Walking in my shoes

- Ты не считаешь, что нам следовало бы пригласить больше прессы, Адам? – Тео был счастлив и пьян. Он почти повис на друге, перекрикивая музыку. – Это была бомба! Они просто таяли, ты видел? Парочка прелестниц натурально рыдала. Ты когда-нибудь мог мечтать о таком успехе? - Рыдали, конечно, - Адам передернул плечами, стряхивая Тео. – После того, как ты отымел стойку во всех позах… Скоро старина Дэйв Гаан может удаляться на покой. На сцену выходит новый трахатель микрофонных стоек – мистер Хатчкрафт. - Адам, не будь букой! – Тео расхохотался. – Ты только посмотри, сколько тут красоток! Почему бы нам не произвести смотр войск? Что ты об этом думаешь, м? Эмили далеко, если я не ошибаюсь…. Андерсон смерил Тео ледяным взором. В том-то и была вся соль, что публика, которой был забит один из модных клубов Лондона, при более близком рассмотрении оказалась далека от идеальной публики в представлении Адама. Конечно же, Андерсон не зазвездился и не считал, что их музыка сугубо для избранных, но количество абсолютно лишних, проходных, случайных персонажей сегодня зашкаливало до тошноты. Презентацию новой песни совместили на кой-то ляд с открытием самого клуба после масштабной реконструкции. В компанию к Hurts, как ответственных за музыкальное сопровождение, приставили парочку совершенно кислотных диджеев, и, несмотря на, в целом-то, теплый прием песни, общее впечатление, конечно, смазалось. Публика подогрелась, танцевала, позировала фотографам, которых оказалось в разы больше, чем было аккредитовано, болтала, обжималась, ругалась и снова пила. Тео и Адам то и дело оказывались в водовороте каких-то компаний, с кем-то знакомились, фотографировались, мило трещали, принимали поздравления с удачной премьерой. Правда, к середине вечера мало кто из подходящих или подползающих к ним помнил, зачем, собственно, ребята тут находятся. С ними просто общались как с такими же, пришедшими оторваться. Кажется, про песню толком никто уже не говорил. Адама это задевало. Причем задевало даже не невнимание собравшихся тусеров, а то, что они с Тео лишили возможности первыми услышать новую песню именно тех, кому она была действительно нужна. «Ей-Богу, лучше бы выложили ее в свободном доступе на Facebook. Фанаты были бы счастливы…», - вертелось в мыслях Андерсона Конечно, трек и без того завтра, а то уже и сегодня попадет в сеть, но все равно…. Первым они подарили новую песню, преподнесли на блюдечке тем, кому она не так уж и была важна. Все эти люди просто хотели посетить модное событие, где можно поручкаться со звездами и известными тусерами. Выступление для них было маловажной деталью вечера… Адам с огорчением обвел зал взором. У него начинала порядком трещать голова от громкой, какой-то долбёжной музыки, от алкоголя и бесконечной вереницы дамочек и гламурных персонажей неопределенной ориентации, жаждущих пообщаться со знаменитыми музыкантами. А Тео вся эта атмосфера ничуть не напрягала, быть может, оттого, что он хорошо принял на грудь, впрочем, как всегда он и делал на подобных сборищах. Или в глубине души он чувствовал то же самое, что и Адам, но виду не показывал. И потом, ему явно было приятно вырваться из дома, точнее, дурдома, который он сам себе устроил. Теперь Тео на полную катушку отдыхал от жены и был настроен продолжить вечер в горизонтальной плоскости с кем-нибудь из девушек. Желающих противоположного пола, разумеется, было хоть отбавляй. Одной из них, стройной высокой шатенке, повезло больше остальных. Тео ворковал с ней уже больше пяти минут, при этом картинно жестикулируя и, то и дело, интимно нашептывая что-то собеседнице на ушко. Адам меланхолично наблюдал за ними, изредка кивая кому-то из знакомых, приветствовавших его из разных концов клуба. Тео был мастак брать быка за рога, да и барышня изрядно соблазнилась знаками внимания от такого импозантного парня, как Хатчкрафт, поэтому парочка, не мудрствуя лукаво, приняла решение удалиться в сторону вип-зоны. Андерсон хмыкнул себе под нос. Сколько раз он становился свидетелем таких сцен. Сколько раз сам проворачивал подобное. Только с некоторых пор это стало его неожиданно сильно задевать. Вот и сейчас мужчина почувствовал досаду. И, в который раз, попытался обмануть себя, списав все на банальную зависть, что на Тео девчонки вешаются куда в большем количестве, чем на него. Правду о том, что это, на деле, столь же банальная ревность, он спрятал