Жизнь без души...

Горит душа, а нервы на пределе, И ярость душит, не дает вздохнуть. Волною судорожной сводит тело, Месть застит разум, не дает уснуть. Лицо врага стоит перед глазами, Ухмылка наглая, надменный взгляд, И слово, точно меткий острый камень, Застряло в сердце, испуская яд. И хлещут мысли, не дают забыться, Бес властвует, пирует до утра. Лишь два пути: убить… или убиться! Решить наедине с собой пора. Клокочет гнев и рвет на части душу. Глаза врага увидеть бы в бою…. А дьявол учит заповедь нарушить, В кипящем разуме одно – «убью»!

      POV Клэри       Ничего кроме темноты. Она обволакивает меня, но мне не больно, я могу открыть глаза. Просто не хочу. Не хочу снова возвращаться к той пустоте, к той без исходной ситуации, из - за которой я все потеряла: семью, друзей, любимого.       До сих пор не могу понять, почему я такая дура!? Почему возомнила себе, что я могу стать именно тем человеком, который сможет убить Джонатана? Эта не та история, в которой добро побеждает зло, в которой главная героиня находит своего принца, у них появляются дети, они умирают в один день. Эта не та сказка. Здесь принц ненавидит сою возлюбленную, потому что она перешла на сторону зла. А что представляет из себя сама принцесса? Да ничего! Жалкое создание, которое сейчас лежит неизвестно где. Ты ничтожество!!!       Я вскрикнула и открыла глаза. В лицо ударил яркий и теплый свет. Я медленно приподняла голову и осмотрелась. Довольно большая, просторная комната, обои тепло - бежевого цвета, дверь цвета слоновой кости, таково же цвета кровать, на которой сейчас я лежала, укрытая фиолетовым покрывалом.       Только сейчас я посмотрела на себя. На мне легкая майка и темные станы. Кто меня переодел? И только сейчас я поняла где нахожусь.       Быстро сбросив покрывало, я уже почти встала, но руку что - то сильно сжало, тяня меня назад, и я обратно повалилась на кровать. На левой руке красовался наручник, прикрепленный изголовью кровати. Я попыталась подергать рукой, но сделала только хуже.       Я снова легла на кровать. Мысли путались в голове, надеясь собраться в одну единую картинку, чтобы все стало просто и понятно. Но этого не будет. К сожалению, нельзя отмотать время, исправить все свои ошибки, понять в чем ты был не прав. Сейчас больше всего меня убивает мое бездействие. Сейчас я просто лежу здесь и жду непонятно чего, вместо того, чтобы сорвать эти долбанные оковы и пойти придушить этого мерзавца, который портит мне жизнь. Я со всей силы дернула рукой, думая, что сейчас наручники упадут, и я смогу уйти, но этого не произошло, в руке только что - то больно кольнуло.       -Ты не сможешь из них выбраться. Даже не надейся, - услышала я надменный голос за своей спиной.       Сзади меня стояла Кристина. Она была одета в облачение Сумеречного Охотника, на поясе пара ножей, а в руках стило. Ее явно веселило то, что я пытаюсь выбраться из наручников.       - Отвали, - огрызнулась я в ответ, но услышала только недовольное цоканье.       - Я бы тебе не советовала так себя вести. Джонатану не понравится, если я буду причинять тебе вред, а я не люблю когда мне хамят, ты же знаешь, - Кристина начала медленно приближаться ко мне. Я прекрасно помнила, что делала брюнетка с теми, кто ей не угождал или не слушал. Удары, чаще по лицу. Одно неверное слово, и ты получаешь удар по своей физиономии. Сила удара зависит от слова, которое ты неправильно сказал.       - Знаешь, тебя я уже не боюсь, - я решила, что сейчас мне надо быть сильной. - Ты сама сказала, что достаточно хорошо обучена. Так что, если ты попытаешься опять меня ударить, сейчас я молчать не буду, - на моем лице появилась легкая, но жалкая улыбка.       - Ну хорошо, - теперь лицо Кристины стало очень серьезным. Она быстро подошла ко мне, рывком сняв с меня наручники и поднимая с постели. - Пошли, тебя ждет твой брат.       Прежде чем выйти из комнаты, Кристина вновь завязала мне руки, но на этот раз веревкой.       