Ночь на исходе Вечерней звезды

Вечер в «Пчела и Жало» выдался шумным. Впервые за бог сколько времени под деревянными сводами раздавался перезвон лютни. Чуть хрипловатый голос заезжего барда вторил ему строчками из «Рагнара Рыжего». Кирава, неодобрительно покосившись на веселящуюся компанию, выставила на поднос несколько бутылок Сиродильского бренди. – Надеюсссь они ссса него сссаплатят? – Тален-Джей разделял недовольство подруги, однако не решался попросить кутящую братию на выход. – Расслабься, дружище, – хмыкнул хмурый детина, сидевший за стойкой с кружкой эля. – Сегодня тратятся монеты Мавен Черный Вереск. – Ссс чего бы это Мавен платить ссса этот сссброд? Кувалда, приставленный хозяйкой наблюдать за пирушкой Гильдии Воров, лишь пожал плечами. Он-то знал, что таким образом Черный Вереск пытается сохранить добрые отношения с крысиной сворой, в последнее время ставшей весьма независимой. Метод «кнута и пряника» в действии, так сказать. Но зеленомордому это знать не обязательно. – Эй, там! Где, Обливион вас задери, наша выпивка? – коротко стриженная блондинка помахала над головой пустой кружкой. Тален-Джей сгреб поднос со стойки. Раздражение аргонианина выдавал лишь мелко подрагивающий хвост. – Ты видел, как он на нас посмотрел? Чертова рептилия… – Векс, угомонись, – оборвал блондинку резкий голос. Воровка волком посмотрела на Бриньольфа, сидевшего в дальнем конце стола в окружении Карлии и Делвина. – Я не твоя протеже, Брин, чтобы затыкаться по первому требованию твоей светлости. Кстати, где бегает твоя шавка? Что-то давно ее не видно… «Шавка» в этот момент по-кошачьи тихо подкралась к Векс со спины и, наклонившись к уху воровки, гаркнула: – Гав! Векс подпрыгнула от неожиданности, а рыжая девица, не так давно появившаяся в гильдии, но успевшая сделать неплохую карьеру, раскланялась под аплодисменты хохочущих Сапфир и Тринна. – Похоже, она тебя сделала, подруга, – беззлобно усмехнулась Тонилла, проводив нордку одобрительным взглядом. Она, как и Векс, была посвящена в курс последних событий, связанных с Мерсером Фрейем, и невольно прониклась к рыжеволосой Арде если не уважением, то симпатией. – Еще посмотрим, – оскалилась Векс. – У Меллори не всегда есть подходящие заказы для нашей крошки… – Что бы ты ни задумала, не советую этого делать, – мгновенно посерьезнела редгардка. – Ни один мужик того не стоит, даже такой как Бриньольф. – О чем ты? – неискренне удивилась Векс. – Брось, подруга. Ни для кого в Гильдии не секрет, что с появлением Арды старина Бриньольф заметно к тебе охладел. Но девочка – воровка от бога. Многие из ребят с ней в хороших, я бы даже сказала дружественных, отношениях. И мне она нравится. Если ты подставишь Арду, тебя вышвырнут из «Буйной фляги» прежде, чем ты успеешь сказать «мама». Бриньольфа и Делвина не остановят твои заслуги перед Гильдией. Тонилла, сочтя дружеский долг выполненным этим предостережением, повернулась к Векелу. А Векс еще долго буравила злым взглядом две рыжеволосые макушки. – Какой Даэдра тебя цапнул, дружище. – Делвин шутливо ткнул задумавшегося Бриньольфа в бок. – Ты о чем? – непонимающе взглянул тот на бретона. – Да о Векс, о ком же еще. Бриньольф безразлично пожал плечами. Сейчас ему с головой хватало и других проблем помимо причуд вздорной имперки, невесть с чего ополчившейся на весь белый свет и его воспитанницу в придачу. – Ты уверена, что никого не видела? – в который раз спросил Бриньольф у рыжеволосой девушки, сидевшей