в самые потаенные уголки сознания. Музыкант мрачно опустошил стакан с выпивкой и снова равнодушно оглядел зал. Внезапно он вздрогнул и стиснул пальцами край барной стойки. Да ну! Быть того не может! Он пригляделся. - Твою мать, - одними губами пробормотал Андерсон и, соскользнув со стула, принялся быстро пробираться среди танцующих тел. - Крошка, как ты смотришь на то, чтобы заглянуть к нам в студию, м? – Тео оперся рукой о стену, преграждая все пути к отступлению. Впрочем, девушка и не собиралась сбегать. Томно взглянув на Хатчкрафта, она облизала пухлые губы и принялась накручивать прядь темных волос на пальчик. - Мы будем там одни? – промурлыкала она, медленно взмахивая нарощенными ресницами. -Как пожелаешь! – Тео наклонился, чтобы получить первую порцию сладкого, но на его плечо легла чья-то твердая ладонь. Хатчкрафт дергано обернулся - Адам, какого черта? – рявкнул он. Краем глаза музыкант заметил, как скривилась девушка. Она явно не рассчитывала на то, что к ним может присоединиться кто-то еще. - Пардон, я вас отвлек, - галантно, но напористо заявил Адам, перехватывая Тео под руку. – Друг мой, ты внимательно ознакомился с публикой? - Чего?! – Тео едва ли не кипел от негодования. Еще не хватало, чтобы Адам обломал ему приятный вечер в компании красотки. Что на него нашло? Возревновал, что ли? Так раньше надо было думать! Тео уже готов был послать Адама примерно по тому маршруту, по какому сам Хатчкрафт не раз отправлялся при попытке заставить жену убавить звук на колонках, но Андерсон сильнее сжал пальцы на его предплечье и прошипел ровно настолько тихо, чтобы его было слышно сквозь электронные ритмы музыки. - Так я тебя спрашиваю, ты внимательно ознакомился с контингентом? Никого не узнаешь? Ровным счетом ничего не понимая, Тео повращал головой, мельком кинув взгляд на толпу, которую можно было обозреть из коридора, ведущего в вип-комнаты. - Адам, какого хрена ты творишь? Оставь меня в покое и найди себе девочку, я что, не могу… - Не можешь! – Адам тряхнул друга и грубовато развернул его в сторону дальней барной стойки. – Иначе станешь объектом для фотосъемки своей собственной жены! - Мать твою еб! – выругался Тео, уставившись на картину, которую ему сейчас хотелось видеть меньше всего. У бара ошивалась его супруга, Теодора Хатчкрафт собственной персоной. Как всегда, облаченная в неприметную темную одежду. На шее болтался какой-то бейдж, благодаря которому она, очевидно, и попала на это мероприятие, в принципе, закрытое для простых смертных. И наперевес она держала неизменный фотоаппарат, при этом оценивающе озираясь, в поисках подходящих кадров. Рядом с ней суетился какой-то парниша, то и дело поглаживая девушку по плечу и что-то ей нашептывая. - Это что еще за поц? – прорычал Тео, плечом отодвигая Адама и делая шаг вперед. Похоже, интерес к охмуренной ранее самке пропал у него молниеносно. – Что Теодора тут забыла? - Нет, Тео, это ты забыл, кем она работает, - проговорил Адам, хлопнув Хатчкрафта по спине. – Твоя жена пришла сюда заниматься своим делом. - Этого мне еще не хватало! – выплюнул Тео, кажется, окончательно протрезвев, и как ледокол двинулся в сторону Теодоры. Андерсон сложил руки на груди и усмехнулся. Ему туда лучше не лезть. Он обернулся на раздосадованную девушку. - Идиот! – злобно отрезала та, и, поправляя бюстье, ринулась прочь. Кому было адресовано ругательство, Адам так и не понял, но в одном он был уверен точно: больше всех его заслужил тот, кто приперся на вечеринку снимать тёлок, забыв, что его жена – папарацци. Адам снова посмотрел в сторону намечающейся «бури в пустыне», и веселье, таки, было в самом разгаре. Тео как раз гаркнул на парнишу, который терся возле Теодоры. Того, как ветром сдуло. Хатчкрафт проследил, достаточно ли далеко ретировался нежелательный элемент, после чего повернулся к жене и, потрясая руками, как солист оперного театра, во время исполнения особо напряженной арии, принялся распекать девушку. Даже из своего отдаленного укрытия Адам прекрасно видел, что на лице Теодоры при этом не отражается ровным счетом ничего, кроме откровенной скуки. Казалось, что еще немного, и она зевнет во весь рот. Тео, видимо, тоже осознал, что его вопли должного педагогического эффекта не оказывают, поэтому решил перенести беседу в более уединенное место, и, сцапав Теодору за локоть, потащил ее в сторону уборных. «Самое время выпить», - подумалось Адаму, и он вернулся