Стальные нервы

Чтобы жить с Железным Сердцем, нужны стальные нервы. А еще никогда не болящая голова и резиновая задница, у которой круглосуточный день открытых дверей. Не то, чтобы Киёши был маньяком, помешанном на сексе, и думающем только о том, как бы затащить меня в постель, но… Хотя, кому я вру. - Хьюгаааа… - меня тискают, прижимают к груди, сильные руки, которые могут без капли зазрения совести принудить меня к соитию, ползут за ворот рубашки, поглаживают шею и ключицу. А тело, пидарастическое мое тело активно реагирует на прикосновения Теппея, словно полчаса назад оно не занималось сексом, а так, кроссворд разгадывало. Поганое, предательское туловище, во главе с похотливой жопой, которая только и ждет, когда в нее основательно присунут. Боже, ну за что мне такой развратный организм?... - Хьююгааа… - не унимается Киёши, он подползает вплотную, утыкается носом в мою макушку и шумно, щекотно выдыхает, упираясь в мою поясницу причиной таких наглых приставаний. - Тебе что, мало было? – я пытаюсь унять дрожь в коленях, ерзаю, отодвигаясь от парня и сосредотачиваюсь на экране телевизора, глухо щелкая кнопочками джойстика. Никого нет, ничего нет, только я и «денди», во всей Вселенной… - Но я правда еще хочу, - канючит Теппей, снимает с меня очки и кидает куда-то в сторону дивана. Подумаешь. Я на ощупь играть могу, все равно я этот уровень уже сто раз проходил. - Хьюгааа… Я хочу. Слышишь, как я хочу? – на секунду мне кажется, что мне в задницу тычут стволом пистолета, но как-то сомнительно, что у Железного Сердца в трусах лежит огнестрельное оружие. Точнее, не лежит, а стоит. Вовсю стоит. - Слышу, не глухой, - буркаю я, и хмурюсь: противный звук оповещает меня о гейм овере. - Тогда, может, займемся кое-чем более приятным и интересным, чем видеоигры? «Да, да, еби меня во все щели, заставь рыдать от счастья и кончать радугой!» - поет и ликует тело, предвкушая суровые мужские потрахульки. Я поворачиваюсь к Киёши, чтобы выдать гневную отповедь затраханного цундере, но меня валят на кровать и смеются, закрывая собой все возможности побега с постели. - Не смей ее рвать, это моя любимая футболка! Киёши, я кому говорю?! - У тебя каждая вторая футболка любимая, - треск ткани. - Сам виноват, слишком долго строишь из себя засохший пряник. - Дурак!! – дыщ! - Кто как обзывается, тот по жопе получает. Да-да, получает. - Нх… не наааадооо…. Блять, да зачем ты пальцы туда пихаешь, мы же только что трахались!! Мхаа! Ки… ёши… похотливый бабуин… ммм… - А ты у нас принцесса Нехочуха, - он закинул мои ноги себе на плечи и толкнулся глубже. - Хьюга, ну почему у тебя такая сногсшибательная задница? Хоть вовсе не выходи из нее. - Я тебе не выйду!! Аааах… осторожнее… не в дупло пихаешь… - Как сказать, как сказать… она уже не такая узенькая, как в первый раз. - И кто, по-твоему, в этом виноват?!! - Я. Только я. Буду не я – придушу и тебя и твоего любовничка, - ну как он может угрожать расправой с такой милой улыбочкой? Смаргиваю слезы и подаюсь навстречу. - Умничка, Хьюга, - Теппей улыбается и склоняется для поцелуя. Один-ноль в его пользу. * * * Вытерев руки об кухонное полотенце, я поспешил к входной двери, которая просто тряслась от негодования тягучим и противным звонком. - Кто там? - Твой любимый маньяк-насильник, открывай, я сделаю тебя грязным и мокрым~ - В жопу иди. Киёши смеется, и снова раздражает меня дверным звонком. Приходится закатить глаза и открыть дверь своему любимому маньяку-насильнику. Теппей улыбается в окружении десятка картонных коробок и протягивает ко мне свои ручищи, дабы сгрести мое маленькое, по сравнению с ним, тело в любвеобильную охапку. - Киёши! – я отшатываюсь. - Не пали нас, тут полно любопытных бабок, которым достаточно простого объятия, остальное они уже сами до NC-17 в сплетнях доведут. И… и вообще, зачем тебе все эти коробки? - Я к тебе жить переезжаю, - парень говорит это так спокойно, что я, по идее, должен проясниться в лице, воскликнуть: "А, ну да, точно, давай помогу!", а потом завершить этот фанф словами "И жили они долго и счастливо, и живут по сей день", но вот только мужской первичный половой признак вам. - А чего это ты ко мне переезжать надумал? – не, ну, мы, конечно, спим вместе, и, о боже, вроде как встречаемся, но неужели постель – повод для совместной жизни? - Ну, я же переспал с тобой. И теперь, как честный человек, должен на тебе жениться. А супруги должны жить вместе. Минутное замешательство. Я аж рот раскрыл от подобного заявления, я до последней секунды надеялся, что Теппей шутит, и что в коробках что-то другое, а не пожитки моего сокроватника, но нет. Железное Сердце смотрело абсолютно серьезно, без намека на смех. Вот только… - Дурак!! Да уже полгода прошло, а ты только про честного человека вспомнил?!! * * * - Хьююгааа… а тебе какая поза больше всего нравится? - Когда ты спишь. И я сплю. Вот эта больше всех нравится. Киёши шумно вздыхает, закидывает руки за голову и снова выдергивает меня из полудремы: - Я люблю, когда ты на четвереньках, но мне тогда не видно твоего лица. А когда ты на спине, и мне видно лицо, чтобы войти полностью, мне приходится приподнимать твои бедра и держать их на весу, что не очень удобно. А если ты закидываешь ноги мне на плечи, то ты их слишком сильно сжимаешь, будто хочешь придушить. На боку тоже приходится... Разлепив смежившиеся для сна веки, я минут десять ждал, когда иссякнет этот фонтан пошлых рассуждений о преимуществах разных позиций. Но Теппей не унимался, мы слишком разные. Он после двух-трех подходов к моей заднице бодр, как младенец в пять утра, даже если часы показывают глубокую ночь, а вот мне, после такого количества оргазмов, очень хочется спать, ну просто лечь и заснуть, вырубиться, едва жопу покинет ее привычный постоялец. Однако, балабол под боком то ли не замечает, что я сейчас закину ему ноги на плечи и впрямь начну душить, то ли он провоцирует меня на это специально, чтобы между делом присунуть мне тунца в мой сэндвич. Боже, что я несу?.. - Может, как-нибудь попробуем позу наездника? Поиграем, так сказать, в лошадку? Я издал глухой стон отчаяния и страдания. Теппей, заткнись и спи, утром я тебе все что хочешь сделаю, и наездника, и минет, и шестьдесят девять, даже со шкафа на тебя прыгну, просто дай мне поспать, умоляю… - Ты стонешь? О, ты завелся, от того, что я говорил? - Бляяяять…