Братья сердца моего

После того, как наша горничная привела нашу комнату в приличный вид (это я понял по звукам), я позвал ее пройти на кухню. - Сэр, с вас 15 долларов. - Держите, - протянул я ей купюру, глядя на нее с веселой улыбкой. - Спасибо, - расплывшись в широкой улыбке, произнесла она и вышла из комнаты, пройдя к порогу нашего номера. Когда я услышал, как она закрыла входную дверь я облегченно вздохнул, потому что до этого переживал по поводу чистоты нашего пристанища. Я вернулся к своему занятию, чинно уселся на кухне и начал читать новую страницу газетенки. Мадс, позевывая, сидел рядом со мной, попивая порядочную, 6 чашечку кофе. В комнате наступила тишина. Я ей вдоволь наслаждался, предвкушая встречу с юным героем-любовником, который мне не особенно понравился. Но удивительным был тот факт, что даже Мадс меньше меня беспокоился о дочери, даже не разузнав о Винсенте ни малейшей крохи информации, хотя, я его прекрасно понимал. После потери любимого сына, такие мелочи, как запятнение репутации дочери, почти ничего для него не значили. Тишина продолжалась еще минуты две, но тут же ее прервал звук открывающейся двери; похоже Виола окончила утренние водные "процедуры". И действительно, через мгновение она появилась в дверном проеме кухни. - Ну, как поплескалась, - язвительно спросил я Виолу, которая вошла в комнату. - Отлично. Кстати, вы мне поможете? Тут мы с Мадсом одновременно подняли бровь и хором спросили: "С чем?". Виола, немного помявшись, тихо и смущенно пробормотала: - Эмм... ну, с моим гардеробом... Вы же знаете, перед красивым парнем нужно выглядить полагающе. Мадс, перестав зевать, раскрыл глаза, перевел взгляд от Ви на меня и недовольно пробурчал: - Мало того, что к нам сюда скоро заявится твой молокосос, мы еще должны ему организовать определенную обстановку. В номере - идеальную и не очень-то дешевую чистоту, да еще теперь и тебя разодеть, как куклу. Ларс, что скажешь ты, - спросил меня Мадс, почти вырвав из моей руки мною недочитанную газету, таким образом, пытаясь привлечь мое внимание. - Ну... Ладно, в чем-то Мадс прав, твой приятель действительно беспардонен... Тут Ви нахмурилась и сорвалась на крик. Похоже, она разозлилась на нас. - Я вас разве не предупреждала о Винсенте?!.. По моему, мы с вами еще вчера обговорили это. Эта встреча очень важна для меня. Вы должны мне помочь подготовиться к ней, я обязана хорошо выглядить. Посмотрев на нее через свои очки, я щелкнул пальцем и молча кивнул головой, дав понять, что мы согласны на это. Виола улыбнулась, поняв меня, и вышла в спальню, чтобы переодеться из купальной одежды в повседневную. Пока она отсутствовала в спальне, Мадс приблизился ко мне. Наши губы находились в нескольких сантиметрах друг от друга, Мадс, любовно на меня посмотрев, прильнул к моим губам, нежно целуя. В самый трогательный момент нашего с ним обоюдного лобызания, Виола крикнула, чтобы мы шли в спальню. Мадс отстранился от меня, поправил упавшую прядь и вышел из комнаты, а вслед за ним из кухни вышел и я. Зайдя в спальню, я несколько раз протер глаза, потому как хотел удостовериться, не сплю ли я. На большой кровати лежали разбросанные юбки, брюки, футболки и платья Виолы самых ярких и пестрых расцветок. Среди всего этого цветастого великолепия, на кровати валялась полуобнаженная Виола, которая, судя по всему, нас с Мадсом нисколько не стеснялась. Заметив мой оценивающий взгляд, Виола встрепенулась: она вскочила с кровати и прикрывая грудь своим бюстгальтером попятилась к распахнутому шкафу. Прикрывать грудь у нее плохо выходила, я видел торчащие соски, которые выглядывали очень невинно. Мадса, к моему великому удивлению, в спальне не было. Наверное, он так и не дошел до нее, а засел в туалете. Пользуясь ситуацией, я решил поговорить с Виолой. - Чего ты добиваешься, Ви, бродя в таком виде по гостиничному номеру? Допустим, ты не стесняешься отца и меня, но тебе в голову не приходит, что тебя может увидеть кто-нибудь из сервиса гостиницы? Виола густо покраснела и промолчала. Но потом, ответила: - Соглашусь с твоими словами, дядюшка, но ты и сам наверное, многое понимаешь... - Что я должен понимать? Виола опустила глаза. - Что происходит с тобой? - Ничего... Я потом скажу... Какой мне цвет, кстати, подходит? Подумав, я оглядел Виолу, и торжественно заключил: - Сиреневый. В ту же секунду она подошла к куче сложенной хаосно, одежды, и выбрала из нее сиреневое платье с белой драпировкой. Окончательно убрав с груди бюстгальтер, она прикрывшись платьем, вышла в ванную, оставив меня одного. Пользуясь моментом, я подошел к шкафу и начал рыться в его содержимом. Сила, подхлестнувшая меня это совершить, меня не обманула. На дне бельевого шкафа Виолы я нашел фотокарточку 80-х годов. На ней была запечатлена Аннет в черном атласном платье с натянутой улыбкой. Повертев фотографию, я обнаружил едва заметную строчку от руки, которая гласила: "Любовь моей любви". Почесав затылок я ничего не понял, но спрятал фотографию в карман своего махрового халата и продолжил ждать, когда придет Виола обратно в комнату, для демонстрации своего дефиле.