к стойке, заказав еще порцию бурбона. Что ни говори, а в компании «Четырех роз» ожидать исхода сего безобразия было куда приятнее… - Что это за хрень, мать твою???? – заорал Тео, не очень-то любезно заталкивая жену в мужской туалет. - Во-первых, выбирай выражения, а во-вторых, не мешай людям спокойно облегчаться. Твои вопли спровоцируют у них медвежью болезнь, - невозмутимо отповела Теодора, предусмотрительно пряча за пазуху пропускной бейдж, чтобы разбушевавшийся муж не узнал лишних подробностей ее проникновения на вечеринку. - Прекрати ерничать! А еще лучше – заткнись! – не унимался Хатчкрафт, сверкая глазами, как новенький маяк излучателем. - Фу, как грубо! – поморщилась Теа. – Я хотела, было, сделать тебе комплимент, что пел ты отменно, но теперь даже как-то расхотелось…. - Кто тебя сюда пустил? – Тео схватил девушку за плечо и слегка приложил об стену. Теодора выдохнула и уставилась на мужа. И взгляд ее больше не был расслабленным и насмешливым. – Что ты тут забыла? - Я на работе. И прибери-ка руки, му-же-нёк, - отчеканила она, резко дернув плечом, чтобы сбросить ладонь Тео. - На работе, да? – прошипел Хатчкрафт, приближая свое лицо к лицу девушки. – Опять вынюхиваешь, и фотоаппарат при тебе, чтобы сразу запечатлеть, да? Решила пасти меня, вдруг я решу позажиматься с Адамом? - С Адамом? – Теа сощурилась. – Ну, судя по тому, что происходило в коридоре, ты решил вернуться в лоно традиционных половых сношений. Такая банальщина, что даже фотографировать неинтересно. Ты бы пособие для пикаперов почитал, что ли…. - Сучка! – прорычал Тео и, вжав девушку в стену, принялся лезть ей в лифчик, стараясь подцепить бейджик. – Снова пришла искать «жареное», да? Зар-р-раза! Теодора некоторое время молча отпихивалась от мужа, стараясь, чтобы он не задел фотоаппарат, но потом резко дернулась, уходя вправо и одновременно высвобождаясь из цепких пальцев Тео. В следующий миг парень получил сильнейшую пощечину, более похожую на зуботычину. Сквернословя, он отшатнулся и прижал ладонь к пылающей щеке. - Еще раз будешь меня лапать, скотина… - процедила Теа, глядя на него полными ненависти глазами, но закончить она не успела. - Хватит, мать твою! – гаркнул Тео, грубо хватая ее за руку, и волоком вытаскивая из уборной. – Пора домой, женушка! - Отпусти! Не мешай мне работать! – заверещала Теа, пытаясь пнуть Хатчкрафта под колено, но наперерез им попался какой-то перебравший тусовщик, и супругам пришлось умерить пыл, дабы выглядеть на публике прилично. Адам сразу заметил, как Тео выволок девушку и повел ее прочь из клуба. Было видно, что она не горит особым желанием покидать заведение, и только десятки глаз мешали ей выдираться и сопротивляться в полную силу. Андерсон покинул свое место, оставив под стаканом чаевые для расторопного и внимательного бармена, и догнал парочку уже на улице. Тео и Теодора стояли лицом к лицу, нервно пыхтя, и буравя друг друга злобнейшими взорами. От провала первого же, пусть и недолгого, совместного появления на публике, их спасало только отсутствие посторонних глаз поблизости. Ибо на чету любящих молодоженов, даже разругавшихся в пух и прах, они ну никак не походили. - Куда, куда вы удалились? - произнес Адам, подходя к другу и его, так называемой, жене. – Бал не пришелся вам по вкусу, господа? - Нет, просто кто-то вкрай охренел! – заметил Тео, сильнее сжимая пальцы, которыми он вцепился в одежду жены. - Еще недавно ты говорил, что она может заниматься всем, чем угодно, лишь бы тебе не мешала. Теперь, вижу, ты поменял свое мнение? – запальчиво поинтересовался Адам. - А ты считаешь, что если ей набьют физиономию за то, что она лезет не в свое дело с фотоаппаратом, это будет отличным пикантным дополнением к нашему балагану, как ты изволишь выражаться? – огрызнулся Тео, придерживая пыхтящую от негодования Теодору за воротник куртки. – Хорошенькое дело, жена Тео Хатчкрафта - желтопрессный фотограф и специалист по жареным фактам! - До тебя только дошло, радость моя? – съязвила Теа, брыкаясь. - Что до меня дошло, я тебе отчитываться не собираюсь! А сейчас мы едем домой! – Тео встряхнул девушку, как котенка, и стал озираться в поисках такси. - Не попрощаешься с той дамой? – продолжала ехидничать Теа. – Фу, как невежливо! После таких-то объятий… - Я тебе сейчас свяжу в узел твой длинный язык, если ты немедленно не заткнешься! – зашипел Тео, подталкивая жену к затормозившей машине. - Ну, моя