Глава 24. Закон - это закон!
7 декабря 2014 г., 16:35
Дождь - это слезы и воспоминанья, Дождь - это плач погасшей любви, Дождь - это дрожь, страх и молчанье, Дождь - это крик заболевшей души. Дождь - это муки людского сознанья, Дождь - это сумрак разбитой мечты, Дождь ранит душу мне постоянно, Все потому, что дождь - это ты!
POV Джейс В ушах до сих пор звенит, и руки дрожат. Мне трудно перевести дыханье. Сердце бьется как бешеное. Я медленно оседаю на землю. Я убил Джонатана Кристофера Моргенштерна! Я должен радоваться, что такое чудовище уже больше никому не причинит вреда. Буквально в десяти метрах от меня лежит его бездыханное, изуродованное тело. Но почему - то в душе дикая пустота и страх. Отчего? Тот душераздирающий крик, который я слышал, до сих пор стоит у меня в ушах. Не ручаюсь, что это был крик именно Клэри, но в тот момент у меня внутри все похолодело. Моя Клэри! Что с ней? Где она сейчас? Может быть она где - то сейчас лежит, истекая кровью, зовет на помощь, а ее никто не слышит! Моя бедная Клэри! С этими ужасными мыслями пришла и боль от крови Джонатана, которая забрызгала мне с ног до головы. Я с трудом поднялся и пошел прочь из переулка. Зачем здесь оставаться? На улицах Аликанте творился полный хаос. Все было в темном тумане, который шел от все еще горевших крыш домов, и тех обломков, которые валялись на земле. Тела демонов и мертвых нефилимов лежали почти друг на друге. Кто - то уже не дышал, кто - то изнывал от смертельной раны, а кто - то все еще стоял и защищал свою никчемную жизнь. Недалеко от меня я увидел Изабель и Джослин, которые сражались с парой Отреченных. - Изабель, отведи Джослин в безопасное место и спрячься сама, - крикнул я, закрывая сестру и мать Клэри. Иззи не стала возражать, и подхватив Джослин скрылась за поворотом в переулок. На меня стали нападать Отреченные. Месяц назад я бы не смог выдержать их атаки в одиночку, но сейчас во мне кипела ярость и гнев. Они придавали мне сил. Я бил яростно и жестоко. В каждый удар я вкладывал ту ненависть и боль, которую я испытал. Каждый удар должен был предназначаться Джонатану, но он мертв! Он не должен был так умереть. Он должен был предстать перед пытками, почувствовать ту боль, которой подергал всех. Которой подверг свою родную сестру. Отрубить голову, это слишком мало, слишком просто. Надо было вырвать ему сердце и сжечь его. Он должен был мучиться и умолять о пощаде, но я бы его все равно не пощадил. Такому чудовищу не место в этом мире. Он во обще не должен существовать! Я заметил, что ко мне приближаются Мариза, Алек, Роберт и Мила. Это все к остался, по крайней мере, это все кого я видел на этой улице. Мы сбились в круг, стоя спиной друг к другу. Это была ошибка! Если по одиночке Отреченные не могли причинить такого весомого урона, то сейчас они могут прихлопнуть нас одним ударом. Только один их яд может обрызгать нас всех вместе взятых. Что делать!? Если мы будем медлить или начнем нападать, нам не выжить. Мозг начал лихорадочно работать, придумывая план. Другого выхода не было! Я рванулся из круга, уводя демонов за собой. - Джейс! Вернись! - надрывалась Мариза, но сейчас меня мало волновали ее нравоучения. Я должен был их спасти. Бежать пришлось мне не долго. Через несколько минут я выбился из сил, но это было не самое страшное. Впереди меня был тупик. Я в ловушке! Буквально в следующее мгновение в правое плечо врезалось что - то острое. Мгновенно на смену боль, которую я почти не почувствовал, пришла агония. В плечо был воткнут клык Отреченного. Он прошел насквозь. Яд начал проникать в кровь. Я перестал чувствовать правую руку, сначала по запястье, а потом и всю конечность. Все это занимало секунду. Отреченный вновь наносит мне удар, но успеваю отскочить, падая на землю. Боль от раны разносится по всему телу. У меня не осталось сил и времени. Демон с клинком в руках бежит на меня. Когда он замахивался для удара, я закрыл глаза. Не хочу смотреть на свою смерть. Я слышу как холодное оружие вонзилось в тело, но этого не