напротив него. – Все демоны Обливиона, да! – вспылила Арда. – Тише, крошка, тише. Я всего лишь пытаюсь понять, откуда взялся тот стрелок. – Да какая теперь разница? – Делвин явно не разделял переживаний молодого коллеги. – Кем бы ни был стрелявший, он наверняка погиб в Святилище, раз не выбрался вслед за вами. – А ты что скажешь, Карлия? Там мог быть запасной выход? – Прости, малыш, я была слишком занята тобой, чтобы смотреть по сторонам, – усмехнулась данмерка, блеснув лиловыми глазами из–под капюшона. – Послушай моего совета, парень, – Делвин отсалютовал полупустым кубком провозгласившей тост Сапфир, но к спиртному так и не притронулся. – Выкинь это из головы. Бриньольф бы и рад был забыть. Но… По дороге в Иркнтанд Карлия поведала о темных делишках Мерсера Фрея все, что знала. Данмерке удалось практически невозможное – собрать подробнейшее досье на одного из самых скрытных жителей Рифтена. Среди грехов Фрея числились не только убийство Галла Дезидения и систематическое обворовывание родной Гильдии. Оказалось, Мерсер не особо утруждался в выборе методов устранения неугодных ему. В течение многих лет воры, так или иначе ставшие на дороге у Мерсера Фрея, засыпались на заказах и оказывались в тюрьме, а то и на плахе, гибли в кабацких драках, а особо осторожные – получали кинжал Темного Братства под ребро. Многих из них Бриньольф знал, с некоторыми работал, парочку мог назвать приятелями, но, от одного из произнесенных Карлией имен, вора бросило в жар. Кора. Смешливая молодая воровка, с копной густых каштановых волос, россыпью мелких веснушек на высоких скулах и озорным блеском по-кошачьи зеленых глаз… Когда Тринн привел ее в «Флягу», Бриньольф увидел лишь жалкое исхудавшее дитя с давно нечесаной паклей вместо волос и большими, в пол-лица, испуганными глазами. Он так и не понял, как бывшему налетчику удалось уговорить Мерсера оставить этого заморыша в Гильдии, и лишь подивился странной причуде приятеля. Его ждали куда более серьезные дела в столице Скайрима. А спустя пару-тройку месяцев, вернувшись из Солитьюда, застал в общем зале «Цистерны» Тринна в компании смазливой зеленоглазой крошки. Шлюхи не были редкостью в «Буйной фляге», и Бриньольф, посмеиваясь, попросил одолжить «малышку» на вечер – отдохнуть с дороги. В ответ «малышка» выдала такую заковыристую трехэтажную конструкцию, что даже Векс, никогда не лезшая за словом в карман, уважительно присвистнула. А ржущий как конь Тринн представил Бриньольфу новую сестру-воровку. Ту самую девчонку, привезенную им несколько месяцев назад. Жалкий заморыш отогрелся в тепле «Цистерны» и вот-вот готов был пуститься в свободное плаванье. В общем, их отношения не заладились с момента знакомства. Масла в огонь подлил подоспевший Делвин, объявив, что на первое задание Кора отправится в компании опытного вора – Бриньольфа. Оба тут же принялись оспаривать данное решение, но проще было проложить новый путь на Высокий Хротгар, чем переубедить упрямого бретона. В итоге дело они едва не провалили, а выражение «как кошка с собакой» в Гильдии на долгие месяцы заменило «как Кора с Бриньольфом». И если вору еще удавалось сдерживать свое раздражение, то юная нордка отрывалась за них двоих, шипя при виде Бриньольфа, как заправская кобра из пустынь Эльсвейра. Все изменилось спустя полгода, когда их вновь отправили вместе на задание в древний нордский могильник на востоке Истмарка. Заказчику требовались не просто хорошие воры, способные пройти