помощь, я полагаю, тебе не понадобится… - Андерсон сложил руки на груди, с явным удовольствием наблюдая конфликт супругов. - На связи, - бросил ему в ответ Тео, придавая ускорение Теодоре. Девушка, заливаясь злорадным смехом, влетела в салон автомобиля. Хатчкрафт забрался следом, удивляясь своему самообладанию. Еще чуть-чуть, и он готов был превратить такси в место преступления. Тем более, в машине Теа продолжала в своем духе. Она несла несусветную чушь, вступила в диспут с водителем, который оказался каким-то болтливым эмигрантом и, в отличие от любого британца на его месте, поддержал пустую трескотню с неожиданным энтузиазмом. Тео крутился на месте, громко откашливался, и под конец даже заехал Теодоре по коленке. В ответ он получил откровенно насмешливый взор и вопрос: - А что ты думаешь об этом, дорогой? - Мне это мало интересно, - процедил Тео, вовремя поняв, что она просто провоцирует его на конфликт и, отвернувшись, просмотрел в окно всю оставшуюся дорогу. Внутри него все кипело и вулканически фонтанировало яростью и негодованием. Произошедшее уже ни в какие ворота не лезло! Эта особа не смеет и дальше шляться по клубам с фотоаппаратом наперевес. Для него она навсегда останется засранкой и папарацци – не больше, но для остальных она теперь его жена, она по другую сторону баррикад. Пора завязывать с этим ее приработком. Вот только попробуй заставить двинутую девку заниматься тем, что угодно ему. Денег Хатчкрафта она не берет, и впредь, судя по всему, не возьмет, и посему, будет в полном праве послать Тео куда подальше. «А на что я жить буду, голубок? Ты подумал об этом своей набриолиненной башкой, м? То-то же! Так что - отвянь! Салют!» Тео так и видел, как она произносит эти слова ему в лицо. Как всегда презрительно и надменно. А потом сваливает в свою берлогу и врубает какую-нибудь «Sepultura». В бессильной злобе парень сжал кулаки. Нет, это совершенно очевидно, ее надо вытаскивать из этого бизнеса. Надо запретить Теодоре работать на того мудака, который послал ее к ним когда-то. Не хватало, чтобы девку в один прекрасный день поймали и упекли за решетку. Не каждый будет предлагать ей альтернативные условия, как это сделал Тео. Тем более, если она будет шататься по всем клубам, то у него просто не останется шансов на личную жизнь. Театр театром, но он же здоровый мужик! Хатчкрафт едва не выругался в голос. Он уже рассчитывал на ночь в приятной компании той шатенки. Слава яйцам, хотя бы ребята из команды и Мэтт не успели увидеть Теодору и прицепиться с расспросами! - Тормози, мы на месте! – тем временем воскликнула Теа, размахивая руками так, словно в салон к ним залетел рой мух цеце. – И помяни мое слово – корпускулярно-волновой дуализм – это та вещь, которую учат еще в школе! Таксист принялся протестовать, но девушка распахнула двери и вывалилась на улицу, предоставив Тео возможность расплатиться. - И как ты с ней живешь? – поинтересовался водитель, разглядывая Тео, отсчитывающего купюры. Кажется, извозчика распирало от желания поговорить и дальше, но, поскольку Теодора уже утопала в дом, всё его внимание и энергия достались Хатчкрафту. Правда, порывы болтуна пошли прахом, когда Тео сунул ему в ладонь деньги, сдержанно проговорив: «Спасибо» и удалился, громко хлопнув воротами. - Вот же стерва, чертова стерва! – бормотал музыкант, взлетая по ступеням и рывком распахивая двери. Кто бы сомневался – из комнаты Теодоры уже грохотала какая-то хрень, явно призванная разжижать мозги. Хатчкрафт, сквернословя, как портовый грузчик ринулся на второй этаж, на ходу сдергивая пиджак. - Значит, так!!! – начал, было, он, как ангел возмездия возникая на пороге комнаты паршивки, но увиденное привело Тео в такое замешательство и возмущение, что музыкант на миг потерял дар речи. Теодора расселась на столе, уставившись в дисплей фотоаппарата и рассматривая те немногие снимки, которые успела сделать сегодня вечером, а в зубах ее была зажата сигарета. То, что девчонка тайком покуривает, Тео заметил давно. Его нос безошибочно улавливал тонкий запах табака. Но поскольку в комнату Теодоры он практически не имел возможности попасть, на горячем поймать стервозину не выходило. Но теперь, как оказалось, она обнаглела настолько, что уже не считала нужным прятаться. - Какого хрена? - выпалил Тео, подлетая к девушке и выдергивая сигарету из ее губ. Теодора отложила свой Nikon и медленно подняла на Хатчкрафта слегка