон. — Я тебе сейчас устрою больши-и-ие проблемы с тем, на что ты только что намекал! — кулаки порядком чесались. — Вы меня уже оба достали! — Гермионе даже есть расхотелось. Перебранка чересчур затянулась. — Прекратите немедленно. Рон!.. Малфой!.. Вы можете себя вести как нормальные люди? Хотя бы ради истины! Позитивная установка дана. Они состряпали кислые мины, но в ожидании продолжения уставились на любительницу мира и спокойствия. — Давайте по существу… — рассуждала Гермиона. — Не исключаю, что дело в особом месте, как в магическом ориентире. — Подожди... — Драко пулей вылетел из-за стола — в спальню. — То-то мне показалась кровать знакомой... И пяти секунд не прошло, как грохот на лестнице заставил Рона довольно хмыкнуть. Наверно, тощий хмырь споткнулся о Живоглота… А кот-то свой перец! Малфой снова влетел в кухню минуты через три и, опираясь на стол, с подозрительно загадочным выражением лица спросил: — Так, гении, кто из вас покупает подержанную мебель? Ты, рыжий? Но тот уже вопросительно уставился на Гермиону. — А что? — она пожала плечами, опустила глаза и простодушно завозила омлетом по тарелке. — Кровать большая. Красивая. Удобная... — Большая?! — удивился Драко. — Да это детский размер! Вдвоём на ней только спать, а не отрываться. Там и перекладина вечно ломается, никакая магия не держит. Мать всегда повторяет, что к вещам я более привязан, чем к людям. Потому и пришлось от неё избавиться! В доказательство от противного… Рон вскочил как ошпаренный. Взгляд метался с Гермионы на Малфоя, с Малфоя на спальню, со спальни по кухне, пока от неверия не застыл на заносчивой морде: — Хочешь сказать, что мы... мы... спим на твоей старой кровати?! Гермиона! — от крика чуть не заложило уши. — Не ори на меня! — пасовать никто не собирался. Как и извиняться. — Я же не знала. Всё равно, Малфой, твои детские привязанности не могли вызвать подобного... лунатизма! Чёрт, я ведь не знаю, как это правильно назвать... — Мне даже страшно представить, что ты делал на этой кровати! — вопил Рон, пытаясь испепелить Драко взглядом. — Я её, на хрен, уничтожу! Сброшу с обрыва! Или термитов подсажу. Он таращился на Гермиону «чеширским котом»: — Какого чёрта, малышка, ты запала на мерзкий, зачуханный антиквариат?! Малфой только смеялся, наблюдая за семейными разборками. Странно было слышать, как он это делает в чужом доме, без прикрытия в виде дружков и так… по-доброму. — Я всего лишь купила кровать, а не преступление совершила, — Гермиона почему-то покраснела. — Всё, что творится, походит на намеренное вмешательство! Хотя... — она поневоле задумалась, закалывая волосы в хвост. Драко отвёл взгляд, стараясь не замечать такого невинного и такого соблазнительного жеста... А Рон никак не мог успокоиться. Мысли о том, что за кровать стала брачным ложем, сводили с ума. Ещё чуть-чуть — и бури не миновать. «В щепки разнесу! И насыплю их за пазуху этому гадёнышу! А Гермиону выпорю...» Рон почти рычал: — Так, проваливай, Малфой, пока я тебе не наколдовал нечто неприличное! После собственной «ошибки» Гермиона решила приободрить Рона: — Успокойся, прошу тебя, — она погладила его по плечу. — Теперь твой план идеально подходит! Убьём, так сказать, двух зайцев сразу и заодно проверим догадку. Гермиона придвинула Рону остатки своего завтрака, практически «подкупая» добавкой: — Сегодня мы заночуем не у себя дома и поглядим, чем это закончится. Если тот, кто заколдовал Малфоя, нацелился на конкретное место, то может сработать... Должно! Драко давно не слушал, а топтался в камине с серьёзно-насмешливым видом и, чуть просыпая летучий порох, размеренно сообщил: — Развлекайтесь, деточки!.. А я лучше приму дополнительные меры. Если ты опять ошибаешься, Грейнджер, не стоит кому-то потворствовать. И всё-таки это больше похоже на проклятие, потому что твой дружок хуже прыщей на заднице... — Простынь не упри, зараза белобрысая! — крикнул тот вслед, и камин характерно вспыхнул. Последнее слово осталось за Роном, и сей факт вызвал подобие удовлетворения. «А кровать я порублю на дрова и поджарю на них чью-то задницу. Если ещё... хоть раз... ей сверкнёт!»

* * *

Рон долго не мог заснуть на новом месте. Ночёвка в доме родителей Гермионы — хорошая идея, тем более когда они на отдыхе и никто не мешает. Хотя бы теоретически!.. Жаль, попытка заняться сексом с треском провалилась. Рону постоянно казалось: вот-вот нарисуется Малфой и всё испортит! Не только комментариями. Да одно его появление способно лишить всякого, хм… настроя. Гермиона мирно сопела рядом. Часы показывали четыре утра. Завтра — выходной. Рон, устав и успокоившись, наконец заснул... Около восьми, разбудив, как ни странно, громким храпом самого себя, он перевернулся с боку на бок и услышал возмущённое женское шипение: — Что за выходки, Малфой?.. Тебе что, делать больше нечего? Где, чёрт подери, твоя палочка?! Дома?.. Прекрасно! — только радости в словах ни на йоту. — Эти волшебные узлы так просто не развязать. Блин, Рон убьёт тебя! И меня в придачу, — она суетливо заёрзала. — Здесь резать надо! Рон побагровел и обернулся: — Давай, Гермиона!.. И оттяпай ему эту руку прямо по локоть. Малфой, ты грёбаный идиот! Какого хрена тут происходит?! Но Драко и не собирался отвечать. Когда есть дела поважнее — освободиться от пут. «Чёрт! Чёрт! Чёрт! Херня! Херня! Херня! Убью гада!..» — Рон готов был взорваться. Малфой, привязанный за запястье к ноге Гермионы и облачённый в — слава Мерлину! — шёлковый халат, ничего хорошего не предвещал...