сквозь древние ловушки и сложные замки, но люди, знающие с какой стороны браться за меч и лук. Сумма оплаты впечатляла, так что закадычным врагам пришлось скрепя сердце согласиться на сотрудничество. В Гильдию Бриньольф вернулся с рассеченной едва ли не до кости левой щекой, а в волосах Коры появилась широкая седая прядь. Что на самом деле произошло в подземельях, знал один лишь Мерсер, без разговоров отдавший парочке всю стоимость заказа без обычного гильдейского налога, но ни от кого из обитателей «Фляги» не укрылось явное потепление в отношении верных врагов. Через месяц извечные кумушки Тонилла и Векс уже вовсю обсуждали бурно развивающийся роман. В Гильдии даже делали ставки на то, как скоро парочка решит свалить из скудных апартаментов «Цистерны» в более уютное гнездышко. Пари никто так и не выиграл. Однажды Кора по заказу Мавен Черный Вереск отправилась на непыльное задание в окрестностях Рифтена: всего-то незаметно проникнуть в толком не охраняемую усадьбу какого-то богача и выкрасть из сейфа несколько писем. Воровка до поместья так и не добралась. Заказ Гильдия провалила, крепко поцапавшись с Черный Вереск, а Тринн, Делвин и Бриньольф перевернули весь Рифт, но так и не нашли даже следа Коры. И теперь, спустя почти семь лет, Карлия вновь произнесла резанувшее по нервам и сердцу имя. Когда Бриньольф потребовал подробностей, данмерка лишь безразлично пожала плечами, не догадываясь, как на самом деле важен ответ для вора. – Мерсер знал, что с тем поместьем что-то нечисто. Не знаю, что именно, но поверь – место жутковатое. В его окрестностях часто бесследно пропадали люди. – Но чем Мерсеру помешала обычная воровка? – Бриньольф был дико зол сам на себя: ведь он поверил Фрею в том, что Кора не достигла поместья, не додумался лично все проверить. – Да кто ж его знает, – с горькой иронией ответила Карлия. – Быть может, девочка узнала или увидела нечто, представляющее угрозу для него. Задашь этот вопрос Мерсеру. Все Аэдра свидетели – если бы Святилище Иркнтанда не затопило и троице Соловьев не пришлось экстренно спасать свои шкуры, Бриньольф бы вытащил тело Мерсера Фрейя, отвез бы к ближайшему некроманту, и вытряс бы все ответы. Но капризной Судьбе было угодно иначе. И именно поэтому вора сейчас интересовала личность стрелка, благодаря отравленной стреле которого, Арде таки удалось прикончить предателя. Бриньольф силился понять, был ли тот силуэт на одной из башен при въезде в Иркнтанд игрой сумеречных теней, или он действительно видел их загадочного помощника. От размышлений его отвлекло легкое прикосновение к плечу. – Можно тебя на минутку? – Арда кивком указала на выход из таверны. Бриньольф не стал отказываться, желая немного проветрить захмелевшую голову, и вышел вслед за рыжеволосой нордкой на улицу. Город спал, купаясь в неярком свете уличных фонарей. Проходящий мимо стражник покосился на парочку, но не стал приближаться, хоть и догадывался, кто гулял сегодня в «Пчеле и Жало». Лишь презрительно сплюнул себе под ноги да продолжил путь по деревянному настилу. Бриньольф, проводив стража правопорядка насмешливым взглядом, поднял лицо к ночному небу. Там, среди сотни тысяч крохотных огоньков, гордо сияло созвездие Вора. Сегодня та самая ночь, единственная, когда его звезды выходили из тени блистательных сотоварок и светили во всю мощь. Ночь на исходе месяца Вечерней звезды. Самая длинная ночь в году. Ночь Воров… – Не тяни, детка, – тихо произнес Бриньольф, с