остекленевший взор. Похоже, перед походом в клуб или уже там, она порядком «заправилась», чтобы не скучать. - Какого хрена, я тебя спрашиваю?? – бесновался Тео. – Я тебе запретил курить в доме! - И? – Теа поджала губы и продолжала немного по-совиному смотреть на мужа. Даже глазами начала моргать по очереди. - Ты издеваешься? – выдохнул Тео, сминая чадящую палочку в кулаке и не чувствуя боли от ожога. – Ты издеваешься надо мной? - Мне кажется, что ты слишком близко принимаешь все к сердцу, голубок… - проговорила Теа, соскальзывая со стола и невозмутимо топая мимо Тео по своим делам. - Не смей сваливать, когда я с тобой разговариваю!! – заорал Тео, бросаясь следом. - Твои истерики сложно назвать конструктивной беседой, - отпарировала Теодора, заходя на кухню и доставая из холодильника бутылку виски. Следом за ней появился стакан, который девушка незамедлительно наполнила почти наполовину. - Так, - Тео глубоко вздохнул, прикрывая глаза и собираясь с силами и мыслями. – Значит, слушай сюда, дражайшая моя супруга. Чтобы я тебя больше не видел в клубах с твоей ебалайкой, ты меня поняла? - Ебалайкой? Это ты про себя, что ли? – фыркнула Теа, собираясь отпить из стакана, но Хатчкрафт отобрал его, не дав девушке пригубить алкоголь, и одним махом опустошил стакан сам, тут же нервно налив себе еще одну порцию. - Котенька, я не поняла, что за припадки? – Теа вскинула брови. - Никакой я тебе не котенька, холера ты чертова! – хрипло проговорил Тео. – Ты меня поняла или нет? С этого дня ты работаешь на нормальной работе, а не скачешь по клубам в качестве папарацци. Что неясно? Будь добра соблюдать правила игры, иначе я тебя солью, ты смекаешь? Ты сама себе роешь яму своими «выходами в свет», крошка! - Мне платят за это деньги! – огрызнулась Теа. – Как не прискорбно, я должна что-то употреблять в пищу. Есть у человека такая особенность, нуждаться в деньгах, радость моя. - Я в курсе, на меня они тоже не с неба падают! – прошипел в ответ Тео. Он ощущал, как начинает хмелеть, словно бы весь тот алкоголь, что он выпил на вечеринке, снова вернулся в кровь и теперь бил в голову, подбадриваемый злостью. - Так и что же ты мне предлагаешь? – выплюнула Теа. - Это твои проблемы, как ты будешь зарабатывать, милая, раз уж ты брезгуешь брать копейчину с той карты, что я тебе дал, - Хатчкрафт оперся рукой на стол, приближая свое лицо к девушке. – Ума сюда залезть хватило, теперь пораскинь мозгами, как получать деньги на легальной основе. Или ты не в курсе, что фотографировать можно не только чужую личную жизнь? И курить ты в моем доме больше не будешь! Если так свербит в заднице – вали на крыльцо и там хоть жри свой табак, ясно? - Что еще? – с вызовом бросила Теа. - Для начала хватит, у тебя и без того проблемы с усвоением материала, как я вижу! – Тео пригубил алкоголь. - А не много ли ты хочешь от меня, красавчик? – Теа уперла руки в боки. – Туда не ходи, этого не делай… Я и так изображаю твою женушку, чего, поверь, мне с головой хватает. - Хватает? – сощурился Хатчкрафт. – Перетрудилась, что ли? И чего же тебе хватает, моя любимая половина? Чем же тебя так не устраивает твой новый статус? - Мне хватает того, что в мою жизнь вот уже который день лезут малознакомые мне обмудки с вопросом, а не жена ли я того самого Тео-мать-его-Хатчкрафта? Лезут и предлагают свои услуги, внимание, и кучу всякого, совершенно ненужного мне дерьма! Меня находят какие-то истеричные девочки, пишут всякую херь, ходят за мной по маркетам. Какого черта? Я не планировала, чтобы малолетние фанючки наблюдали за тем, как я покупаю прокладки! - А тебя, я вижу, задевает тот факт, что ты теперь живешь в тени своего знаменитого супруга? – развязно улыбнулся Тео, прихлебывая виски. - Меня задевает то, что я живу в тени такого высокомерного, чванливого, самоуверенного пиздюка, как ты! – выплюнула Теа, хватая со стола бутылку с алкоголем. - Ах, пардон, пардон! – Тео театрально поклонился, словно испрашивая извинения. – Я же совсем забыл, что имею честь беседовать с величайшим фотографом всех времен и народов! Ведь до того, как лазить по чужим огородам, она трудилась на благо сайтиков, типа Wayfarer, так, кажется? И освещала такие важные события, как рождественские ярмарки в альпийских деревнях и миграцию касаток в каком-то там зажопинском заливе. Весьма довольный своей тирадой Тео поднял глаза на жену и тут же вздрогнул. Девушка смотрела на него с такой смесью