Мы убили Эллисон Аржент

Лидия шагает по асфальту. Каблуки стучат по его поверхности и её шаги отдаются в каждом закоулочке этой чертовой пустынной улицы. На часах около четырех утра, и все либо спят в своих квартирах, либо развлекаются в клубах - её это мало интересует. В её кармане небольшой пакет с кокаином, а в глазах веселье - она обожает выходные, обожает свою работу, обожает свою жизнь и себя она тоже обожает. Ничто не способно омрачить её прекрасное настроение, даже стрелки на колготках или то, что с одной из туфель слетела набойка. Она все так же царственно шагает вперед, словно это не одна из улиц в Нью-Йорке, а как минимум ковровая дорожка на "Оскаре". Лидия вообще редко принимает наркотики. То есть, она сама думает, что редко - остальные так не считают, например, Дэнни так не считает, да и Стайлз тоже, но они слишком заняты, чтобы обратить не неё свое внимание. А её это полностью устраивает, ведь никто не станет тебя искать, если не знает, что ты потерялся. Девушке удается скрывать, что она потерялась около полугода назад, а на стеклянные глаза и обилие косметики на лице все давно предпочли забить. Лидии двадцать восемь лет. Она - редактор отдела моды в одном из ведущих журналов США, и на работе все, в общем-то, хорошо, даже то, что она спит со своим боссом тоже хорошо. У всего есть свои плюсы, даже чертов насмешливый Питер - плюс в её работе. Девушка, покачиваясь, доходит до одного из клубов, и да, в этой ночи все просто восхитительно, кроме того, что она совсем не помнит откуда идет. *** Стайлз сидит за столом и печатает собственное резюме, оно выходит каким-то уж слишком бахвальским, даже он сам не может поверить, что все это - его заслуги. С каждой новой строчкой парень становится все увереннее, даже чай на столе не придавал ему столько идей и мечтаний, как эти строчки в Ворде. - Стайлз, я в душ!- громко кричит Скотт из коридора, и хлопает дверь ванной. - Окей, - тихо проговаривает парень, запихивая себе в рот ещё несколько крендельков и надеясь, что на редакцию его резюме произведет такое же впечатление, как и на него самого. А если не произведет, то Лидия обещала решить все сама, какими-то своими туманными методами и при этом подмигнула парню. Стилински ставит точку и убирает со стола кофе - завтра тяжелый день, а спать ему осталось около семи часов: внутри него борются сомнения - ложиться спать, или же забить на все и, просидев всю ночь за монитором, явиться завтра в редакцию с такими синяками, словно он несколько лет принимает героин? Он вздыхает и, качая головой, пододвигает ноутбук ближе, почти что касаясь экрана носом, пытается найти фильм ужасов, который ещё не смотрел. *** Итан готовит чай, и слышит вздохи откуда-то из-за своей спины. - Дэнни, если ты не можешь больше работать, то, может, тебе поспать хотя бы пару часов? - парень поворачивается и с сочувствием смотрит на свою вторую половинку. - Угадай, что со мной тогда сделает Питер? - Махилани обреченно опускает голову на столешницу и начинается биться лбом о деревяшку, надеясь, что, если он ударится сильнее, то получит сотрясение, и тогда его злобный начальник передумает и хоть как-то изменит свое решение. - Судя по тому, как ты его описываешь, он подвесит тебя на статую свободы с несколькими прекрасными надписями на животе. - Итан отворачивается, выжимает чайный пакетик, доливает воды в кружку и ставит её перед итальянцем. - Не думаю, что чай поможет. - Дэнни отрывает лоб от стола, и, морща нос, маленькими глотками пьет чай. - Ну, на всякий случай, у меня есть парочка молитв Сатане, - Ит лишь пожимает плечами и треплет Дэнни по волосам, заглядывая в его ноутбук, - Матерь Божья, ты что, работаешь на ФБР, или Хейл так боится, что у вас уведут очередную статью в стиле "Самые лучшие яхты мира"? - насмешливо комментирует он, вглядываясь в коды на экране. - Я понятия не имею, что ему пришло в голову, но, судя по всему, разгребать это придется мне, - Дэнни обреченно опускает пальцы на клавиатуру и бодро щелкает по клавишам. - Я скоро буду, хорошо? - Хорошо, - молодой человек тепло улыбается и выходит в коридор, оставляя Махилани наедине с их новой системой безопасности. *** Джексон стоит посреди одного из Нью-Йоркских клубов, его слегка качает, а виски переливается в стакане. Он смотрит на людей около стойки, и вот, кажется, миловидный паренек. Как раз то, что нужно для сегодняшней ночи. Джексон непринужденно улыбается и подходит к нему, расстегивая свой пиджак от Армани- так он выглядит более легкомысленно. - Как твое имя? - он спрашивает это, как только оказывается возле левого плеча парня. - Не интересуюсь, - лениво отвечает тот, выпивая ещё одну стопку текилы и наклоняясь ближе к стойке. - Прекрати. Как твое имя? - Джексон прекращает радушно улыбаться и садится на соседний стул, внимательно вглядываясь в кудрявые волосы парня, которые заслоняют его лицо. - Я же сказал, чтобы ты отьеба... - парень замирает на половине фразы, поворачиваясь к Уитмору и вглядываясь в его лицо. - Джексон? - Айзек? - оба в недоумении всматриваются в друг друга и не могут поверить, что встретились тут совершенно случайно спустя столько лет. Звезда школы и парень, которого бил его собственный отец. - Уж не думал, что встречу великолепного Джексона Уитмора в таком месте, - Лейхи усмехается и поворачивается к Джексону всем корпусом, давая тому возможность рассмотреть свои брендовые шмотки, и Джексон давится виски. - Это очень приличное место, да и оно мое, - блондин машет рукой, как бы говоря, что это все его заслуги, и Лейхи примолкает, подавившись очередной стопкой текилы. - Ты открыл клуб для гомосекуалистов? - Айзек слегка кашляет, ощущая насмешливый взгляд Джексена. - Да, я открыл клуб для подобных мне. Так что, лошок, мы в одной лодке, - усмешка выходит скорее злой, нежели саркастичной, и Айзек слегка раздраженно притягивает к себе Джекса за воротник рубашки. - Я больше не лошок, - четко проговаривает он, смотря Джексону в глаза. Тот лишь усмехается, пододвигаясь к нему, произносит в губы: "Ну это ты так думаешь" и с легкостью целует, словно это их постоянная игра, из которой он должен выйти победителем.