чувствую. Ничего не чувствую, кроме ужасной боли в руке. Медленно открываю глаза и попадаю в плен карих глаз. На мне лежит Роберт. Его глаза широко распахнуты, губы чуть приоткрыты, а руки сжаты в кулаки. Только сейчас я заметил, что из его спины торчит дьявольский клинок. - Нет! - прохрипел я. Роберт уже не дышал, но его тело было по - прежнему теплым. - Джейс, - тихо позвал Алек, пытаясь поднять меня на ноги. - У нас нет времени. Пойдем! - Но мистер Лайтвуд, - пытался вымолвить я хоть слово. - Так было нужно, - раздался голос Маризы, которая взяла меня за правую руку. Я закричал. - Тебе нужна помощь, иначе будет поздно. Алек и Мариза, подхватив меня, побежали обратно, а Мила прикрывала. Отреченных почти не оставалось. Улицы были почти пусты! Но почему? Резкий удар и мощный ветер, летевший нам на встречу. - Быстрее! - крикнула Мариза, и через силу мы начали противостоять потокам ветра. Силы начали покидать меня. Мне уже было все равно что происходит. Боль в руке стала нестерпимой, я потерял все силы с ней бороться, поэтому просто принял это как должное. Где - то уже позади нас раздался ужасный шум, будто что - то с грохотом упало. - Дом Советов рушится, - сказал Алек, занося меня в дом. - Господи, Джейс, - крикнула Иззи, освобождая обеденный стол. Меня положили на стол, и надо мной склонилась Мариза. - Джейс, не отключайся! Сейчас будет больно, потерпи, - проговорила она, взяв мою голову в свои руки. Мариза засучила рукава своей рубашки и взялась руками за клык. Я тихо застонал. Ко мне даже еще не притронулись, а мне уже нестерпимо больно. - Насчет три, - тихо проговорила охотница. Я почувствовал, как мои руки и ноги сильно сжали и пришпилили к столу. - Раз, два, три, - Мариза резко дернула и вытащила клык. Я разразился диким криком и отборной бранью. Так мне еще никогда не было больно! - Все, Джейс, все хорошо, - услышал я голос Изабель через пелену. - Он без сил. Оставь его, Иззи, - скомандовала Мариза. - Отнесите его наверх. Кровать мне никогда еще не казалась такой мягкой и теплой. Как только я лег, я провалился царство Морфея. Мне снился дым, кровь и глаза Роберта, которые были полны боли.***
Когда я спустился в гостиную, все были уже в сборе. Изабель, Мариза и Джослин сидели на диване. Алек, Мила и Люк стояли возле какого - то человека. Только подойдя поближе я узнал в этой жесткой фигуре Инквизитора. - Что происходит? - хрипло спросил я, садясь кресло. - Все закончилось, Джонатан, - сухо и холодно отозвалась Джеда. - Все? - Все. - И что будет дальше? - испуганно спросила Изабель, сжимавшая руку матери. - Сначала мы похороним тех, кто пал в этой жестокой битве, а потом посмотрим. - Как Марк? - спросил Люк, придерживая Джослин за плечи, которая будто не слушала. - С ним все в порядке. Его успели вывести, прежде чем Дом начал рушиться, - ответила Инквизитор, не смотря на оборотня. - Похороны состоятся завтра в полдень. - Сколько убито? - спросил я. - Пять тысяч нефилимов убиты, около сотни ранены, - губы Инквизитора немного задрожали, но она быстро подавила эту секундную слабость. - А моя Клэри? Где она? Вы нашли ее? - подала голос Джослин, которая только сейчас обратила внимание на Джеду. В глазах Инквизитора появились искорки гнева и жесткости. - Мы не нашли ее среди живых, но и среди трупов ее нет. Сейчас она считается без вести пропавшей, - голос Джеды был холоден и строг. - Может она где - то под завалами. Раскопки начнутся после похорон, - с этими словами Инквизитор направилась прочь, но у самой двери остановилась, посмотрев на Джослин, у которой сейчас рекой лились слезы. - Кларисса Моргенштерн считается предательницей. И даже если мы ее найдем, она будет приговорена к ссылке в город Молчания. - Клэри это делала не ради себя. Она спасала нас! - вмешался я, возмущенный таким заявлением. - Замолчи, Джонатан, - рявкнула Инквизитор. - Если бы она сказала нам с самого начала, ты бы не был тяжело ранен, Роберт был бы жив, не было бы этих невинных жертв. Закон - это закон!
Примечания:
Жду ваших отзывов!