боли, отвращения и злости, что Хатчкрафт сразу понял, что сболтнул лишнего. В следующий миг Теа на практике подтвердила его догадку, коротко рыкнув и швырнув бутылку через всю кухню, аккурат над головой супруга. С жутким грохотом врезавшись в стену, сосуд разлетелся на сотни осколков, обильно сдобрив окрестности крепким содержимым и попутно сшибив пару фотографий, коими стена была украшена. Тео только и успел вжать голову в плечи. Когда опасность миновала, парень опасливо обернулся, оценивая масштабы ущерба, потом ошалело уставился на жену. Теа, кажется, сама была поражена неожиданным всплеском ярости, впрочем, еще не унявшейся. Девушка тяжело дышала, исподлобья глядя на Хатчкрафта, потом вдруг дернулась, как от удара, подняла голову, будто хотела что-то сказать и прикоснулась дрожащими пальцами к своему шраму на подбородке. - Ты… ты меня не знаешь, Хатчкрафт, - сказала она глухим, надтреснутым голосом. – Так что придержи свой язык. Развернувшись, девушка почти бегом ринулась прочь из кухни. А Хатчкрафт выдохнул и опустился на стул. - Вот уж точно, совсем не знаю, - пробормотал он, мысленно проклиная жену за расточительство и уничтоженный виски. О том, чем же он так вывел эту припаренную девку из себя, ему даже помыслить не хотелось.

* * * * *

После этой ссоры и швыряния предметами, Теодора на некоторое время пропала. Словно провалилась сквозь землю. Поначалу Тео не обращал внимания, наслаждаясь тишиной и спокойствием, но на третий день ему стало не по себе. А вдруг она слиняла и теперь со злости готовит план по разоблачению, уже слив то самое видео в сеть? В какой-то момент Тео испугался настолько, что уже собирался заглянуть в интернет и проверить, нет ли там уничижительного для них с Адамом компромата. Но, вовремя взяв себя в руки, Хатчкрафт решил для начала произвести разведку и сунул нос в комнату Теодоры. Дверь была, как ни странно, открыта. Дальше порога он заходить не стал, но ощутил значительное облегчение, увидев, что ноут девушки покоится на столе, а по комнате раскиданы ее вещи. Стало быть, Теа никуда не съехала. Просто эту идиотку где-то черти носят. На радостях Тео возжелал напиться в каком-нибудь баре средней степени приличности, где к нему не пристали бы коллеги и не узнали бы фанатки. К тому же он твердо решил, что сегодня снимет симпатичную цыпочку и устроит себе ночь плотских утех. Воспоминания о неудаче в том клубе, в день презентации, только раззадорили его желание. Хатчкрафт порядком устал от воздержания и эротических сновидений, которые периодически его атаковали. Снился ему и Адам, и какие-то весьма подкованные в вопросах прелюбодеяния дамочки. Только вот у всех этих снов был один куда как неприятный аспект – выхода скопившейся энергии Тео не находил и, проснувшись в приподнятом в определенных частях тела настроении, он валялся в постели и проклинал все на свете, считая ниже своего достоинства заниматься рукоблудием. Кроме того, сны часто завершались появлением Теодоры. Она неизменно гаденько улыбалась и всем своим видом намекала на то, что сейчас случится адовый пиздец. Что, собственно, и начиналось. Адам и телки куда-то пропадали, и начиналась совершенно упоротая канитель, от которой Тео и просыпался в холодном поту. Но со стояком. Впрочем, этим вечером Хатчкрафт надеялся развлечься по полной программе, и, завалившись в один из пабов неподалеку от своего дома, уже присмотрел достойную добычу. Девушка была не промах и сразу смекнула, что пришлась по душе симпатичному молодому человеку, сидящему за барной стойкой и потягивающему виски. Своего шанса приятно провести вечер она терять не стала и спустя пять минут переглядываний и улыбок, присела рядом, протянув новому знакомцу наманикюренную лапку: - Стейси, - представилась она, откидывая привычным движением головы высветленные волосы за спину. Говорят, что мужчинам очень нравятся подобные женские штучки. Парень не оказался исключением, окинув оценивающим взором тонкую фигурку девушки, и улыбнулся, протягивая в ответ свою руку: - Тео. Выпьешь что-нибудь? - А что пьешь ты? Виски? Ой, нет, это такое фу. Лучше коктейль. - Как скажешь, - Тео снова улыбнулся и подозвал бармена. «Вот и чудно, от коктейлей барышни хмелеют куда быстрее» Стейси, и в самом деле, оказалась очень быстрой и крайне сговорчивой. На третьем бокале жидкости с дебильным названием и ядерным оттенком она уже приютила ладошку на бедре Тео, а когда он заказал ей пару