Нам не выжить друг без друга

Райнер сидел по-турецки на кровати Кирштайна напротив Конни, который профессионально перемешивал карты. - На что теперь сыграем? - поинтересовался у Брауна Спрингер. - Проигравший пойдет в женскую казарму и ляжет на кровать Микасы, - у Райнера всегда была пара-тройка идиотских задумок в голове. - Браун, твоя идея как всегда гениальна, надеюсь, что ты сам ее и реализуешь, - Конни усмехнулся. - Кстати, вы вроде с Фабио подуспокоились. А то мне страшно, когда вы ругаетесь. Одно дело Жан с Эреном, их есть кому разнять. А к вам кто сунется? Только если Бертольд, но он, вроде, тоже не горит желанием успокаивать вас. - К чему он вообще горит желанием? - Райнер стал гораздо спокойнее относиться к тому, что Берт много общался не только с ним, но и с Костой. Имя Леонхарт, сказанное Фубаром в ту ночь, изменило положение вещей: Браун теперь не рассчитывал, что у него с Бертольдом что-нибудь получится. В помещение вернулся задумчивый Жан и сел рядом с Райнером. - И почему ты мнешь мою кровать? Еще и в уличных штанах тут расселся,- выразил свое недовольство вновь прибывший, хотя Браун так сидел и до его ухода. - Чего-то ты долго поссать ходил, мы тут уже три партейки сыграли, - Спрингер начал раскладывать карты. - Играешь с нами?- Райнер хитро усмехнулся. - А давайте, - махнул рукой Кирштайн, мол все равно заняться нечем. - Конни, оставим его в дураках? - Конечно, Райнер. - Это заговор. Это нечестно. - Все честно, ты заставил нас ждать, - Браун пожал плечами, мол ходил бы еще дольше, они б чего поковарнее придумали. - Там было интересно, - Жан взял карты, которые разложил по кучкам Спрингер. - Какой козырь? - Трефы, - оповестил Конни. - В сортире интересно? - Приведение по дороге встретил? - Браун рассмотрел свои карты и остался доволен. - Или туалетного монстра? - Не то чтобы...- замялся Жан и взглянул на Райнера. - Да говори уже! Заманал своим намеками! - Браун нахмурился. - Ну это... я вышел подышать воздухом...и увидел что... - Прекращай пустой базар. Чё ты видел? - Спрингер даже об игре забыл, хотя являлся заядлым картежником. - В общем... Бертольд...с Костой целовался, - наконец-то сказал это Кирштайн. - Чё? - в один голос произнесли Райнер и Конни. - Я тоже не понял юмора, но все было весьма однозначно и совсем не в щечку. - А дальше? - от простоты душевной поинтересовался Спрингер. - Я не следил за ними, - почесал затылок Жан. - Да и они ушли куда-то за женскую казарму. Мне что их догонять надо было? Райнер сложил карты в общую колоду и покинул помещение с весьма суровым видом. Конни и Жан переглянулись, понимая, что пиздец близок. Браун пошатался по двору, пока не наткнулся на Армина, Микасу и Эрена, которые сидели на скамейке и что-то обсуждали. - Бертольда не видели? - поинтересовался Райнер в надежде, что ему хоть кто-то поможет. Каждая лишняя потраченная на поиски минута выводила его из себя, он понимал, что время уходит, а они там по-прежнему вдвоем. - Нет, - все трое отрицательно покачали головой. - Вот черт. Через мгновенье к их компании подбежала Саша. - А Конни чем занят? - обратилась она к Райнеру. - Он прогуляться не выйдет? - В карты с Жаном играет. Насчет остального зайди сама и спроси, никто тебя там не съест. - Райнер, ты чего такой злой? - похлопала глазками Браус. - Он Бертольда где-то потерял и найти не может, - прояснил ситуацию Эрен. - Я видела его, - улыбнулась Саша. - Давай сделку заключим: ты позовешь Конни погулять со мной, а я тебе скажу, где Фубар, согласен? - Можно подумать у меня есть выбор, - Браун выдохнул. - Идем. Райнер заглянул в мужскую казарму. - А ты быстро, - посмеялся Спрингер. - Всем кирдык? Или зашел узнать, кто выиграл? - Конни, Саша зовет тебя погулять, пойдешь? - желая поскорее отвязаться от поручения Браус, произнес Райнер, не реагируя на замечания о своем скором возвращении. - Уже иду, - Спрингер убрал