Честно говоря, я ни разу не видела Дом Советов таким, множество комнат, прекрасный кафельный пол, картины почти на всю стену, колонны. Должно быть это восточное крыло, которое так хорошо отремонтировали.       Почти по всюду стояли стражи, одетые точно так же как и Кристина. Они молчали, когда мы проходили мимо них, но за спиной я слышала смешки и фырканья.       Джонатан оказался на третьем этаже Дома. Он стоял на небольшом балконе, с которого открывается замечательный вид на Аликанте.       Как только мы появились, Джонатан будто встрепенулся и повернулся ко мне. На его лице заиграла ослепительная улыбка.       - Кларисса, рад что ты пришла, присаживайся, - произнес брат, все так же обманчиво улыбаясь. Но я продолжала стоять, не двигаясь с места. - Ну хорошо, - его ухмылка чуть померкла, но не исчезла бесследно.       - Ты помнишь твой визит ко мне в дом в Нью - Йорке, когда я просил передать мое послание твоим друзьям? - спросил мой брат, смотря на меня.       Черт, как это могла вылететь у меня из головы? Надо было остаться рядом с Джослин, защитить ее. Прошло ровно десять дней. Время вышло! Теперь отсрочки не будет.       Увидев, как я смутилась, Джонатан заулыбался еще шире.       - Ты поняла, что время вышло! А я должен выполнить свое обещание, которое давал тебе, когда ты согласилась быть на моей стороне, - он снова устремил свой взгляд на меня, а я смотрела на него, как дура.       - Как я поняла, то нашей сделки не будет, - сказала я, собирая остатки своего самообладания.       - Ты обманула меня, согласилась, но своего обещания не выполнила, - в эту же секунду Джонатан оказался рядом со мной, отчего у меня замерло дыхание. - Ты предала меня, а ты ведь знаешь, как я этого не люблю, - он взял меня за запястье.       - Знаю, - пискнула я.       Брат повел меня к балкону. У меня начали подкашиваться ноги.       Сейчас Аликанте был превосходен. В ночном сиянии, которое исходило от прожекторов башен, от фонарей, которые светили тусклым, зеленым цветом.       - Как ты думаешь, я сдержу свое обещание? - лукаво спросил он.       И в эту же секунду, как по взмаху волшебной палочки, Аликанте начал рушиться. Первыми упали башни, наше главное спасение пало первым, обычные жилые дома начали взрываться, Главная Площадь теперь походила на большой кратер, оставленный после большого взрыва. Но тот человеческий крик, который сейчас стоял в воздухе, наполнял его, я никогда его не забуду. Он впал мне в душу, как отпечаток, выжигающий меня изнутри.       А все это по моей вине. Я не смогла убить его раньше, не смогла!       Только сейчас я поняла, что по щекам бегут горячие потоки слез. Все бегут и бегут, но я как будто не чувствую их, во мне ничего не переворачивается, я просто стою, а по щекам бегут соленые дорожки. Внутри меня пустота.       Неожиданно даже для себя, я ударила Джонатан ногой в живот, он тот отлетел назад, врезаясь в письменный стол. В мгновение ока ко мне подбежала Кристина, заламывая руки, отчего я упала, и теперь стояла на коленях.       Джонатан поднялся на ноги, из губы у него текла кровь. Было видно, что он теряет последние остатки самообладания. Он подошел ко мне, и я уже приготовилась к удару, но вместо этого он нагнулся и поцеловал меня, яростно и жестко. Я пыталась вырываться, но он сильно схватил меня за плечи.       - Ты не оставляешь мне выбора, Кларисса, - произнес он, отрываясь от меня. - Тебе придется выпить из кубка.       - Лучше убей, - зло произнесла я, еще чувствуя его кровь на своих губах, едкая, прожигающая кожу.       - Я не могу позволить себе такой роскоши, - произнес он, улыбаясь. Джонатан подал знак Кристине, и она резко подняла меня на ноги.       Почти у самых дверей я остановилась и повернулась к брату лицом.       - Даже если не я тебя убью, это сделают другие, - проговорила я, вкладывая в эти слова всю ярость .       - Кларисса, Кларисса, - тихо произнес Джонатан, будто пробуя мое имя на вкус. - Как жаль, что ты уйдешь вслед за своим отцом.