Готов на все ради паслена

Вермина поплотнее сжала рукоять клинка. Ледяное прикосновение стали чувствовалось даже через беспалую перчатку эльфийской выделки. Тонкое изогнутое лезвие переливалось пронзительно-голубыми письменами, оставшимися после зачарования. Этот длинный клинок обладал зловещей силой - поражать жертву электрическими разрядами, вытягивая из них душу и подпитывая свои чары. Вермина с благоговением называла его "Бич небес". Хотя девушка всегда носила его в ножнах на поясе и уже привыкла с прохладе его прикосновений, она тут же почувствовала себя неуверенно. Она намного охотнее и проворнее управлялась с луком. Скрыться в тени, приметить жертву, улучить подходящий момент. Бесшумным движением, доведенным за годы странствий до автоматизма, выхватить иссиня-черную эбонитовую стрелу из колчана, туго натянуть тетиву - она запоёт, глухо застонет под пальцами. Мгновение максимального сосредоточения, все чувства обостряются, слух улавливает малейшие шорохи, мышцы напряжены в готовности к бою или побегу, зрение сфокусировано на одном-единственном объекте, очередной подвижной мишени. Глубокий выдох, и вот он - момент истины. Кисть разжимается, отпуская до предела натянутую тетиву, стрела с тихим свистом летит прямо в цель. Враг повержен. Пока его союзники заметят подвох, пока добегут до тела, пока осознают происходящее - к ним уже летит следующая стрела, уравнивая всех своей смертоносной силой. Здесь, однако, любимый лук Вермины оказался не лучшим помощником - узкие коридоры, то и дело надломанные поворотами и развилками, напрочь лишали возможности затаиться. Был ещё Мерунес, решительный нрав которого не способствовал степенному и незаметному продвижению вперед. Смирившись с тем, что ближний бой неизбежен, Вермина оглянулась в поисках своего спутника. Маг стоял в нескольких шагах позади неё, над чем-то склонившись. Присмотревшись, девушка обнаружила, что Мерунес, оставив свой простой посох, ловко срезает светящиеся грибы стеклянным кинжалом. Слабое голубое мерцание, исходившее от грибов, отражалось на его темно-синей робе с серебряными узорами. В бессознательном стремлении лучше видеть в полумраке, маг скинул капюшон, выпустив наружу торчащие во все стороны темные волосы. Вермина усмехнулась и покачала головой. Они могут бродить по зловещим руинам, отбиваться от драугров, но стоит этому безумцу увидеть горстку грибов, он готов забыть обо всем на свете. Девушка поймала себя на том, что с восхищением любуется магом. Потому ли, что она видела его в неровном полумраке, или из-за того, что он обычно прячет лицо под капюшоном, оставляя на виду только тонкие, четко очерченные губы, теперь Мерунес казался ей необыкновенно привлекательным - с его непослушной вьющейся шевелюрой и длинным аристократичным носом. Заметив взгляд девушки, маг улыбнулся уголками губ и пожал плечами, убирая грибы в сумку из дубленой кожи, переброшенную через плечо. В его серо-голубых глазах плескалось веселье. - Не надо на меня так смотреть, - прошептал он. - Немного двемерского масла и несколько лепестков паслена, и получится такой отвар - мёртвого из могилы поднимет. Ты мне ещё спасибо скажешь! Вот только паслена у меня как раз и нет, - по лицу Мерунеса проскользнуло сомнение. - Как думаешь, не завалялась ли в этом сыром и неприятном месте парочка цветков паслена? Вермина вздохнула и мягко опустила ладонь на его плечо, отчасти потакая внезапно возникшему желанию до него дотронуться. - Не нужно нам мертвых из могил поднимать, - тихо проговорила она. - Здесь их и так хватает. Пойдем - вдруг за углом десяток сундуков с золотом и драгоценностями. - Золото, - прошептал Мерунес, мечтательно улыбнувшись. - Золото - это прекрасно. Но и паслен тоже бы не помешал. В правой ладони мага сгустилось алое свечение, а в левой - пронзительно-синее. В глазах его появилась решимость. "Готов на все ради паслена", - мысленно пошутила Вермина, готовясь заглянуть за угол. Она в очередной раз поблагодарила судьбу за то, что та свела ее с этим странным человеком, и на этот раз причиной была не его уникальная способность повелевать стихиями. У девушки в голове мало-помалу созревали планы на грядущую ночь, и главная роль в них отводилась Мерунесу. Осталось только выбраться живыми из этого лабиринта - им обоим.