наслаждением вдыхая морозный воздух. – Я хотела попросить, – Арда неожиданно замялась, что было абсолютно несвойственно ее нахрапистой натуре. – Что, Делвин отказался отдавать тебе заказ на библиотеку Маркарта? Мол, дело слишком простое и малооплачиваемое для воровки твоего уровня? – А ты откуда знаешь? Вор лишь усмехнулся. Любовь к книгам его подопечной уже стала притчей во языцех. Стоило появиться заказу на библиотеку или поместье с таковой, особенно, если по слухам в ней водились запрещенные гримуары или редкие исторические фолианты, и Арда была тут как тут. – Я договорюсь с Меллори. Выезжаешь на рассвете. – Я могу прямо сейчас… – лицо Арды просияло. – Не глупи. Сегодня особая ночь. Ее празднуют не только воры, но и прочие существа, не жалующие солнечный свет. Сегодня Хирсин поведет по небу Дикую охоту. За стенами города может быть небезопасно. Дуй в «Цистерну», собирай манатки и отсыпайся. Перед отъездом зайдешь ко мне. Хочу передать послание Эндону. – Спасибо! – Брысь с глаз моих, пока не передумал. Воровка, привстав на цыпочки, поцеловала Бриньольфа в щеку. Прежде чем ошарашенный вор успел хоть как-то отреагировать, рыжеволосая нордка уже скрылась в густых сумерках. Бриньольф лишь покачал головой. У девчонки еще не вся дурь из башки выветрилась, но толк из нее определенно будет. Последние события доказали, что рыжая крошка способна на многое. Быть может, старик Меллори прав, и из нее действительно удастся вырастить нового главу Гильдии. Не желая возвращаться в душное веселье таверны, вор побрел вдоль канала, задумчиво рассматривая отражающееся в черной воде созвездие Вора. Тишину старого кладбища нарушали лишь едва слышимые обрывки молитв, доносившиеся из храма Мары. Жрецы славили богиню и молили ее заступиться за путников, в неурочный час оказавшихся вне защищенных стен городов, уберечь их от встречи с Дикой Охотой. – Бриньольф… Мужчина резко развернулся, готовый выхватить кинжал из, закрепленных на бедре, ножен, но вовремя сообразил, что голос принадлежал беловолосой воровке. – Даэдра тебя забери! Векс, ты не могла выбрать менее оригинальный способ самоубийства, чем подкрадываться ко мне в темноте? Имперка выскользнула из густой тени в круг света, не решаясь приблизиться к взбешенному вору. – Прости, – в голосе взломщицы не было и крупицы раскаяния. – Я думала, ты меня услышишь. – Видимо, старею, – криво усмехнулся Бриньольф, стараясь взять себя в руки. – Что тебе нужно? – Хочу составить тебе компанию, – Векс как всегда предпочла «взять дракона за рога». – Я в состоянии добраться до «Фляги» без сопровождения. – Ты, кажется, не совсем меня понял – нахальная воровка уже была рядом. Ее руки легли на его грудь и начали плавный спуск к ремню. – Это ты меня не поняла, – Бриньольф перехватил Векс за запястья, решительно отстраняя девушку от себя. – Брин... Он ненавидел, когда его так называли. Так его звал предатель Мерсер, так его звала Кора… Раздражение и нервная усталость, копившиеся в нем несколько последних месяцев, наконец выплеснулись тихим разъяренным рыком: – Не смей меня так называть! Векс отпрянула, словно обжегшись об взгляд, полный ярости. – Это из-за нее, да? Из-за этой рыжей дряни? Злость схлынула так же быстро, как и пришла. Бриньольф устало покосился на воровку: – Дело во мне, Векс. И Арда здесь ни при чем. Уходи, прошу тебя. Быстрый перестук кованых набоек уже давно стих за поворотом, а Бриньольф все еще стоял на промозглом кладбище, ища у созвездия-покровителя