Elements

      Она уже заканчивает третий курс, но все еще не научилась принимать взрослые и мудрые решения. Она все еще делала все назло родителям-сектантам. Ей запрещали танцевать, ходить в школу, пить таблетки, лечиться в больнице, есть мясо, фотографировать, носить открытую одежду, работать. У нее отбирали деньги, ей запрещали встречаться с парнями, ходить на вечеринки и устраивать их самой, посещать людные места, общаться с людьми вне секты.       Чертов Джереми входил в разряд разрешенного, так как состоял в секте, поэтому Лив его ненавидела.       Лив ест мясо. Лив танцует перед зеркалом бального зала по понедельникам, средам, пятницам и субботам, рано утром, еще до того, как все проснутся. Оливия Дант бесится, когда ей запрещают что-то, поэтому она берет фотоаппарат в комнате Белых и идет в деревню. За три курса она сделала столько кадров, сколько не сделал фотограф школы за все два века.       Чертов Джереми был идеальным парнем для нее, но Оливия буквально не давала ему воздуха.       Дант смеется в компании Синих, носит майки и шорты, каждый праздник напивается, пьет таблетки от головной боли, подрабатывает в деревне в закусочной (сложно получать то, что хочешь, когда ничего не можешь предложить в Аду, да еще и без денег). Лив усердно занимается с Мелиссой, поэтому становится старостой. Лив устраивает вечеринки «для своих», часто ходит в бар в Аду.       Чертов Джереми постоянно рядом. Или она рядом с ним. Лив не может понять этого.       Оливия Дант очень хочет встречаться уже хоть с кем-нибудь, потому что это было запретом в смертной жизни. Оливия ненавидит родителей и клянется, что никогда в жизни ничего не будет запрещать своим детям. Она фотографирует себя и Джереми на ступенях музея изобразительных искусств, достает его на вечеринках, пытается доказать ему, что его секта — полное дерьмо. Может быть она еще сможет ему это показать. В конце концов, они в Аду видели настоящих Сатану и Архангела. Есть ли у него еще какие-то сомнения в своей ошибке?       Чертов Джереми совсем не обращает на нее внимания, а если и обращает, то скорее с отрицательным оттенком.       Лив словно говорят: «Фас, девочка!». Джереми для Лив под запретом, она сама себе его установила, но когда слышит в своей голове при виде его слово «нельзя», то она сразу же начинает вести себя иначе, чем хотела. Джереми под запретом? Добейся его! Она пыталась три долбанных курса. Лив улыбается, шутит, пытается отвлечь его от темных мыслей, впихивает на обеде в него мясо, тащит на вечеринку «для своих».       Чертов Джереми — чертов гей. Когда Лив об этом узнает, ей хочется биться головой об стену.       Родители Лив — сектанты. Несостоявшийся парень, по совместительству лучший друг — тоже. Лив от этого хочется повеситься. Вставая рано утром по понедельникам, средам, пятницам и субботам для танцев, Оливия в конце третьего курса просто садится у зеркала и думает, она просто сидит в одиночестве и решает, старается понять, как она докатилась до этого места, до влюбленности в лучшего друга/сектанта/гея, до дешевых улыбок неприятным людям, до отрицания всех на свете запретов.       Чертов Джереми покидает школу прямо сейчас. Чертов Джереми обнимает ее, пока она пытается удержаться от слез. Чертов Джереми улыбается, и говорит, что может быть они встретятся, правда они уже не вспомнят друг друга, но сам факт…       Оливии Дант очень хочется заткнуть его поцелуем, но этого ей делать никто не запрещал.