карты. - Давай, Жан, мы и тебя проводим заодно, чтоб ты не заблудился. - Вот дерьмо. Кто вообще до такого додумался? - негодовал Кирштайн, но все же пошел с Конни. А что еще делать, если проиграл? В ответ на вопрос Жана Спрингер без слов указал на Брауна, стоявшего в дверях. - Этот может, - покачал головой Жан. Райнера раздражала медлительность всех вокруг: «Если вы никуда не торопитесь, то это не значит, что у меня есть время! Шевелите ногами». На улице их ждала Саша, которая, увидев парней, от радости захлопала в ладоши: - Спасибо, Райнер! - Выполняй свою часть соглашения, - прозвучало сурово. - За нашей казармой есть сарай, а за ним небольшой участок заросший, который Имир сквериком называет. Вот там и ищи, - слишком весело сообщила информацию Браус, и этим еще больше понервировала Брауна. Райнер дослушал и сразу, чуть ли не бегом, отправился по указанным координатам. - А Имир с Кристой где сейчас? - поинтересовался Конни. - Были в казарме, а что? - вопросительно взглянула на парня Саша. - Да так. Было бы весело, если б эти две парочки там встретились, а потом бы еще и Райнер заявился, - Спрингер хихикнул. И только троица на скамейке не понимала всеобщего веселья и стеба над ситуацией. Кирштайн заметил Микасу и понял, что лучше ему пойти в женскую казарму сейчас, ведь не было уточнения, что лежать на кровати девушки нужно в ее присутствии. Собственно, никто, кроме Конни, из присутствующих не понял с чего это Жан направился в чужую казарму. Берик и Бертольд сидели на траве, в тени деревьев, у задней стены сарая. Берт положил голову на плечо другу, а тот приобнимал его за плечи. Именно такая картина и открылась глазам подошедшего, хотя скорее прибежавшего, Брауна. - Я думал, тебе Энни нравится, - стараясь отдышаться, выдал Райнер. «Знал бы что не так, давно бы сам выебал», - это Браун решил не озвучивать. - Нравится, но она на меня не обращает никакого внимания, - сев ровно, ответил Фубар. - Кто такая Энни? - поинтересовался Берик, которому совсем не понравилось известие о чувствах Берта к какой-то бабе. Он сразу начал прикидывать в голове варианты развития ситуации, если та ответит взаимностью. Райнер вопросительно уставился на Фабио: - Энни Леонхарт, которая в недавнем прошлом разнесла полгорода, а теперь находится под охраной Легиона. Это знают все, даже в Гарнизоне. Ты только вчера родился? Или у тебя склероз? - Хороший вопрос: кто я? и у кого из нас склероз? - философски произнес Берик. - Ты мне тут пыль в глаза не пускай! - рявкнул Райнер. - А ты, Берт, вообще охренел? То тихий-тихий, а тут с первым встречным лижется и по углам обжимается! - Он не первый встречный, Райнер, - попытался объяснить Берт, но понял, что аргументов у него не имеется в свою защиту. И выглядит он, пожалуй, в глазах того же Брауна непостоянным и легко доступным. - Молчи. Ты обещал, - Берик провел рукой по бедру Фубара. - Я хочу, чтобы он сам меня узнал. Узнал того, кто спас ему жизнь, рискуя своей. Молчание, взгляд Берика на Брауна с укором. Райнер стал сопоставлять все, что случилось за время пребывания Косты в отряде: тот быстро сошелся с Бертом, слишком сильный для человека, Фубар не выдает его секреты, Фабио откуда-то знает о той клятве, что они давали друг другу в детстве, а теперь это утверждение про спасенную жизнь. - Бе...