ответы на мучавшие его душу вопросы. – Шли бы вы спать, мастер. Не в ваших привычках топить горе в вине, так что не стоило и пробовать. Завтра вы об этом пожалеете. Бриньольф, с силой опустив кубок с вином на стойку, с трудом сфокусировал взгляд на лице Эрлана, полускрытое глубоким капюшоном. – А не пошел бы ты? – Еще как пойду, – усмехнулся зельевар, насмешливо наблюдая за попытками вора встать, а не рухнуть, со стула. – Пойду, как только вы соизволите убраться отсюда, пока не прикончили все запасы Векела. Бриньольф неопределенно махнул рукой и, слегка пошатываясь, отправился к выходу из «Буйной фляги» к жилым помещениям, лишь краем сознания отметив, как старый травник опустил в карман его куртки небольшой пузырек синего стекла. Завтра это зелье, способное снять даже сильную головную боль, станет весьма популярным в стенах Гильдии и принесет своему создателю немалые деньги. Так что сегодня Эрлан мог себе позволить небольшую благотворительность. В целях рекламы, так сказать… Густые сумерки подземных коридоров разбавлял слабый свет редких факелов. Непривычная тишина давила на нервы. Все обитатели «Цистерны» расползлись по Рифтену, празднуя Ночь Воров. Дверь в его комнату оказалась незапертой. В замутненном хмелем мозгу тревожно зазвонили колокольчики. Бриньольф осторожно проскользнул в комнату, подмечая жарко пылающее в камине пламя, женский зимний плащ с меховой оторочкой на спинке стула и глиняную чашку, источавшую пахнущий травами пар. Рука потянулась к кинжалу… – Не стоит этого делать, Брин. Она вышла из-за прикрывавшей кровать занавеси. Движения – обманчиво медленные и по-кошачьи плавные. Тело затянуто в тонкую шерстяную тунику и бриджи цвета густых сумерек, на ногах – мягкие сапоги, приглушавшие шаг. Непривычно-хищное выражение на знакомом до боли лице. Широкая лента седины в густой копне каштановых локонов. И непроглядная темнота вместо привычной изумрудной зелени глаз. – Ты не выглядишь удивленным, – улыбка на губах незваной гостьи не отразилась в ее глазах. – Я узнал твою стрелу, – он действительно узнал черное с прозеленью оперение, но до последнего не решался признаться в этом самому себе. – Не знал, что Фиада по-прежнему выполняет твои заказы. – Его молчание стоит довольно дорого. – Мы считали тебя мертвой. – Знаю. Видела надгробие на кладбище. Очень мило с вашей стороны. – Тринн согласился поставить его лишь спустя год после твоего исчезновения. – А ты? – Я был против. – Зря… Женщина, безбоязненно повернувшись к нему спиной, ушла в дальний угол комнаты и опустилась в глубокое кресло у камина. Бриньольф, хмыкнув, направился к буфету и выудил из его недр бутылку вина и пару серебряных кубков. – Ничего не хочешь мне объяснить? – Не думаю, что это что-то изменит. – Тогда, зачем ты пришла? – Попрощаться… Бриньольф остановился перед ней, протягивая кубок. Гостья неосознанно потянулась за ним, но ее пальцы замерли в дюйме от сверкающей поверхности. Вор недобро усмехнулся, молниеносно выхватив кинжал. Острие окованного серебром клинка уперлось в яремную впадину, слегка оцарапав нежную кожу. – Кто ты? – Ты спятил? – Неправильный ответ. – Опусти оружие, Брин. В ее глазах цвета черного янтаря зажглась багровая искра, и Бриньольф почувствовал, как его рука против воли опускается. – Сядь, – в голосе женщины проскользнула повелительная сталь, и вор буквально рухнул в кресло напротив. – Вампир, – еле слышно прохрипел он. Мимолетная улыбка на миг обнажила клыки. Алое