шотов для куража, стала откровенно поглаживать парня. Хатчкрафт был готов утащить новую подружку в уборную и приступить к удовлетворению насущных потребностей самца, но, судя по подозрительным взглядам, которые то и дело кидал на них бармен, его план уже не был для персонала секретом. Стало быть, задорный трах в кабинке туалета придется отложить и потерпеть до дома. А уж там, как говорится, и стены помогают… После шотов Стейси окосела настолько, что Тео решил от греха подальше уводить ее из бара, дабы не оказаться в самый ответственный момент с храпящим бревном на руках. Ночной свежий воздух слегка отрезвил девчонку, так что они успешно добрались до дома, то и дело притормаживая, чтобы вдоволь нацеловаться. Тео понимал, что совершает глупость, ведя ее в дом, но всяко Теодоры там не было, и, к тому же, парню было наплевать. То ли накопившаяся злость, то ли виски сделали свое дело. О последствиях он уже не думал. - У тебя очень знакомое лицо! – щебетала Стейси, вцепившись в руку Тео как детсадовец в любимую воспитательницу. – Скажи, ты случайно, не актер или певец? - Да, я люблю петь, - туманно ответил Тео. Может быть, она и узнает его, но самому говорить об этом совершенно не обязательно. - Ой, а что это у тебя на пальце? Кольцо? «Твою мать!» - выругался Хатчкрафт про себя. Надо же было так облажаться! Будучи женатым лишь формально, он, разумеется, мыслил несколько иначе, чем среднестатистический муж, вступивший на скользкую дорожку адюльтера и, само собой, просто не подумал о том, что кольцо в таких случаях подобает прятать от греха подальше. Как на беду, основательно поддатая Стейси заметила обручалку уже на крыльце дома, когда Тео почти открыл двери, вовсю предвкушая ожидающие его услады. - Послушай, дорогуша, но ты же женат! – сказала девушка, замерев на пороге. - Что скажет твоя жена? - Ничего она не скажет, - отмахнулся Тео, прихватывая новую подружку за задницу и открывая двери. – Ее, в последнее время, вообще не бывает дома. - Оскверним супружеское ложе? – пьяненько захихикала Стейси, спотыкаясь об порог и вваливаясь в коридор. На счастье, моралисткой она не была. - И не только ложе, - промурлыкал Хатчкрафт, собираясь прижать свою добычу прямо у входа, но первое, что он услышал, был голос Теодоры, доносящийся из кухни. - И если я говорю, что это мудачество, значит, так оно и есть, поверь моему опыту! Ну, что? Что ты смотришь на меня, как зебра на раскраску?? Парень с девушкой замерли в коридоре, боясь пошевельнуться. На миг Тео почувствовал себя нашкодившим ребенком, но когда недовольному голосу жены стал вторить взволнованный мужской тенор, растерянность сменилась возмущением. - Ой! – Стейси испуганно икнула. – Она тут? - И, судя по всему, не одна, - мрачно резюмировал Тео, двинувшись на голоса. - Теа, ну что я могу сделать, если шеф рвет и мечет! Материал его не устраивает, а я.…Ой! Хипстероватого вида парень вздрогнул, едва не уронив при этом стакан с пойлом, и уставился на возникшего в поле зрения Хатчкрафта. Вечеринка была в самом разгаре. В центре стола, среди раскиданных бумаг и фотокарточек, маяком возвышалась почти законченная бутылка рома, по всей кухне витал сизый сигаретный дым, а Теа, облаченная в растянутую футболку, невозмутимо восседала на краешке стола. Тео поджал губы, заприметив, что его дражайшая жена снова побрезговала надеть хотя бы пижамные штаны и светила нижним бельем. Где она лазила все эти дни – неизвестно. Но Хатчкрафт сразу заприметил, что руки у нее исцарапаны, несколько пальцев перемотаны пластырем, а губа, кажется, не сильно, но разбита. «Дралась, что ли?» - опешив, подумал Тео. Стейси заинтересованно выглянула из-за плеча музыканта и тут же наткнулась на оценивающий взгляд Теодоры. Воцарилась тишина. Теа молча смотрела на мужа и девицу, словно бы не понимая, что это за люди и что они делают у нее на кухне. Гость Теодоры переводил затравленные глаза с Хатчкрафта на бутылку рома, а Стейси нервно икала за плечом своего несостоявшегося любовника. - Я же просил не водить сюда друзей – процедил Тео, наконец, прерывая паузу и делая шаг в кухню. - А это не друг, - бросила Теа, затянувшись и выпустив струю дыма почти мужу в нос. – Познакомься, это Пол, но мы с коллегами называем его Полли. Он - моя закадычная шлюха. Полли, прости, - обратилась она к окончательно офигевшему парню, который «под шум волны» принялся собирать подрагивающими руками со стола фотографии. – Шлюх