Берик?! - Браун немного опешил. - Не прошло и года, - развел руки в стороны Берик. - Я думал, ты мертв, - Райнер даже и представить не мог, что в той ситуации можно было выжить, поэтому и похоронил все воспоминания, чтобы не терзаться лишний раз тем, что изменить невозможно. Вот теперь Браун смотрел на Косту и понимал, что мог догадаться сам и гораздо раньше. - У меня на этот счет другое мнение, - Берик смотрел на Райнера, не скрывая своего негативного отношения к тому. - Берт, почему ты мне сразу не сказал? - Браун скорее растерялся, чем предъявлял претензии Бертольду. - Я его попросил. А потом мы уже не возвращались к этой теме, нам было, чем заняться, - достаточно резко ответил Берик, не давая Фубару даже слово в их диалог вставить. - И да, нам вполне комфортно вдвоем. Можешь вернуться в казарму. Третий лишний. Бертольд был не согласен с тем, что сказал Берик, но решил не вмешиваться сейчас в их разборки, а потом поговорить наедине с Райнером, хотя в принципе понимал, что поддержка Брауну нужна сейчас. Но с Райнером их связывало общее задание, значит тот при самом большом желании не сможет полностью прекратить общение с Фубаром. А Берик...он был так ласков и нежен, что Бертольд наконец-то почувствовал себя нужным, желанным и любимым. Он слишком долго мучился от своей любви к Леонхарт, что был счастлив забыться в чьих-то других объятьях. Браун не захотел оставаться тут: лишний, так лишний. Он резко развернулся и удалился, проклиная все на свете, в том числе и Кирштайна, который видит то, что не следует. Впрочем именно с Жаном он и встретился у входа в казарму. - Благодаря тебе на меня Имир с Кристой, как на идиота смотрели. Надеюсь, что Микасе не расскажут, - Кирштайн начал весело, но затем отметил, что Браун в ужасном расположении духа. - Помощь нужна? - неожиданно выдал Жан. - Не думаю, что ты сможешь тут помочь, но спасибо за предложение. Оставшись вдвоем, Берик и Бертольд какое-то время молчали. Фубар чувствовал себя подонком и предателем. Борясь с желанием догнать Брауна, он никак не мог найти правильное решение в данной ситуации и подыскать нужные слова, а остановить Райнера и помолчать - не выход. Что бы Берт не предпринял, обязательно кто-нибудь обидится. Иногда бывают такие моменты, когда необходимо сделать выбор. Берика же занимали другие мысли, ну или он так пытался отвлечь Бертольда от произошедшего разговора. Он положил руку Фубара себе на штаны в область паха. - Чувствуешь? - Берик погладил его ладонью свою промежность. - Я хочу тебя, Берт. Но не думаю, что у нас с первого раза все получится, если у тебя не было опыта однополой любви. Ведь не было, я прав? Бертольд согласно кивнул головой, подтверждая догадки друга. - Но я очень хочу войти в тебя.. почувствовать тепло твоего тела, - Берик прошептал это на ухо Фубару, слегка коснувшись языком мочки уха собеседника. Берт чувствовал, как холодок пробегает мурашками по всему телу от слов товарища, а легкая нервная дрожь становится все заметнее. Берик ощутил напряжение и смущение предполагаемого партнера, поэтому решил, что для того, чтобы полностью заполучить себе Фубара еще не время, хотя наличие некой Энни заставляло поторопиться. «Глупый недолюбленный мальчик, - наклоняя голову Фубара к своей ширинке, думал Берик.- Если б ты знал, для чего мне все это надо. Мне даже жаль тебя порой. Всего пара добрых слов, и ты ластишься уже, как маленький котенок. Райнер тебе совсем ничего хорошего не говорит? Или это из-за этой Энни, которой на тебя пох, ты настолько не уверен в себе?». А Бертольд верил в то, что говорил ему Берик, возможно, оттого, что он слишком хотел быть любимым, поэтому не желал объективно оценивать ситуацию и не мог догадаться об истинных мотивах гостя из прошлого. Ему было хорошо, что он не одинок, именно в этом аспекте жизни, что кто-то обратил на него внимание, кто-то испытывает сексуальное желание к его телу, что кто-то смотрит на него, а не как всегда: только он и в спину Леонхарт. Отношения от безысходности и от безнадеги редко бывают счастливыми, однако Берт старался об этом не думать, в Берике он видел все того же друга детства, поэтому верил в его искренность и хотел отплатить взаимностью на его заботу и нежность. Губы Фубара ласково скользили по члену партнера. Берик закрыл глаза от удовольствия, размеренно постанывая, чувствуя, что явно недооценил своего нового любовника. «О...Может он мне что-то недоговаривает? ...слишком хорошо у него это получается..».