пламя полыхнуло и растаяло в непроглядной тьме глаз, и Бриньольф почувствовал, как магия подчинения отпускает его сознание. – Ты всегда был очень сообразительным. В комнате повисла тяжелая, гнетущая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием жаркого пламени в камине. Бывшая воровка потянулась к бутылке и, пригубив крепкого вина, скривилась. – Что за дрянь ты пьешь? – Раньше ты не была столь привередлива. – Раньше мне не было доступно и половины теперешних ощущений. – Так вот какова цена… Вампирша замерла, не донеся бутылку до губ. Выпрямилась в кресле и перевела на Бриньольфа тяжелый взгляд. – Значит, так ты обо мне думаешь… – Брось, детка, я прекрасно знаю, как становятся вампирами, – невесело усмехнулся вор. – Дар проклятой крови невозможно навязать, лишь принять добровольно. – Ты прав, Брин. Я действительно добровольно стала монстром. Но ты ошибаешься насчет моих мотивов. – Так расскажи мне, – Бриньольф почти физически ощущал, как трескается броня самообладания, чудом удерживаемая последние минуты. Вампирша, тяжело вздохнув, на миг спрятала лицо в тонких ладонях. – Ты помнишь, куда отправил меня Мерсер? – Поместье «Темнолесье». – Что ты знаешь о нем? Вор, задумавшись, неосознанно коснулся старого шрама на щеке – машинальный жест в минуты напряжения, от которого нелегко избавиться. Кора понимающе усмехнулась. – Не можешь ничего вспомнить, да? Впрочем, как и многие из нас. Знаешь, что оно существует, но не можешь вспомнить имени хозяина. Не припоминаешь хоть одного из наших братьев, кто проник бы туда, хотя поместье практически не охраняется. – Допустим. – Владелец «Темнолесья» – лорд Харкон, хотя вряд ли это имя тебе что-то скажет. – Предводитель Волкихар? Ты шутишь? Вампирша, одним текучим движением выскользнув из кресла, прошлась по комнате и замерла за спиной моментально напрягшегося Бриньольфа. – Меня пугает твоя осведомленность. С такими знаниями долго не живут. – Это угроза? – вор, чуть повернув к ней голову, вопросительно изогнул бровь. – Всего лишь предупреждение, Брин. Что ж, ты сэкономил наше время, избавив от ненужных объяснений. Мерсер откуда-то знал, кто владеет «Темнолесьем», знал, что в день моего визита хозяин будет дома. Знал, что я не вернусь с этого задания. – Слишком сложно, не находишь? – Зато эффективно. Я бы либо погибла, либо никогда не смогла вернуться в Гильдию. Бриньольф кивнул, признавая ее доводы: – Зачем Фрею подставлять тебя? – Я знала о его прегрешениях. Как теперь понимаю – далеко не обо всех, но и имеющейся у меня на тот момент информации было бы достаточно, чтобы свергнуть его с поста главы Гильдии. Моей ошибкой было промедление – надеялась собрать больше доказательств. Увы, Мерсер меня раскусил. Вампирша вернулась в кресло, и Бриньольф не удержался от вздоха облегчения. Кора понимающе усмехнулась одними губами. – Что случилось в «Темнолесье»? – Мне удалось обойти охрану и проникнуть в поместье. Хотя, теперь мне кажется, что меня просто пропустили к хозяину. Лорд Харкон, на мое счастье, или беду – смотря с какой стороны посмотреть, был сыт и отчаянно скучал. Старый хрыч вообще был подвержен этому чувству. Хозяин желал новую игрушку, и именно мне выпала сомнительная честь стать ею. Мне хотелось жить, Брин. Пускай – так, но жить. Вернуться и отомстить Фрею, уберечь от него тебя и Тринна. И я добровольно приняла проклятую кровь… – Но ты не вернулась… – Бриньольф устало прикрыл глаза. – Не смогла. Харкон забрал меня в