ведь, как я вижу, к нам в дом водить можно, да, Те-о? – Теа сощурила глаза и снова затянулась. - Придержи язык! – тихо, но злобно проговорил Хатчкрафт, понимая, что вечер перестает быть томным. - Окей, родной, как скажешь… - Теа закинула ногу на ногу, оголяя при этом гладкое бедро. – А я-то как раз думала, не стоит ли рассказать нашей гостье про твои предпочтения в сексе, чтобы, так сказать, предварить недоразумения. - Мне… пора… наверное… я пойду…. – промямлила Стейси, тенью ускальзывая в сторону входной двери. - Какая смышленая девочка, - пропела Теодора. – Полли, давай отложим разговор на потом. Проводи даму, время-то позднее. А мы тут сами разберемся. Пол кивнул, тряхнув модной прической, поправил очки на носу, и ретировался со скоростью отправленной не на тот номер смски, пробормотав робкое: «Дасиданья» в сторону Хатчкрафта. - Скатертью дорожка, - бросил Тео через плечо и обратился к жене. – Слезь со стола. Теодора с отборно-стервозным выражением лица вальяжно соскользнула со столешницы. – Я же просил не курить в доме. - Прости, у нас был мозговой штурм, - ответила Теа, стряхивая пепел прямо на пол. - Какого хрена ты тут творишь? – прошипел Тео, приближаясь. - Встречный вопрос, - девушка щелчком отправила окурок в раковину и с вызовом уставилась на мужа. – Или мне нужно извиниться за сорванную ночь любви? - А что же мне теперь, целибат принять? – рыкнул Тео, сжимая кулаки. - Меня не волнуют подробности твоей половой жизни, Те-о, - спокойно проговорила девушка. И эта флегматичная интонация бесила Хатчкрафта больше всего. Сейчас Теа была так похожа на Адама, который будто назло ему оставался невозмутимым в те моменты, когда сам Хатчкрафт фонтанировал яростью. – Трахай своих шлюшек где угодно, но я не потерплю, чтобы меня выставляли идиоткой перед барышнями с IQ ниже, чем у пляжного зонтика. Ты сам в это ввязался, если не забыл. Так вот, будь добр изображать из себя примерного супруга хотя бы в стенах нашего, якобы, уютного супружеского гнездышка. - Стало быть, ты у нас святая! – рявкнул Тео, нервно хватая бутылку с остатками рома и убирая ее в холодильник. Он чувствовал, что должен себя чем-то занять, или просто натворит глупостей. - Я, по крайней мере, работой занималась, - отпарировала Теа, в свою очередь, сгребая оставшиеся фото и бумаги. – Кстати, а что же так? Тебе пришлось прибегнуть к услугам гламурных гетер? Адам, стало быть… - Заткнись! – закричал Тео, ощутив, как в его голове словно фейерверк взорвался. Ярость закипела в каждой жиле, по телу пронеслась дрожь, и рука сама вскинулась для удара. Он был готов бить, но глаза его наткнулись на необычайно спокойный, холодный взгляд жены. Она стояла, подняв голову и сжав губы, ожидая того, что произойдет. И она не боялась . Ни капли. - Ну, давай, ударь, - произнесла Теа одними губами. – Бей, если духу хватит, Хатчкрафт. Тео вздрогнул и отшатнулся, невольно спрятав за спину руку, которой хотел стукнуть девушку. Неужели он готов уподобиться тому, кто рассек ей губу? Если, конечно, Теа сама не вынудила этого человека напасть. Кажется, что она была горазда даже Папу Римского вывести из себя. Теа смотрела на него с торжеством. Она в который раз победила. - Приятного вечера, муженек, - насмешливо выплюнула девушка, и прошла мимо, задев его плечом. Тео так и остался стоять посреди кухни, в бессильной ярости сжимая кулаки. Он ненавидел проигрывать, но в этом случае он, как ни крути, остался бы проигравшим. Она взяла верх, а у него просто не хватило духу довести желаемое до конца. Но даже если бы он врезал ей, то упал бы еще ниже. Изнутри его просто разрывало на куски от ярости, но и от болезненного осознания того, что он едва не ударил девушку. И пусть она - наглая зараза, которая виртуозно пьет его кровь уже который день, она была и женщиной, слабым существом, которое надо оберегать. Хатчкрафт вздрогнул, почти физически ощутив жжение от удара собственной ладони о ее надменное лицо. - Твою мать!- выругался музыкант сквозь зубы и быстрым шагом подошел к окну, распахивая его настежь. В кухне было настолько сильно накурено, что дышать становилось просто невозможным. Он еще долго стоял у распахнутых ставен, впившись пальцами в край подоконника. Тео понимал только одно – его жизнь в собственном доме превратилась в вереницу каких-то шизофренических соревнований и битв. И пока что он проигрывал с почти разгромным счетом. Надо было что-то менять.