Волкихар. Замок надолго стал моей тюрьмой. Лишь несколько месяцев назад, когда на цитадель напала Стража Рассвета, мне удалось сбежать. Путь до Рифтена выдался долгим – по моим следам шли не только уцелевшие прихвостни Харкона, но и Стражи. Мне удалось нагнать вас лишь на подступах к Иркнтанду. Как оказалось – очень вовремя. Эта девочка, Арда, несомненно хороша, но до мастерства Мерсера Фрея ей еще очень далеко. – Я пробыл возле Иркнтанда несколько дней, надеявшись, что стрелок выберется из Святилища. Почему ты не пришла тогда? – Не решилась, – вампирша зябко передернула плечами. – Не знала как ты отреагируешь на мое появление с того света. Они ненадолго замолчали, сидя друг напротив друга: напряженный, как струна, Бриньольф и обманчиво-расслабленная Кора. Догорающее в камине полено прощально полыхнуло и рассыпалось миллиардом жарких искр. Вампирша перевела взгляд с лица вора на пламя: – У тебя есть кое-что мое, Брин. Будь добр, верни. Он машинально коснулся груди, где под одеждой, на тонкой цепочке, покоился старинный медальон черного серебра. – Ты не сможешь к нему прикоснуться. – Мне не обязательно касаться его, чтобы использовать его силу. Кора вновь повернулась к нему и усмехнулась: – Не знал, что все это время таскал на шее магический амулет? – Догадывался. Он из того самого могильника? – Да. Поговаривают, его зачаровала сама Ноктюрнал. Он позволит мне укрыться от любого магического поиска и собьет адских гончих со следа. Рука вора потянулась к вороту рубашки, но так и не коснулась цепочки. – Не глупи, Брин! Отдай амулет добровольно. – Иначе? – Или я заставлю тебя это сделать. В ее глазах полыхнуло багряное пламя. Бриньольф с ужасом ощутил, как его руки против воли тянуться к шее, расстегивают крошечный замочек цепочки. Амулет упал в протянутую ладонь вампирши, затянутую в черную кожаную перчатку. – Хороший мальчик. – Тварь, – прошипел вор, едва двигая онемевшими губами. – Ты даже не представляешь, насколько прав. Но говорить это девушке, по крайней мере, невежливо, не находишь? – Кора склонилась над ним, замерев в дюйме от его лица. – Я могу наказать тебя за это. Могу заставить тебя съесть собственный язык. Могу сделать так, что твоя собственная рука вырежет твое сердце. Вампирша легко, почти нежно, провела пальцами по шраму на его щеке. Бриньольф дернулся, силясь отстраниться, но кровавый огонь не дал ему сдвинуться ни на дюйм. Вору оставалось лишь судорожно стискивать подлокотники кресла. – Злишься? – Кора отстранилась, но не разорвала зрительного контакта. – Знаю, ты ненавидишь, когда тебе приказывают. Прости, но у меня нет времени на препирательства. Ты волен делать, все, что хочешь. Вампирша поторопилась. Последние слова были произнесены прежде, чем погасло алое пламя ее взгляда. Бриньольф в одно движение преодолел разделявшее их расстояние. Миг – и пальцы вора сомкнулись на горле женщины. – Сильнее, Брин, – улыбнулась Кора. – Вампира не так-то просто придушить ведь без воздуха мы обходимся гораздо дольше. Хватка на горле ослабела. Его рука соскользнула на ее затылок, собрала густые пряди в кулак. Резкий рывок заставил вампиршу откинуть голову. – Что ты делае… Властный, жесткий поцелуй оборвал ее на полуслове. Руки Бриньольфа обвили ее талию, прижимая Кору вплотную к сильному мужскому телу. Ее ладони легли на мощные плечи, тело неосознанно прильнуло к нему, так долго желанному и любимому. Бриньольф глубоко вдохнул, вспоминая давно забытый запах зеленых яблок и верескового меда. В его глазах все еще плясали отсветы кровавого пламени. Магии, способной уничтожить человека. Или дать ему полную свободу. Даже свободу над самим собой. – Не уходи, – Бриньольф приподнялся на скомканных простынях. Вампирша неопределенно пожала плечами, продолжая сосредоточенно шнуровать сапог. – Кора? – Я не могу, Брин. Рассвет уже скоро. – Ты не поняла меня. Мавен предложила мне усадьбу Мерсера – «Рифтвельд». Я бы мог спрятать тебя там. – И что потом, Брин? Мне ведь нужно чем-то питаться. Что ты будешь делать, когда на улицах Рифтена начнут находить обескровленные трупы? Что если однажды это будет Делвин или твое юное дарование Арда? Что, если я однажды нападу на тебя? – Я что-нибудь придумаю. – Предложишь Мавен в обмен на услуги Гильдии раз в неделю поставлять мне «свежее мясо»? Или уговоришь ребят организовать в «Буйной фляге» пункт сдачи крови? «Всего одна пинта и благословение Ноктюрнал навсегда прибудет с вами»! – Кора коротко и зло рассмеялась. – Пойми, что бы ты ни делал, рано или поздно обо мне узнают. И тогда за мной придут. И не только за мной. Стража Рассвета не пожалеет ни вампира, ни помогавшего ему человека. – А если я уйду с тобой? Она смерила его долгим, задумчивым взглядом. А потом, улыбнувшись, покачала головой. – Нет, Брин. Твое место здесь. Вытащи гильдию из той задницы, в которой мы оказались по вине Фрея, воспитай из Арды нового Серого Лиса. Осчастливь малышку Векс. Просто живи. Живи за нас двоих. Бриньольф, расслышав прощальные нотки в ее голосе, попытался приподняться на локтях, но вампирша легким толчком в грудь вернула его в лежачие положение. Нависнув над ним, Кора нежно, но цепко обхватила его лицо ладонями. В глубине ее зрачков вновь разгоралось кровавое зарево. – Спи. Бриньольф пытался отвернуться, зажмуриться, но алое пламя вампирской магии оказалось сильнее. Спустя несколько мгновений вор крепко спал. Впервые за много лет – глубоким сном без сновидений. Кора, легко коснувшись его губ поцелуем, стремительно поднялась. Уже на пороге нерешительно, словно боясь передумать, оглянулась. – Прощай, Брин… Арда, проскользнув тенью в комнату Бриньольфа, тихонько присвистнула. – Не знала, что Векс столь горяча в постели. Бриньольф не ответил, лишь слегка повел оцарапанным плечом. Молодая воровка приблизилась к кровати, настороженно наблюдая за отрешенно уставившимся в одну точку наставником. – Бриньольф? Вор дернулся, словно только сейчас почувствовав присутствие другого человека. – Что ты здесь делаешь? – прозвучало глухо и надтреснуто. – Я пришла за письмом. – Ты не едешь в Маркарт. Бриньольф наконец поднял взгляд, напугавший его подопечную сильнее, чем твари из глубин Иркнтанда. – Отправляйся в Винтерхолд. Найди Энтира. Он поможет тебе попасть в Арканеум. Разочарование в глазах Арды сменилось заинтересованным огоньком. Что не говори, а в самую закрытую библиотеку Скайрима проберется не каждый вор. Но в сопровождении мага из Коллегии… – Найди книгу под названием «Благодать богов». Возвращайся как можно скорее. И еще – никто из Гильдии не должен об этом знать. Сколь стоит твой заказ, воровка? Арда протянула ему руку. – Пять золотых. Бриньольф сжал ее пальцы, скрепляя договоренность по давнему обычаю. – Я не спрашиваю, кого ты хочешь спасти от проклятия крови, мастер. Не смотри на меня так. Мне известно, что за рецепт хранится на страницах этой книги. Но я должна знать – сколько у нас времени. – У нас его не осталось, Арда…